* Формулировка появилась в поздних изданиях. PRIMA PARS MALLEI MALEFICARVM, Tria continens, quæ ad Maleficium concurrunt, vt sunt, Dæmon, Maleficus, et Diuina permissio.

[I, 1] Вопрос I. Существует ли колдовство[132]?

Является ли утверждение о существовании ведьм настолько католически правоверным, что упорное отрицание его должно считаться определенно еретичным?

1. Доказывают, что подобное утверждение не является католически правоверным. Канон Episcopi говорит: «Кто верит в возможность изменения какого-либо существа в лучшее либо худшее состояние, или превращения его в другой вид, или придания ему другого облика без вмешательства Создателя, тот хуже язычников и неверующих». Если же говорят, что подобные превращения производятся ведьмами, то это не может быть католически правоверным и представляется еретичным.

2. Далее. На земле не существует колдовских действий. Доказательство: «Если бы таковые существовали, то это было бы делом рук дьявола. Утверждение же, что бесы могут производить телесные превращения или им препятствовать, не является правоверным, так как в таком случае они могли бы разрушить весь мир».

3. Далее. Всякое изменение тела, будь то болезнь или здоровье, сводится к перемещению веществ в пространстве. Это явствует из физики. Сюда относится прежде всего движение светил небесных, но демоны не могут произвести этого движения (см. Послание Дионисия к Поликарпу), так как это доступно только Богу. Отсюда ясно, что демоны не могут произвести никакого, по крайней мере фактического, телесного изменения и что в силу этого подобные превращения должны быть приписаны какой-либо тайной причине.

Шабаш ведьм. Клас Якобс ван дер Хек, 1636 г.

Rijksmuseum

4. Далее. Как дело Божье, так и власть Бога значительнее, чем дело и власть дьявола. Если бы на свете существовало колдовство, то это было бы делом рук дьявола в борьбе против власти Бога. Как неправильно думать, что предположенная власть дьявола воздействует на творения Бога, так и невозможно верить, что творения и дела Бога могут быть изменены руками дьявола в отношении как людей, так и животных.

5. Далее. Что подчинено телесным законам, то не обладает силой воздействия на телесные существа. Бесы подчинены силам воздействий. Это явствует из того, что некоторые заклинатели при вызывании бесов обращают внимание на определенное положение звезд. Отсюда следует, что бесы бессильны воздействовать на телесные существа. Еще меньше имеют эту возможность ведьмы.

6. Далее. Нам известно, что бесы действуют лишь через посредство искусственных мероприятий, а ими невозможно изменить действительный облик. Поэтому в главе de inineris и говорится: «Мастера алхимии знают о невозможности изменения обликов». Вот почему и бесы, которые работают искусственными средствами, не создают действительных свойств здоровья или болезни. Если же изменение здоровья имеет место, то это зависит от каких-либо других, скрытых причин, находящихся вне воздействия бесов и ведьм.

Однако Decret. XXXIII, вопрос I, гласит: «Если с помощью волхвований и чародейств, отчасти с Божьего попущения и при посредстве сатаны…» и т. д. Здесь дело идет о помехе, чинимой ведьмами супругам при выполнении ими своих супружеских обязанностей. Для этого необходимы следующие три силы: ведьма, дьявол и Божье попущение.

7. Далее. Более сильное может воздействовать на менее сильное. А сила бесов больше, чем всякая телесная сила. По этому поводу в Книге Иова (глава 41) говорится: «Нет на земле подобного ему; он сотворен бесстрашным».

Ответ. Здесь надо опровергнуть три еретических лжеучения. После их опровержения истина будет ясна. Следуя учению святого Фомы (IV dist.), где он говорил о вредительстве ведьм, некоторые пытались утверждать, что чародейства на свете не существует и что оно живет лишь в воображении людей, приписывающих махинациям ведьм естественные явления, причина которых скрыта. Другие признают существование ведьм, но полагают, что они своим колдовством действуют лишь на воображение и фантазию. Третьи утверждают, что чародейство – вообще фантазия, хотя бы дьявол и помогал ведьме.

Ведьма. Ян ван де Велде, 1626 г.

Rijksmuseum

Эти лжеучения будут в нижеследующем тексте выявлены и опровергнуты. Что касается первого из них, то ученые, особенно святой Фома, признают его защитников еретиками в полном смысле этого слова. Фома Аквинат говорит в указанном месте о противоречии этого лжеучения основным учениям святых и о том, что оно коренится в неверии. Ведь Священное Писание говорит, что бесы имеют власть над телесным миром и над воображением людей, если на то будет Божье попущение. Это явствует из многих мест Священного Писания. Защитники указанного лжеучения утверждают несуществование в мире колдовского действа, а признают лишь игру воображения в человеке. Они не верят в существование демонов, кроме как в воображении масс, которые и приписывают собственные лжеучения дьяволу. Разные облики, рисующиеся уму, возникают как плод сильного воображения. Человеку лишь кажется, что он видит бесов или ведьм. Все это противоречит истинной вере, утверждающей, что ангелы, низринутые с неба, превратились в бесов, и потому они, обладая большей силой, чем мы, могут также и достигнуть большего, а те, кто помогает им в делах, называются колдунами. Так там сказано. Раз неверие крещеного называется ересью, то такой человек считается еретиком.

Апостол Фома. Ханс Бальдунг, 1519 г.

The National Gallery of Art

Два других лжеучения не отрицают бесов и их природной силы, но они несогласны между собою относительно чародейства и сущности ведьм. Одно из них признает необходимость участия ведьмы для колдовства, но отрицает реальность результатов этого последнего. Другое же лжеучение утверждает реальность порчи, но полагает, что участие в этом ведьмы только кажущееся. Оба эти лжеучения берут своей исходной точкой два места канона Episcopi (XXVI), где порицаются женщины, верящие в свои ночные скачки с Дианой или Иродиадой. Вследствие того что подобное происходит часто только в воображении, защитники этого лжеучения ошибочно думают, что так бывает со всеми другими действами.

В том же каноне читаем следующее. Кто верит или учит, что какое-либо существо может быть превращено в лучшее либо худшее состояние или его облик может быть изменен помимо Творца Вселенной, тот должен считаться неверующим и хуже язычника. Основываясь на том, что в каноне буквально написано «или превращено в худшее состояние», защитники лжеучения и говорят об игре воображения, а не о действительности при околдовании.

Что эти лжеучения еретичны и противоречат здравому смыслу канона, будет доказано на основании Божественного церковного и гражданского прав – это вообще, а в частности – из толкования слов канона. Божественное право предписывает во многих местах не только избегать ведьм, но и умерщвлять их. Оно не предписывало бы таких наказаний, если бы ведьмы не были пособницами демонов при совершении действительных колдовских проступков. Ведь умерщвление тела обусловлено лишь телесным тяжким грехом, тогда как смерть духа может происходить вследствие наваждения или через искушение. Это мнение святого Фомы (2, dist. 7) по вопросу о том, считать ли грехом пользование услугами демонов. Второзаконие (18) предписывает умерщвлять всех колдунов и заклинателей; Левит (19) говорит: «Чья душа склоняется к магам и кудесникам и с ними блудит, против того хочу я поднять лик свой и низринуть из стада народа своего». То же говорится и в главе 20: «Тот мужчина или та женщина, в которых пребывал пифонический или прорицательский дух, должны быть умерщвлены» (пифонами, как известно, называются те, через которых демон производит изумительные явления).

Вследствие этого греха погибли отступники Охозия и Саул (см. 2-ю книгу Царств, главу I, и 1-ю книгу Паралипоменон, 10). Разве комментаторы Божественного слова говорят в своих сочинениях что-либо иное по поводу власти дьявола и чародейства? Посмотрим произведения каждого из ученых. В «Сентенциях» мы найдем, что чародеи и ведьмы чрез посредство демонов с Божьего попущения могут, несомненно, производить действительные, не воображаемые чародейства. Я не говорю уже о многих других местах, где святой Фома подробно говорит о подобных явлениях. Книга 3, главы 1 и 2, часть I, вопрос 114, арг. 4; II вопрос. Пусть посмотрят также авторов постилл и глоссаторов о чародеях фараона. Исход 7, слова Августина в его «О граде Божьем» (18, глава 17), а также в его «Христианской доктрине». В таком же духе говорят и другие ученые, противоречить которым нелепо и еретично. Ведь недаром в каноническом праве еретиком называется тот, кто ложно толкует Священное Писание. Смотри по этому поводу 24, вопрос I haeresis: «И кто об этом другого мнения касательно веры, преподанной церковью…» Сравни также qu. haec est fides.

Противоречие этих лжеучений здравому смыслу канона явствует из церковного права. Также и ученые-канонисты в своих толкованиях главы Si per sortiarias et maleficas artes 24, qu. I, а равно и De frigidis et maleficiatis не хотят ничего другого, как объяснить препятствия к исполнению супружеских обязанностей, чинимые ведьмами и разрушающие уже заключенный или лишь заключаемый брак. Они говорят, как и святой Фома, что если в брак проникает колдовская порча еще до плотского соития, то она в случае длительности мешает заключенному браку и даже разрушает его. Само собой ясно, что подобное мнение канонистов не могло бы иметь места, если бы речь шла только о воображаемых воздействиях ведьм.

Культ демона. Гравюра Жака Калло

The National Gallery of Art

Следует сравнить Гостиенсиса в его Summa copiosa, а также и Гоффреда и Раймунда. Они нигде не ставили под сомнение вопрос о реальности чародейства и принимали его как нечто самой собой разумеющееся. А на вопрос, когда надо считать препятствия к исполнению супружеских обязанностей продолжительными, они указывают на трехгодовой срок. Они также не сомневаются в том, что эти препятствия в действительности причиняются или властью дьявола в результате заключения с ним ведьмой договора, или просто дьяволом без посредства ведьмы, хотя последнее весьма редко случается среди верующих, где таинство брака относится к заслугам. Это происходит чаще всего среди неверующих, так как дьявол замечает, что они по праву принадлежат ему. Так, Пётр Палуданус в комментарии на 4-ю книгу «Сентенций» сообщает об одном мужчине, женившемся на идоле и желавшем, несмотря на это, иметь сношения с молоденькой девушкой, но не могшем этого совершить вследствие того, что всякий раз дьявол принимал на себя облик человеческого тела и ложился между ними. Среди верующих дьявол пользуется в таких случаях по преимуществу услугами ведьм для уловления душ. Как он это проводит и какими средствами, об этом будет речь ниже, именно там, где дело будет идти о семи приемах нанесения вреда человеку. То же самое вытекает также из других вопросов, затрагиваемых богословами и канонистами, когда они, например, говорят о том, каким образом чары могут быть устранены, или о том, позволительно ли прибегать к таким чародействам, которые парализуют действие уже насланной порчи, а равным образом и о том, как поступать, когда ведьма, наславшая порчу, уже умерла. Об этом говорит Гоффред в своей Summa, о чем мы расскажем в третьей части этой книги.

Наконец, зачем нужно было канонистам столь рьяно предлагать различные наказания за чародейства, если бы последние были нереальны? Зачем также они различают между скрытым и явным грехом колдунов или, вернее говоря, кудесников (так как эти вредные учения имеют различные виды) и предписывают в случае его явности отлучение от причащения, а в случае скрытности – сорокадневное покаяние (см. De cons., dist-2, pro dilectione), в случае волхвования священника – его заточение в монастырь, а в случае проступков мирянина – его отлучение (вопрос 5 non oportet), лишение их гражданских прав и возможности судебной защиты (вопрос 8 quisquis nec)?

Это явствует также из гражданского права Ацо (в своей сумме о 9-й книге «Кодекса», отдел о ведьмах 2 post I. Cornelia de sicar et homicid) говорит: «Надо знать, что все те, которые называются в народе колдунами, а также и те, которые занимаются кудесничеством, заслужили смертную казнь» (I nemo с. de maleficis). Такое же наказание указано в I culpa I nullus. Эти законы гласят так: «Никому не разрешено заниматься кудесничеством, иначе свершит над ним смертную казнь мстящий меч». Далее там указывается: «Имеются и такие, которые вредят жизни набожных чародействами и совращают сердца женщин ко греховным утехам. Такие преступники бросаются на растерзание диким зверям» (Cod. с. I. multi). Законы предписывают далее, чтобы каждый допускался к возбуждению обвинения этих преступников, как это и находим в каноне с. in favorem fidei, lid 6 de haeresi. Там говорится: «К подобному обвинению допускается всякий, как и при обвинении в оскорблении величества». Ведь эти преступники оскорбляют до известной степени Божеское величество. Они также должны пройти через предварительное следствие. Никакие положение и сан не могут защитить от этого. Чье преступление доказано, но кто, несмотря на это, отрицает свою вину, тот предается пыткам. Его тело разворачивается железными пыточными когтями, и он терпит таким образом соответствующее наказание за свои проступки (Cod. с. I, I si ex etc.).

Прежде такие преступники предавались двоякому наказанию: смертной казни и разрыванию тела пыточными когтями или выбрасыванию на пожирание диким зверям. Теперь же они сжигаются, потому что эти преступники – женщины.

Всякое содействие им запрещено. В законе говорится: «Эти преступники не должны переступать порога чужого дома: кто их впустит, тому грозит сожжение имущества. Никто не имеет права их принимать и давать им советы. Виновные в этом ссылаются, и их имущество конфискуется». Здесь наказанием за помощь ведьмам служат изгнание и конфискация имущества. Когда проповедники оповещают народы и властителей земли об этих наказаниях, ими делается против ведьм больше, чем всякими другими ссылками на писания.

Кроме того, законы благоприятствуют тем, кто работает против ведьм. Смотри сочинения вышеуказанных канонистов: «Те же, которые защищают труд людей от уничтожения бурей и градом (насланными ведьмами), заслуживают не наказания, а вознаграждения». Каким образом можно воспрепятствовать этому вредительству, об этом мы скажем после. Нельзя отрицать все здесь сказанное или легкомысленно противоречить сему, не возбудив против себя обвинения в ереси. Пусть каждый решит, извиняет ли его незнание. Какое же незнание служит основанием для извинения, об этом мы сейчас и поговорим.

Из всех предпосылок следует заключить, что католично и правоверно утверждение, что существуют ведьмы, которые с помощью дьявола в силу заключенного с ним договора и с Божьего попущения могут совершать чародейства, что не исключает, однако, и того, что они способны морочить народ разными иллюзиями и обманом чувств. Вследствие того что настоящий труд затрагивает реальные чародейства, значительно отличающиеся от воображаемых, мы не будем говорить о последних. Ибо показывающие эти последние искусства называются вернее кудесниками и волхвами, а не ведьмами.

Как первое, так и два других раньше указанных лжеучения ищут свое основание в словах канона. Первое из них подрывает свою правильность уже тем, что противоречит словам Священного Писания. Выявим же здравый смысл канона и начнем с разбора лжеучения, гласящего, что средство, которым пользуются ведьмы, фантастично, а внешний эффект – реален.

Здесь надо заметить, что существует 14 главных видов суеверия, привести которые нам не позволяет время. Они подробно указаны у Исидора Севильского («Этимология», 8) и у Фомы (II, 2, 92). Мы о них упомянем ниже, когда будет речь о значении этой ереси и именно при разборе последнего вопроса этой первой части.

Тот вид, к которому надо причислить вышеуказанных женщин, называется пифонами; через их посредство дьявол говорит или совершает чудодейства. Часто этот вид ставится на первое место. Ведьмы же относятся к виду колдунов (malifici). Они весьма различны, и нет необходимости тех, которые относятся к одному виду, причислять также и к другому виду. Канон говорит только о вышеуказанных женщинах, а не о ведьмах. Кто распространяет сказанное там на все виды суеверия, тот неверно понимает канон. Если именно эти женщины действуют только в воображении, то это не значит, что все ведьмы действуют таким же образом. Еще более искажается смысл канона теми, кто делает выводы, будто только в воображении они могут обворожить и наслать порчу или болезнь.

Эти лжеучителя заслуживают тем большего порицания, что они признают внешнее действие, а именно – действующего демона и действительную болезнь, но отрицают посредствующее орудие в лице ведьмы, тогда как средство всегда имеет свою долю участия в действии.

Здесь не помогает также утверждение, что фантазия является чем-то реальным. Ведь фантазия как таковая ничего не может достигнуть и при махинации демона не может быть использована. Даже при заключении с дьяволом договора, в каковом ведьма отдается и обязывается на служение полностью и искренно, в действительности фантазия и воображение не играют значительной роли. Для исполнения договора ведьме необходимо сотрудничать с дьяволом телесно, а не в воображении. Ведьма и колдун употребляют при порче реальные, а не воображаемые средства: злой глаз, заклинания, завороженные предметы, подкладываемые под порог дома, и т. д.

Кроме того, если внимательно просмотреть текст канона, то можно найти там многое, что проповедники и священники должны энергично проповедовать в своих церквах народу. Во-первых: никто не должен верить, что кроме Бога есть еще другое высшее и Божественное существо. Во-вторых: скакать верхом с Дианой или с Иродиадой означает не что иное, как скакать вместе с дьяволом, который лишь принял другой облик. В-третьих: такая езда – плод игры воображения, когда дьявол настолько овладел умом поддавшегося ему человека, что он принимает фантазию за действительность. В-четвертых: поддавшиеся дьяволу люди должны во всем ему подчиняться. Поэтому нелепо распространять вышеуказанные слова канона на поступки ведьм вообще, так как существуют различные виды чародейства.

Вопрос о том, могут ли колдуны действительно переноситься по воздуху или только в воображении, как пифоны, будет рассмотрен в третьей главе второй части. Там будет указано, что они могут совершать и то и другое. Таким образом будет устранено и второе лжеучение в разборе его оснований с точки зрения здравого понимания канона.

Также и третье лжеучение, основывающееся на словах канона и утверждающее, что чары ведьм – лишь плод фантазии, отрицается действительным толкованием слов того же канона. Если там говорится: «Кто верит в возможность превращения какого-либо существа в лучшее либо худшее состояние или изменения его облика кроме как самим Создателем, тот стоит ниже язычников и неверующих», то эти три пункта, взятые сами по себе, идут вразрез со Священным Писанием и с определениями ученых. Чтобы убедиться в том, что ведьмы способны создавать несовершенных тварей, надо только посмотреть в каноне Nec mirum, а также в каноне Episcopi и в толковании Августина о кудесниках фараона, превративших свои посохи в змеи. Смотри также глоссу к Исходу 7: «Фараон призвал мудрецов…», далее – глоссу Страбона о том, что демоны несутся по свету, как только ведьмы заклинаниями пожелают достичь чего-нибудь через них, и начинают собирать различные семена, через употребление которых могут возникнуть разные твари. Смотри также «О животных» Альберта Великого, далее – святого Фому (1, 114, 4). Для краткости мы опускаем их рассуждения. Надо лишь заметить, что у них под глаголом fieri («быть») подразумевается «быть созданным» (procreari). Также надо принять во внимание, что единственно только Бог в силу своей власти может превратить что-нибудь в лучшее либо худшее состояние, и именно для исправления человека или в наказание ему. Это случается, однако, часто и через посредство демонов. О первом случае говорится так: «Бог милует и наказует», а также: «Я умерщвлю, и я оживлю». Относительно же второго случая говорится: «Послание через злых ангелов». В указанном каноне Nec mirum обрати внимание на слова Августина, где ведьмам и их чарам приписывается насылание не только болезней, но и смерти.

Еще не мешает принять во внимание следующее обстоятельство: нынешние ведьмы, опираясь на власть демонов, зачастую оборачиваются волками и другими зверями. К тому же и канон говорит о действительном превращении, а не о воображаемом, что также часто имеет место, о чем нам подробно сообщает Августин («О граде Божьем», 18, 17), как, например, об известной волшебнице Цирцее, о сотоварищах Диомеда и об отце Престанция. В некоторых главах второй части будет говориться на эту тему, а также о том, присутствуют или отсутствуют при этом ведьмы, принимает ли дьявол на себя их облик и представляется ли человек самому себе в этом новом облике.

Еретично ли признавать колдунов?

Так как вторая половина вопроса, стоящего в начале этой части книги, утверждает еретичность упорного отрицания существования ведьм, то можно спросить: считать ли этих отрицателей открыто пойманными в еретичестве или только стоящими под сильным подозрением еретичества? Нам кажется, что первое будет вернее. Ведь Бернард в своей Glossa ordinaria (in cap. ad abolendam, § praesenti u vers. deprehensi) говорит, что изобличение в ереси происходит трояко, а именно: 1) с поличным, если обвиняемый открыто проповедует ересь, 2) через законное доказательство свидетелей и, наконец, 3) при собственном признании вины. Вследствие того что подобные люди открыто проповедуют или открыто протестуют против всего вышесказанного, утверждая несуществование ведьм или их полную безвредность для людей, их можно причислить к еретикам. В том же смысле говорит Бернард в глоссе к главе Excommunicamus касательно слов deprehensi publice. Точно так же решает вопрос канон Cuibusdam extra de ver. sig. Пусть читатель посмотрит сам главу, и он увидит, что мы правы.

Однако наказание, диктуемое в таком случае каноном Ad adoleedam, § in praesenti extra de haer и состоящее в лишении священнического сана для духовного лица и передаче мирянина светской власти (для смертной казни), представляется слишком строгим, принимая во внимание незнание и большое количество тех, кто будет изобличен в этом лжеучении. Из-за этого большого количества надобно смягчить строгость суда, следуя указанию dist 40 ut constitueretur.

Ответ. Мы намереваемся скорее найти проповедникам оправдание в таком пороке и такой ереси, чем их обвинять, как это и говорится в Extra de praesum.с. eitteras, § quodcirca mandamus. К тому же мы не хотим, чтобы такой проповедник, несмотря даже на сильнейшее подозрение, был осужден за столь тяжкое преступление. Против такого столь сильно подозреваемого может быть начат процесс. Но он не должен быть непременно осужден. Так как мы не можем пренебрегать подозрением именно вследствие их легкомысленных утверждений против истинной веры, надобно исследовать степень подозрительности проповедника. Подозрение бывает трояким: слабым, тяжким и очень тяжким. Смотри по этому поводу главу Accusatus и главу sum Contumacia, lib VI, de haeret, а также примечания Архидиакона и Иоанна Андреаса о главе Accusatus и о слове vehemens. О подозрении – глава Litteras. Об очень сильном подозрении говорится в каноне dist, 24 quorundam. Поэтому надо исследовать, под какое подозрение подпадает такой проповедник. Проповедники, высказывающие еретичные утверждения, не могут быть взяты под одну мерку. Одни из них говорят по своему незнанию Божественного права, другие – достаточно просвещенные – колеблются, нерешительны и не хотят полностью согласиться. Ошибочность мнения еще не делает еретиком, если к нему не присоединяется закоснелость воли. Поэтому нельзя говорить об одинаковой степени подозрения в преступлении ереси. Если подозреваемые полагают, что они вследствие своего незнания могут отделаться от суда, то они должны все-таки признать, сколь тяжек грех тех, кто провинился ради этого незнания. Ведь, как бы ни было многообразно незнание, оно не может считаться у духовных пастырей непреодолимым незнанием. Оно не может быть названо и частичным незнанием (как говорят философы), которое у богословов и юристов носит название ignorantia facti, незнание того из Божественного закона, знание чего обязательно для каждого из них. Смотри dist. 43 папы Николая: «Сеяние небесного семени дано нам; горе нам, если мы его не сеем; горе, если мы молчим». Они ведь должны знать Священное Писание (сравни dist. 36 pertotum) и об опеке душ паствы (ibid., с. 2, ессе u. siquis vult). Пусть даже и не требуется от них громадных познаний, как говорят Раймунд, Гостиенсис и Фома, но требуются достаточные знания, необходимые для исполнения своих обязанностей.

Ведьма на гравюре Альбрехта Дюрера, ок. 1500 г.

The Metropolitan Museum of Art

Можно прибавить для их некоторого утешения следующее: если они только станут в будущем распространять верное учение вместо прежнего ошибочного, то их незнание правовых вопросов, будь оно с умыслом или без такового, все же может быть названо незлостным. Собственно говоря, первый из названных видов незнания не оправдывает, а осуждает. Ведь псалмопевец говорит: «Не хочет он вразумиться, чтобы делать добро». Второй же вид смягчает грех, так как он происходит тогда, когда человеку указывается знать что-либо, но он не знает, что это ему указывается. Так было, например, с апостолом Павлом. Об этом сказано в I Послании к Тимофею: «Мне было оказано милосердие, потому что я поступал по неведению в неверии». Вследствие того что данное лицо по деловой обремененности не заботится о приобретении необходимых познаний, несмотря на предупреждения, и приобретать их не хочет, это его только частично извиняет. Сравни Амвросия Медиоланского в его толковании текста Послания к римлянам: «Не знаешь ли ты, что благость Бога ведет тебя к раскаянию?». Амвросий там говорит: «Ты тяжко грешишь, если ты очень многого не знаешь. Поэтому теперь, особенно в наше время, мы хотим, приходя в момент опасности на помощь душам, рассеять незнание и иметь всегда перед глазами суровейший суд, который нам предстоит для того, чтобы гордое незнание не взяло над нами верх». В своих Flores regularum moralium, правило второе, Канцеллярий говорит, что подлежащее наказанию незнание Божественного права не ставится в вину тому, кто сделал все от него зависящее для избежания этого незнания. Это происходит потому, что Святой Дух готов преподать такому человеку прямой, истинный путь спасения.

Относительно первого аргумента здравый смысл канона дает ясный ответ.

Относительно второго аргумента Пётр Тарантасийский говорит следующее: «Из-за великой своей зависти в своей борьбе с человеком дьявол уничтожил бы все, если бы было Божье попущение».

