Спросишь, был в жизни моей счастливый ли день?

Был такой день, длился он год или два.

Тогда за литературу вдруг перестали платить.

Толпы писателей вмиг исчезли,

Опустели редакции, я даже подумал,

Что все эти люди были сотворены

Из денег, которыми щедро платили

За стихи и прозу на закате советской империи.

Я бродил по пустым коридорам,

Редкий ровесник-поэт робко просил прикурить.

Никому, кроме нас, оказалась не нужна вся эта литература,

И мы никому не нужны.

Так и спаслись.