К книге
Здравствуй, сад: идеи и решения для вашего участкаСтиль важнее моды Определения ландшафтных терминов. Происхождение определения «стиль»
18%
Стиль важнее моды Определения ландшафтных терминов. Происхождение определения «стиль»
6

В любом направлении науки и искусства важно разобраться с понятийным аппаратом, терминами. В ландшафтном искусстве существенным определением считается понимание значения слова «стиль». Чтобы понять тот или иной термин, нужно познакомиться с историей происхождения. В переводе с латинского «stilus» и греческого «stylos» – стержень для письма. Иными словами, это совокупность черт, любого произведения искусства, которое достигается целостностью творческого метода, способов формообразования, приемов композиции, индивидуальной манеры и техники, свойственных художникам (в широком смысле слова) определенного исторического периода.

Слово «стиль» (итал. «stile») впервые употребил флорентийский архитектор, скульптор и теоретик искусства Антонио Филарете в трактате «Об архитектуре» (1451–1464), хотя еще в эпоху Итальянского Возрождения разрабатывались основные теоретические положения изобразительного искусства. Однако вместо слова «стиль» предпочитали использовать термин «манера» (итал. «maniera», от лат. «manuaria» – «ловкость рук»), обозначающий индивидуальный почерк художника.

На протяжении многих столетий ученые, философы, искусствоведы работали над определением понятия «стиль». И только в конце XIX – начале XX вв. швейцарский теоретик Х. Вёльфлин предложил систему понятий и качеств «формальных носителей». Он утверждал, что произведение искусства можно понять только «зрительно», как «форму, обладающую собственной ценностью, не сводимой ни к чему другому». Качества формы, по мнению Вёльфлина, и составляют стиль, определяющий общие особенности произведений, созданных в одну эпоху и в одном месте.

Австрийский теоретик Алоиз Ригль (1858–1905), сторонник «формального метода», предложил свою теорию стилей, которую изложил в «Исторической грамматике изобразительных искусств» (1897–1898). Первым Ригль выделил геометрический стиль, основанный на природных закономерностях симметрии и ритма. Эти характеристики общие для ранних стадий развития всех этнических культур. Такие же принципы были положены в основу искусства античной Греции, где разработана система пропорций, введено определение золотого сечения и модуля как соотношения частей и целого. Несмотря на то, что в разных культурах появились определения «античный стиль» и «египетский стиль», они не нашли отражения в историческом развитии стилей. Чтобы каждое определение стиля смогло самостоятельно существовать, в основу должны быть положены диаметрально противоположные качества.

Следующий этап, по мнению Алоиза Ригля, – «геральдический стиль» (нем. «Wappenstil»), в котором достигает абсолюта принцип геометризации и зеркальной симметрии. Несмотря на то, что этот период в архитектуре ознаменован как романский и готика, в садово-парковом искусстве он не получил индивидуального названия.

Далее возникает растительный орнамент: арабесковые мотивы, которые связали все отдельно стоящие элементы. Эпоха итальянского Возрождения дала миру множество монументальных зданий, великолепных скульптурных произведений. В это время пишутся знаменитые фрески и картины, которые до сих пор считаются жемчужиной живописи, в ландшафтном искусстве появляется Итальянский сад, но понятие «стиля» для определения садово-парковой деятельности приходит значительно позже – в эпоху Ренессанса (Северного Возрождения) во Франции. Андре Ленотр (1613–1700), всесторонне образованный человек, потомственный королевский садовник, в своих работах обобщил вековой опыт развития различных видов искусства и создал классическую систему построения обширного регулярного «французского парка» – первого стиля в ландшафтном искусстве.

Таким образом, мы проследили этапы появления и развития определения «стиль». Вначале он возникает на уровне индивидуальной работы мастера, его техники и манеры, затем формируется стилистика школы (группы мастеров). Со временем может возникнуть стилистическое течение, которое плавно перетекает в историко-региональное направление, и только потом, при благоприятных условиях, – в исторический художественный стиль.

Вёльфлин сравнивал стилистическое развитие с растением, «которое медленно развертывает листок за листком, пока не станет круглым и полным, завершенным со всех сторон».

Вопросу определения понятия «стиль» огромное внимание уделял Арнольд Эдуардович Регель, выдающийся ученый, садовый инженер, автор множества садов России. По его утверждению, «регулярность сама по себе не образует стиля», а это всего лишь общая характерная черта для «архитектурных стилей». Регель считает, что искусственность старинных ленотровских садов не может удержаться вечно в силу своей дороговизны и большой трудозатратности. Автору по душе естественное направление развития частных садов, которое в конце XIX века получает ряд синонимичных названий: «художественный», «живописный», «ландшафтный» и «пейзажный».

Созвучно по духу с А. Регелем рассуждение о способах построения сада французского философа и поэта Жака Делиля, который также воспевает естественность природы. Однако он отмечает, что есть два пути преображать природу:

Один рассчитанностью линий покорять,

Другой – нежданными картинами пленять.

Но надо выбирать: они несовместимы.

Учитывая то обстоятельство, что во времена Делиля геометрическое направление прочно вошло в моду по организации пространства вокруг помпезных архитектурных сооружений, принадлежащих величественным особам, автор поэмы «Сады» признает тот факт, что регулярный стиль имеет право на существование.

Один являет нам симметрии закон.

Изделия искусства в сады приносит он.

Повсюду разместив то вазы, то скульптуры,

Из геометрии взяв строгие фигуры,

Деревья превратит в цилиндры и кубы,

В каналы – ручейки. Все у него – рабы.

Наравне с возвышенным стилем все больше появляется садов, которые милее и дороже восприятию человеком окружающего мира.

Другой все сохранит: луга, овраги чащи,

Пригорки, впадины, неровность, кривизну,

Считая госпожой естественность одну.

Жак Делиль делает вывод, что «Ленотр и Кент равно заслуживают славы».

Предыдущая главаГлава 6 из 34Следующая глава