Но Бог ему одно позволяет совершать, другое – не позволяет. Это причиняет дьяволу большой позор и недовольство, так как Бог во всем пользуется им для откровения своей славы против воли дьявола.

Относительно третьего аргумента можно сказать, что болезненному изменению тела или другой какой-либо порче предшествует некоторое перемещение в пространстве. Ведь демон, побужденный ведьмой, собирает известные активные свойства, могущие вредить, и их комбинирует с пассивными, чтобы возбудить боль, порчу или другие мерзости. На вопрос о том, происходит ли это перемещение в пространстве в зависимости от течения небесных светил, надо ответить отрицательно, так как это перемещение приводится в движение не природною силою, а природным послушанием демону, имеющему власть над телами. Его же власть над ними лежит в его природе. Это не значит, что он может придавать материи существенные или случайные изменения без помощи другой естественной причины. Но он может с Божьего попущения производить перемещения вещей и через их соединение причинять боль или производить иные подобные изменения свойств. Поэтому колдовство зависит от небесных движений столь же мало, как и сам демон, хотя бы он и имел власть над указанными вещами и орудиями.

К четвертому аргументу надо сказать следующее. Творения Бога могут пострадать от козней дьявола, как, например, при чародействе. Но это возможно лишь с Божьего попущения. Поэтому дьявол не сильнее Бога. К тому же он не может действовать насилием, иначе способен все разрушить.

Пятый аргумент. Всем известно, что небесные светила не обладают властью воздействия на демонов. Но эти последние все же вызываются кудесниками при известном положении звезд. Это происходит по двум причинам. С одной стороны, колдуны знают, что определенное расположение звезд благоприятствует действиям, которые они намереваются произвести. С другой стороны, они вопрошают светила, чтобы совратить людей к почитанию звезд как к чему-то Божественному. Из этого почитания возникло некогда идолопоклонство.

И, наконец, относительно значения шестого аргумента о золоте алхимиков надо сказать, согласно учению святого Фомы, следующее. Если даже некоторые субстанциальные формы могут быть искусственно созданы с помощью естественного двигательного начала, то это не имеет общего распространения, так как не всегда возможно соединять активные начала с пассивными. Это искусство может создавать только нечто сходное. И алхимики производят нечто похожее на золото, нечто, обладающее его внешними свойствами, но они не производят настоящего золота. Ведь субстанциальная форма золота происходит не от жара огня, употребляемого алхимиками, а от жара солнца на определенном месте, где действует сила минерала. Так же обстоит дело и с другими подобными действиями алхимиков.

К существу. Демоны пускают в ход чародейное искусство и не могут поэтому без помощи действующего начала создать субстанциальную или акцидентную форму. Этим, однако, мы не хотим сказать, что колдовство вообще не может происходить без помощи другого действующего начала. И с этой помощью действующего начала им становится возможно вызывать действительные болезни и порчи. О том, что же необходимо для совершения такого чародейства и должны ли здесь участвовать демоны, станет ясно из нижеследующего.

[1, 2] Вопрос II. Действует ли дьявол совместно с колдуном?

Правоверно ли утверждать, что для чародейства дьявол должен всегда действовать совместно с колдуном или один независимо от другого (например, дьявол без колдуна либо наоборот) может произвести подобное действие?

1. Августин («О 83 различных вопросах») утверждает следующее относительно действий дьявола без посредства колдуна. Все, что совершается зримо, может совершаться также через посредство низших сил воздуха. Но телесные порчи не бывают незримы; они ощутимы. Поэтому они могут причиняться и демонами.

2. Кроме того, вред, нанесенный, согласно Библии, Иову (и огонь, упавший с неба; и рабы, уничтоженные в одно мгновение вместе со стадами овец; и ураган, разрушивший дом и убивший детей), был делом рук дьявола без помощи ведьмы, но с Божьего попущения. Так же обстояло дело и с семью мужьями девственницы Сарры, умерщвленными демоном.

3. Далее. Все то, что возможно совершить более высокой силе, достигается ею без помощи всякой, какой-либо иной, силы. Более высокая сила не нуждается в низшей силе. Низшая сила может сама по себе производить град и возбуждать болезни. Ведь Альберт Великий в своем сочинении «О свойстве вещей» говорит, что сгнивший шалфей, положенный особенным образом в колодец, вызывает удивительные бури в воздухе.

4. Далее. Если говорят, что демон практикует чародейство не из потребности, а для погибели тех, кого он ищет, то это противоречит Аристотелю. В своей «Этике» Аристотель говорит, что злые поступки совершаются добровольно. Это он доказывает тем, что никто добровольно не делает несправедливостей, если он не имеет желания сделать несправедливость. И никто не занимается развратом, если он не стремится к невоздержанности. Поэтому-то законодатели и наказывают злых. Ведь эти последние, собственно говоря, делают злое добровольно. Если же дьявол с помощью ведьмы делает что-либо дурное, то он поступает с ней как со своим орудием. И так как орудие зависит от воли работающего им мастера и не имеет самостоятельной воли при такой совместной работе, то нельзя и действия его приписывать ему, и, следовательно, наказывать его за это.

Возражая этому, скажем следующее. Дьявол ничего не может предпринять без ведьмы. Вначале укажем общее основание. Каждое действие происходит через прикосновение. Так как демон к телам вовсе не прикасается, не имея с ними ничего общего, то он нуждается здесь в орудии, которому он передает вредительскую силу через свое прикосновение. Что чародейства возможны и без помощи дьявола, это доказывается глоссами и текстом «Послания к галатам», глава 3: «О, неосмысленные галаты! Кто околдовал вас, чтобы вы не слушались правды?» Глосса дает объяснение, что некоторые могут сглазить ближних, главным образом детей. На эту же тему говорит Авиценна («О природе», кн. VI, 3-я, посл., гл.): «Часто душа влияет на чужое тело так же, как и на собственное, например, как при воздействии дурным глазом». Так же думает Алгацель («Физика», кн. 5, гл. 10).

Святой Августин. Гравюра из книги «О граде Божьем против язычников», 1515 г.

Wikimedia Commons

Авиценна полагает, что сила воображения может и без посредства дурного глаза воздействовать на чужие тела, причем он придает понятию воображения слишком расширенный смысл. Мы понимаем под ним не особую силу, отличную от разума, представления и суждения, а такую силу, которая охватывает все эти внутренние способности. Не подлежит сомнению, что сила воображения может воздействовать на тело. Возьмем хотя бы следующий случай: человек легко может пройти, не падая, по балке, лежащей на дороге. Если же эту балку положить над глубокой водой, то человек не так легко решится пройти по ней, так как его душа будет находиться под сильным впечатлением возможности падения, что парализует его тело и силу. Здесь имеется точка соприкосновения с дурным глазом, поскольку происходит особое воздействие на тело. В данном же случае воздействие происходит на собственное тело.

Неверно утверждение, что подобное воздействие исходит только от живого тела, и именно из души, на чужое тело. Ведь в присутствии убийцы кровь начинает течь из ран убитого. Значит, тела могут и без посредства души производить удивительные явления. С другой стороны, человек, проходящий около убитого, не может удержаться от содрогания, даже если он не видит мертвеца.

Естественные явления имеют также особые, скрытые от человека силы, как, например, притяжение железа магнитом и прочее подобное, приводимое Августином в его «О граде Божьем».

Женщины также могут с помощью определенных приемов воздействовать на чужие тела и производить их изменения без участия дьявола, что нашему разуму не совсем понятно. Но это непонимание не должно заставлять нас приписывать подобные воздействия дьяволу, как бы говорящему из женщин.

Кроме того, ведьмы пользуются изображениями и орудиями, подкладываемыми под пороги входных дверей или в определенных местах, куда заходят животные или люди, которые таким образом околдовываются и, случается, умирают. Доказательством тому, что здесь мы имеем дело с околдованием в связи с течением светил, служит следующее. Как естественные, так и искусственные тела находятся под влиянием тел небесных. И естественные, и искусственные тела могут получать от последних скрытые свойства. Отсюда ясно, что эти свойства могут быть здесь использованы дьяволом.

Далее. Если истинные чудеса возможны через посредство естественных свойств лиц, действующих в этой области, то и сила природы может производить чудесные и изумительные явления. Об этом Григорий Великий («Диалоги») говорил следующее: «Святые совершают чудеса частью молитвой, частью своей силой». В доказательство он приводит случай с апостолом Петром, молитвой пробудившим от смерти усопшую Тавифу и проклятием, а не молитвой вызвавшим смерть солгавших Анании и Сапфиры. Значит, человек может силою своей души преобразовывать состояние материи или вызывать появление болезни у здоровых, или наоборот.

Далее. Человеческое тело совершеннее всякого другого тела. Под влиянием впечатлений человеческой души человеческое тело изменяется и становится то холодным, то горячим, как это замечается у гневливых, а также боязливых людей. Эти изменения могут даже привести к болезням и смерти. Душа же и сама по себе, без посредства внешних впечатлений, может воздействовать своей силой на материю.

Но могут возразить, что субстанция духа не дает возможности создания другого облика, если не участвует другое действующее начало, как это и было указано выше. Поэтому Августин в вышеприведенном месте и говорит: «Нельзя верить, что материя видимых предметов легко повинуется падшим ангелам; она повинуется только Богу». Тем не менее способен человек из самого себя совершить колдовские действия.

Ответ. Нет недостатка в людях, извиняющих ведьм и обвиняющих только демонов или объясняющих их деяния естественными превращениями. Ошибочность этой точки зрения будет доказана в нижеследующем. Прежде всего коснемся ведьм. Исидор Севильский («Этимология», VIII) говорит, что название ведьм происходит от их тяжких преступлений. Они производят смешение элементов с помощью демонов и этим вызывают град и бурю. Они же приводят в замешательство дух человеческий, то есть наводят на людей сумасшествие, ненависть и туманящую разум любовь. Они же даже без помощи яда, а силой своего заклинания уничтожают душу. Об этом трактуют: 26, вопрос 5, глава necmirum, а также Августин в своем «О граде Божьем». Там говорится, что маги, называемые в просторечии колдунами, смущают элементы, вызывают сумасшествие у маловерующих и силой заклинаний уничтожают людей. Поэтому Лукан говорит:

«Лишь чрез песню заклятий, но не чрез жгучие яды гибнет душа».

Вызвав на помощь дьявола, они решаются действовать и своим искусством уничтожают врагов. Отсюда ясно, что в таких действиях демоны и ведьмы сотрудничают вместе.

Мы можем различать четыре вида проступков: 1) служащих кому-либо на пользу, 2) вредящих, 3) колдовских и 4) естественных. Первый вид проступков – это такие, которые совершаются с помощью добрых ангелов. Второй вид производится с помощью злых ангелов. Моисей поразил египтян десятью казнями, опираясь на силу добрых ангелов, а египетские маги соперничали с ним с помощью злых духов в девяти казнях. Трехдневная чума по причине греха Давида по случаю переписи народа и гибель 72 000 убитых ночью войсками Санхериба были делом рук ангелов Господних, почитающих Создателя и знающих его. Напасти же на иудейский народ в пустыне были делом рук злых духов. Колдовскими проступками называются такие, которые совершаются дьяволом через посредство ведьм и колдунов. Естественные же проступки зависят от влияния светил небесных, а именно – от менее значительных из них. Это влияние выражается в смертности, неурожайности полей, градобитии и тому подобном.

Эти четыре вида проступков надо строго различать. Например, дух-вредитель излил на Иова несчастия, и поступок этого демона нельзя назвать колдовским, а только вредительским. Тому же, кто упорно продолжает защищать ведьм, критиковать указанное подразделение, придираться к словам, сыпать ударами по воздуху, отказываться подойти к корню вещей и решает ставить вопрос, почему Иов был поражен демоном-вредителем, а не колдуном, можно на это ответить, что Иов пострадал исключительно от дьявола, без посредства колдуна или ведьмы. Ведь в то время ведьм еще не знали. А Божественное провидение хотело, чтобы сила дьявола была известна миру, чтобы люди научились ей противиться и чтобы они знали о невозможности для него делать что-либо без Божьего попущения.

О том времени, когда стал известен первый вид суеверия (а именно – вызывание дьявола), Викентий в «Зерцале истории», опираясь на многих ученых, говорил, что первым магом и астрологом был Зороастр, который, по всей вероятности, был сыном Хама и внуком Ноя. По словам Августина («О граде Божьем»), Зороастр был единственным человеком, который при рождении смеялся. Этим смехом он мог быть обязан только дьяволу. Став королем, Зороастр был побежден Нином, сыном Бела, выстроившим Ниневию или, вернее, положившим основу Ассирийского государства. Это было во времена Авраама.

Этот Нин по смерти своего отца из особой любви к нему поставил памятник в виде колонны. Всякий преступник, который искал около нее убежища, освобождался от заслуженного наказания. С того времени люди стали почитать изображения, как будто это были боги. Это случилось после первого периода (истории). Ведь в те времена идолопоклонства еще не было из-за свежести воспоминания о сотворении мира. Это явствует из слов святого Фомы (II). Может быть, это был Нимрод, который заставил людей поклоняться огню. Так началось во втором периоде идолопоклонство как первый вид суеверия.

Прорицания образуют второй вид этих суеверий. Третий их вид – это наблюдение примет. Практика ведьм основывается на втором виде суеверий, производится через непременное вызывание демонов и подразделяется на нигромантию, астрологию и прорицание посредством толкования снов.

Я говорил об этом здесь для того, чтобы читатель уяснил постепенность распространения и видоизменения вредительского искусства и понял основательность утверждения о несуществовании ведьм во времена Иова. Как с течением времени распространялись весть и познания о святых (см. об этом «Мораль» Григория Великого), так разрасталась с годами и вредительская практика злых духов. Как земля в то время была исполнена познания божества (см. у Исаии), так она теперь, клонясь к своей гибели, переполнена всяческой злобой демонов. Ведь греховность людей растет, а любовь – меркнет.

Так как сам Зороастр усердно интересовался предсказаниями и именно с помощью астрологии, то он и был сожжен чёртом (см. у Григория, там же).

Относительно начала совместных чародейств бесов и ведьм уже сказано выше. Об этом говорится в Исходе, 7, – именно о колдунах фараона, которые творили многие знамения при казнях египетских, опираясь на помощь демонов, тогда как Моисей совершал знамения с помощью добрых ангелов.

Отсюда вытекает католическая истина о том, что для свершения колдовских, а не только вредительских деяний колдун всегда должен работать совместно с дьяволом.

Отсюда вытекают также ответы на аргументы. Что касается первого из них, то не отрицается, что порча, воочию наблюдаемая на людях, животных и полевых злаках и производимая также по положению небесных светил, тоже причиняется демонами с Божьего попущения. Ведь Августин («О граде Божьем») говорит: «Демонам подвластны огонь и воздух, поскольку это им разрешает Бог». Это видно и из глоссы о несчастьях, насланных злыми ангелами: «Бог наказывает через злых ангелов».

Отсюда вытекает ответ на второй аргумент касательно Иова, а также из тех соображений, что были высказаны выше о началах магии.

Относительно третьего пункта, а именно – о бросании сгнившего шалфея и т. д., возражают, что, конечно, порча может произойти без помощи дьявола, но не без влияния планет. Мы говорим о чародействе. Поэтому это сюда, собственно говоря, и не относится.

Что касается четвертого пункта, то признается бесовское использование ведьм для их погибели, но в то же время указывается на неосновательность их судебного преследования, так как они являются лишь орудием дьявола, действующими не по своей воле, а по воле действующего через них врага человеческого рода. На это надо возразить следующее. Ведьмы – это одушевленные, по собственному свободному решению действующие орудия, хотя бы они по договору, заключенному специально с дьяволом, и отказались от власти над самими собой. Ведь мы знаем из признаний ведьм – здесь я говорю о сожженных женщинах – о том, что они действительно принуждаются к участию в чародействах под страхом быть высеченными бесами, но остаются связанными своим первым свободным обещанием, которым отдают себя демонам.

Касательно других аргументов, служащих доказательством тому, что чародейства могут быть совершаемы и старухами без всякой помощи демонов, надо сказать следующее. Противоречит разуму делать заключение от частного к целому. В Священном Писании, кроме одного места, ничего не говорится о чародействе или о дурном глазе старух. Поэтому нельзя делать заключения о том, что дело всегда так происходит. К тому же глосса не совсем ясна относительно того, возможно ли такое чародейство без помощи демона. Ведь глосса различает три вида чародейства. Во-первых, оно обозначает обман чувств в результате кудесничества, возможно также и с участием дьявола, если на то будет Божье попущение. Во-вторых, колдовство можно назвать и ненавистью, как это и говорится апостолом: «Кто вас так околдовал?», то есть преследовал с такой ненавистью. В-третьих, эта ненависть причиняет болезненные явления в телах тех, на кого падет глаз такого ненавидящего. Обо всех этих видах чародейства мнение ученых одинаково, как это и указано Авиценной и Алгацелем. И святой Фома так же разбирает это чародейство и делает это следующим образом. Он полагает, что вследствие сильного душевного напряжения происходят изменение и перемещение в элементах тела. Это изменение происходит главным образом в глазах, и из них происходит излучение. Таким образом, глаза заражают воздух на определенное значительное расстояние. Отсюда – новые и чистые зеркала становятся тусклыми при смотрении в них женщин во время месячных очищений, как это и указывается Аристотелем (о сне и бодрствовании). Если душа неудержимо клонится ко злу, как это бывает, особенно у женщин, то это происходит, как нами ранее указано. Их взгляд ядовит и несет порчу. Главным образом он вредит детям, обладающим нежным телосложением и впечатлительностью. Святой Фома при этом добавляет, что с Божьего попущения или по какой-либо другой скрытой причине здесь принимает участие злоба дьявола, если женщины заключили с ним договор.

Для лучшего понимания всего этого мы тут рассеем некоторые сомнения, чтобы еще более осветить правду. На первый взгляд, возникает как бы противоречие вышесказанному, если примем положение о невозможности превращения духовных субстанций тела в физические без посредства какой-либо другой действующей силы. Значит, душевное напряжение, будь оно даже в высшей степени сильным, никакого действия не окажет. Сверх того, существует положение, осужденное большинством университетов, особенно Парижским, гласящее, что заклинатель может одним взглядом сбросить верблюда в ров, вследствие того что его высшее разумение господствует над низшим. Так же и более разумная душа воздействует и ставит под свое начало более слабую, чувствительную душу.

Рассмотрим ближе эти пункты. Исходя из естественной силы своей души, человек не может излучать из глаз такой силы (не производя при этом изменения собственного и постороннего тел), которая могла бы причинить порчу лицу, бросившему на него взгляд, и придать ему другую форму. Поэтому утверждение, будто бы ведьмы все это могут произвести из самих себя, совершенно не соответствует истине.

О том, каким образом это воздействие все же происходит, мы говорили выше. Здесь мы сделаем соответствующие добавления. Может случиться, что мужчина или женщина, бросив взгляд на тело мальчика, произведут в нем некоторые изменения с помощью дурного глаза, воображения или чувственной страсти. Чувственная страсть соединена с известным изменением тела. Глаза же легко воспринимают впечатления. Поэтому часто случается, что внутреннее дурное возбуждение дает им дурной отпечаток. Сила воображения легко отражается в глазах вследствие их чувствительности и близости центра воображения от органов чувств. Если глаза полны вредительских свойств, то может случиться, что они придадут окружающему воздуху дурные качества. Они достигают по воздуху глаз мальчика, на которого смотрят, и через них достигают внутренних его органов. В результате он лишается возможности переваривать пищу, телесно развиваться и расти. Опыт позволяет убедиться в этом воочию. Мы видим, что страдающий болезнью глаз человек может временами своим взглядом навести порчу на того, кто на него посмотрит. Это происходит потому, что глаза, полные злых свойств, заражают окружающий воздух, через который заражаются и здоровые глаза того, кто на них посмотрит. Заражение передается по прямой линии в глаза тем, кто посмотрит на больные глаза. При этом воображение того, кто полагает, что может заразиться, имеет тут большое значение.

Можно было бы привести много других наглядных примеров. Но мы их опускаем, чтобы быть более краткими.

Псалмопевец сказал: «Кто тебя боится, тот увидит меня». Глосса к этому месту говорит приблизительно следующее: «Большая сила лежит в глазах, если мы обратим свое внимание на то, что происходит в природе. Видя первым, волк не воет. Василиск убивает, если он видит первым. Он умирает сам, когда его первого увидят. Причина тому, что василиск своим взглядом убивает человека, заключается в том, что взгляд и воображение возбуждают в нем ядовитые вещества, которые из его глаз передаются окружающему воздуху, а оттуда проникают через дыхание в человека. От этого он околдовывается и умирает. Если же человек первым увидит василиска и пожелает его убить, то для этого должен предварительно обвеситься зеркалами. Как только василиск посмотрит в них, то зараженный им воздух отразится от них и вернется на него, отчего он и умрет. Неизвестно, почему человек, убивающий василиска, сам не умирает. Здесь мы имеем дело со скрытой причиной».

Все это сказано здесь без предубеждения и без всякой страсти к спору. Лишь придерживаясь слов святых, мы можем выявить действительную, католически правоверную истину относительно того, что ведьмы всегда действуют совместно с демонами и что один без другого ничего не может достигнуть.

К аргументам. Относительно первого – ответ о колдовстве ясен.

Василиск на гравюре Вацлава Холлара. 1644–1652 гг.

Rijksmuseum

Относительно второго приведем мысль Викентия («Зерцало природы»), что рана, зараженная духом убийцы, притягивает к себе зараженный воздух. Если убийца проходит мимо, то кровь вытекает, так как в присутствии убийцы попавший в рану воздух начинает колебаться и производить кровотечение. Другие ученые приводят и другие основания и говорят, что это кровотечение указывает на крик убитого из земли, тяготеющего именно вследствие проклятия к первому убийце – Каину.

Что касается содрогания, происходящего у того человека, который находится у трупа убитого, если даже он этого трупа не видит, то это производится через душевное свойство, воспринимающее даже наималейшее впечатление и передающее его душе. Это не является возражением против чародейств ведьм. Ведь это все происходит в естественном порядке.

В-третьих, как было сказано выше, деяния ведьм подводятся под второй вид суеверий, называемых прорицаниями (divinatio). А использование некоторых предметов при определенных наблюдениях примет относится к третьему виду этих суеверий. Поэтому возражение не попадает в цель. К тому же эти верования охватывают не любой вид колдовства, а только тот, который производится с нарочным призыванием нечистой силы. Здесь также имеется ряд подвидов: нигромантия, геомантия, гидромантия и т. д. Сравни: святой Фома (II, 2, 95). Прорицание колдунов[133] занимает видное место среди всех видов суеверий и подлежит особому суду. Возражения против нашей точки зрения могут здесь сводиться к следующему. При использовании колдунами естественных сил для достижения естественных результатов их действия нельзя назвать недозволенными. При использовании же ими непонятных слов для восстановления здоровья, дружбы или для достижения другой пользы, но не для нанесения вреда, дело может происходить если и без специального призывания демона, то, во всяком случае, не без молчаливого призывания его. И это нельзя разрешать.

Эти проступки и подобные им причисляются к третьему виду суеверий – а именно: к наблюдению разных примет – и потому не относятся к вопросу о ереси ведьм. Неправильно приписывать этому, третьему виду четыре подвида второй группы на том основании, что ведьмы пользуются названным наблюдением примет для приобретения познания о предстоящей судьбе, о способе обхождения предписаний Священного Писания и восстановлении здоровья. Ведь святой Фома (9, 96 art. 2), говоря о допустимости наблюдения этих примет, прибавляет, что дело лишь в вопросах здоровья, а не в чем-либо другом злом, присущем колдованию. Поэтому общие наблюдения примет и их исполнение колдунами надо подвести под второй вид суеверий, а не под третий.

Отвечая на четвертое возражение, мы скажем: наблюдение примет имеет два вида, а именно – нигромантический: некромантический и астрономический. При нигромантических наблюдениях всегда производятся призывания злых духов вследствие специально заключенного с ними договора (см. наш ответ на второе возражение). При астрономических же наблюдениях имеются только молчаливые договоры. Призывания не бывает, если не считать также молчаливого призывания при начертании фигур и проставлении значков на них. Не оставим без внимания того факта, что некоторые нигромантические изображения пишутся при определенных констелляциях светил небесных. К ним прикладываются определенные фигуры и значки на кольцах, камнях и других предметах. Другие же подобные изображения пишутся без соблюдения указанных констелляций. Эти последние изображения служат чародейским целям. К ним не прилагаются указанные значки. Они подкладываются в определенные места. Здесь речь идет об этих изображениях с помещенными там значками, а не о других. Поэтому возражение против нашего положения отпадает.

Нельзя отрицать значения чародейских рисунков при колдовании. Святой Фома говорит: «Никогда не позволено пользоваться подобными рисунками, хотя они и используются ведьмами без соответствия с их значением. Они подкладываются ведьмами лишь по велению демонов для усиления действия чар и служат для оскорбления Творца. Они стараются производить это во дни святых праздников».

К пятому возражению скажем, что Григорий Великий понимал в своем утверждении власть благодати Божьей, а не власть природы. Поэтому он прибавляет: «Неудивительно, если сыны Божьи, стоящие в Его власти, творят знамения Его властью, как говорил Иоанн».

К шестому возражению скажем, что подобие не играет никакой роли. Ведь воздействие душ на собственное тело разнится с воздействием на постороннее тело. Душа образует со своим телом нечто целое, а чувствования являются актом органов тела. Поэтому чувствования при воздействии души могут колебаться между жаром и холодом и даже привести к смерти. Но для достижения изменения в состоянии постороннего тела недостаточно воздействия души, если не будет иного воздействия. Ведьмы не могут поэтому пользоваться только своей силой. Для свершения чародейств они должны с помощью демонов пользоваться разными предметами: например, шипами, костями, волосами, деревом, железом и тому подобным.

