В тот вечер, когда погиб Чжэн Кайфэн, Фэй Ду уже намекал Ло Вэньчжоу о некой силе, стоящей за «Чжоуши» и тремя поколениями семьи Су, которые продавали девочек и убивали их.

Дело «Чжоуши», автокатастрофы, укрытие беглых преступников…

И ещё Ян Во. Он был обычной позолоченной пустышкой, но по какой-то причине пользовался особым расположением Чжэн Кайфэна и занимал должность корпоративного секретаря в компании. Его отец тоже погиб в автокатастрофе: протаранил машину с сотрудниками проектной команды. Та трагедия сыграла на руку теневому акционеру – фонду «Гуанъяо», по совместительству владельцу земельного участка в Биньхае, где Сюй Вэньчао избавлялся от тел девочек. Ло Вэньчжоу собирался разобраться в этом подробнее, но из-за завала по всем фронтам не успел.

Нельзя забывать и про странную автокатастрофу Фэн Чэнъюя, которая подозрительно совпала по времени со смертью старого оперативника Ян Чжэнфэна. Однажды Тао Жань предположил, что Фэй Ду лучше всех знаком с местными подводными течениями. И вот теперь юноша, как старый моллюск, наконец приоткрыл створку и показал крошечную часть мира теней, от которого бросало в дрожь.

– Под паразитом ты имеешь в виду фонд «Гуанъяо»?

– Это только одна из ног сколопендры, виток паутины. Сам по себе фонд ничего не стоит, но, если вы сунетесь туда, люди, наблюдающие из-за кулис, избавятся от него, как цикады от оболочки, и улизнут. Содержание беглых преступников, заказные убийства и строительство масштабной подпольной сети требуют огромных средств. Фэй Чэнъюй регулярно отстёгивал им щедрые суммы, а они взамен устраняли любые препятствия на его пути.

Ло Вэньчжоу пересекался с Фэй Чэнъюем в рамках расследования смерти матери Фэй Ду. Бизнесмен показался ему исключительно вежливым, но чёрствым человеком: кончина жены не вызвала у него бурных эмоций, он быстро отошёл от первоначального потрясения. Капитан вспомнил, как пришедший на помощь старший коллега уверял его, что реакция Фэй Чэнъюя вполне естественна. Женщина годами страдала психическим расстройством и приносила близким только боль и мучения. Супруги, как птицы, укрывшиеся в одном лесу: их не связывают крепкие узы. То, что успешный и состоятельный мужчина не бросил больную жену, а сосредоточился на карьере, пусть и вдали от дома, уже считалось редким проявлением порядочности. В такой ситуации подозрение вызвало бы безутешное горе вдовца, но никак не чувство облегчения. Теперь, оглядываясь назад, Ло Вэньчжоу понимал, что Фэй Чэнъюй продумал каждый шаг и умудрился обвести вокруг пальца даже опытного следователя с двадцатилетним стажем.

В комнате было тепло, как весной, но по спине капитана пробежал холодок.

– Откуда ты всё это знаешь? Неужели Фэй Чэнъюй посвящал тебя в такие подробности?

Фэй Ду пригладил растрёпанные волосы. Глаза, в которых совсем недавно бушевала буря, стали ясными и холодными, как два осколка стекла. Он молча открыл дверцу шкафа и заглянул внутрь.

Ло Вэньчжоу затаил дыхание. Разговорить Фэй Ду было невероятно сложно: он мог бросить пару намёков, но затем, одумавшись, снова прятался в раковину. Как много он скажет и скажет ли вообще, зависело от удачи, и капитан боялся её спугнуть.

– Что ты ищешь? – осторожно поинтересовался он.

Фэй Ду нахмурился:

– У тебя есть вино?

Вино в доме, разумеется, было: его дарили родственники и друзья во время праздничных визитов, но Ло Вэньчжоу смотрел на покачивающийся силуэт Фэй Ду и совсем не хотел, чтобы юноша пил. Помедлив, капитан всё же достал бутылку самого лёгкого красного вина и плеснул в бокал немного. Алкоголь разлился по телу Фэй Ду тёплой волной и прояснил разум, увязший в ледяной жиже. Бокал быстро опустел, но юноша не стал просить ещё. Он всегда знал меру.

