На арене под моим командованием вершилась казнь над огромным количеством нацистов. Их должны были обезглавить. Однако по какой-то причине что-то пошло не так. Для упрощения процесса было решено, что череп каждого отдельного преступника будет проломлен киркой или кайлом. Тут мне сообщили, что этот сомнительный и мучительный метод казни поверг жертв в неописуемый ужас. Меня охватило такое отвращение к этому зверству, что я проснулся с физическим ощущением тошноты.