Следуя внутреннему содержанию папской буллы, разберемся теперь в происхождении колдунов и их деяниях. Заметим прежде всего, что для колдовских результатов необходимы следующие силы: дьявол, ведьма и Божье попущение (см. 23, вопрос I. Si per sortcarias). Августин также говорит, что вследствие гибельного общения людей и демонов возникло это суеверное безумие. В этом общении лежат происхождение и увеличение этой ереси.

Эта колдовская ересь отличается от других ересей тем, что она не только через специальные, но и через просто заключенные договоры стремится вредить Творцу и Его созданиям, тогда как все другие простые ереси не основаны на подобных договорах с нечистой силой, хотя и здесь не обходится без содействия со стороны сеятеля зависти лжеучений из-за трудности понимания того, во что надо верить. Сверх того, эта ересь отличается и тем, что из всех видов прорицаний[134] сия ересь практикующих злонамеренное колдовство (букв. – злодеев) отличается наивысшей степенью злобы – почему также имя себе получила по причиняемому [ими] злу, т. е. от – «дурных помыслов о вере[135]»).

Аутодафе испанской инквизиции: сожжение еретиков на рыночной площади. Гравюра Г. Д. Линтона

Wellcome Collection

Для распространения своей ереси ведьмы много что предпринимают: святотатственной речью они полностью или частично отрицают католическую веру[136], продают самих себя с телом и душой, передают дьяволу еще не крещенных детей и занимаются дьявольскими мерзостями через плотские сношения с демонами, инкубами и суккубами[137].

О, если бы все это можно было назвать выдуманным и не соответствующим истине! О, если бы, по крайней мере, церковь осталась не затронутой этим ужасным осквернением! Но, к несчастью, по свидетельству папской буллы, дело обстоит иначе. Тому же учит нас опыт, приобретенный на основании признаний ведьм касательно их позорных деяний. Мы не должны прекратить инквизиции, если не хотим подвергнуть опасности спасение собственных душ.

Будем же говорить о происхождении и распространении этой ереси. Это тяжелая работа. Мы станем с величайшим старанием производить исследование, объединяя все, что согласно с разумом и что не противоречит Священному Писанию и преданию. Распространению ереси больше всего способствуют два явления: действия инкубов и суккубов и позорное посвящение детей дьяволу. Поэтому мы остановимся подробнее на этих пунктах и вначале скажем о демонах, потом – о ведьмах и, наконец, о Божьем попущении. Демоны действуют с помощью рассудка и воли. Их действия зависят от определенного расположения звезд, в силу того что семя не при всяком расположении звезд достаточно зрело для зарождения. Поэтому мы исследуем эти констелляции небесных светил. Таким образом, получается в основном три вопроса для обсуждения: 1) могла ли эта ересь развиться вследствие плотского смешения с инкубами и суккубами; 2) не благоприятствовали ли констелляции ее развитию и 3) не углубилась ли ересь из-за позорного посвящения детей дьяволу. Между вторым и третьим вопросами мы разберем вопрос о влиянии на ересь движения светил. Это будет подходящим продолжением рассмотрения деяний ведьм. В первом пункте мы сталкиваемся с тремя трудностями. Одна из них – общего характера – об инкубах, вторая – специальная – о тех демонах, которые совершают подобные поступки, и третья – самая специальная – относительно ведьм, отдающих себя нечистому.

[I, 3] Вопрос III. Могут ли люди быть порождены инкубами и суккубами?[138]

С первого взгляда представляется неправомерным утверждение о возможности порождения людей через посредство инкубов и суккубов. Порождение людей было установлено Богом перед грехопадением так, что он образовал в помощь мужу жену из ребра и сказал: «Плодитесь и размножайтесь» (Быт., 1[:22]), а Адам сказал в воодушевлении: «и будут [два] одна плоть» (Быт., 2[:24]). Ною тоже было сказано: «Плодитесь и размножайтесь» (Бытие, 9). В Новом Завете такое соединение было подтверждено Христом (Мф. [19:4]): «Не читали ли вы, что Cотворивший вначале мужчину и женщину сотворил их?». Поэтому все иные виды порождения людей недопустимы.

Если говорится, что демоны пользуются не естественным, а искусственным, недопустимым способом оплодотворения, когда они рьяно участвуют при естественном оплодотворении людей, принимая семя и перенося его, то это надобно отвергнуть, потому что дьявол мог бы это производить у людей всякого положения: находящихся в браке или стоящих вне его. В первом случае это было бы невозможно, ибо тогда дьявол оказался бы сильнее Творца, уничтожая то единство, которое между супругами установлено Всевышним. Во втором случае это было бы столь же невозможно, ибо в Священном Писании ничего не говорится о том, что звероподобное зарождение может происходить в одном положении (скажем, внебрачном), а не в другом.

Кроме того, зачатие относится к функции живого тела. Демоны же, принимающие на себя телесную личину, живого тела не имеют, потому что зачатие исходит от души, действующей тут посредством физического органа (О душе, 2). Поэтому демоны не в состоянии с личиной тела совершать подобные действия.

Если говорится, что демоны принимают личину тела не для того, чтобы творить жизнь, а для того, чтобы воспринять естественное семя и опять отдать его, то на это возражают: подобно тому как нет ничего излишнего в поступках добрых и злых ангелов, точно так же обстоит дело с творениями природы. Если же демон с помощью своей естественной силы, превосходящей силу человеческого тела, незримо мог бы собрать семя и опять отдать его, то это может служить основанием для утверждения, что такое невозможно делать незримо. Если он способен на это, то другое является излишним. Это основание может быть еще более усилено. В «Книге о причинах» говорится, что сила рассудка не ограничена книзу, но ограничена кверху. Все тела стоят ниже рассудка. Поэтому рассудок в силу своей неограниченности может изменять тела так, как он хочет. Но силы рассудка – это ангелы, добрые и злые. Поэтому они независимо от принятия на себя телесного облика способны производить изменения в семени.

Кроме того, действие взятия семени от одного и отдачи его другому было бы связано с перемещением в пространстве, а демоны не могут производить перемещения в пространстве. Доказательство: душа – духовная субстанция, как и демон. Душа не может перемещать тело в пространстве, если оно не оживлено. Поэтому члены человеческого тела неподвижны, когда они отмирают. Потому и демон способен перемещать тела лишь в том случае, если они оживлены им. Известно, что демоны не могут оживить тела. Поэтому они неспособны перемещать в пространстве семя.

Святой Михаил поражает дьявола на гравюре Якоба Корнелиса ван Остзанена, 1510 г.

Rijksmuseum

Всякое действие происходит через прикосновение, как это указывается в I. De generatione. Нельзя себе представить, чтобы демон имел какое-либо подобное прикосновение, так как у него нет ничего общего с телом. Изливать семя и перемещать его – значит иметь отношение к прикосновению. Из этого вытекает, что демоны никак не могут принимать участия в оплодотворении.

Далее. Демоны также не могут двигать тела, по природе стоящие ближе к ним, как, например, небесные светила; как же они могут двигать такие тела, которые им менее близки? Согласно «Физике, 2», движимое и движущееся принадлежат друг другу. Если бы демоны могли двигать небесные светила, они были бы на небе, что, однако, ни у нас, ни у платоников не считается истиной.

Возражения этим аргументам

Августин («О Троице») говорит: «Демоны собирают семя, употребляемое ими для телесных действий». Это не могло бы иметь места без перемещения в пространстве. Значит, демоны могут передать собранное семя другим. В том же смысле высказывается глосса Валлафрида Страбона к «Исходу, 7»: «Фараон призвал мудрецов…» и т. д. В этой глоссе говорится, что демоны рыщут по свету и собирают различное семя и от его применения могут происходить различные твари. Смотри также глоссу к словам: «Фараон призвал…», а также глоссу к «Бытию, 6», к словам: «Сыны Божьи увидели дочерей человеческих…» и т. д. Глосса делает двоякое утверждение: 1) что под сыновьями Божьими разумеются сыновья Сифа, а под дочерьми человеческими – дочери Каина; 2) что не представляется невероятным видеть в указанных в Библии гигантах детей демонов и земных женщин. В Священном Писании сказано далее: «Гиганты были на земле, потому что также и после Потопа тела не только мужчин, но и женщин были еще прекрасны».

Ответ. Необходимость быть более краткими не позволяет нам распространяться о власти и делах дьявола касательно чародейств ведьм. Если благочестивый читатель захочет узнать об этом подробнее, пусть он прочтет Доктора Сентенций[139] (2, 5), где это описано досконально и верно. Там читатель увидит, что демоны совершают свои поступки на основании рассудка и воли. По словам Дионисия («Об именах Божьих»), они не могут использовать эти способности для добрых дел. Их ум трижды силен: своей глубиной, долголетним опытом и помощью вышестоящих духов. Набожный читатель найдет там также, каким образом демоны узнают по небесным светилам, кто из людей больше способен к колдовству и хочет обратиться к ним за содействием.

Что же касается воли демонов, то читатель почерпнет из указанных сочинений сведения о постоянной склонности демонов ко злому, об их грехах заносчивости, ненависти и высшего неудовольствия тем, что Бог пользуется ими против их воли для своего прославления. Читатель узнает, как дьявол благодаря рассудку и воле совершает изумительные действия, не сравнимые ни с какими силами земли. Иов говорит: «Нет на земле подобного ему; он создан бесстрашным». А глосса прибавляет: «Если он никого и ничего не боится, то все же покоряется заслугам святых».

Читатель найдет там, каким образом дьявол узнает мысли людей, превращает тела людей из одного состояния в другое с помощью особого действующего начала, перемещает тела в пространстве, изменяет внутренние и внешние чувства и влияет, хоть и не прямым воздействием, на ум и волю человека.

Богословы считают их нечистыми духами, хотя и не нечистоплотными по своей природе. По словам Дионисия, им присущи неистовство, безудержная алчность, безграничная фантазия в гордости, зависти и злобе. Поэтому они враги рода человеческого. Они духом разумны, легко понимают, опытны в бесполезных делах, алчны до вредительства, всегда готовы на новые обманы. Они извращают чувства, исследуют потребности, мешают бодрствующим, вспугивают спящих в сновидениях, приносят болезни, вызывают бури, превращают себя в ангелов света, всем несут ад, требуют от ведьм Божеского почитания; с их помощью совершаются чародейства. Они хотят господствовать над добрыми и теснить их по мере сил. Избранным Бога они посылаются для испытания. Они всегда ищут пути для сокращения жизни человека. Пусть дьявол знает тысячи способов вредить людям, пусть он старается со дня своего падения разрушать единство церкви, оскорблять любовь, забрасывать желчью зависти деяния святых и всячески уничтожать род человеческий, однако его сила заключается лишь в чреслах и в пупе. Смотри предпоследнюю главу книги Иова. Это происходит потому, что дьявол только через излишество плоти господствует над людьми. У мужчин центр этих излишеств лежит в чреслах, так как оттуда выделяется семя. У женщин же семя выделяется из пупа.

После этих предварительных сведений об инкубах и суккубах можно с полным правом сказать следующее: утверждение о возможности зачатия людей с помощью инкубов и суккубов столь католически верно, что утверждение противного противоречит не только изречениям святых, но и смыслу Священного Писания. Уже Августин поднимает в одном из своих сочинений вопрос относительно действительных поступков демонов и их описаний поэтами и оставляет этот вопрос якобы неразрешенным, но дает затем объяснения в духе Священного Писания. В своем «О граде Божьем» (3, 2) он говорит: «Оставим без ответа вопрос о том, могла ли Венера от соединения с Анхизом родить Энея. Ведь подобный вопрос ставится и в Священном Писании: именно о том, породили ли падшие ангелы и дочери человеческие гигантов, то есть чрезвычайно больших и сильных людей, которыми была полна земля». А в книге 5, главе 23, «О граде Божьем» он решает вопрос следующим образом: «Часто говорилось и многими утверждается из личного восприятия и из свидетельств других очевидцев, в достоверности которых не может быть сомнения, что лешие и фавны, которые в народе называются инкубами, обуянные страстью к женщинам, добивались плотского соития с ними и что некоторые демоны (называемые у галлов дузами) усердно пытались творить подобные скверны и часто их совершали. Было бы наглостью отрицать это ввиду достоверности людей, утверждающих подобное». Вот слова Августина.

В дальнейшем он решает там же и второй вопрос, говоря о следующем месте бытия: «Сыновья Божьи, то есть Сифа, увидели дочерей человеческих, то есть Каина», – и утверждает, что здесь речь идет не только об инкубах. Ранее упомянутая глосса сообщает об этом следующее: «Не является недостоверным, что не о людях говорится в Писании, а об ангелах или неких демонах, восхотевших женщин и породивших гигантов». О том же говорится в глоссе к Исаии (13), где пророк предсказывает запустение вавилонского царства и говорит, что там будут жить чудища. Вот его слова: «И страусы поселятся (там), и будут там скакать полевые духи». Под этими духами надо понимать демонов. Поэтому глосса продолжает: «Полевые духи – это лешие с жесткими волосами, являющиеся особой разновидностью демонов и называющиеся инкубами или сатирами». Глосса к Исаии (34), высказывающаяся об опустошении страны Идумеян, притеснявших евреев, толкует: «Эта страна будет обиталищем драконов и пастбищем страусов, и демоны будут там встречаться». Подстрочная глосса разъясняет, что там будут встречаться чудовища демонов. Глосса же Григория Великого говорит: «Именуемые лешими являются теми, которые известны у греков под названием “Пан”, а у римлян – “инкуба”». Исидор Севильский (Lib 8, с. ult) утверждает тождественность полевых духов с греческими «Пан» и с римскими «инкубами», название которых произошло от incubare, то есть «заниматься блудом». Он говорит об их погоне за женщинами и плотском соитии с ними, а также о том, что существа, просто называемые инкубами, носят у римлян название блудливых фавнов. О них говорит Гораций: «О фавн, любитель убегающих нимф, ты легко ступаешь по межам полей и по бархату солнечных пашен».

Апостол Павел (I Посл. к Коринф., 11) изрекает: «Женщина должна носить покрывало на голове для ангелов». Многие католики толкуют это место в том смысле, что здесь надо под ангелами понимать инкубов. Бэда («История Англии»), Вильгельм («О Вселенной», в последней части, трактат 6) и святой Фома (I qu. 25; II dist, 8 et quolibet 6, qu. 10 об Исаии 13 и 34) того же мнения.

Причина превращения демонов в инкубов и суккубов лежит не в чувстве наслаждения. Как духи они не имеют ни мяса, ни костей. Причина лежит в том, что они через порок сладострастия портят и человеческую душу, и тело и этим делают их восприимчивее ко всем порокам. Не подлежит никакому сомнению, что им известно о росте семени при известных небесных констелляциях. Люди, зачатые под этими констелляциями, с легкостью портятся с помощью чар.

Перечисляя многие пороки, от которых Всевышний хотел бы уберечь свой народ и в которые были погружены неверные, Бог сказал (Левит, 18): «Не оскверняйте себя ничем этим, ибо всем этим осквернили себя народы, которых я прогоняю от вас». Глосса о слове «народы» толкует: «Демоны вследствие их большого количества называются народами; они радуются каждому греху и особенно волшебству и идолопоклонству, так как при этом оскверняются и тело, и душа, и весь человек, называемый “землей”. Ведь все грехи, совершаемые человеком, не зависят от тела, кроме блуда. Кто блудит, тот грешит против своего тела». Пусть желающие просмотреть сведения об инкубах и суккубах возьмут, как указано выше, Бэду («История Англии»), Вильгельма и Фому из Брабанта («О пчелах»).

Разберем возражения

Во-первых. Касательно естественного, Богом установленного размножения, для которого необходимо участие мужчины и женщины, надо сказать, что как таинство брака может пострадать с Божьего попущения и через посредство дьявола, так по этой же причине может пострадать каждый любовный акт между мужчиной и женщиной.

На вопрос о том, почему же непременно при любовном акте дьяволу позволено пускать в ход чары, а не при иных действиях человека, надо ответить так: ученые подводят под это многие основания, но о них мы поговорим ниже, когда речь будет идти о Божьем попущении! Пока достаточно указать на уже упомянутое основание о центре силы демонов в чреслах людей. Ведь среди всех видов борьбы борьба со своей похотью тяжелее других. С ней вечно кипит борьба, и победа редка. Если из этого делать заключение о том, что это обнаруживает большую силу дьявола по сравнению с силой Творца в области супружеских действий, установленных Богом, но имеющих препятствия своего свершения со стороны дьявола, то это неверно. Ведь демон преступает это Божье установление не силой. Совсем напротив. Он ничего не может сделать без Божьего попущения. Это, скорее всего, указывает на его слабость.

Во-вторых. Совершенно верно, что зачатие человека является действием живого тела. Если же утверждается, что демоны не могут дать жизни, так как она изливается из души, то это тоже совершенно правильно, но только потому, что жизнь изливается материально из семени, и демон, как инкуб, может с Божьего попущения ввести его с помощью совокупления. Но не свое семя вводит он, а семя, специально взятое для этого от какого-либо человека, как и указано святым Фомой (1, qu., 51 art 3): «Если же от соития с демонами иногда и производится потомство, то не от ими излитого семени и не от воспринятых ими тел, а от семени некоего человека, собранного для этого случая: ибо демон, который является суккубом для мужчины, затем становится инкубом для женщины; точно так же они используют и семя других существ, чтобы осуществить рождение того или иного существа, как говорит Августин в III книге «О Троице». Поэтому рожденный таким образом ребенок не будет сыном демона, но сыном того человека, от которого было взято семя»[140].

Когда утверждают, что в делах ангельских нет ничего излишнего, также как и в природе, с этим следует согласиться. Когда заключают, что демон может незаметно принять и впустить семя, это верно, но он охотнее производит это зримо как суккуб и как инкуб, чтобы этой мерзостью осквернить и тело, и душу как мужчины, так и женщины, как уже обсуждалось в теле вопроса[141].

Кроме того, демоны могут незримо производить и многое другое, но всего им не разрешается, если бы они этого и хотели. Но все же они могут многое совершать, а именно – для искушения добрых и исправления злых. Может случиться, что вместо суккуба семя принимается инкубом и им же передается женщине или что демон, направленный в виде мужчины к женщине, принимает перед тем семя от другого демона, посланного тоже под личиной мужчины к мужчине. Но при этом демонам придается особый помощник, потому что действие настолько скверно, что, будучи один, дьявол может отпрянуть. Может также произойти, что демон, помещаясь между телами, принимает семя. То, что он способен на это, мы уже видели в случае с юношей, женившимся на идоле.

В-третьих. Если говорится, что сила ангелов неограниченна по сравнению с более высоким началом, то это значит, что его сила не может быть постигнута низшим началом. Сила высшего начала превосходит силу низшего, так как высшие существа имеют больше всего универсальной силы. Но это не значит, что сила более высокого начала может совершить каждый поступок. В таком случае она была бы неограниченной как книзу, так и кверху. Наконец, так как соответствие должно быть между активным и пассивным началами и не может быть общего между чисто умственной и телесной сущностью, то и демоны не были бы способны ни к какому поступку, кроме такого, который покоится на посредстве другого активного начала. Отсюда вытекает, что демоны пользуются семенем, чтобы добиться известных результатов (см. «О Троице» Августина). Таким образом, мы можем заключить, что если демоны, кроме того, что они могут принимать телесные облики, имеют еще возможность производить изменения семени, то это ни в коем случае не может служить отрицанием того, что нами утверждалось об инкубах и суккубах, действия которых демоны могут выполнять, лишь принимая на себя облик тела, о чем говорилось выше.

В-четвертых. Выше приводилось возражение со следующей аргументацией: демоны не могут перемещать тела в пространстве. И душа, и демон – суть духовные субстанции. Душа не может двигать тело, если оно ею не оживлено. Поэтому и демоны могли бы перемещать тела только в случае, если бы эти ими оживлялись. Но нам известно, что демоны неспособны оживить тело. На эти возражения надо ответить: духовная субстанция ангела или демона отлична от субстанции души. Душа занимает низшую ступень среди духовных субстанций. Поэтому душа не может перемещать тела, если оно ею не оживлено. Не так у демонов, у которых даже физической силы гораздо больше, чем у человека.

В-пятых. Прикосновение демона к семени или к какому-либо другому телесному предмету является прикосновением не телесным, а виртуальным, то есть таким, которое имеет силу действия в потенции. Тело, перемещаемое в пространстве, не превосходит соразмерности сил демона. Но не так обстоит дело с движением небесных тел, с Землей и со стихиями Вселенной. Вопрос, почему это невозможно, разрешается святым Фомой в «Вопросах о зле» (10, de daemonibus).

Кто-нибудь мог бы на это возразить, что является одинаковым, перемещать ли часть предмета или весь предмет (ср. «Физика», 3) и что если демоны имеют возможность переместить часть Земли, то они смогут переместить и всю Землю. Но это неверно. Собрать же семя и употребить его для определенных целей не превышает сил нечистого, если на то имеется Божье попущение.

Делая общее заключение, мы скажем следующее: несмотря на убеждения некоторых о том, что демоны, принимая на себя личину тел, никоим образом не могут производить зачатия и что под сыновьями Божьими надо понимать сыновей Сифа, а не инкубов, а также и под дочерьми человеческими надо понимать дочерей из рода Каина, мы должны иметь другое мнение и быть именно с большинством (см. «Этику» Аристотеля, 7, и «О сне и бодрствовании», конец главы). И в наши дни имеются очевидцы поступков и слов ведьм, которые действительно совершали то, о чем у нас шла здесь речь.

Поэтому мы утверждаем: 1. Демоны творят скверные плотские действия не из наслаждения, а из желания запятнать душу и тело тех, кому они служат инкубами и суккубами. 2. В результате этих действий женщины в действительности зачинают и рождают в том случае, если демонам удается подать человеческое семя в соответствующее место женского тела, где до этого уже имелась подходящая для зачатия масса. Демоны собирают также семя животных для своих скверных целей. 3. При подобном зачатии демонам дана возможность лишь местного перемещения семени, а не самого оплодотворения. Это последнее стоит вне власти демона или принятой им на себя личины тела. Оплодотворяющая сила исходит от того, у кого демон взял семя. Отсюда вытекает, что рожденное дитя является не ребенком демона, а ребенком человека.

Отсюда вытекает также и то утверждение, что демоны не могут породить по двум основаниям:

1. Потому что зачатие происходит через образующую силу, переходящую на семя того тела, из которого оно взято. Таким телом не может служить принятая демоном телесная личина.

2. Высказывается мнение о том, что семя сохраняет способность к зачатию постольку, поскольку в нем сохраняется тепло, полученное им от души. Семя же охлаждается вследствие дальнего перенесения с одного места на другое. Ответим так на этот вопрос: демоны могут, конечно, где-нибудь сохранять семя свежим без потери им жизненного тепла. Или же ответ гласит, что демоны столь быстро передвигаются, что семя не успевает охладиться.

[I, 4] Вопрос IV. Какие демоны совершают [такие деяния]?

Правоверно ли утверждение, что поступки инкубов и суккубов в равной степени свойственны всем нечистым духам?[142] Некоторыми дается положительный ответ на этот вопрос, так как в противном случае пришлось бы признать у них известный порядок.

Доказательства

1. Как с понятием добра связано понятие меры и порядка, так и с понятием зла связано представление о беспорядке (см. Августин, «О природе добра»). У добрых ангелов нет никакого беспорядка. Следовательно, у злых духов не может быть порядка.

2. Отсюда и слово Священного Писания: «В страну, где нет порядка, но есть вечный ужас, и именно ужас бедствий и тьмы» (Иов, 10).

3. Если не все демоны без различия совершают подобные действия, то это происходит или вследствие природы демонов, или вследствие греха, или вследствие наказания. Но не по природе, так как все они без исключения могут грешить. Ведь по своей природе они нечистые духи, если и не нечистоплотные. Они большие распутники, алчные до вредительства, напыщенные от гордости и т. д. Поэтому здесь может иметь значение лишь или грех, или наказание. В таком случае дело обстоит так: где грех больше, там и наказание больше. Вышестоящие ангелы согрешили больше, поэтому они обязаны в наказание чаще и больше свершать подобные скверны. Если это основание не подходит, то можно найти другое основание, почему они не все без различия совершают подобные поступки.

4. Там, где нет покорности и послушания, все поступают одинаково. У демонов мы не наблюдаем этих качеств. Ведь у них нет согласия, без которого эти качества невозможны (см. «Притчи», гл. 13: «Между гордыми всегда спор»).

5. Все они будут брошены в судный день в ад, а перед тем они держатся в темном воздухе для вытворения своих чар. Мы нигде не нашли, что между ними существует неравенство относительно их конечной судьбы, поэтому у них нет и неравенства относительно обязанностей и искушений.

Проклятые низвергаются в адское пламя. Гравюра Яна Лёйкена, 1687 г.

Rijksmuseum

Против этих взглядов возразим глоссой на I Послание к Коринфянам (15): «Сколь долго будет стоять мир, один ангел будет стоять выше другого, один человек выше себе подобного». В книге Иова (11) говорится о чешуе Левиафана, под которой подразумеваются члены дьявола, что одна чешуя держится за другую. Поэтому у них имеется различие в порядке и образе действий.

Ежели утверждается кем-либо, что демоны через посредство ведьм совершают много отвратительных поступков или вследствие того, что им не препятствуют добрые духи, или вследствие того, что эти добрые духи несколько беспечны, то на это надо ответить: с Божьего попущения могут совершаться некоторые злые дела нечистою силою или людьми. Если это злое дело приводит к хорошим последствиям, то духи света не полностью препятствуют демонам или злым людям заниматься вредительской деятельностью.