– Прости, я никогда раньше не говорил об этом. Всё слишком запутанно, так сходу не разберёшься. – Фэй Ду немного помолчал. – Мой дед по материнской линии одним из первых в стране занялся частным бизнесом и сумел сколотить неплохое состояние. Он был против брака дочери с Фэй Чэнъюем, но переубедить её не смог и после свадьбы долго с ней не общался.

Ло Вэньчжоу не понял, почему криминальная драма внезапно сменилась семейной сагой с новыми действующими лицами, но решил подхватить:

– Старик сразу заподозрил, что с твоим… с Фэй Чэнъюем что-то неладно?

– При желании Фэй Чэнъюй мог притвориться кем угодно, – в уголках губ Фэй Ду промелькнула улыбка. – Любой садист первым делом обрывает все социальные связи жертвы: отсекает родителей, родственников, друзей… Оставляет без поддержки и попутно очерняет её в глазах других, чтобы в случае чего никто ей не поверил. Это первый шаг. Таким образом человека постепенно лишают чувства собственного достоинства и разрушают личность, чтобы потом взять его под свой контроль. – Фэй Ду говорил как эксперт в области криминальной психологии, словно речь шла вовсе не о его личной боли. – Обычно друзьям достаточно нескольких ссор, чтобы прекратить общение. С близкими схема та же, просто требуется чуть больше времени. В годы войны почти все мамины родственники потеряли связь: никаких тебе семерых тёток по одной линии и восьмерых по другой, это упрощало задачу. Но ты же знаешь, что есть узы, которые так просто не разорвать[26]. Мой дед рано овдовел и очень любил единственную дочь. Конфликт конфликтом, но завещание осталось прежним. Я не понимал, как Фэй Чэнъюй умудрился испортить отношения между ними, но получить наследство, поэтому поинтересовался у него напрямую.

Даже с учётом многолетнего опыта ведения допросов Ло Вэньчжоу с трудом сохранял невозмутимый вид. Он прикусил кончик онемевшего языка:

– Хочешь сказать, ты разузнал у отца об издевательствах над мамой?

Это уже… слишком.

– Трудно представить, да? Садизм часто идёт рука об руку с самодовольством. Фэй Чэнъюй считал себя гениальным манипулятором и с радостью делился достижениями, чтобы подать мне пример. Если я чего-то не понимал, то просто обращался к нему за разъяснением, – невозмутимо сказал Фэй Ду.

Отсутствие уточняющих вопросов расценивалось как несерьёзное отношение к делу, и маленький Фэй Ду не желал знать, какими последствиями оно чревато.

В груди Ло Вэньчжоу вспыхнула ярость. Он искренне жалел, что не может вытащить Фэй Чэнъюя с больничной койки, отправить за решётку или всадить в него пару пуль. Капитан глубоко вздохнул и лишь спустя время, когда эмоции улеглись, поинтересовался:

– И что он ответил?

– Фэй Чэнъюй сказал, что разорвать такую связь проще простого, ведь мёртвые не разговаривают. Мой дед погиб в автокатастрофе. Он случайно услышал о беременности дочери и захотел повидаться. К тому моменту Фэй Чэнъюй уже успел внушить моей матери, что отец знать её не желает, поэтому, получив от него оливковую ветвь, она была на седьмом небе от счастья… Но в назначенный день в машину деда врезался пьяный водитель.

Идеальное убийство, где заказчик не только остался чист, но ещё и унаследовал имущество жертвы. До боли знакомая история.

– Похоже на семейную драму Чжоу, не так ли? – Фэй Ду коротко улыбнулся. – Я тогда спросил, что бы он делал, заподозри дорожная полиция неладное. Они ведь могли отследить передвижения водителя и найти в них что-то странное или узнать о его тёмном прошлом. Стоило им предположить, что под видом несчастного случая произошло преднамеренное убийство, и Фэй Чэнъюй как наследник автоматом попал бы под подозрение.

Капитан невольно восхитился аналитическими способностями Фэй Ду.

– Фэй Чэнъюй отмахнулся и заверил, что делом занимаются профессионалы: комар носа не подточит. Тогда я впервые услышал о «них». Однажды Фэй Чэнъюй сказал, что у него в руках драгоценный меч и в будущем он передаст его мне, если я буду способен его удержать.

