Я не верю в Бога, запрещающего посмертную встречу

                  с дорогими людьми,

Потому что это предрассудок тёмной души.

Моя тёмная душа жаждет встречи с любимыми.

Бог просвещённых говорит мне, что будет только Он,

Вобравший души всех, кого я любил или ненавидел,

И мне надлежит возлюбить Его одного и позабыть всех,

                        кого я любил.

В потоках встречного света я никого не увижу, даже теней.

Ничего, кроме слепящего света,

Не увижу любимых, покрытых огнём Господней любви.

Моей же любви будет недостаточно,

Чтобы вырвать любимых из белой мглы Божьего света.

Мне не нужен Бог, отнимающий мою любовь

                  во имя всеобщей любви,

Бог социализма, обобществляющий любовь.

Мне нужна хотя бы одна краткая встреча с любимыми

                        после смерти,

На которую мог рассчитывать последний римский раб,

Умирающий на кресте будущего величия Господня.