Ответ. Совершенно правоверно утверждать, что у демонов существует известный стройный порядок действий. Поэтому некоторые скверны творятся низшими демонами, тогда как демоны, стоящие выше, вследствие своего более благородного мышления от этих поступков освобождены. Это находит свое оправдание в их природных свойствах, Божественной мудрости и степени их собственной греховности.

Что касается оправдания этого порядка с точки зрения природных свойств демонов, то надо сказать следующее: не подлежит сомнению, что с начала создания мира одни ангелы по своей природе стояли выше, а другие – ниже. Нет даже двух ангелов, стоящих на совершенно одинаковом уровне. Если следовать указаниям Дионисия («О небесной иерархии», гл. 10), необходимо различать прежде всего три группы ангелов: высших, средних и низших. Смотри также слова святого Фомы (2, разд. 2). Грех не изменяет природных свойств, и демоны после своего падения не потеряли своих естественных дарований. Их поступки совершаются ими в зависимости от их природных свойств. Отсюда – такое большое разнообразие в их поступках и свойствах.

Это находит подтверждение в Божественной премудрости, ничего не создающей в беспорядке. В Послании к римлянам (гл. 13) читаем: «Что от Бога, то приведено в порядок». Раз демоны посланы Богом для исправления злых и для наказания осужденных, то их поступки по необходимости не беспорядочны.

Наша точка зрения оправдывается и степенью греховности демонов. Ведь они полагают причинить человеку больше зла при своих согласованных выступлениях. Поэтому чем сквернее демоны, тем согласованнее их проступки.

Уже было сказано, что поступки обусловлены природными свойствами. Отсюда вытекает, что те демоны, чьи природные свойства стоят ниже, и в поступках своих подчиняются более высоко стоящим демонам. Так обстоит дело и в телесном мире. Тела низшего порядка (на земле) подчиняются телам высшего порядка (светилам небесным) во всех своих проявлениях. Демоны, различные друг от друга в силу своих естественных свойств, различаются друг от друга и в своих действиях, внешних и внутренних, особенно относительно практики указанной скверны инкубов и суккубов.

Отсюда вытекает, что эта скверна совершается главным образом демонами низшего порядка, так как и среди людских поступков подобные мерзости считались бы самыми низкими и отвратительными.

Не является неуместным утверждать, что те демоны, которые пали до самого крайнего предела, и те, которые могут считаться последними среди них, посылаются несколько вышестоящими на эту скверну, которой они, как известно, занимаются с величайшим увлечением.

Надо обратить внимание и на то, что если в Священном Писании говорится и об инкубах и суккубах, и о всевозможных неестественных пороках, не говоря уже о содомском грехе и всяком другом половом акте вне сосуда, предназначенного к этому, то нигде не говорится о согласии демонов с более высокими природными свойствами принимать участие в инкубате и суккубате. Это показывает всю греховную плодотворность этой скверны, от которой отшатываются вышестоящие демоны.

Некоторые говорят (и этому действительно верят), что никто, творящий усердно неестественный плотский грех по прошествии срока телесной жизни Христа, а именно после 33 лет жизни, не может получить отпущения этого греха, кроме как по особой милости Спасителя.

О существовании иерархического порядка между демонами говорят и их имена. Бесами, часто упоминаемыми в Священном Писании, управляет один главный дьявол. Слово «дьявол» (diabolus) происходит от dia (то есть duo – «два») и bolus (то есть morsellus – «укус», «смерть»), так как он несет двойную смерть, а именно: телу и душе. В переводе с греческого это слово обозначает «замкнутый в темницу». Это тоже верно, то есть ему не разрешается вредительствовать столько, сколько он хочет. Слово «дьявол» равнозначно слову defluens («растекающийся»), так как он растекся и разбился и в буквальном, и в переносном смысле. Он называется также демоном, то есть пахнущим кровью, или, вернее, пахнущим грехами, которых он столь жаждет. При их совершении он опирается на свои естественные качества, многолетний опыт и попущения добрых духов. Он носит также имя Belial, что значит «безъяремный», «без хозяина», так как он по мере сил противодействует тому, под чьим началом должен состоять. Также и Beelsebub (Вельзевулом) называется он, что в переводе означает «муж мух». Ведь он муж грешных душ, покинувших своего действительного жениха – Христа. Ему дается также имя Satanas (сатана) и Behemoth, то есть «зверь», так как он дает людям звериные наклонности. Действительный же демон блуда и князь инкубата и суккубата называется Asmodeus (Асмодеем), а в переводе – «носителем суда». Ведь по причине блуда разразился ужасный суд над Содомом, Гоморрой и другими городами. Демон заносчивости называется Lewiathan (Левиафаном), то есть «добавлением», так как чёрт при искушении Адама и Евы обещался добавить им богоподобия. Демон скупости и богатства носит название Mammon (Маммона), о котором говорил Христос (Еванг. от Матфея, 6).

Разрушение Содома. Гравюра Яна Лёйкена, 1712 г.

Rijksmuseum

К возражениям

Во-первых, добро может существовать без зла, но зло никогда не может существовать без добра. Ведь создания Божии сами по себе хороши. Поэтому демоны, поскольку у них хорошие естественные свойства, распределяются по степеням этих свойств и своих поступков.

Во-вторых, к указанному месту из Книги Иова (гл. 10) можно прибавить, что демоны, отосланные на греховные дела, находятся не в аду, а здесь, в пределах нашего темного земного воздуха. Поэтому-то они и имеют здесь иерархию, которая будет отсутствовать в аду. Можно также сказать, что если они даже выпали из этой иерархии, то у них не имеется больше никакой надежды на достижение блаженства. До известной степени даже и в аду у них будут известная иерархия и порядок в несении наказаний. Ведь одни из них будут отправлены на душевные мучения, а другие – нет. Эта иерархия наказаний будет устанавливаться скорее Богом, чем ими самими.

В-третьих, некоторые думают, что вышестоящие демоны, которые больше согрешили, должны были бы строже наказываться и больше принуждаться ко скверне инкубов и суккубов. Это неверно. Наказание соответствует преступлению, но не естественным свойствам. Вот почему более высоко стоящие демоны избегают подобной скверны, а не потому, что им даются совершенно другие наказания. Хотя все они нечистые духи и стремятся к вредительству, но степени их различны в зависимости от природных свойств.

В-четвертых, между демонами царит единодушие, а не дружба. Они обуяны злобой к человеку и стремлением противодействовать Божьей справедливости. Единодушие, подобное дьявольскому, мы находим у неверующих, объединяющихся и повинующихся друг другу для своих злых целей.

В-пятых, хотя в аду уготована рабская цепь для всех демонов, но их природным свойствам не соответствуют одинаковые наказания. Наоборот, чем выше их природные свойства, чем выше на иерархической лестнице они находятся, тем тяжелее их наказания. Поэтому в «Книге Премудрости Соломона» (гл. 6) говорится: «Сильные сильно будут истязаны».

Что касается вопроса о влиянии светил небесных, то лжеучения, связанные с ним, будут разобраны в нижеследующем, пятом вопросе.

[I,5] Вопрос V. О влиянии небесных тел, в котором [вопросе] три другие ошибки осуждаются[143]

Католично ли во всех отношениях приписывать происхождение и рост чародейств либо влиянию светил небесных, либо размножению злобы людской, но не влиянию скверны инкубов и суккубов? Не представляется ли наиболее верным приписывать здесь главное значение злобе людской? Августин (кн. 9, вопр. 83) видит причину испорченности людей в их воле вне зависимости от того, испорчена ли она посторонним влиянием или самим человеком. Колдун портится грехом. Посему следует видеть причину этой испорченности не в чёрте, а в человеческой воле. В книге «О свободе воли» Августин снова утверждает, что причина злобы человека коренится в нем самом. Ведь грех человека зависит от его свободной воли. Чёрт не может изменить решение свободной воли человека, так как это противоречило бы свободе того. Значит, чёрт не может быть здесь виноват. Кроме того, в книге «О церковных догматах» говорится: «Не все наши злые помыслы исходят от чёрта. Они часто рождаются из движений нашей собственной воли».

Утверждается также, что чародейства возникают из влияния светил небесных и не идут от демонов. Как множество исходит из единства, так и многообразное – из однообразного. Многообразны также поступки людей как с точки зрения пороков, так и с точки зрения добродетелей. Поэтому не представляется возможным свести их к каким-то основным принципам. Лучше всего свести их к влиянию однообразных движений небесных светил.

Далее. Ежели эти светила не влияли бы на поступки человека с их добродетелями и пороками, то астрологи не предсказывали бы столь верно действительный исход войн и других событий человеческой жизни. Поэтому светила небесные могут до известной степени считаться причиною этих событий.

Кроме того, эти светила, по мнению всех богословов и философов, приводятся в движение духовными субстанциями, духами. Эти духи превосходят силы нашей души в той же степени, как светила превосходят наши тела. Поэтому как духовные субстанции светил, так и их тела воздействуют на душу и тело человека, а значит, и на его поступки.

Далее. Небесные светила могут так повлиять на демонов, что они, а тем более люди становятся способны к совершению различных чародейств. Так, например, люди, называемые лунатиками, мучатся демонами в известные промежутки времени больше, чем в другие. Демоны не могли бы это делать, если бы они сами в зависимости от фаз Луны не были к этому предрасположены. А нигроманты производят свои заклинания демонов, выбирая перед этим благоприятные небесные констелляции. Они не делали бы этого, если бы не знали, что демоны подчиняются влиянию небесных светил.

По словам Августина («О граде Божьем», 10), демоны вызываются с помощью известных низших тел: например, трав, камней, животных, – а также с помощью известных звуков, слов и знаков. Так как тела небесные имеют большую силу, чем низшие тела, то отсюда ясно, что демоны, не говоря уже о ведьмах, в еще большей степени находятся под влиянием светил. Значит, поступки ведьм находятся в большей зависимости от светил, чем от помощи нечистой силы. Это учение находит себе опору в одном месте I книги Царств (16), где говорится, что Саул, мучимый демоном, находил облегчение лишь тогда, когда Давид играл ему на арфе, отчего злой дух покидал свою жертву.

На эти пункты надо возразить следующее: невозможно говорить о поступке, не затрагивая его причины. Деяния же колдунов таковы, что они не могут совершаться без помощи демонов. Это явствует из описания чародейств у Исидора Севильского (Этимол., 8): «Колдунами они называются из-за значительности их проступков: они нарушают порядок элементов, помрачают дух человека и уничтожают, не применяя и капли яда, исключительно с помощью заклятий души человеческие» и т. д. Такие дела не могут быть совершаемы человеком.

Дьявол наполняет человеческое сердце жаждой богатства, власти и удовольствий. Мартен ван Хемскерк, 1548–1550 гг.

Rijksmuseum

Кроме того, Аристотель в своей «Этике» говорит: «Трудно сказать, что является в душе принципом деятельности». Он полагает, что этот принцип должен быть чем-то внешним. Ведь все, что происходит, имеет определенную причину. Человек начинает действовать потому, что он этого хочет. Он начинает хотеть потому, что он перед тем рассуждает. Если же он перед тем рассуждает о каком-либо предыдущем рассуждении, то надо или вести эту цепь причин ad infinitum (до бесконечности), или найти какой-либо внешний принцип, первоначально толкающий людей к рассуждению, если не считать возможным утверждать, что все это совершается по установлению судьбы. Этот последний путь совершенно необоснован. Ведь тогда надо было бы сказать, что все деяния человеческие фатальны. Значит, он хочет сказать: причина к добру у доброго человека – это Бог, который не является причиной греха. У злого же человека, если он начнет действовать, хотеть и думать о греховных делах, причину надо искать во внешнем принципе. Кроме чёрта, никакой другой причины быть не может. А светила небесные влияния оказывать не могут.

Кроме того, какой силе повинуется мотив поступка, такой же силе подчиняется и движение, так как оно зависит от мотива. Мотивом хотения служит нечто, воспринимаемое чувствами или рассудком, а чувства и рассудок находятся в подчинении власти демона. Ведь Августин говорит («О 83 различных вопросах»): «Это зло (то есть чёрт) проникает через все пути чувств, рисуется в изображениях, приноравливается к цветам, льнет к тонам, лежит скрытым в гневе и обманчивой речи, скрывается в запахах, проникает с испарениями и наполняет туманом все входы к рассудку». Отсюда ясно, что чёрт может воздействовать на волю, являющуюся непосредственной причиной греха.

Далее. Все то, что к чему-либо склоняется, требует соответствующего толчка для своего окончательного определения. Свободная воля человека склоняется и к добру, и ко злу. Значит, чтобы пойти по пути злых дел, человек должен быть побужден к этому каким-либо началом. Злая воля чёрта кажется нам причиной злой воли человека, особенно у ведьм. Как добрый ангел направляет нас к добру, так и злой ангел – ко злу. Добрый ведет людей к добру, а злой – ко злу.

Ответ. Так как вопрос о происхождении чародейств зависит от учения о влиянии небесных светил, мы опровергнем три лжеучения, разделяющих эту точку зрения, а именно: учения планетариев, генетлиаков и фаталистов. Прежде всего: когда спрашивают, произошел ли порок чародеяния вследствие влияния небесных светил, надобно, принимая во внимание различные нравы и не нарушая при этом единой правды веры, решать вопрос следующим образом. Изменение нравов людей под влиянием звезд можно представить себе двояко: или это изменение происходит по необходимости и охватывает всю совокупность нравов, или оно происходит частично и случайно. Первая точка зрения не только не верна, но и еретична, так как в таком случае и правда религии не существовала бы самостоятельно. Заслуги добрых дел свелись бы на нет, милость Божья должна была бы лишиться своего основания, вина грешника пала бы на звезды, безудержное колдовство должно было бы быть допущено без всякого порицания, а человек был бы принужден молиться на звезды.

Ежели говорится, что нравы только частично зависят от влияния светил, то это более соответствует правде, так как это не противоречит ни вере, ни разуму. Очевидно, что различные состояния тела имеют большое значение при изменении аффектов души. Ведь душа часто следует требованиям и предрасположениям тела. Поэтому холерики вспыльчивы, сангвиники любезны, меланхолики завистливы, а флегматики ленивы. Но так обстоит дело не в силу необходимости. Ведь душа господствует над телом. Это происходит особенно тогда, когда ей помогает милость Создателя: многие холерики любезны, а многие меланхолики добродушны. Когда, следовательно, сила светил оказывает свое влияние на изменения состояния тела, то это до известной степени отражается на нравах. Но это не прямое воздействие, а косвенное. На нравах же сильнее отражается влияние более низкой природы, чем влияние светил. Поэтому-то Августин в своем «О граде Божьем» (5) при решении одного вопроса о двух одновременно заболевших и выздоровевших братьях советовал искать причину не у астронома, а у Гиппократа. Что касается чародеяния, то надо сказать, что влияния созвездий до известной степени располагают к этому, если у ведьмы к этой скверне уже имеется склонность.

Если Аристотель в своем сочинении «О свойствах элементов» и говорит, что при констелляции Юпитера и Сатурна государства гибнут и страны вымирают, то это не противоречит нашей точке зрения. Ведь Аристотель не говорит, что люди при этой констелляции не могли противостоять междоусобицам, но он говорит, что они не хотели им противостоять. Ведь и Птолемей в «Альмагесте» говорит, что мудрый человек позволяет звездам руководить собою. Сатурн приносит меланхолию и злобу, а Юпитер – добро. Их констелляция может возбудить междоусобицу. Но люди могут на основании своей свободной воли противостоять этому влиянию и именно с помощью милости Бога.

Нижеприводимое место из Иоанна Дамаскина (11, 6) также не противоречит нашей точке зрения. Он говорит: «Часто появляются кометы и знамения, приводящие к смерти царей». Здесь ничего не говорится о необходимости воздействия на человеческие деяния. Дамаскин не полагает, что комета возникает естественным образом, что она причисляется к звездам, стоящим на небосводе, и что ее влияние естественно. Он говорит, что кометы не принадлежат к звездам, созданным с самого начала, а возникают в свое время по Божьему приказанию и затем рассыпаются. Их возникновение и распадение совершаются с помощью ангелов.

И мнение философов нам не противоречит. Они утверждают, что комета – это горячее сухое тело, возникающее в верхней части воздуха, вблизи огня, из темного и сухого пара последнего. Ядро этого пара образует как бы тело звезды, части же пара, находящиеся вокруг ядра, являются подобием волос (comae). В зависимости от этого положения комета причиняет смертность не сама по себе, а своими привходящими свойствами, влекущими за собой горячие и сухие болезни. А так как богачи (цари и князья) питаются горячим и сухим, то многие из них в это время умирают. Это учение не противоречит и Дамаскину. Комета, возвестившая смерть святого Фомы, была образована с помощью ангела и рассеяна им же по миновании надобности.

Из всего вышесказанного видно, что светила ни в какой мере не господствуют над свободной волей, а следовательно, и над злобой и нравами людей.

Надо обратить внимание на то, что астрономы верно предсказывают события для одной определенной местности или для одного определенного народа. Ведь они черпают эти данные из звезд, которые больше влияют на главные поступки народной массы, чем на поступки отдельных личностей. К тому же большинство народа больше следует естественным аффектам своего тела, чем единичный человек. Поэтому и влияние светил на народ в целом значительнее.

Появление кометы в ноябре 1618 года. Неизвестный автор, 1618–1649 гг.

Rijksmuseum

Что касается опровержения лжеучения генетлиаков и астрологов, почитающих богиню Фортуну, то об этом говорит Исидор Севильский («Этика», VIII, 9). Генетлиаками они называются потому, что наблюдают звезды, под которыми родился человек. Обыкновенно же их называют астрологами. По мнению ученого (там же), слово «Фортуна» происходит от fortnitum (случай). Эта богиня как бы высмеивает деяния и стремления людей превратностями и случайностями судьбы. Поэтому она называется также слепой. Она бросается к каждому без учета его заслуг. Это мнение Исидора. Верить в подобную богиню – идолопоклонство. Противоречит также вере и учению философов утверждение, будто порча ведьмами тела людей и созданий Божьих вообще происходит от богини Фортуны и будто ведьмы созданы для того, чтобы заниматься колдовством. Кто хочет, путь посмотрит сочинение святого Фомы «Сумма против язычников» (III, 87 и след.), где говорится об этом подробнее.

Тем, у кого не имеется под рукой этой книги, мы напомним из нее следующее: человек находится под влиянием трех причин, нисходящих с неба. Эти причины приводят в действие волю, рассудок и тело. Деятельность воли зависит непосредственно от Бога, деятельность рассудка руководствуется ангелом, а деятельность тела – небесными светилами. Выбор и хотение добра зависят от Бога, как это и говорится в «Притчах» (гл. 21): «Сердце царя (здесь идет речь о царе, потому что он может с большей силой противодействовать, чем другие люди) находится в руке Господа, и Он направляет его, куда хочет».

Наша познавательная способность управляется Богом через ангела. То, что исходит от тела, будь то внешнее или внутреннее действие, служащее человеку на потребу, управляется Богом с помощью ангелов и через посредство небесных светил. Ведь святой Дионисий («О Божественных именах») говорит, что светила являются причинами того, что совершается на земле, но эти причины не есть непреоборимая сила. Так как человек телесно стоит под влиянием небесных тел, по рассудку он подчинен ангелам, а по хотению зависит непосредственно от Бога, то может случиться, что человек, не слушая Божьего внушения и увещания добрых ангелов и находясь под влиянием телесного аффекта, склоняется к тому, к чему влекут его светила. Это приводит к тому, что и воля, и рассудок попадают в тенета злобы и заблуждений.

Однако представляется невозможным попасть через посредство небесных светил в такие тенета заблуждений, в каких находятся ведьмы, хотя бы влияния этих светил приводили даже к кровопролитию, воровству, грабежу и к еще более отвратительным проступкам. В своем сочинении «О Вселенной» Вильгельм говорит (и это подтверждается опытом): «Если общественная блудница посадит оливковое дерево, оно останется бесплодным. Если же его посадит добродетельная женщина, оно принесет плоды. Врач при врачевании, крестьянин при сеянии, солдат при атаке производят под влиянием соответствующих светил то, чего иные, производящие ту же работу, не могут совершить».

Что касается опровержения «случайности в событиях», то надо заметить, что существование судьбы (fatum) может быть понято только так, как этому учит католическая церковь. Всякое иное толкование еретично. Если понимать судьбу, как язычники и некоторые астрологи, считающие, что изменение констелляций созвездий производит строго определенное изменение в нравах народных и что тот или иной становится колдуном, а другой – героем нравственности в полной зависимости от созвездий, под которыми он родился или был зачат, то это учение не только не верно, но и еретично и заслуживает проклятия. Ведь это учение уничтожает заслугу добрых дел и сводит на нет милость Божью, а также ведет к великому заблуждению, будто бы Бог является причиной наших несчастий, и т. п. Поэтому судьбу в этом смысле надо отрицать как несуществующую. Ведь и Григорий Великий (в «Поучениях») сказал: «Да будет чуждо сердцам верующих приписывать судьбе какое-либо значение».

Несмотря на сходство между только что указанным учением и учением планетариев и именно вследствие несообразностей, вытекающих из них обоих, эти учения все же различны, так как влияние звезд и общее влияние семи планет отличаются друг от друга.

Если считать, что судьба имеет известное влияние на вторичные, а не на первичные причины и способствует событиям, предначертанным Богом, то в этом случае судьба – действительность. Здесь она представляется соединительным звеном между Божьим провидением и его действием. Конечно, это относится к таким явлениям, где эти вторичные причины имеют место, но не там, где они отсутствуют, как, например, создание душ, прославление и умножение благодати, хотя ангелы и могут принимать некоторое участие в излитии благодати, просвещая и приуготовляя разум и волю. Таким образом, известная направляющая сила над действиями называется и промыслом, и судьбой. Если эта направляющая сила лежит в Боге, то она промысл, если она влияет через посредство вторичных причин, то это – судьба. Так понимает это различие Боэций в своем «Утешении философией», где он говорит о судьбе следующее: «Судьба – это присущее движущимся предметам установление, посредством которого промысл все приводит в правильный порядок».

Несмотря на это, святые учителя церкви не хотели пользоваться словом «судьба», потому что они относили ее к влиянию небесных светил. Августин («О граде Божьем», 5) говорит: «Ежели кто-нибудь захочет приводить в зависимость от судьбы дела человеческие из-за того, что он называет судьбою Божью волю или силу, то пусть он удержит свое мнение при себе и прикусит язык».

Из сказанного вытекает сам собой ответ на вопрос, все ли стоит под властью судьбы и не стоят ли под ее властью также чародеяния ведьм. Ведь если судьбой называется направляющая сила, действующая через посредство вторичных причин для достижения предначертанных Богом деяний, то эти вторичные причины действуют в соответствии с Божьим предначертанием. А то, что Бог творит непосредственно, как, например, создание мира, прославление духовного начала и т. п., не является подвластным судьбе. В этом смысле и выражается Боэций в указанном месте, а именно – то, что стоит ближе всего к высшему божеству, не затрагивается судьбой. Поэтому чародейства ведьм, стоящие вне влияния вторичных причин, так как чародейства идут вразрез с порядком в природе, подвластны в своем происхождении не судьбе, а другим причинам.

Чародеяния не совершаются движущим началом небесных миров. Отсюда вытекает, что подобные чародеяния не могут произойти от влияния светил небесных, как это ошибочно полагали Авиценна и его приверженцы, утверждавшие, что субстанции светил и движущие силы небесных миров и тел принадлежат к другому, более совершенному роду силы и что под влиянием колебаний души, в силу восприятия внешних впечатлений, собственное (иногда и постороннее) тело изменяет свое состояние. Например: кто-либо, идущий по высоко лежащему бревну, легко упадет вниз, чувствуя страх перед падением. Но он не упадет, если пойдет по бревну, положенному на гладкую землю. Далее. Вследствие простого восприятия души тело может разгореться, как это случается у злобных и алчных, или оно может застыть, как это бывает у боязливых. Оно может измениться, достигая степени болезни – например, лихорадки или сыпи, – вследствие живого представления о подобных болезнях. Эти изменения могут происходить как на собственном, так и на постороннем теле, как в смысле заболевания, так и в смысле выздоровления. На этом основывает Авиценна свое учение о чародействах. Значит, по его мнению, поступки ведьм должны быть приписаны влиянию движущих сил миров (если и не прямо светилам небесным). Мы хотим к нашему ранее высказанному опровержению этой точки зрения прибавить, что движущие силы миров – духовные сущности и по своей природе и хотению принадлежат к доброму началу, что вытекает из их пользы для Вселенной. Но творения, с помощью которых совершаются чародейства, если бы они по своей природе и имели в себе доброе начало, не могут в силу своего хотения быть добрыми. Поэтому обе эти сущности нельзя поставить на один уровень.

Что эти создания не могут быть добрыми в своей воле, вытекает из того, что они, споспешествуя началу, направленному против добродетели, не показывают признаков рассудка, настроенного на добро, как, например, мы это видим у колдуна. Как будет показано во второй части этой книги, колдунами совершаются блуд, умерщвления детей и скота и многие другие преступления. Поэтому они называются malefici (зло творящими, то есть колдунами), от слова maleficere (творить зло, колдовать). Что касается разумности таких натур, с помощью которых совершаются чары, то у них отсутствуют добродетели. Далее. Нельзя считать признаком хорошо настроенного разума близость к преступникам и оказание содействия им, а не добродетельным людям. Преступления колдунов используются преступными людьми, что видно по плодам их.

С помощью субстанций, приводящих в движение Вселенную, всякое создание склоняется к добру, хотя бы привходящие явления и портили его. Поэтому эти субстанции не могут быть первоначальной причиной деятельности ведьм.

