Снаружи раздался бодрый голос:

— Избушка, избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом!

Баба-яга цыкнула зубом и недовольно поморщилась.

— Кого это принесло? Вот как сейчас дам помелом больно…

Стуча костяной ногой, Яга распахнула дверь и вышла на крыльцо.

— Дорогая наша Яга Яговна!

Перед домиком стояла целая делегация. Иван-дурак, Иван Царевич, Кощей, Леший, Дядька Черномор, Царь Додон, Царь Горох, Серый Волк и Конёк-горбунок. Позади них выстроились тридцать три богатыря и ещё дальше высились три головы Змея Горыныча.

— Чавой? — Баба-Яга опешила.

— Любимая наша Яга, — Кощей вышел вперёд и протянул букет тюльпанов, — от всего сказочного коллектива хотим поздравить тебя с Восьмым марта. Будь всегда такой же прекрасной, удивительной, женственной и доброй. Пусть все твои желания сбываются, а каждый день приносит радость и любовь.

Яга взяла букетик, прижала к груди и чуть не расплакалась.

— Это правда мне? Кошеюшка, да мой же ты хороший…

— А вечером мы приглашаем тебя на банкет. У большого дуба, в шесть часов. Будет фуршет, культурная программа и танцы.

— Ох, приду! Даже не сомневайся. Прямо сейчас начну собираться!

Пока Яга обнималась с Кощеем, Иван-дурак перешёптывался с Царём Горохом.

— Культурная программа готова?

— Ага, вроде. Катание на Емелиной печке, конкурс на лучшее подсаживание в печь на лопате, Горыныч обещал спеть.

— И всё?

— Ещё жонглирование Колобком, кидание Колобка на дальность, мини-футбол Колобком.

— Он согласился?

— У него выбора нет. Или сам пойдёт Лису поздравлять.

— А Емеля где?

— За продуктами для фуршета поехал, самоходная печка только у него.

— Что брать решили?

— Да как всегда: колбасы нарезкой, сыр, хлеб, сок, оливки.

— Не мало?

— Ещё пиццу и осетинские пироги заказали.

— А суши, роллы всякие? Василиса только их ест.

— Блин, забыли…

— Звони Емеле, срочно. Пусть возьмёт по дороге.

— Ага, сейчас.

Рядом стоял Серый Волк, пряча улыбку. В этом году он сумел отказаться от катания на себе и теперь тихо радовался. Конёк-горбунок, напротив, слегка грустил. Он точно знал: вечером Емеля не удержится, выпьет шампанского, и развозить всех по домам придётся ему. Дядька Черномор вздыхал: девушки обязательно захотят петь караоке, и изображать заморскую забаву придётся ему и богатырям.

Только Горыныч был беззаботен и радостен: он обожал петь на три голоса русские народные песни и каждый праздник выступал с одним и тем же репертуаром. Возражать ящеру не смел ни один обитатель сказок.