Сердце Ло Вэньчжоу пропустило удар. Фэй Ду, подняв голову, встретился с его встревоженным взглядом и усмехнулся:

– Не волнуйся, я так и не смог принять тот меч.

– Ты знаешь нас с Тао Жанем уже столько лет и даже словом об этом не обмолвился. Неужели ты совсем нам не доверял? – хрипло спросил капитан.

Фэй Ду немного помолчал и сменил тему:

– Тебе известно что-нибудь о первом запуске «Альбома»? – Ло Вэньчжоу растерялся. – Помнишь, я говорил, что видел в подвале дома статьи Фань Сыюаня, его руководителя? В них содержалась подробная информация о проекте, включая всех участников и членов их семей. Твоего наставника звали Ян Чжэнфэн, верно? Его дочь Ян Синь училась тогда в государственной начальной школе номер двенадцать. С понедельника по четверг её забирали родители одноклассника, живущего поблизости, а по пятницам девочка задерживалась на лишний час и ждала мать, всё так?

У Ло Вэньчжоу волосы на голове встали дыбом: даже он не знал таких подробностей.

Насколько же могущественной была эта невидимая сеть? И какой цели служил проект «Альбом»? Если специалистов университета интересовал сбор научных материалов, они могли договориться с муниципальным управлением и просто отправить студентов в архив. Зачем вовлекать в дело кучу оперативников и устанавливать такой высокий уровень секретности? Который, впрочем, всё равно не уберёг от утечки. Это могло означать только одно…

– Долгое время я не знал, что представляет собой этот «меч» и сколько в нём силы. После аварии Фэй Чэнъюй превратился в овощ, постепенно я полностью взял под контроль его компанию и только тогда обнаружил первые зацепки. Как оказалось, все пожертвования и помощь прекратились много лет назад. Без тщательного анализа я бы никогда не нашёл тайную связь между «ними» и Фэй Чэнъюем. Только тогда я начал подозревать, что и его авария не была несчастным случаем.

В противном случае те, кто запятнал себя кровью вместе с Фэй Чэнъюем, не исчезли бы бесследно. Фэй Ду был его единственным наследником, и вне зависимости от того, подходил ли он на роль главы бизнес-империи, эти люди всё равно должны были с ним связаться: глупо отказываться от столь крупного спонсора.

– Они разругались, – догадался Ло Вэньчжоу.

– Верно. И Фэй Чэнъюй пал от демонического меча, который выковал сам.

Капитан уже не испытывал ни расстройства от недавней ссоры, ни радости от внезапной откровенности Фэй Ду. Он нахмурился и долго пытался уложить услышанное в голове.

– А какая была причина конфликта?

– Помнишь, мы как-то обсуждали места, где Сюй Вэньчао мог избавляться от тел?

Ло Вэньчжоу кивнул. Речь шла о частных территориях, куда никто не сунется, или местах, где люди не стали бы вызывать полицию, даже обнаружив труп. Биньхай не подходил ни под одно из требований, и тем не менее именно там в течение долгих лет закапывали тела. Пришлось списать всё на «удачное стечение обстоятельств»: Китай огромен, и в нём хватает земель, которые десятилетиями остаются нетронутыми.

– Когда Фэй Чэнъюй был у руля, фонд «Гуанъяо» предложил ему план совместного проекта по освоению Биньхая.

Но совет директоров отказался под благовидным предлогом. Под советом директоров я имею в виду лично Фэй Чэнъюя.

Капитан чувствовал, что в этот вечер ему катастрофически мало одной пары ушей.

– То есть Сюй Вэньчао сбрасывал там тела не потому, что ему приглянулся местный пейзаж: он знал, что это безопасное «кладбище»? Он был связан с теми людьми и, возможно, даже платил аренду за использование участка!

Это вполне вписывалось в характер Сюй Вэньчао, превратившего урну с прахом в тайник: выкупил себе целое хранилище для останков!

– Именно дело семьи Су навело меня на мысль о причинах автокатастрофы Фэй Чэнъюя…

Ло Вэньчжоу постарался взглянуть на ситуацию с точки зрения обычного человека:

– Выходит, твой отец был против педофилии, отказался финансировать проект и разругался с теми людьми?

– Конечно, нет, – улыбнулся Фэй Ду. – Подобное благородство ему не свойственно.