Кроме того, признаком настроенного на добро разума служит то, что ведет человека к собственному добру, то есть к добру разума. А отвлечь его от этого пути и толкать его на наименее ценное добро – признак подлого рассудка. Этим последним путем люди не приобретают никаких ценных указаний в области знания и добродетелей, а только указания касательно обманов, грабежей и тысячи других подобных вредительств. Поэтому происхождение чар не может лежать в вышеуказанных сущностях, а зависит от какой-то другой недобродетельной силы.

Далее. Не соответствует требованию действительного разума оказывать кому-либо помощь, прибегая для этого к преступлениям, как это имеет место у колдунов. Они отступают от веры и убивают невинных детей. Двигательное же начало миров небесных по своей доброте не может толкать их на это. Чары должны по необходимости исходить от силы, присущей какому-либо существу со злой волей. Такими существами являются демоны. Против этого утверждения выступает легкомысленное учение о том, что вследствие человеческой злобы и с помощью заклятий ведьмы, подкладывая в определенные места значки и опираясь на известную силу звезд, совершают гнусные преступления чародейства. Значит, таким образом, если чародей подложит какое-либо изображение или значок и скажет: «Я делаю тебя слепым и хромым», – человек, на которого наводится эта порча, будет поражен этим недугом. В таком случае подобный чародей в силу звезд и в силу своего рождения под известными созвездиями получит несравнимое преимущество в силе перед другими людьми. Значит, если другие и научатся заклятиям и чародейному искусству, они все равно не достигнут никакого успеха. Все это надо хорошо рассмотреть по пунктам.

В первую очередь утверждается, что подобные чародеяния возможны не вследствие человеческой злобы, хотя бы она была и вдвое больше существующей. Пусть злоба людская превратится в привычку вследствие постоянного и сознательного упражнения. Пусть она будет случайной, которую называют грехом против Святого Духа. Ни в первом, ни во втором случае она не может привести сама по себе к превращению элементов из одних в другие, к ранениям тел человеческих и звериных и т. д. Ведь то, чего человек без злобы (значит, при наличии ничем не преуменьшенной своей естественной силы) не может свершить, тем более не может им быть достигнуто в злобе, когда вследствие этой злобы естественная сила его уменьшилась. Человек становится слабее в своих добрых, естественных силах вследствие содеянных им в злобе грехов. Ведь Дионисий («О Божественных именах») говорит: «Зло есть естественный поступок привычки». И он говорит о зле греха. Поэтому никто не совершает злых поступков сознательно. Если же он все-таки так поступает, то это происходит вследствие какого-либо недостатка. Вот этому обоснование: как добро благодати относится к скверне природы, так относится и скверна греха к добру природы. Но через благодать Божью скверна природы уничтожается, как сгорает фитиль свечи от огня. Значит, через грех уменьшается добро природы. Этому не противоречит существование чародеяний через посредство дурного глаза, ведущего к околдованию ребенка нежного сложения, или через посредство других приемов, вызывающих изменение состояния тел у людей и животных, переход одних элементов в другие, влекущих градобитие и т. п. Подробнее об этом – у святого Фомы в его вопросах о зле, о том, может ли грех уничтожить добро природы и т. д.

Скажем о деяниях ведьм. Узнав их действия, мы приблизимся к пониманию причин, их вызвавших. Все, что совершается по неизвестным нам полностью причинам, считается нами чудесным. Не зная причин чар ведьм, мы можем и их назвать чудесными. Ведь человеческими силами этих чар не произвести. Еще Августин («О 83 различных вопросах») сказал, что с помощью чародейств совершаются чудеса, подобные чудесам служителей Божьих. И он прибавляет: «Колдуны совершают чудеса в силу частных договоров; добрые христиане – в силу общественной справедливости; дурные христиане – под знаком общественной справедливости». Это надо понимать следующим образом: Божественная справедливость изливается на Вселенную, как общественный закон – на государство. Сила отдельного лица относится ко Вселенной, как сила какой-либо частной личности – к государству. Поэтому говорится: чудеса Божественной справедливости выражаются у добрых христиан в чудесах общественной справедливости. Чародей же действует через договор, заключенный с дьяволом, который вследствие своей природной силы может кое-что совершить вне порядка созданной и нам понятной природы. Нам кажется это чудом, но это не есть чудо как таковое. Ведь, в сущности, только Бог может совершать действительные чудеса, как это и сказано в Писании: «Ты Бог, который один совершает великие чудеса». Дурные же христиане совершают чудеса знаками общественной справедливости, то есть призыванием имени Христа или исполнением некоторых таинств (см. у святого Фомы «Вопросы», 1, 111, 4, а также во второй части этой книги, гл. 6.)

Ни заклинаниями, ни словами, произнесенными при соответствующих констелляциях, невозможно произвести чар.

Заклинания, произнесенные над известными фигурками или значками в благоприятное по констелляции время, не могут привести к действительному чародеянию. Рассудок человека устроен так, что его познание происходит из впечатлений со стороны действительных или только воображаемых предметов, но своими словами он никаких предметов создавать не может. Он также не может словами изменять тела. Если бы такие люди существовали, они были бы людьми только по имени.

Если говорится, что чары производятся словами с помощью благоприятных констелляций при рождении этих чародеев, то здесь надо возразить, пользуясь теми же аргументами, какие были изложены при опровержении лжеучений планетариев, генетлиаков и фаталистов.

Слова выражают познание духа. Ни небесные тела, ни их движущее начало не могут воздействовать на ум. Слова могут лишь просвещать ум, но без всякого влияния светил. Это может случиться только для добрых дел, так как для злых дел требуется не просвещение ума, а его затемнение. Это последнее не может входить в обязанности добрых духов, а совершается злыми духами, слова которых влияют не в силу констелляции, а в силу какого-то разумного начала. Если бы оно и было по своей природе добрым, оно не могло бы быть добрым в силу своей злой воли, так как оно всегда стремится ко злу. Этим началом может быть только демон, как и было сказано выше.

Фигурки и изображения, употребляемые ведьмами, сами по себе не производят вредного действия, хотя бы они и были испещрены еще большим количеством знаков. Ведь они дело рук человека. Светила производят естественные действия. Таковыми нельзя назвать деяния колдунов, так как они ведут к нарушению заведенного в природе порядка. Значит, и эти изображения не оказывают влияния на чары.

Кроме того, выше было указано, что изображения бывают двух родов: астрологическими и магическими. Первые из них употребляются для достижения личных преимуществ, но не для наведения порчи. Вторые же, употребляемые колдунами, служат для нанесения вреда живым существам и подкладываются в определенные места по требованию демонов, чтобы проходящие по ним или спящие на них потерпели известный ущерб. Это признается самими ведьмами. Значит, они вредительствуют через демонов, а не через посредство созвездий.

К возражениям

Во-первых, слова Августина надо понимать так, что причина ухудшения человека вытекает из воли его, происходящей с Божьего попущения, и вследствие напущения нечистого духа. Ведь Августин сказал в «Энхиридионе»: «Чёрт предрасполагает человека советами, он убеждает внутренне и побуждает также внешним образом. Он приказывает тем, которые полностью ему предались, как, например, ведьмам».

Во-вторых, каждый человек является причиной своей злобы. Если понятию свободной воли противоречит подчинение приказанию, то это противоречие отпадает, если речь идет о предрасположении человека внушением.

В-третьих, предрасположение к добродетели и к порокам может происходить под влиянием констелляций. Чары же колдунов, переходящие за пределы естественного порядка, не могут подчиняться этому влиянию.

В-четвертых, не подлежит сомнению, что человеческие поступки находятся в зависимости от небесных тел. Но поступки ведьм не могут быть признаны человеческими поступками.

Демоны искушают святого Антония. Гравюра Альберта Фламена, 1648 г.

Rijksmuseum

В-пятых, движущее начало миров небесных оказывает влияние на души двояким путем: прямым и косвенным. Прямым они воздействуют для просвещения в добре, а не для затемнения чародейными поступками. Косвенным они действуют наподобие светил и предрасполагают к тому или иному поступку.

В-шестых, демоны беспокоят людей при росте Луны вследствие того, что: 1) они хотят опозорить Божье творение, и именно Луну, как сказано у Иеронима и Златоуста, и 2) они не могут действовать без посредства естественных сил. Так как мозг, согласно учению Аристотеля, является наиболее важной частью тела, то он больше всего подчинен влиянию Луны, обладающей особенностью производить движение жидкости. В мозгу же совершенствуются силы души.

Вот почему при увеличении Луны демоны волнуют воображение человека. Ведь они видят, что его мозг хорошо предрасположен к этому.

Относительно того, что демоны являются, когда их вызывают при соответствующих констелляциях, надо сказать, что они делают это по двум причинам: 1) чтобы привить людям заблуждение, будто звездам присуща сила богов, и 2) потому, что они видят большее предрасположение телесной материи к тем или иным чародейным поступкам в зависимости от известных констелляций.

По словам Августина («О граде Божьем»), демоны привлекаются различного рода камнями, травами, деревьями и животными, а также изречениями и музыкальными инструментами. Они устремляются на это не так, как звери на съедобное, а как духи, падкие до знаков глубокого почитания. Некоторые возражают, говоря, что травы и музыкальные гармонии мешают демонам вредить людям, как это и случилось с Саулом, излеченным от беса мелодией арфы, и что с помощью особых трав и проникновения в скрытые причины можно и без посредства демона, но при благоприятных констелляциях произвести чародеяния. Ответим на это, что травы и гармонии по своей естественной силе не полностью могут предотвратить раздражения, если на то не будет Божьего или ангельского соизволения. Чёрт может возбудить человека сильнее, если в последнем имеется предрасположение.

Для некоторых не подлежит сомнению, что травы и гармонии могут оказать сильное влияние на предрасположение тела. Относительно гармонии Аристотель сказал («Политика», 8), что различные гармонии могут вызывать в человеке различные страдания. Того же мнения Боэций в своей «Музыке».

Я же не вижу, каким образом травы и гармонии могут вызывать различные предрасположения, если на то не будет Божьего попущения. Естественным путем этого предрасположения вызвать нельзя. Однако случается, что чёрту разрешается беспокоить человека исключительно лишь таким мелким раздражением, которое было бы полностью устранено через посредство какого-либо сильного предрасположения. При этом травы или гармонии могут так предрасположить к этому человека, что указанное беспокойство полностью устраняется. Например, чёрт может подобным беспокойством навести некоторую тоску и грусть на человека, которую легко уничтожить травами или гармонией.

Когда Августин («О христианском учении», 2) предает проклятию лигатуры и тому подобные предметы, то это происходит потому, что их естественная сила без волшебства не производит действия.

Что же касается Саула, чувствовавшего облегчение от демона, когда Давид играл на арфе, то это происходило вследствие естественной силы гармонии, утешавшей уныние Саула постольку, поскольку эта гармония до некоторой степени удерживала его от злых помыслов. А злой дух отступал от него в силу крестного знамения, что достаточно ясно видно из следующей глоссы: «Давид был опытен в мелодичном пении, знал различные гаммы и был сведущ в музыкальной игре. Давид сдерживал злого духа не вследствие того, что арфе присуща большая сила, а из-за знамения креста (распятого), которое получалось на дереве арфы вместе с натянутыми на него струнами, то есть жилами. Уже в то время это прогоняло беса».

[I, 6] Вопрос VI. О ведьмах, предающихся демонам

Относительно ведьм, отдающих себя во власть демонам, возникает ряд трудно разрешимых вопросов, сводящихся к тому, как приступает демон к этой скверне. Наметим тут следующее. 1. О демонах и о составных частях телесного облика, принимаемого ими. 2. О половом акте и о том, всегда ли он сопровождается извержением семени, взятого от постороннего лица. 3. О времени и месте этого акта и о том, нет ли у демона определенного времени для этого. 4. Видим ли он при этом окружающими? Посещаются ли те из ведьм демоном, которые произошли от подобного непотребства, или те из них, которые были переданы дьяволу повивальными бабками в момент рождения? Чувствуют ли они любовное наслаждение от полового акта с демоном?

На эти вопросы мы дадим исчерпывающие ответы во второй части книги. А теперь остановимся на вопросе, почему у немощного пола этот род скверны более распространен, чем среди мужчин. Прежде всего рассмотрим главные свойства женщины. Это будет первый пункт. Второй пункт коснется того, какие женщины чаще всего склоняются к суеверию и колдовству. Третий будет говорить о повивальных бабках, превосходящих всех женщин по части злобы.

Почему женщины более склонны к колдовству?

Относительно первого пункта, а именно: почему среди слабого пола так много ведьм, – у нас есть кроме свидетельств Священного Писания и людей, заслуживающих доверия, еще житейский опыт. Мы хотим сказать, не подвергая презрению весь слабый пол (через который Бог всегда творил великое, чтобы привести в смятение сильный пол), что в суждении о женщинах мнения по существу не расходятся. Поэтому для увещевания женщин и для проповедей им эта тема весьма подходящая. Они с любопытством послушают об этом, если только проповедь протечет в скромном тоне.

Некоторые ученые утверждают, что на свете имеются три существа, которые как в добре, так и во зле не могут держать золотой середины, – это: язык, священник и женщина. Если они переходят границы, то достигают вершин и высших степеней в добре и зле. Если над ними господствует добро, то от них можно ожидать наилучших деяний. Если же они попали под власть зла, то ими совершаются наисквернейшие поступки. О языке известно, что с его помощью большинство государств приняло христианство. Поэтому Святой Дух и явился апостолам в виде огненного языка. А основатель и отец ордена проповедников (доминиканцев) изображался в виде лающей собаки, несущей в пасти зажженный факел, чтобы он и до сегодня прогонял своим лаем еретических волков от стад овец Христа.

Из житейского опыта мы знаем, что язык одного умного человека может предотвратить смерть бесчисленного количества людей. С полным правом Соломон в своих «Притчах» (10) говорит: «В устах разумного находится мудрость». И далее: «Уста праведника поучают многих; а глупые умирают от недостатка разума». Причина этому приведена там же (гл. 16): «Дело человека – подготовить дух, а Бог будет управлять языком».

Относительно духовенства (под ним надо понимать клириков и монахов обоего пола) вспомним слова Иоанна Златоуста. В глоссе к евангельскому тексту об изгнании торгашей из храма он говорит: «Как все хорошее, так и все дурное идет от пастырства». А Иероним («Послание к Непоциану») изрекает: «Избегай, как чумы, духовного ростовщика, ставшего из бедняка богачом и из неизвестного – известным». Святой Бернард Клервоский («Собеседование», 23, на «Песнь песней»), ведя речь о духовных лицах, говорит: «Если явный еретик восстает, то он выталкивается и погибает. Если дикий враг делает то же самое, то от него, пожалуй, и добрые станут скрываться. Теперь же (когда на добрых нападают духовные лица) как их изгнать? Как от них спрятаться? Все – друзья и в то же время враги; все – свои люди, но не миролюбцы; все – наши ближние, но каждый ищет своего». А в другом месте: «Наши прелаты стали Пилатами, хранители душ стали хранителями своего золота». Бернард говорит также о настоятелях монахов, налагающих на своих подчиненных тяжелый труд, но не желающих им ни в чем помогать. Григорий Великий (в своем «Пастыре») утверждает: «Никто в церкви не вредит так много, как тот, который, имея священный сан, поступает неправильно. Никто не решается бросить ему обвинение. Проступок становится еще больше, если грешника продолжают почитать из уважения перед его саном». Что касается злости женщин, то в «Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова» (гл. 25) говорится: «Нет ничего хуже злобы женщины. Соглашусь лучше жить со львом и драконом, нежели жить со злой женой». В дополнение к этому там же говорится: «Всякая злость мала по сравнению со злостью женщины». Поэтому-то Иоанн Златоуст в поучении на Евангелие Матфея (гл. 10) увещевает: «Жениться не подобает. Разве женщина – что-либо иное, как враг дружбы, неизбежное наказание, необходимое зло, естественное искушение, вожделенное несчастье, домашняя опасность, приятная поруха, изъян природы, подмалеванный красивой краской? Если отпустить ее является грехом и приходится оставить ее при себе, то по необходимости надо ожидать муку. Ведь, отпуская ее, мы начинаем прелюбодействовать, а оставляя ее, имеем ежедневные столкновения с нею». Туллий (в своей «Риторике») утверждает: «Мужчины влекутся к позорным деяниям многими страстями, а женщин же ко всем злодеяниям влечет одна страсть: ведь основа всех женских пороков – это жадность». Сенека же в своих трагедиях произносит: «Женщина или любит, или ненавидит. Третьей возможности у нее нет. Когда женщина плачет – это обман. У женщин два рода слез. Один из них – по причине действительной боли; другой – из-за коварства. Если женщина думает в одиночестве, то она думает о чем-то злом».

О хороших же женщинах идет большая, хорошая слава. Они делают мужчин счастливыми и спасают народы, страны и города. Всем известны высокие поступки Юдифи, Деворы и Эсфири. Поэтому апостол в «I Послании к Коринфянам» (гл. 7) и говорит: «Если женщина имеет мужа и он хочет с ней жить, то она не должна уйти от него. Неверующий муж освящается верующей женою». В «Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова» (гл. 25) читаем: «Блажен муж хорошей жены, и число дней его – сугубое». Много похвального говорит он там на протяжении всей главы о хороших женщинах. А в притчах Соломона о таковых женщинах говорится в последней главе.

В Новом Завете их хвалят не менее, упоминая о девственницах и других святых женщинах, привлекших языческие народы и государства к свету христианской религии. Прочти «Зерцало истории» Викентия (XXVI, 9), о венгерском государстве и великой христианке Гилии, а также о франкском государстве и девственнице Клотильде, обрученной с Хлодвигом. Много чудесного найдешь ты там.

Когда женщину хулят, то это происходит главным образом из-за ее ненасытной страсти к плотским наслаждениям. Поэтому в Писании и сказано: «Я нашел женщину горче смерти, и даже хорошая женщина предалась страсти к плотским наслаждениям».

Мыслители приводят и другие основания тому, почему женщины более, чем мужчины, склонны к суеверию. Они говорят о трех основаниях. 1. Они легковерны. Демон жаждет главным образом испортить веру человека. Этого легче всего достигнуть у женщин. 2. Они скорее подвержены воздействию со стороны духов вследствие естественной влажности своего сложения. 3. Их язык болтлив. Все, что они узнают с помощью чар, они передают подругам. Так как их силы невелики, то они жаждут отмщения за обиды с помощью колдовства.

Некоторые мыслители приводят и другие основания, о которых проповедники должны говорить с осторожностью. Хотя в Ветхом Завете о женщинах и говорится больше нехорошего, чем хорошего, из-за первой грешницы Евы и ее подражательниц, однако вследствие позднейшего изменения слова Ева в Ave («радуйся») в Новом Завете из-за благодати Марии надо проповедовать и говорить много похвального о женщинах, как и говорит Иероним: «Все, что грех Евы принес злого, то благо Марии подвергло уничтожению». Несмотря на это, из-за скверны колдовства, распространяющейся в последнее время более среди женщин, нежели среди мужчин, мы должны сказать после точной проверки материала, что женщины имеют недостатки как в душе, так и в теле и что нет ничего удивительного в том, что они совершают больше позорных деяний. Они рассуждают и иначе понимают духовное, чем мужчины. Здесь мы сошлемся на авторитеты. Теренций говорит: «У женщины рассудок легок, почти как у мальчиков». Лактанций («Институции») утверждает: «Ни одна женщина, кроме Теместы, никогда не понимала философии». В «Книге Притчей Соломоновых» (гл. 11) приводится как бы описание женщины: «Красивая и беспутная женщина подобна золотому кольцу в носу у свиньи». Ведь женщина более алчет плотских наслаждений, чем мужчина, что видно из всей той плотской скверны, которой женщины предаются. Уже при сотворении первой женщины эти ее недостатки были указаны тем, что она была взята из кривого ребра, а именно – из грудного ребра, которое как бы отклоняется от мужчины. Из этого недостатка вытекает и то, что женщина всегда обманывает, так как она лишь несовершенное животное. Ведь Катон сказал: «Если женщина плачет, то она, конечно, готовит козни». Также говорится: «Если она плачет, то она хочет ввести мужа в заблуждение». Это видно по жене Самсона, которая разными способами досаждала мужу, пока не узнала его тайны и не покинула его, передав этот секрет своим единомышленникам. По примеру первой женщины видно, что женщины маловерны. Ведь на вопрос змеи, почему Адам и Ева не вкушают от плодов всех деревьев рая, Ева ответила: «Мы едим плоды от всех деревьев, кроме <…>, чтобы мы, что может случиться, не умерли». Этим она показала, что у нее не было веры в слова Бога. Это явствует и из этимологии слова Femina («женщина»), происходящего от Fe (Fides – «вера») и minus («менее»). Таким образом, слово Femina означает «имеющая меньше веры». Ведь у нее всегда меньше веры. Это зависит от ее естественной склонности к легковерию, хотя вследствие Божьей благодати и природы у высокоблагословенной девственницы Марии вера никогда не колебалась, чего нельзя сказать обо всех мужчинах времени страстей Христовых.

Итак, женщина скверна по своей природе, так как она скорее сомневается и скорее отрицает веру, а это образует основу для занятий чародейством.

Что касается другой силы души – воли, то скажем о женщине следующее: когда она ненавидит того, кого перед тем любила, то она бесится от гнева и нетерпимости. Такая женщина похожа на бушующее море. Разные авторитеты говорят об этом. Вот Экклезиаст (гл. 25): «Нет гнева большего, чем гнев женщины». Сенека (Трагед., 8): «Ни мощи огня, ни силы бури, ни удара молнии не надо столь бояться, как горящего и полного ненависти дикого гнева покинутой супруги». Вспомним здесь и гнев женщины, которая возвела на Иосифа ложное обвинение и заставила бросить его в темницу вследствие того, что он не хотел впасть с нею в грех прелюбодеяний (Бытие, 30). Немаловажное значение для увеличения количества ведьм надо приписать жалким раздорам между замужними и незамужними женщинами и мужчинами. Так обстоит дело даже среди женщин, посвятивших себя Богу. А среди других женщин? В «Книге Бытия» ты увидишь всю нетерпимость и зависть Сары к Агари (Бытие), Рахили к Лии (Бытие, 21), Анны к Феннане (Царств), Мариами к Моисею (Числ., 12), Марфы к Магдалине (Лука, 10), которая сидела, когда Марфа прислуживала.

Адам и Ева. Гравюра Ханса Бальдунга, 1512–1516 гг.

Rijksmuseum

Понятно поэтому, почему Фороней, греческий король, в день своей смерти сказал своему брату Леонтию: «Мне ничего недоставало бы до высшего счастья, если бы отсутствовала женщина». На это Леонтий возразил: «Как может женщина мешать счастью?» Король ответил: «Все женатые мужчины знают это». Когда Сократа спросили совета, жениться или не жениться, он сказал: «Если ты не женишься, то тебя приютит одиночество мыслителя. Твой род исчезнет. Чужой наследник возьмет твое состояние. Если же ты женишься, то у тебя будут вечные раздражения, жалобы и споры, укоры о приданом, злые морщины на челах родственников, болтливый язык тещи, наследники от чужого брака, сомнительные виды на будущее для собственных детей». Это он вынес из собственного опыта. Иероним («Две книги против Иовиниана») рассказывает об этом следующее: «У Сократа было две жены, характер которых он выносил с величайшим терпением, но все же не мог освободиться от их окриков, укоров и злоречия. Однажды, когда они снова на него напали, он вышел, чтобы избежать раздоров, и сел перед домом. Видя это, женщины вылили на него грязную воду. На это философ, не раздражаясь, сказал: “Я знал, что после грома следует дождь”». О другом муже рассказывают следующее. Жена утонула в реке. Ища ее труп, чтобы извлечь его из воды, он шел вдоль берега против течения. Спрошенный, почему он идет вверх, а не вниз по течению, он ответил: «При жизни жена всегда все делала наперекор. Может быть, она и после своей смерти будет поступать так же».

Как из недостатка разума женщины скорее, чем мужчины, отступаются от веры, так и из своих необычайных аффектов и страстей они более рьяно ищут, выдумывают и выполняют свою месть с помощью чар или иными способами. Нет поэтому ничего удивительного в том, что среди женщин так много ведьм.

В их натуре никому не подчиняться, следовать собственным внушениям. Поэтому Теофраст говорит: «Если ты предоставишь к ее услугам целый дом, а за собой оставишь лишь какое-либо право голоса, то она будет думать, что ей не доверяют. Она начнет вступать в споры. А если ты не поторопишься ей уступить, она приготовит яд и будет искать помощи у кудесников и ясновидцев». Отсюда – чародеяния.

Как выглядит господство женщины, смотри у Туллия («Парадоксы»): «Тот ли свободен, кому жена приказывает, диктует законы, разрешает, запрещает по своему усмотрению и не дает права возразить? Я думаю, что такого мужа можно назвать рабом, заслуживающим сожаления, хотя бы он и был из уважаемой семьи». Поэтому и Сенека в лице неистовой Медеи говорит следующее: «Чего ты колеблешься? Следуй счастливому натиску. Сколь велика месть, в которой ты находишь свою радость» и т. д. При этом Сенека показывает, что женщина не позволяет руководить собою, а хочет действовать по собственному усмотрению. Они сами накладывают на себя руки, если могут отомстить. О подобной женщине, Лаодикее, Иероним рассказывает в своей книге о Данииле. Эта Лаодикея, жена короля Антиоха из Сирии, ревнуя его к Веренике, другой его жене, умерщвляет сначала соперницу и ее сына от Антиоха, а потом отравляется и сама.

