— Сейчас я вас расчешу, барыня. Какую вы сегодня хотите причёску?

— Дреды.

— Что?

— Я говорю, дреды мне заплети, чучело.

— Да как можно, барыня! Страшная же причёска! Может, лучше косу или «Вавилон» на голове навертеть?

— А я сказала, дреды! Надоели вы мне все. Этого нельзя, так себя не ведут, диету держи, реверансы дурацкие делай, замуж выйди. Тьфу! Уйду от вас в растафарианцы. Буду курить, играть регги, пить ром и радоваться.

— Барыня, да как же… Это ведь… А можно с вами? Я тоже хочу!

— Тебе нельзя, ты здесь на жаловании.

— Ах так? Сама себе дреды плети! Ишь нашла себе прислугу.

— Эй, ты куда⁈

— В клуб почитания Ктулху. Дреды ей! Ишь цаца.

— Ты что делаешь⁈ Зачем ты пентаграмму моей помадой рисуешь?

— Пх’нглуи мглв’нафх Ктулху Р’льех вгах’нагл фхтагн!

— А-а-а! Не надо!

— Ещё раз спрашиваю: какую вы сегодня хотите причёску?

— Косичку. Простую косичку с ленточкой.

— Так бы сразу и сказали. Дреды, барыня, ещё не скоро в моду войдут.