Почти все государства были разрушены из-за женщин. Троя погибла из-за похищения Елены. Многие тысячи греков нашли там смерть. Иудейское государство претерпело много невзгод и разрушений из-за скверной царицы Иезавели и ее дочери Гофолии, царицы в Иудее, которая умертвила своих внуков, чтобы царствовать после смерти сына. Обе эти женщины были, в свою очередь, умерщвлены. Много напастей испытало Римское государство из-за Клеопатры, египетской царицы. Поэтому нет ничего удивительного в том, что мир и теперь страдает из-за женской злобы.

Царица Иезавель во власти демонов. Гравюра Абрахама Босса, 1635 г.

Rijksmuseum

Из-за ненасытности женщин к плотским наслаждениям человеческая жизнь подвержена неисчислимому вреду. Поэтому мы можем с полным правом утверждать вместе с Катоном: «Если бы мир мог существовать без женщин, мы общались бы с богами». И действительно, мир был бы освобожден от всевозможных опасностей, если бы не было женской злобы, не говоря уже о ведьмах. Валерий писал Руфину: «Ты не знаешь, что женщина – это химера, но ты должен знать, что это чудовище украшено превосходным ликом льва, обезображено телом вонючей козы и вооружено ядовитым хвостом гадюки. Это значит: ее вид красив, прикосновение противно, сношение с ней приносит смерть».

Ее другое свойство – это голос. По природе женщина лжива. Она лжива и в разговоре. Она жалит и ласкает в одно и то же время. Поэтому ее голос сравнивают с голосом сирен, привлекающих путников своими сладкими мелодиями, а затем убивающих их. Они убивают, так как опустошают денежные мешки, крадут силу и заставляют презирать Всевышнего. Еще раз Валерий к Руфину: «Цветок любви – роза. Ведь под ее пурпуром скрываются шипы». «Книга Притчей Соломоновых»: «Мед источают уста чужой жены, и мягче елея речь ее. Но последствия от нее горьки, как полынь, остры, как меч обоюдоострый».

А как она ходит и держит себя? Это – суета сует. Не найдется ни одного мужчины, который так старался бы угодить Господу, как старается женщина – будь она не совсем уродливой – понравиться мужчине. Примером тому может служить Пелагея, ходившая разряженной по Антиохии. Когда ее увидел святой отец по имени Ноний, он начал плакать и сказал своим спутникам, что он за всю свою жизнь не выказывал такого усердия служить Богу, какое показывает Пелагея, чтобы понравиться мужчинам. Святому старцу в конце концов удалось обратить эту отвратительную грешницу на истинный путь.

Такова женщина, на которую горько жалуется церковь и о которой Экклезиаст (гл. 7) говорит следующее: «Я нашел, что женщина горче смерти, она петля охотника. Ее сердце – тенета, а ее руки – оковы. Кто угождает Богу, тот ее избегает. Грешник же будет ею уловлен». Она горче смерти, то есть дьявола.

Она горче смерти, так как смерть естественна и уничтожает только тело. Грех же, начатый женщиной, умерщвляет душу через лишение благодати Божьей, а также и тело в наказание за грех.

Она горче смерти, так как смерть тела – явный, ужасный враг. Женщина же – скрытый, льстивый враг. Их сердце – тенета, то есть неизмерима злоба, господствующая в их сердце. Их руки – оковы. Когда они участвуют в наведении порчи на живые существа, они достигают того, к чему стремятся с помощью дьявола.

Подведем итоги. Все совершается у них из ненасытности к плотским наслаждениям. «Книга Притчей Соломоновых» говорит (предпоследняя глава): «Троякое ненасытимо…» и т. д., «…а четвертое – это то, что никогда не говорит “довольно”, а именно – отверстие влагалища». Вот они и прибегают к помощи дьявола, чтобы утешить свои страсти. Можно было бы рассказать об этом подробнее. Но для разумного человека и сказанного довольно, чтобы понять, почему колдовство более распространено среди женщин, чем среди мужчин. Поэтому правильнее называть эту ересь не ересью колдунов, а ересью по преимуществу ведьм, чтобы название получилось от сильнейшего. Да будет прославлен Всевышний, по сие время охранивший мужской род от такой скверны. Ведь Он хотел для нас родиться и страдать в мужском роде. Поэтому Он и отдал нам такое предпочтение.

Какие женщины главным образом предаются колдовству?

Относительно того, какие женщины преимущественно занимаются колдовством, надо сказать следующее. Среди скверных женщин господствуют три главных порока, а именно: неверие, честолюбие и алчность к плотским наслаждениям. Эти-то женщины и предаются чародеяниям. Последний из указанных пороков особенно распространен среди подобных женщин. Согласно Экклезиасту, он ненасытен. Поэтому, чем более честолюбивые и иные женщины одержимы страстью к плотским наслаждениям, тем безудержнее склоняются они к чародеяниям. Таковыми являются прелюбодейки, блудницы и наложницы вельмож[144]. Их колдовство имеет семь видов, как говорится в булле Summis desiderantes[145], и касается поражения чарами способности любовного соития и зачатия во чреве матери. Вот эти виды: 1) они воспламеняют сердца людей к чрезвычайно сильной любви; 2) они препятствуют способности к деторождению; 3) они удаляют органы, необходимые для этого акта; 4) с помощью волшебства они превращают людей в подобия животных; 5) они делают женщин бесплодными; 6) они производят преждевременные роды; 7) они посвящают детей демонам, не говоря уже о других многочисленных порчах, наводимых ими как на животных, так и на полевые злаки. Об этом мы поговорим после. Теперь же мы приведем основания, которыми руководствуются ведьмы при своих чародеяниях. Прежде всего – о возбуждении чрезвычайно сильной любви или ненависти. Говоря о кознях ведьм, святой Фома (разд. IV, 34) приводит эти основания и указывает, почему Бог предоставил чёрту больше власти в области полового соития, чем в других областях человеческих действий. Вот его рассуждение: первое греховное падение человека, приведшее его под ярмо чёрта, произошло из-за полового акта. Хотя брак и был впоследствии освящен Богом, все же временами он разрушается чёртом. Это, правда, не происходит путем дьявольского насилия: в противном случае дьявола надо было бы считать существом более сильным, чем Бога. Это влияние силы нечистого происходит с Божьего попущения и распространяется на временные или постоянные препятствия к совершению супружеского акта.

Опыт показывает, что ведьмы производят бесчисленное множество любовных чар среди людей в различных состояниях, возбуждая любовь, доводя ее до любовного исступления и мешая им слушать доводы разума. Это грозит уничтожением веры и усугубляется тем, что эти ослепленные препятствуют возбуждению процессов против ведьм. А отсюда – ежедневный рост и распространение сей скверны. О, если бы опыт совсем не учил нас этому! Однако мы знаем, что ведьмами возбуждается в таинстве брака такая неприязнь между супругами и такое охлаждение в области полового соития, что они не в состоянии заботиться о потомстве через исполнение своих супружеских обязанностей.

[I, 7] Вопрос VII. Способны ли ведьмы возбуждать в сердцах людей любовь или ненависть?

Спрашивается, могут ли демоны через посредство ведьм воспламенять в сердцах людей глубокую любовь или ненависть?

На основании вышесказанного на этот вопрос дается отрицательный ответ.

1. У человека имеются воля, рассудок и тело. Волею руководит сам Бог, так как сказано: «Сердце царево в руке Божией». Рассудок просвещается его ангелом, а тело находится под влиянием светил небесных.

2. Демоны не могут, преобразуя тело, находиться внутри них, а тем паче в душе и возбуждать там любовь и ненависть. Ведь у них по природе больше власти над телом, чем над духом. Выше уже было доказано, что они неспособны преобразовывать тела, если нет другого действующего начала. Об этом говорится в каноне «Епископи» (XXVI, 5): «Кто верит, что какое-либо существо может перейти из одного состояния в другое, кроме как с помощью Творца Вселенной, тот хуже язычника и неверного».

3. Каждое действующее начало узнает свое действие из образа мыслей изменяемого создания. Значит, если бы чёрт мог возбудить к любви или к ненависти сердца людей, он мог бы узнать мысли души, что, однако, идет вразрез с указанием книги «О церковных догматах», гласящим определенно: «Чёрт не может видеть мыслей». Там же читаем: «Не все наши злые мысли возбуждаются чёртом; они время от времени поднимаются из движений нашей свободной воли».

4. Любовь и ненависть вытекают из нашей воли, коренящейся в душе. Поэтому никаким искусством чёрт их вызвать не может. Проникнуть в душу, как говорит Августин, может лишь тот, кто ее создал.

5. Если говорится, что чёрт может воздействовать на внутренние чувства человека и таким образом оказывать влияние на душу, то это рассуждение неверно. Чувствования имеют большее значение, чем силы, питающие и создающие тело. Чёрт не в состоянии создать мясо и кости. Значит, он не в состоянии воздействовать и на чувствования.

Против этого могут возразить: чёрт должен искушать людей не только зримо, но и незримо. Было бы неверно, если бы он не мог оказывать влияние на чувствования. К тому же Иоанн Дамаскин в своих «Сентенциях» говорит: «Вся злость и скверна выдуманы чёртом». А Дионисий («О Божественных именах», 4) утверждает: «Сонмища демонов причинили зло и самим себе, и другим».

На это надо ответить исследованием: 1) понятия причинности и 2) возможности воздействия на чувствования.

Что касается первого пункта, то причины могут быть прямыми и косвенными. Косвенными – когда какое-нибудь действующее начало оказывает влияние на действие. Таким образом, мы можем сказать, что человек, пилящий дрова, является косвенной причиной, то есть дает повод к их сжиганию. Также мы можем сказать, что чёрт – причина всех наших грехов. Ведь он побудил первого человека ко греху, что привело весь род человеческий к известной склонности творить грехи. Вот в каком смысле надо понимать слова Дамаскина и Дионисия.

Прямой причиной мы называем такую, которая оказывает непосредственное действие. В этом случае нельзя рассматривать чёрта как причину каждого нашего греха. Ведь не все грехи совершаются по наущению чёрта. Некоторые из них проистекают из свободной воли и плотской испорченности. Правильно говорит Ориген: «Если бы чёрта и не было, люди имели бы стремление к пище, любовным наслаждениям и т. п. Злоупотребления этим весьма часты главным образом из-за испорченности природы человеческой, если нет препон ей в разуме». Обуздание этих страстей зависит от свободной воли человека, над которой у чёрта мало власти.

Различение прямых и косвенных причин не объясняет нам, каким образом возбуждается пагубная любовь или любовное исступление. Чёрт не может добиться этого прямым воздействием, приневоливая здесь человека. Но он может искушать и убеждать его. Это происходит двумя способами: зримо и незримо. Зримо – когда он является ведьмам в человеческом облике, говорит с ними по-человечески и убеждает совершить грех, как искушал он прародителей в раю и Христа в пустыне. Незримо – когда он действует внутренним увещеванием и внушением, подобно добрым ангелам, влияя на ум, на чувствования или на внешние чувства и предрасполагая к совершению того или иного поступка. Если ангел освещает действительное положение вещей, показывает правду и предостерегает от обмана, дьявол как раз хочет обмануть человека, скрывая от него правду и действуя внушением. Это внушение происходит через посредство присущей духам силы перемещать материю и изменять ее свойства. С помощью этой силы демоны через жрецов фараона превратили жезлы в действительных змей. Этим же перемещением материи объясняются явления в области воображения человека и внутренних чувствований, которые производят разные представления и побуждают даже к самым резким поступкам. Сюда же относится появление разных образов в сновидениях: когда человек спит, кровь спускается к главному центру чувств; вместе с ней спускаются и впечатления о свершенных действиях тела, уплотняются там в ином порядке и образуют то хранилище образов, из которых черпается содержание сновидений при приведении его в движение духами.

По словам Авиценны («О душе»), человек имеет пять внутренних чувств: общее чувство, фантазию, воображение, суждение и память. Святой Фома насчитывает только четыре таких чувства, ибо он считает воображение и фантазию за одно. Говорят, что фантазия – хранилище образов. Может показаться, что это память. Но надо указать на то, что фантазия – хранилище воспринятых форм. Память же – хранилище суждений, не воспринимаемых внешними чувствами. Кто видит волка, тот спасается от него не вследствие его отвратительной формы или его цвета, воспринимаемых внешними чувствами и сохраняемых в фантазии, а вследствие того, что волк – враг его природы. Это происходит из-за способности суждения, определяющей волка как врага, а собаку – как друга. Хранилище этой способности суждения находится в памяти.

Как сновидения, так и видения в бодрствующем состоянии обусловлены появлением различных образов из области памяти вследствие определенного движения крови и соков под влиянием действия духов. Если эти духи – демоны, то появляющиеся образы можно назвать внутренним искушением.

Отсюда явствует происхождение любовной пагубы, возбуждаемой образами, поднимающимися из хранилища человеческих восприятий. Демоны действуют тут двояко: они или не затемняют рассудка, или затемняют его. К этому можно привести примеры из опытов над пьяницами и над людьми, страдающими мозговыми заболеваниями. Затемнение рассудка происходит или без посредства ведьм и колдовства, или через это посредство.

Мы знаем одну старуху[146], которая наводила последовательно подобное любовное исступление на трех аббатов одного монастыря, о чем свидетельствуют все монахи этого монастыря. Она не только навела на них эти чары, но и убила их. Четвертого она свела с ума, в чем она и призналась, причем объявила: «Я это действительно совершила и буду так поступать и впредь. Они будут продолжать любить меня, ибо они много съели моих испражнений[147]». И, протянув руку, показала при этом количество. Я признаюсь, что у нас не хватило власти наказать ее. Поэтому она все еще жива.

Дьявол может вводить людей в искушение, пользуясь также их предрасположениями. Ведь тело, предрасположенное к похоти или к гневу, легче поддается внушениям, связанным с этими страстями.

Увядшее дерево, отягощенное яблоками, которые символизируют человеческие грехи. Дж. Бейквелл, 1771 г.

Wellcome Collection

Нелегко проповедовать народу на вышеуказанные темы. Надо тут давать объяснения общепонятным языком[148].

Прежде всего пусть проповедник изложит народу, верно ли католически утверждать, что ведьмы могут возбуждать любовь мужчин к чужим женам до такой степени, что их не отвратить от этой пагубной страсти ни ударами, ни словами, что они чувствуют даже ненависть к своим законным женам, что они не в состоянии исполнять свои супружеские обязанности для увеличения потомства и что они темной ночью по пустынным дорогам бегут иногда к своим возлюбленным.

Надо затем говорить о любовном исступлении, а потом о наведении порчи на зачатие при половом соитии.

Во-первых, хотя демон как таковой и не может воздействовать на человека вопреки его рассудку и воле, с Божьего попущения, однако это представляется возможным. Пусть проповедник сошлется на «Книгу Иова» (2), где Бог говорит демону: «Вот в твоей руке Иов», но прибавляет: «Его же души не тронь». Основание: Бог дал демону власть над всеми из тела происходящими силами, над пятью внешними и четырьмя внутренними чувствами.

Демон может воздействовать не только на наши восприятия, но и на наш рассудок, затемняя его. Он может также воздействовать на нашу волю и произвести гибельные изменения в ее аффектах. Это демон может свершить или с помощью ведьм, или без оных. Приведем примеры: в «Послании Иакова» (гл. I) говорится: «Каждый искушается, увлекаясь и обольщаясь своей похотью. Похоть же, зачавши, рождает грех, а сделанный грех рождает смерть». Когда Сихем увидел Дину, вышедшую посмотреть на женщин страны, он влюбился в нее, похитил ее и спал с ней, и «его душа прилепилась к ней» (Бытие, XXXIV). Глосса прибавляет: «Со слабой душой происходит то же, если она, как и Дина, забывая о своих делах, начинает заботиться о делах посторонних; она обольщается обхождением и мыслит одинаково с обольщенными».

Во-вторых, вот пример искушения демонами без помощи ведьм: Аммон полюбил свою прекрасную сестру Фамарь до такой степени, что даже заболел (2-я кн. Царств, 13). Кто может так низко пасть, кроме совершенно испорченного и тяжко дьяволом искушаемого человека? Поэтому глосса и говорит: «Это да послужит нам уроком. Бог попустил это для того, чтобы мы поступали осторожно, чтобы в нас не господствовал порок и князь греха нас не убил врасплох».

Об этом втором виде любви, внушенной дьяволом без помощи ведьм, много говорится в житиях Святых Отцов. Сии отцы, отстранившиеся от всяческой плотской радости, часто искушались вожделением к женщине. Поэтому апостол в своем 2-м Послании к Коринфянам (12) и говорит: «Дано мне жало в плоть, ангел сатаны удручать меня». А глосса прибавляет: «Он мне дан для искушения чрез вожделение». Отраженные же искушения являются не грехом, а особого рода испытанием добродетели. Это относится к искушению врагом, но не к искушению через плоть. В этом случае всегда лежит по меньшей мере простительный грех, хотя бы это искушение и было преодолено.

В-третьих, любовные исступления не могут быть делом рук только ведьм без вмешательства дьявола в следующих случаях: 1) когда жена искушаемого красива и уважаема, а его возлюбленная обладает противоположными качествами; 2) когда несчастного нельзя отвратить от его греховной любви ни побоями, ни словами увещевания; 3) когда, не обращая внимания на трудности пути и на позднее время и не имея силы себя сдержать, влюбленный бежит к предмету своей гибельной страсти.

[I, 8] Вопрос VIII. Могут ли ведьмы препятствовать способности к деторождению или любовному наслаждению? О каком колдовстве идет речь в булле?

Во-вторых, той истине, что прелюбодеяние, распутство и пр. распространяют больше всего ведьмы, может служить околдование способности к деторождению.

Вначале мы приведем возражение против этого утверждения, заключающееся в следующем: если бы подобное чародеяние было возможно, то оно должно было бы коснуться и супругов. Если признать это, то дело рук дьявола было бы сильнее Бога, так как брак установлен Богом, а чародеяние исходит от дьявола. Если же признать, что эти чародеяния распространяются только на блудников и блудниц, а не на людей, состоящих в браке, то это открывает путь старому учению о том, что колдовство является не действительностью, а фантазией и измышлением людей, что опровергает обоснованное нами в разобранном вопросе. При разборе вопроса о том, почему колдовство действует на одних и не действует на других, выяснится, что нет другого основания, кроме того, что брак установлен Богом. Однако это основание не может быть правильным, как это следует из IV, 24 De impedimento maleficiali. Таким образом, остается только один аргумент, что дело рук дьявола сильнее дела рук Божьих. Так как это утверждение ни в коем случае недопустимо, то недопустимо и утверждение, что с помощью колдовства возможно препятствовать способности к деторождению.

Далее. Чёрт не может препятствовать действию других естественных потребностей, как, например, принятию пищи, хождению, вставанию и т. д. Это кажется тем более неправдоподобным, что демоны в таком случае могли бы уничтожить весь мир.

Далее. Если плотское соитие протекает со всеми женщинами одинаково, то оно, если ему оказывается помеха, будет иметь такие же препоны при соитии с каждой женщиной. Но это, конечно, неверно. Поэтому неверно и первое утверждение. К тому же опыт показывает нам, что те, кто утверждает, что они околдованы для соития с какой-либо определенной женщиной, с другими женщинами могут производить соитие без всякого затруднения. Ведь если человек не хочет соития, то он его и не может совершить.

Этим неправильным рассуждениям мы противопоставляем канон Si per sortiarias XXX, 8, а также учение всех богословов и канонистов, которые говорят о препятствиях, чинимых ведьмами при брачном соитии.

Неверно и утверждение, будто бы власть демона представляется большей, чем власть Бога, если демон может помешать соитию. Ведь известны травы и средства, препятствующие естественным путем акту соития. Дьявол, хорошо знающий эти средства, может тем более достичь того же действия.

Ответ. В первую очередь доказано, что колдовство не только игра воображения. Оно действительность, и оно совершается бесчисленное количество раз с Божьего попущения. Было уже показано, что Бог часто допускает препятствование плотскому соитию ради сильной испорченности нравов в половой области. Относительно способов препятствования соитию надо сказать, что эти препятствия оказывают влияние не только на половое соитие, но и на воображение или на способность представления. Пётр Палуданус (раздел IV) перечисляет пять способов препятствовать соитию. Во-первых, демон, будучи духом, имеет власть перемещать материю телесных созданий. Поэтому он может препятствовать их сближению. Для этого он временами принимает облик тела и ложится между теми, кто намеревается произвести соитие. Так поступал демон с одним молодым человеком, который, уже женившись на идоле, заключил другой брак с одной девушкой и из-за указанного вмешательства демона никак не мог ее познать. Во-вторых, демон может пускать в ход различные травы, мешающие соитию. В-третьих, он притупляет чувствительность и воображение, придавая женщине вид, действующий отталкивающим образом на мужчину. В-четвертых, он поражает вялостью орган, служащий для оплодотворения. В-пятых, он препятствует извержению семени и т. д., и т. п.

Указанный мыслитель прибавляет: «С Божьего попущения больше всего наводится порчи именно на плотское соитие, через которое распространился первый грех». Затем он присовокупляет: «Так же обстоит дело с женщиной. Демон может так воздействовать на ее воображение, что мужчина будет ей противен, и она ни за что на свете не допустит его познать себя». Этот мыслитель указывает далее и основание, почему порча чаще наводится на мужчин, чем на женщин. По его мнению, это зависит от того, что легче всего вызвать вялость мужского полового органа.

Сверх того, он говорит, что Бог позволяет наводить порчу скорее на грешников, чем на праведных. Поэтому-то и сказал ангел Товии: «Демон приобретает власть над теми, которые преданы невоздержанию».

Если спрашивают, почему способность к соитию невозможна с какой-либо одной определенной женщиной, а с другой возможна, то, по словам Бонавентуры, ответ должен гласить: это происходит или потому, что колдун указал дьяволу именно на данную женщину как на такую, которая должна произвести отталкивающее впечатление на мужчину, или потому, что Бог не допускает дьяволу воспрепятствовать соитию данной пары. Пути Господни неисповедимы. Бонавентура добавляет: «Если спрашивается, как это производится дьяволом, то на это надо ответить, что он препятствует способности к акту оплодотворения не через внутренние препятствия или через ранение органа, а внешним путем, вследствие невозможного использования органа. Так как это препятствие является не естественным, а искусственным, то оно может выявиться при попытке соития с одной какой-либо женщиной и отпасть во всех других случаях. Это препятствие может или выражаться в отсутствии стремления к соитию с данной женщиной, или быть последствием принятия известных трав, или наконец появиться в результате действия оккультных сил».

Случается, что неспособность к соитию является следствием естественной холодности человека. Как можно в таком случае узнать, какая неспособность естественна, а какая произошла от колдовства? Гостиенсис в своей «Сумме» дает объяснение, которое, однако, не следует разглашать в проповедях. Вот оно: если орган постоянно вялый и муж потому никак не может познать свою жену, то это признак естественной холодности. Если же орган приходит в движение и становится твердым, но муж не может довести акт до конца, то это признак колдовства.

Добрыми делами человек угождает Богу. Гравюра по рисунку Хендрика Артса, 1649 г.

Rijksmuseum

Колдовство заключается не только в том, что акт не доходит до конца, но и в том, что женщина не зачинает или у нее наступают преждевременные роды. При этом надо обратить внимание на то, что, согласно каноническим правилам, тот, кто из чувства мести или из ненависти к мужу либо жене лишает их способности к деторождению или к зачатию, считается за убийцу. Смотри Extra de homic: Si aliguis.

Канон упоминает и о тех беспутных любовниках, которые дают своим возлюбленным известное питье для предотвращения зачатия безо всякой помощи демонов. Такие преступления причисляются к убийству, хотя бы преступники и принесли раскаяние. Ведьмы же, которые готовят подобные зелья, подлежат по законам самым суровым наказаниям.

Колдовские препятствия к деторождению возможны как между состоящими в браке, так и вне брака, как указывается богословами и канонистами, особенно в каноне Extra de frigidis et maleficiatis, а также в 4-й книге «Сентенций», раздел 34.

Бесполезно искать естественное объяснение деяний дьяволов. Ведь когда человек, одержимый нечистым духом, начинает говорить на непонятном языке, это нельзя считать естественным явлением. Нельзя объяснить это и искусством нигромантов. Причину здесь надо искать в особых существах со злой волей. Этими существами могут быть только демоны. Католические ученые различают постоянное и временное половое бессилие, причиняемое чарами. Временное – когда супруги в продолжение трех лет могут быть излечены или таинствами церкви, или другими врачеваниями. Постоянное – когда никакие средства не помогают. Если оно предшествует заключению брака, то оно приводит к тому, что брак считается недействительным. Если же оно происходит после заключения и завершения брака, то оно не разрушает супружеских уз.

[1, 9] Вопрос IX. Могут ли ведьмы воздействовать обманчивой иллюзией на мужские члены, как если бы они были полностью удалены из тел?[149]

В-третьих, сама истина объясняется дьявольским воздействием на мужской орган и, дабы истина эта стала более очевидной, спрашивается: способны ли ведьмы мужские члены силой демонов похищать истинно и доподлинно либо всего лишь обманчивым явлением?

Доказывается, что истинно и доподлинно аргументами a fortiriori (от противного – Гр. Б.). Многое могут демоны, как то: убивать людей либо переносить [их] в пространстве, как выше было открыто [историями] Иова и семи убитых мужей Товии, следовательно, потому [они] могут похищать человеческие члены истинно и доподлинно.

Далее. Глосса над тем [словом] псалма «посольство злых ангелов»[150] гласит: «Бог наказывает через злых ангелов так же, как и народ Израиля наказывал [он] часто, различными и суровыми телесными недугами истинно и доподлинно. Следовательно, подобные немощи на таковой член наслать [он][151] может. Если говорят, что может [он совершать подобное] попущением Божиим, тогда [следует ответить: ] так как сказано ранее, Бог позволяет сильнее [поражать] злонамеренным колдовством детородную силу ввиду испорченности первородным грехом, который достигает нас посредством акта рождения, следовательно, он позволяет сильнее [поражать] член той силы рождения, что забирает его целиком.

Далее. Большим было превращение в соляной столп жены Лота (Быт. 19[:26]), чем похищение мужских членов, ибо сие было истинное и доподлинное, но не кажущееся превращение, поскольку столп тот, как сказано, стал видимым, и было [сие] совершено злым ангелом при содействии добрых, которые поразили ранее слепотой так, чтобы не могли найти двери дома[152]. Подобно тому как и прочие наказания [обитателей] Содома, поскольку глосса (там же) провозглашает, что она была запятнана тем же пороком. Следовательно, совершить такое [демоны] могут.

Далее. Всякий, кто может изобразить природные образы, может и похитить их. Но демоны многократно изображали природные образы, как открывает [история] о фараоновых волхвах, что создавали лягушек и змей силой демонов.

(…)

Ответ. Нет сомнения, что ведьмы могут чудесное совершать с мужскими членами, как то слышали и видели многие, даже как то утверждает сама всеобщая молва, что подлинность того члена познается посредством [таких] чувств, [как] зрение либо осязание.

Поскольку что-либо происходит, сказать можно, что произойти [это] может двояко, то есть истинно и доподлинно, как доказывают первыми аргументами, и обманчивым деянием; то, однако, что совершают ведьмы подобного рода, является не чем иным, как обманчивой иллюзией. Иллюзия эта находит себе место не в воображении пострадавшего, поскольку воображение того может посчитать истинным и доподлинным всякую вещь, в реальности не существующую, поскольку тот никаким действием внешних чувств, то есть зрения и осязания, определить ее существование не может. Так что можно сказать, что истинное лишение члена происходит по части воображения пострадавшего, то есть не по части вещественной.

Как происходит то, отметить необходимо многое. Первое, двумя способами подобное происходить может. Неудивительно то, что дьявол может обманывать внешние чувства человека; может [он] и внутренние исказить, о которых говорилось выше, подсовывая готовые формы к истокам восприятия. Обманывает он их естественное действие так, что видимое тому [человеку] становится невидимым, осязаемое – неосязаемым, слышимое – неслышным и так все. Потому такая истина не представляет ничего вещественного, потому как все происходит в результате обмана органов, участвующих в зрении, слухе и проч.

(…)

Во-вторых, необходимо отметить для того, чтобы проще было понять и проповедовать. Обман[153], согласно Исидору, является не чем иным, как искажением чувств, прежде всего глаз, поскольку происходит от prestingo, что означает «рябить в глазах» так, что вещи выглядят не такими, какими они являются. Как Александр Альский говорит: «Обман, в собственном смысле, есть такая демоническая иллюзия, что имеет причину не в изменении вещи, но только в такого рода изменении восприятия, которое обманывается то в отношении внутренних чувств, то в отношении внешних». Отсюда, [выражаясь] общими словами в отношении человеческого искусства обмана, мы говорим, что может оно исполняться тремя способами. Один [способ] без [участия] демонов, и удобнее его называть «шуткой» (delusio), поскольку происходит он искусственно из человеческих манипуляций, [благодаря которым] прячут и скрывают какие-либо вещи, как бывает на представлениях жонглеров и мимов.

Другой способ также [обходится] без силы демонов благодаря естественной силе природных тел, особенно минералов. Те, кто обладает такими вещами, могут, в соответствии с определенной силой, сокрытой в них, выставить предмет либо же заставить его проявить себя тем, чем он не является. Так, согласно Фоме (I, 114,5) и многим прочим, дым некоего растения, воскуряемый снизу или сверху, кажется змеей.

Третий способ иллюзии производится демонами, однако попущением Божиим. Так от природы обладают демоны, как было сказано, определенными силами над низшими предметами, которые они могут заставить, если Бог позволяет, появиться иначе, нежели было это раньше.

О том, третьем, надобно отметить, что демон может пятью способами кого-либо морочить, что тот полагает предмет иначе, чем он есть на деле. Во-первых, умелое вытягивание рукой, как и было сказано, поскольку всякий человек знает [это] благодаря искусству, [демон] может знать лучше. Во-вторых, [используя] природные свойства какого-либо предмета, как сказано, перенося какое-либо тело так, чтобы другое утаить, или смущая через фантазии людские. Третий способ, когда в принятом теле он представляет себя чем-то, чем не является. Как Григорий в первой [книге] «Диалогов» рассказывает о монахине, что ела латук, однако оказалась, как тот демон признался сам, что латука [там] не было, но был демон в облике латука, либо же [он] был в том латуке. То же касается [святого] Антония, нашедшего золотой слиток в пустыне. Также, когда [демон] скрыл подлинного человека и заставил того выглядеть неразумным животным, как будет сказано выше. Четвертый способ, когда [демон] смущает органы зрения так, что выглядит пасмурным то, что [на деле] ясно, или же повернув так, что старуха предстает девицей (как и после слёз свет является иным, нежели прежде). Пятый способ – воздействовать на способность воображения и изменять ощущаемые образы сотрясением гуморов, как сказано выше, делая так, что как бы свежие и новые видения создавались силами чувств.

Демоны искушают святого Антония. Гравюра Боэция Больсверта, 1619 г.

University Library, Radboud University (Wikimedia Commons)

Так тремя последними способами дьявол может морочить человеческие чувства искусством обмана, а также вторым способом. Так что ничего трудного [нет в том], что мужской член может утаиваться искусством обмана. Ясный довод или опыт, который мы открыли на службе инквизиционной, будет собран во второй части трактата, где многое об этих и прочих деяниях откликается.

Каким образом можно отличить злонамеренное колдовство от природного недостатка?

Исходный вопрос [сопряжен] с некоторыми прочими трудностями.

Если кто-либо спросит: «Пётр[154] лишился члена и не знал, произошло ли это в результате злонамеренного колдовства либо же каким иным способом силой демонов с Божьего попущения. Есть ли способы познания и различения между ними?» – можно ответить, что да.

Во-первых, что таковые, с коими случается [это бедствие], в большинстве прелюбодеи или другие [какие] развратники, поскольку не служат [они] полюбовницам к согласию или оставить их желают, приставая к другим [женщинам], тогда [отверженные] ради мести таковое совершают или же иначе потенцию того члена удаляют. Во-вторых, познается по тому, что таковое [бедствие] не является продолжительным. Ведь если не в злонамеренном колдовстве [заключается причина], тогда [бедствие] не бывает продолжительным, но когда-нибудь пройдет.

Но на этом пути появляется затруднение, не является ли сие [бедствие], что не бывает продолжительным, по природе злонамеренного колдовства. Вопрос в том, не может ли оно быть постоянным и длиться до смерти, как и препятствия браку, вызванные колдовством. Канонисты и каноники рассудили, что оно может быть одновременно временным и постоянным. Ведь говорит Гоффред в своей «Сумме» [4.15]: «Злонамеренное колдовство часто не может быть устранено тем, кто его наслал. Оттого ли, что он умер, оттого ли, что не знает, как уничтожить таковое, либо оттого, что злонамеренное колдовство [уже] утратило силу», – отчего по аналогии мы можем сказать, что нанесенное Петру злонамеренное колдовство будет вечным – «оттого ли, что та ведьма, что наслала, не может исцелить таковое». Ибо бывают ведьмы трех родов. А именно некоторые, что исцеляют и поражают, некоторые, что поражают, но исцелить не могут, [а] некоторые такого рода, что [только] кажется, будто они исцеляют, убирая повреждения, как ниже будет сказано. Так достигли нас [сведения]. Ведь взаимно ссорились две ведьмы, пока одна другую попрекала, она говорила: «Я не столь плоха, как ты, ведь знаю, как исцелить тех, кого поразила»[155]. Или же [злонамеренное колдовство] еще длится, когда ведьма перед исцелением покидает [нас], либо сменив место [жительства], либо же покинув эту жизнь. Святой Фома говорит также: «Злонамеренное колдовство может быть постоянным, так, что оно не может иметь средств человеческого [противодействия], поскольку у него есть средства [противодействия], однако же неизвестные или же непозволительные человеку, хотя Бог может предоставить [такие] средства через святого ангела, противодействующего демону, но не ведьме».

Но истинно лучшее средство противодействия злонамеренному колдовству есть таинство покаяния (Extra, De Frigidis). Ведь телесные недуги часто следуют из греха. Так же как злонамеренное колдовство может быть разрушено, будет разъяснено в части третьей трактата (Extra, De Penitentijs, Cum infirmitas), и в шестой главе второй части трактата будут обсуждаться три других различия.

Выводы из аргументов

Что касается первого, то нет сомнения в том, что если они попущением Божиим могут убивать людей, то и член тот, как и прочие, могут они похитить истинно и доподлинно. Но тогда демоны не управляются ведьмами, о которых сейчас речь.

Из этого утверждения становится ясным заключение ко второму.

Что до того, что поскольку Бог позволяет сильнее [поражать] злонамеренным колдовством детородную силу ввиду и т. д.; и потому позволение дается на то, чтобы тот член был похищен истинно и доподлинно, это не означает, что так происходит всегда, поскольку таковое случается не способом злонамеренного колдовства, как не могут ведьмы добиться этого [результата], пока совершают таковое [злонамеренное колдовство], так как не имеют они власти восстановить член, когда они того хотят и знают [об этом].

Из чего следует, что похищают его не истинно, но искусством обмана.

К третьему [аргументу] о превращении жены Лота скажем мы, что истинно было и не посредством искусства обмана, но мы говорим сейчас об искусстве обмана.

К четвертому [аргументу], что демоны могут изобразить природные образы, а потому могут и похитить их. Как сказано о фараоновых волхвах, что создавали истинных змей и [что] демоны могут производить какие-либо воздействия над какими-либо несовершенными тварями с помощью какого-либо иного агента, какие [они[156]] производить не могут над людьми, о коих у Бога большее попечение согласно тому: «О волах ли печется Бог?»[157]. Часто могут [демоны], как сказано, попущением Божиим также вредить людям истинно и доподлинно, но также искусством обмана.

И через то также открывается решение к последнему аргументу.

[I, 10] Вопрос X. Могут ли ведьмы, действуя вокруг людей искусством обмана, придать им облики животных?

В-четвертых[158], разъясняется истина, превращают ли [они] людей в животных.

Вот следующая картина, которую мы здесь разберем. Как это происходит? Опираясь на авторитет канона Episcopi (XXVI, 5), некоторыми утверждается, что это невозможно. Канон этот гласит: «Кто верит, что возможно кому-нибудь, кроме Создателя Вселенной, обращать какое-либо существо в лучшее или худшее состояние или придавать ему другой облик, тот, без сомнения, неверующий и хуже язычника».

Развивая в определенном направлении указанную мысль, можно сказать следующее: чтобы иметь восприятие какого-либо облика, необходимо наличие этого облика. Иначе восприятие невозможно.

Поэтому раз данного звериного облика не существует, то и видеть его нельзя, и никаким образом облика его не вызовешь.

Если говорят, что подобный облик бывает в окружающем воздухе, то это неверно, потому что воздух невосприимчив к таким обликам или образам вследствие своей подвижности; если даже подобное превращение и бывает всеми видимо, то оно недействительно, потому что демоны не могут обмануть, по крайней мере, зрение святых.

К тому же зрение – это пассивная сила, а объект зрения – активная сила. Пассивная же сила может действовать тогда, когда на нее оказывает влияние активная сила. Если объекта нет, то и субъект, то есть пассивное начало, не может ничего воспринять.

Когда демон приводит в движение познавательную силу, то он или выявляет самого себя этой силе, или изменяет ее. Но он не выявляет ей самого себя, так как для этого он должен был бы облечься в тело. Имея же два тела: собственное и то, в которое он облекся, – он не может достичь органов восприятия, так как два тела не могут находиться в одно и то же время в одном и том же месте. Он не может также привести в движение познавательную силу наваждения обманом чувств, так как наваждение – качественное явление, а демон лишен всякого качества. Не может он это сделать и путем превращения людей в другие существа. Он мог бы превращать, придавая им полностью или частично другой облик. Однако ни того, ни другого он не может сделать. В первом случае он не может это потому, что у него не имеется необходимых для этого активных свойств. Во втором случае – потому что: 1) эти изменения не могут быть производимы без чувства боли и 2) демон мог бы показать человеку только то, что этот последний уже знает. А ведь Августин говорит, что демон показывает человеку и известное, и неизвестное ему. Поэтому высказывается мнение о том, что демоны никоим образом не могут обмануть воображение и чувства человека.

Это, однако, находится в противоречии с утверждением Августина («О граде Божьем», XVIII), что обращение людей в животных, производимое демонами, совершается не в действительности, а лишь в воображении. А это мыслимо только в том случае, если бы демоны могли производить изменения в человеческих чувствах.

Ответ. Если читатель хочет узнать подробнее о превращениях, он найдет многое во второй части этого труда, в главе 6. Теперь же мы хотим рассуждать по схоластическому методу и привести мнение трех ученых, согласных с тем, что чёрт может обмануть восприятия человека до такой степени, что человеку представляется подлинный зверь. Из этих трех ученых наиболее авторитетен святой Фома, об утверждениях которого мы скажем в конце. Начнем с рассуждения Антония.

Антоний («Сумма», I, tit.с. 5 § Declarantes) говорит, что чёрт время от времени воздействует на воображение человека и особенно – на его чувства, чтобы обмануть его. Он объясняет это, опираясь на авторитет канона и на большой опыт.

В первую очередь тела человеческие при своем перемещении в пространстве подчинены ангелам. Если злые ангелы и потеряли милость Божью, то они все же сохранили прирожденную силу. Воображение зависит от телесных органов, на которые, очевидно, могут воздействовать как добрые, так и злые ангелы. Последние пользуются этой способностью для того, чтобы превращать людей для видимости в животных, вызывая те или иные представления с помощью изменения течения соков к центру чувств.

Антоний прибавляет: «Это явствует из канона Episcopi XXVI, 5, где говорится: “Нельзя обойти молчанием то, что некоторые преступные женщины, совращенные сатаной и попутанные дьявольским обманом и наваждением, верят и признаются, что они ездят ночью верхом на известных животных с Дианой, языческой богиней, или с Иродиадой и бесчисленным множеством женщин и будто они проносятся в ночном безмолвии через необозримые пространства”». И далее: «Поэтому священники должны проповедовать Божьему люду, что все это совершенно неверно и что подобные призраки распространяются в умах верующих не от Божьего, а от злого духа, ибо сам сатана принимает на себя личины различных людей и сбивает с истинного пути плененного им человека, обманывая его сновидениями».

Смысл этого канона был истолкован нами в первом вопросе настоящей книги. То, что эти женщины не в состоянии при желании рыскать верхом и не находят при этом препятствия в силе Божьей, не является истинным смыслом указанного места. Ведь весьма часто люди, не будучи колдунами, против воли переносятся телесно на большие расстояния. Так переноситься можно и в действительности, и в воображении, как явствует из указанного сочинения Антония и из главы Nec mirum.

Августин рассказывает, что в языческих книгах сообщается о волшебнице Цирцее, превратившей спутников Одиссея в животных. Это, скорее всего, произошло в результате обмана чувств, а не в действительности, как это видно из многих примеров. Так, мы читаем в житиях святых следующее: жила одна девственница, которая не соглашалась вступить в греховную связь с одним юношей. Раздраженный этим сопротивлением, он околдовал ее с помощью одного еврея, после чего девственница превратилась в кобылу. Это превращение было не действительным, а только кажущимся. Это было наваждением, произведенным дьяволом, изменившим восприятие девственницы и окружающих так, что она представлялась всем кобылой, хотя она и продолжала оставаться тем, кем была и раньше. Она предстала пред святым Макарием. Демон не смог обмануть этого праведника, который тотчас же увидел, кто она. Его праведной молитвой она была освобождена от этого наваждения. Она призналась, что это наваждение произошло вследствие ее малой заботы о Божественных предметах и непосещения ею святых таинств. Вот почему дьявол получил власть над нею – хотя она и была добродетельной. Значит, чёрт может воздействовать на человека через изменение движения духовных сил и соков его.

Цирцея на гравюре Джованни Кастильоне.

Wellcome Collection

Но чёрт ничего не может сделать, если на то не будет Божьего попущения. Бог часто подавляет злобу дьявола, стремящегося обмануть нас и навредить нам. Поэтому Августин, повествуя о ведьмах, говорит: «Они – те самые, которые с Божьего попущения приводят элементы в беспорядок и смущают нравы людей, мало надеющихся на Бога» (XXVI, qu. 5, Nec mirum).

Через их чары случается, что муж не может познать своей жены. Это происходит из-за воздействия на восприятие, рисующее женщину уродливой и отвратительной. Чёрт показывает также бодрствующим и спящим греховные картины, чтобы совратить этих людей. Но так как грех лежит не в представлении, а в воле, то человек не грешит от этих дьявольских представлений скверны и от различных возбуждений, если только он не пойдет на грех по своей воле.

Относительно второго мнения о дьявольских наваждениях мы ссылаемся на сказанное в девятом вопросе.

Третье мнение – мнение святого Фомы. Оно дает ответ на вопрос о том, где находится тот звериный облик, в который облекается околдованный человек. Находится ли этот облик в нашем чувстве, в действительности или в окружающем воздухе? Этот облик считается тут зарождающимся лишь в нашем внутреннем чувстве и переходит вследствие сильного воображения на наши внешние чувства. Это производится демонами в двоякой форме: 1) заключенные в хранилище воображения и направляемые демонами представления обликов звериных, достигая внешних чувств, а именно – зрения, рисуются нам как действительность; так происходит и в сновидениях; 2) измененные внутренние органы влияют на внешние чувства. Так, например, испорченный вкус заставляет даже сладкое считать горьким. Эти изменения могут производить и люди с помощью определенных естественных составов.

Текст указанного канона часто приводился и неверно толковался. Не подлежит сомнению, что упомянутое там превращение в другое существо возможно и с помощью обмана чувств, но неверно высказанное там же утверждение, будто власть демона не может произвести каких-либо созданий. Под этим мы не понимаем первичного творения. Мы здесь хотим сказать, что дьявол может, используя естественные способы, произвести некоторые несовершенные организмы. Как это происходит – об этом говорит святой Фома в указанном месте. Ведь он утверждает, что все превращения телесных предметов, происходящие с помощью естественных сил и требующие наличия семени (и именно находящиеся в земле и в воде, как, например, змеи и лягушки, откладывающие там свои семена), могут совершаться и демонами, если они используют подобные семена.

Те же превращения в телесном мире, которые происходят не с помощью сил природы в действительности, ни в каком случае не могут быть свершены демонами. Так, например, невозможно человеческое тело превратить в звериное или разбудить мертвеца. Если же кажется, что это произошло, то это всего лишь обман зрения. Если дьявол появляется людям, то только облаченным в призрак тела.

Для подтверждения правоты высказанной мысли сошлемся на Альберта Великого («О животных»). Он отвечает утвердительно на вопрос о том, могут ли демоны или, прибавим, колдуны произвести с Божьего попущения мелкие несовершенные существа. Но они не могут это свершить в одно мгновение, как Бог. Им требуется для этого известное, хотя и незначительное время. Смотри «Исход», VII: «Фараон призвал мудрецов…» и т. д. Альберт Великий говорит об этой главе Священного Писания следующее: «Демоны носятся по миру и собирают различные семена. С помощью их могут произойти различные существа». А глосса прибавляет: «Ежели колдуны хотят достичь чего-нибудь, призывая демонов, то эти последние носятся по миру и мгновенно собирают семя того, о ком идет речь. Так получаются ими новые виды с Божьего попущения».

Некоторые поступки демонов можно назвать даже чудесами. Несмотря на это, данные чудеса не служат для осознания правды. Также и чудеса антихриста можно назвать ложью, потому что они совершаются для искушения людей.

Ясно также и решение вопроса об облике. Облик зверя находится не в воздухе, не в действительности, а в чувствах людей, как это и было указано святым Фомой.

Мы признаем, в свою очередь, то, что пассивный принцип приводится в действие активным и что тот облик, который рисуется человеку, не может быть тем, который идет непосредственно извне. Но мы утверждаем, что облик этот, попав предварительно извне в область внутренних чувств и сохраненный там, поднимаясь до чувств внешних, главным образом зрения, воспроизводит действительный облик, заложенный туда демоном.

Не подлежит сомнению и то, что дьявол может производить частичные обманы чувств с помощью соков и соответствующих духовных субстанций.

Ежели на это возражают, что в таком случае демон в принятом облике ничего нового не может представить человеку, то следует ответить, что под новым понимается двоякое: 1) совершенно новое как само по себе, так и в своем принципе. Тут, следовательно, демон неспособен произвести что-либо. Ведь он не может сделать так, чтобы слепорожденный мог представлять себе цвета, а глухой от рождения – слышать звуки; 2) новое с точки зрения целого. Так, например, если мы говорим, что кто-нибудь рисует себе золотые горы, которых он никогда не видел, хотя он и имеет представление о золоте и о горах, то мы можем говорить, что он рисует себе что-то новое. Это-то новое и возможно дьяволу создавать в представлении людей.

Что следует думать о волках, что подчас похищают и пожирают людей и детей из колыбели, – не является ли это из [искусства] наваждения, [свойственного] ведьмам?[159]

Здесь мы разберем вопрос о волках, которые время от времени с большой хитростью и ловкостью крадут из домов взрослых и детей и пожирают их. Это происходит как естественным образом, так и с помощью наваждения через посредство ведьм. О первом роде случаев говорит Альберт Великий («О животных») и приводит несколько причин: 1) голод волков, заставляющих их приближаться к людским поселениям и там искать добычи; 2) их необузданность и свирепость, главным образом в холодных странах; 3) необходимость прокормить подрастающих волчат и т. д.

Но подобное происходит также через обман чувств с помощью демонов, если Бог хочет наказать народ за грехи. В «Книге Левит», XVI, говорится: «Если вы (то есть народные массы) не исполняете моих заповедей, то я нашлю на вас полевых зверей, которые будут пожирать вас и ваши стада».

Каким же образом это происходит? Настоящие ли это волки или демоны, принявшие на себя личину волков? Говорят, что это настоящие волки, одержимые демонами или побуждаемые к своим поступкам демонами же, что это происходит также и без посредства ведьм, как, например, при растерзании сорока двух мальчиков двумя медведями за их насмешки над пророком Елисеем. Так же обстояло дело при растерзании одного пророка львом за непослушание Божьему велению (1-я кн. Царств, 13). Вспомним также историю одного венского епископа, назначившего перед Вознесением Господним день покаяния ради того, чтобы волки врывались в город и разрывали на улицах людей.

Подобные нападения волков также считаются бесовским наваждением. Так, Вильгельм (в указанном месте)[160] рассказывает об одном человеке, который время от времени утверждал, что он оборачивался волком и поэтому скрывался на это время в берлогах. Когда он там спокойно сидел, ему казалось, что он превращался в волка, который рыскал по окрестностям и разрывал детей. Его утверждение было ошибочным. Он не был оборотнем. Причина лежала в дьяволе, который вселился в волка. Этот человек так и остался помешанным. Однажды его нашли мертвым в лесу. При этих явлениях демон веселится, потому что ему удается вновь освежить заблуждения язычников, верящих в преобразование мужчин и старых женщин в зверей.

Ввиду того что подобные волки, нападающие на людей и терзающие их, остаются безнаказанными, не попадают в западни и не подвергаются ранениям, можно с уверенностью сказать, что их нападения происходят с Божьего попущения при участии демонов. Так, Викентий («Историческое зерцало», VI, 40) рассказывает: «Еще до воплощения Христа и до Пунической войны в Галлии один волк украл меч из ножен во время вигилий».

[I, 11] Вопрос XI. О повивальных бабках – ведьмах, предупреждающих различными способами зачатие во чреве матери, производящих аборты и посвящающих новорожденных демонам

Вышеуказанные[161] ужасающие преступления женщин еще раз доказывают, что женщины гораздо больше мужчин склонны к чародеяниям и к сотрудничеству с дьяволом.

Канонисты утверждают, говоря о помехах к продолжению рода, наведенных ведьмами, что колдовство влияет тут не только на половое бессилие мужчин, но и на неспособность женщины произвести потомство либо по причине отсутствия способности к зачатию из-за преждевременных родов. Мы к этому прибавим, что ведьмы, сверх того, пожирают младенцев или посвящают их дьяволу.

Как половое бессилие мужчин, так и неспособность женщин к деторождению могут, конечно, происходить от естественных причин, вследствие принятия известных трав или других снадобий.

Помощь акушерок при родах. Гравюры неизвестного автора.

Wellcome Collection

Мы же будем здесь говорить о неоспоримых данных пожирания ведьмами младенцев, чего даже и звери, за исключением волков, не делают. Инквизитор из Комо рассказывал нам, что он был однажды приглашен жителями графства Бурбия[162] для инквизиции вследствие следующего события. Некто, узнав о таинственном похищении своего ребенка из колыбели, стал искать преступников и напал ночью на собрание женщин, на котором он увидел, как убили мальчика и как присутствующие пили его кровь и пожирали его тело[163]. Поэтому указанный инквизитор в прошедшем году предал костру 41 ведьму[164]. Некоторым из них удалось скрыться в пределах земель Сигизмунда, эрцгерцога Австрии. Около десяти ведьм оставлены в живых. Иоганн Нидер также приводит подобные данные в своем «Муравейнике» – эта книга, как и он сам, свежа еще в нашей памяти. Все это не может быть невероятным. Это не может быть невероятным и потому, что повивальные бабки подобными деяниями приносят величайший вред, столь приятный их сердцу. Кающиеся ведьмы часто признавались нам и другим инквизиторам в этом и говорили: «Никто не вредит католической вере больше, нежели повивальные бабки. Ведь если они тотчас же не умерщвляют детей, то выносят их под каким-либо предлогом из родильной комнаты и, поднимая их вверх на руках, посвящают демонам». Об этих ужасающих поступках мы скажем в седьмой главе второй части этой книги[165]. […]

[I, 12] Вопрос XII. Необходимо ли Божье попущение при колдовстве?[166]

Этот вопрос распадается на четыре вопроса, а именно: 1) необходимо ли Божье попущение для совершения колдовских деяний; 2) справедливо ли, что греховные по своей природе создания совершают чародеяния и другие ужасные преступления; 3) превышают ли позорные дела ведьм все то, что Богом попускается; 4) как надо об этом проповедовать народу. При разборе вопроса о Божьем попущении надо исследовать: представляется ли признание Божьего попущения в этих деяниях ведьм настолько католичным, что отрицание его должно считать еретичным? Некоторые не считают такое отрицание еретичным и признают совершенно католичным, что чёрту не дано власти вредить человеку. Доказательством этому служит следующее: утверждение противного способно как бы посрамить Творца. Ведь в таком случае выходит, что не все подчиняется Божьему провидению. Каждый мудрый провидец старается устранить недостатки и зло. Если же то, что творится ведьмами, разрешено Создателем и им терпится, то Бог представляется, таким образом, не мудрым провидцем и не все подчинено Его провидению. Этого быть не может, а поэтому и не может быть тут Божьего попущения.

Далее. Предположим следующее: с Божьего попущения свершается то или иное злодеяние. Возникают две возможности. Или Бог мог бы предупредить его, если бы хотел, или Бог не может предупредить его даже при желании. Ни та, ни другая возможность не могут быть совместимы с понятием о Божестве. Первая отпадает потому, что Бог в таком случае должен был бы быть назван завистливым к благу человека. Вторая же отпадает потому, что подобного Бога надо признать бессильным. Следовательно, не подобает говорить, что чародеяния совершаются с Божьего попущения.

Далее. Каждый, предоставленный самому себе, не подлежит опеке со стороны иных лиц. Согласно «Книге Притчей Соломоновых» (гл. 15), Бог создал человека самостоятельным в своих решениях. О злых говорится там, что Бог и им дал известную свободу. Поэтому нельзя приписывать всю окружающую злобу Божьему попущению.

К тому же Августин в «Энхиридионе» и Аристотель в «Метафизике» говорят, что лучше ничего не знать, чем знать малоценное. Все же, что есть лучшее, надо воздавать Богу. Из этого мы можем заключить, что Бог не заботится об этих низменных чародеяниях, попускает ли он их или нет. Апостол в своем 2-м Послании к Коринфянам (9) утверждает: «Бог не заботится о волах (следовательно, и о других неразумных животных)». Поэтому Бог не заботится о том, занимаются ли колдовством или нет. Это не подлежит Его попущению, так как оно вытекает из Его провидения.

Далее. То, что вытекает из необходимости, не нуждается в попущении и благоразумии. Это видно из слов Аристотеля («Этика», VI): «Благоразумие – это правильное рассудительное поведение в повседневных делах, где приходится советовать и выбирать». Некоторые же чародеяния происходят по необходимости, например болезни, происходящие под влиянием небесных светил. Собственно говоря, здесь нельзя говорить и о чародеяниях, раз все это протекает в силу необходимости.

Далее. Если люди околдовываются с Божьего попущения, то возникает вопрос: почему одни околдовываются больше другого? Если утверждать, что это зависит от величины греха, то это представляется ошибочным. Ведь в таком случае чем больше греховность, тем больше и колдовская порча. А наблюдается, скорее, обратное. Ведь невинные дети и другие праведники подвержены большему околдованию.

Против этих утверждений надо возразить следующее: Бог позволяет совершаться злому, хотя бы Он этого и не хотел. Это происходит вследствие совершенства Вселенной. Дионисий («О Божественных именах», 3) говорит: «Зло будет у всех. Оно будет способствовать совершенству Вселенной». А Августин («Энхиридион») утверждает: «Из совокупности добра и зла состоит удивительная красота Вселенной. Даже и то, что называется скверным, находится в известном порядке, стоит на своем месте и помогает лучше выделяться добру. Добро больше нравится и представляется более похвальным, если его можно сравнить со злом».

А святой Фома высказывается против мнения тех, кто говорит: «Если Бог и не хочет зла (ведь никакое существо не стремится ко злу), то Он все же хочет, чтобы зло было или совершалось». Фома утверждает неправильность этой точки зрения, потому что Бог не хочет ни того, чтобы происходило зло, ни того, чтобы зло не происходило. Он хочет лишь позволять злу быть, так как это необходимо для совершенствования. Поэтому неверно утверждение, что Бог хочет, чтобы зло было или творилось для совершенствования Вселенной. Он прибавляет, что ничто нельзя считать добром, что не является добром само по себе. А зло становится добром не само по себе, а лишь благодаря случайным обстоятельствам, когда из зла, совершенного кем-либо, получается благое действие. Так случалось с поступками колдунов и тиранов при их преследовании праведников, которых укрепляло терпение мучеников.

Рука Господа оберегает верующих от демонов. Миниатюра из Часослова Этьена Шевалье, ок. 1452–1460 гг.

The Metropolitan Museum of Art

Ответ. Сколь велика польза от проповедования на тему о ведьмах, столь же велика трудность понимания. Среди возражений, высказываемых как учеными, так и простыми мирянами, главное место занимает утверждение, что столь ужасные чародеяния, как вышеперечисленные, не могут совершаться с Божьего попущения. Но этим возражателям неизвестны основания этого Божьего попущения. Вследствие этого же незнания у людей рождается представление, что ведьмы, недостаточно преследуемые инквизицией, приведут в запустение весь христианский мир. Займемся поэтому разбором этих трудностей и докажем следующее: 1) мир подчинен Божьему провидению так, что Бог непосредственно все провидит; 2) Бог с полным правом попускает совершение всех зол, будь то зло преступления, наказания и вреда вследствие двух первых попущений: при падении ангелов и при падении прародителей.

При доказательстве правильности первого нашего пункта мы разберем прежде всего ошибочность точки зрения противников. Относительно слов «Книги Иова» (гл. 22): «Облака – завеса его, а ходит только по небесному кругу и не смотрит на наши дела» – некоторые думали, что лишь то, что не подвержено порче, подлежит Божьему провидению, а именно – отдельные субстанции, тела небесные и подобное, а также и более низкие вещества, тогда как индивидуумы, как подлежащие порче, этому провидению не подчинены. Поэтому защитники этого учения и говорят: провидению подчинено все низшее, но только в общем, а не в частном. А так как представляется неподходящим считать заботу Бога о людях меньшей, чем о низших созданиях, поэтому рабби Моисей и утверждал: все то, что подвержено порче, как, например, отдельные создания, не подчинено Божьему руководству. Этому руководству подчинено только общее. Человека Он подчинил этому руководству из-за превосходства его разума, что делает его причастным миру отдельных субстанций. Делая логический вывод из этого заключения, мы можем сказать, что все чародеяния, которым подвержен человек, происходят с Божьего попущения, тогда как околдование животных и полевых злаков не совершается с Божьего попущения.

Хотя это учение и стоит ближе к истине, чем то, которое вообще отвергает Божье провидение и считает мир созданным случайно, как это мы наблюдаем в построениях Демокрита и эпикурейцев, однако оно не свободно от большого заблуждения касательно границ действия Божьего попущения. Ведь все подчинено Божьему промыслу не только в общем, но и в частном; и не только наведение чар на людей, но и на животных и злаки происходит с Божьего попущения. Ведь промысл Бога распространяется на все, что находится под властью причинности. Божий закон причинности распространяется на все существующее, как на общее, так и на частное, как на подверженное порче, так и на не подверженное ей. Он предвидел все, то есть Он все установил с известной целью. Так говорит апостол в Послании к римлянам (гл. XIII): «Все установлено от Бога». Этим он хотел сказать: все идет от Бога и подчинено Его промыслу, ибо под промыслом Божьим надо понимать нечто другое, как правильное соотношение, то есть причину порядка вещей по отношению к цели. Значит, все существующее подчинено Божьему промыслу.

Значит, Бог знает все не только в общем, но и общее, не только в частном, но и частное.

Но это еще не объясняет того, почему Бог с полным правом разрешает существование зла и колдовства в мире, хотя бы мы и знали, что все подчинено Его промыслу. Ведь Он желает добра и спасения людям и должен был бы устранять от них все зло. Как же случается, что Бог попускает зло? Провидец-человек, видя зло, стремится тотчас же уничтожить его, так как он не может превратить зло в добро. Бог же, провидец Вселенной, может из зла извлечь добро. Ведь преследованиями тиранов укреплялось терпение мучеников, а чародеяниями ведьм происходило совершенствование веры праведников. Поэтому Богу не нужно предупреждать все зло. Иначе Вселенная была бы лишена многого хорошего. Поэтому Августин в своем «Энхиридионе» говорит: «Бог настолько сострадателен, что Он не допустил бы зла в своих творениях, если бы Он не был столь всемогущим и добрым, чтобы превращать зло в добро»[167].

Примеры этому мы находим и в явлениях природы. Зло, случающееся с отдельными особями (например, повешение вора или закалывание какого-нибудь животного для человеческого питания), не совершается в ущерб совокупности особей, а помогает людям сохранить жизнь и пребывать в благоприятных условиях жизни. Таким образом, и для Вселенной происходит отсюда добро[168]. Для того чтобы на земле сохранились виды, уничтожение отдельных особей является подчас необходимым. Так, например, смерть тех или иных животных сохраняет жизнь львам[169].

Объяснение, почему Божий промысл не сотворил безгрешной природу созданий

Выше было высказано положение, что Бог с полным правом попускает совершение зла. Прежде всего надо предпослать и доказать два утверждения: 1) невозможно допустить, чтобы создания, как человек или ангелы, имели дар не грешить по существу своей природы; 2) Бог с полным правом позволяет человеку грешить или подвергаться искушениям. Если оба эти утверждения будут доказаны, то отсюда получится вывод, что Бог не может не допустить колдовства через посредство демонов.

Первое из этих двух утверждений доказывается святым Фомой (II, 23, 12): если бы можно было вложить в какое-нибудь создание дар безгрешности, то Бог это, во всяком случае, сделал бы, ибо все другие возможные для сообщения созданиям совершенства сообщены им, как, например, личное единение двух природ во Христе, личное единение материнства и девственности в Марии, благодатное единение у паломников, блаженное единение у избранных и т. д. Если нигде не говорится, что совершенство безгрешия не дано никакому созданию: ни человеку, ни ангелам, – то отсюда явствует, что Бог не может сделать человека по природе его безгрешным, хотя по благодати человек и может стать таковым.

Если бы было возможно одарить природу человека безгрешием, что, однако, не исполнено, то Вселенная не была бы совершенной. А совершенство ее заключается в том, что все возможные блага созданий даны им.

Неправильно приводить следующее возражение. Всемогущий Бог, создавший людей и ангелов по своему образу и подобию, мог одарить их совершенством безгрешия по природе. Этот аргумент потому неправилен, что, хотя Бог и всемогущ и всеблаг, Он не может, однако, сообщить совершенство безгрешности. Это происходит не из-за несовершенства Его власти, а из несовершенства созданий. Несовершенство это выявляется тем, что ни человек, ни ангел не могут и не могли получить дар безгрешности. Основание этому заключается в следующем: так как человек – создание Божие, то его бытие зависит от Творца. Если человек будет предоставлен самому себе, он распадется. Если же он будет находиться под действием создавшей его причины, он сохранится. Возьмем, к примеру, свечу, которая светит столько времени, на сколько хватает воску. Создав человека, Бог оставил в руке его совет («Книга Притчей Соломоновых», XV) и дал ему свободную волю. Ему свойственно по желанию приступить к работе и оставлять ее, бояться падения или не бояться. Так как иметь возможность грешить – значит иметь возможность по своему желанию отдаляться от Бога, поэтому ни человек, ни ангел не могут приобрести по своей природе совершенство безгрешности. Бог не мог это им дать вместе со свободой воли. Человеку в его несовершенстве по своей природе столь же трудно совместить свободу воли и безгрешность, как указать что-нибудь, что было бы и мертво, и живо в одно и то же время.

Неправилен и следующий аргумент: Бог должен был бы повести к тому, чтобы та ступень благодати, которая укрепляет в добре, являлась существенной частью природы ангелов и людей и помогала им пребывать без греха. Неправильность этой точки зрения вытекает из того, что создания не грешили бы не вследствие какого-либо привходящего явления или особой благодати, а вследствие совершенства их природы, что равняло бы их с Богом. А это было бы абсурдно. Вообще же люди могут получить от Бога благодать укрепления в добре, благодаря чему они становятся сынами Божьими и до известной степени участниками Божественной природы.

Сотворение человека. Гравюра Антонио Темптесты, 1606 г.

The Metropolitan Museum of Art

Разъяснение вопроса об обоих попущениях Бога, по всей справедливости совершенных Им, а именно: дьявол, виновник всякого зла, впал в грех, прародители тоже впали, вследствие чего чародеяния ведьм с полным правом допускаются Богом.

[I, 13] Вопрос XIII. Объясняются два Божественных попущения, справедливо допущенные Богом, которыми позволены были дела колдунов, то есть [позволение, данное] дьяволу грешить, создавая всякое зло, а также [грехо]падение первых прародителей[170]

[…] По Божьему провидению каждое существо сохраняет полноту своего естества и может беспрепятственно совершать свои поступки. Ведь Дионисий («О Божественных именах») говорит: «Провидение – не искажение естества, а его сохранение». Если мы это сочтем правильным, то нужно обратить внимание и на то, что если бы совершению греха была поставлена непреодолимая преграда, то этим были бы уничтожены многие степени совершенства. Ведь этим была бы уничтожена разница между грешащими и негрешащими и все были бы в этом смысле равны.

Если при каждом поползновении к греху появлялось бы укрепление в добре, то оставалось бы скрытым то, в какой мере мы обязаны в добре Богу, что смогла бы произвести власть греха над нами и многое другое. Все это вместе взятое лишило бы многого Вселенную.

Чёрт согрешил без всякого внешнего воздействия. Повод к греху он взял из самого себя, так как он хотел быть равным Богу, и исключительно из честолюбивых замыслов. В этом утверждении мы опираемся на авторитет пророка Исаии (гл. XIV), вкладывающего в уста сатаны следующие слова: «Взойду на небо и буду подобен Всевышнему». Но, обладая ограниченным и заблуждающимся рассудком, сатана не мог стремиться к тому, что для него было невозможно. Ведь он понимал, что он создание Божие и что у него не было никакой возможности стать равным Богу. Сатана не хотел также изменять порядка в природе. Видя, что на все творения от Бога исходят блаженство и доброта, сатана, который сознавал свое высокое положение, стоя выше всех творений, стремился к тому, чтобы не от Бога, а от него изливались на Вселенную блаженство и доброта, и именно из его собственных природных сил. Он согласен был остаться во власти Бога, если бы только он мог получить от Него указанную силу.

Когда он сообщил свои намерения другим ангелам, то и у них появилось то же стремление. Но грех сатаны был значительнее, чем грех других ангелов. В «Апокалипсисе» (гл. 12) говорится: «Дракон, упавший с неба, увлек за собою третью часть звезд». Сатана представлен в виде Левиафана. Он царь над всеми сыновьями заносчивости, а царем философ Аристотель («Метафизика», 5) называет голову, поскольку она своей волей и своим господством руководит теми, кто ей подчиняется. Так, грех сатаны был поводом для греха других. Не будучи сам искушаем, он искушал других.

Если Бог попустил грех честолюбия у благороднейших созданий, со сколь большим правом Он может попускать чародеяния ведьм вследствие их больших грехов. Нельзя отрицать то, что проступки ведьм во многих отношениях превосходят грех сатаны, а также и прародителей, как это будет показано во второй части.

Почему Божье провидение по справедливости допустило искушение и грехопадение первого человека, может быть в достаточной степени понято из того, что сказано о падших ангелах. Ведь и сатана, и человек были созданы со свободной волей, для того чтобы они получили блаженство не без заслуг. Но как сатана перед падением своим не был предупрежден о том, что власть греха, с одной стороны, и власть благодати – с другой – преобразуются во славу Вселенной, так и человек не знал об этом.

Святой Фома (II) говорит: «То, благодаря чему Бог представляется заслуживающим славословия, не должно ни в коем случае быть умалено». Также и в грехах Бог заслуживает славословия, так как Он из сострадания щадит и наказывает по справедливости. Поэтому не надо препятствовать греху. Сделаем вкратце заключение вышесказанному о грехе. Божье провидение допускает грех по многим основаниям: 1. Чтобы выявилась власть Бога, единого, непреходящего. Каждое же творение преходяще. 2. Чтобы проявилась мудрость Всевышнего, могущая из злого извлечь добро. Этого не случилось бы, если бы люди не грешили. 3. Чтобы видна была благодать Божия. Ради этой благодати Христос своей смертью освободил погибшего человека. 4. Чтобы Бог мог показать свою справедливость, выражающуюся не только в вознаграждении добрых, но и в наказании злых. 5. Чтобы человек не был в более плохих условиях, чем другие создания, которыми Бог руководит, позволяя им поступать по собственным побуждениям. Поэтому Он должен был предоставить человеку свободную волю. 6. Это хвала человеку, а именно – хвала праведному человеку, который мог преступить закон, но все же не преступил его. 7. Это украшение Вселенной. Имеется троякое зло: преступление, наказание и вредительство, а в противовес ему – троякое добро: нравственность, радость и польза. Через преступление повышается нравственность, через наказание – наслаждение, а через вредительство – высшая польза.

Борение Христа в Гефсиманском саду. Жак Стелла, 1596–1657 гг.

Wellcome Collection

Выводы из аргументов

1. Когда говорят, что еретично утверждать наличие власти у чёрта вредить людям, то, скорее всего, правильно обратное. Как еретично утверждение, что Бог не допускает, чтобы человек грешил по свободной воле, если он этого хочет, так ошибочно и утверждение, что Бог оставляет грехи неотомщенными.

Неверен аргумент о мудром провидце, пресекающем, насколько возможно, зло. Несоизмерима разница между провидцем Вселенной и им. Ведь Бог может превратить зло в добро, а провидец-человек этого не может.

2. Власть, благость и справедливость Бога приобретают больший ореол славы вследствие попущения им грехов. Бог не может желать зла, Он не хочет свершения злых поступков. Он не хочет, чтобы зло не свершалось, но хочет только попустить его свершение для большего совершенствования Вселенной.

3. Августин и Аристотель говорят о человеческом житейском познании, для которого было бы лучше не углубляться в вопросы о зле по двум основаниям. Во-первых, потому что мы не всегда в состоянии познать его, а во-вторых, потому что житейские, мирские разговоры о зле обращают волю человеческую ко злу.

4. Апостол хочет, чтобы Бог не заботился о волах по следующим соображениям: разумное создание имеет власть над своими поступками через свободу воли. Бог может поставить ему в заслугу или в вину тот или иной поступок и вознаградить или наказать его в зависимости от этого. Поэтому здесь необходимо особое провидение. А неразумные твари не подчинены провидению.

5. Человек не является устроителем природы. Он лишь пользуется ее силами. Поэтому человеческое провидение не распространяется на необходимые явления природы. Но даже природные недостатки и ошибки подчинены Божьему провидению.

Наконец, хотя все наказания за грехи определяются Богом, однако те люди, которые подвергаются околдованию, не всегда являются самыми большими грешниками. Это происходит или потому, что чёрт не хочет, чтобы Бог наказывал тех, кого нечистый считает по полному праву своими, или чтобы они не прибегли за помощью к Богу.

[I, 14] Вопрос XIV. Рассматривается ужас колдовства

Весь материал заслуживает того, чтобы им пользовались в проповедях

Спрашивается: не превосходят ли грехи ведьм все то зло, что Бог попускал с сотворения мира до наших дней как в смысле преступления, так и в смысле наказания и нанесенного вреда? На этот вопрос некоторые хотят ответить отрицательно и главным образом относительно вины. Ведь совершаемый кем-либо грех, которого он может легко избежать, превосходит грех, совершаемый другим, которого он не может легко избежать. Это явствует из слов Августина («О граде Божьем»): «Велико неравенство в согрешении, тогда как столь велика легкость в несогрешении». Но Адам и многие другие, которые согрешили, находясь в известном состоянии совершенства, могли бы вследствие поддержки благодати Божьей избежать согрешения, особенно Адам, созданный в состоянии благодати. Ему было легче избежать греха, чем ведьмам, которые не имели подобных даров от Бога. Значит, грехи ведьм надо почитать меньшими, чем грехи Адама и иных.

За большую вину налагается и большее наказание. Грех Адама был тягчайшим образом наказан тем, что, как известно, его наказание вместе с виной передавалось через первородный грех на все поколения. Поэтому его грех тяжелее, чем все другие грехи.

Августин говорит относительно вреда следующее: «То или иное надо считать злым потому, что оно устраняет добро». Значит, там, где устраняется добро, совершается и большее преступление. Грех прародителей нанес много вреда как в видимой природе, так и в дарах Божьей благодати, так как лишил нас чистоты и бессмертия, чего нельзя сказать ни о каком другом последующем грехе. Значит, и вред, пришедший в мир через Адама, больше, чем вред, наносимый ведьмами.

Против этого надо возразить следующее: то, что содержит больше видов зла, надо считать более значительным злом. Таковы грехи ведьм. Ведь они могут с Божьего попущения причинить всяческое зло как благам природы, так и человеческому счастью. Это видно из папской буллы.

Адам согрешил только тем, что совершил запрещенное. Но он не был скверным сам по себе. А колдуны и другие грешники грешат, совершая то, что во всех отношениях скверно. Поэтому их грехи тяжелее других грехов.

Грех, вытекающий из определенной злобы, тяжелее, чем вытекающий из незнания. Ведьмы презирают из злобы веру и таинства веры, как это и было многими из них признано на процессах.

Ответ. То, что зло, совершаемое ныне ведьмами, превосходит все зло, которое Бог допускал когда-либо, может быть доказано трояким образом: 1) общим сравнением их деяний с другими пороками в мире; 2) частным сравнением отдельных видов их деяний с другими суевериями, связанными с заключением договора с дьяволом; 3) сравнением их деяний с грехами злых ангелов и прародителей.

Зло трояко и состоит из вины, наказания и вреда. Этому троякому злу противопоставляется троякое добро: нравственность, радость и польза. Вине противопоставляется нравственность, наказанию – радость, вреду – польза. Что вина ведьм превосходит всякий другой грех, видно из следующего: по словам святого Фомы (II, 22, 2), при грехе многое взвешивается, вследствие чего можно узнать степень его тяжести. Отсюда вытекает, что один и тот же грех у одного надо считать более легким, а у другого – более тяжким. Так, юноша, ведущий непотребный образ жизни, может быть назван грешащим, старик, совершающий то же, – сумасшедшим. Хотя грех Адама относительно некоторых обстоятельств и тяжелее всех других грехов, так как он пал из-за незначительного внутреннего искушения и мог бы оказать ему большее сопротивление вследствие той Божьей благодати, с которой он был создан, однако относительно вида и величины, а также отягчающих обстоятельств после Адама было совершено много великих грехов, превосходящих грех Адама. Среди этих грехов особенно выделяются грехи колдунов. Это ясно из следующего: один грех может быть больше другого или по последствиям, как грех Люцифера, или по всеобщности, как грех Адама, или по гнусности, как грех Иуды, или по трудности прощения, как грех против Святого Духа, или по опасности, как грех незнания, или по страстности, как плотский грех, или по оскорблению Божьего величия, как грех языческого богослужения и неверия, или по трудности преодоления, как грех гордости, или по духовной слепоте, как грех гнева. После греха Люцифера грехи ведьм превосходят все иные грехи. Они гнусны, ибо ведьмы отвергают Распятого. Они полны плотских вожделений, так как ведьмы творят плотскую скверну с бесами. Они полны духовной слепоты, так как ведьмы бросаются в дикой радости и злобе на каждое вредительство человеку и животным.

Грех тем тяжелее, чем больше грешащий отдаляется от Бога. Человек отдаляется дальше всего от Бога из-за неверия. Поэтому и колдовство сопровождается большим неверием, чем все другие грехи. Это объясняется и словом «ересь», обозначающим отпадение от веры и пребывание всю жизнь во грехе.

Грех неверия заключается в противлении вере. Это может происходить двояким образом: или противлением еще не принятой вере, или противлением уже принятой вере. В первом случае это – неверие язычников. Во втором случае мы имеем две возможности: противление вере, принятой лишь внешне, или противление вере, принятой внутренне. Евреи, принимающие христианство внешне, относятся к первой группе, а еретики – ко второй. Отсюда ясно, что ересь ведьм среди трех видов неверия является самой тяжкой. Это доказывается авторитетом святого Фомы (II, 2), утверждающего следующее: «Им было бы лучше не знать пути правды, чем опять отпасть после познания ее». К тому же кто не исполняет обещанного, грешит тяжелее, чем тот, кто не исполняет того, чего он не обещал. Грех еретиков тяжел потому, что они, исповедуя христианскую веру, все же противятся ей и уничтожают ее хуже евреев и язычников.

Ведьмы называются также отпавшими (апостатами). По словам святого Фомы (II, 2, 12), апостазия заключается в отпадении от Бога и от религии. Это отпадение может происходить различными путями: через веру, через религию или через духовный сан. Раймунд и Гостиенсис говорят, что отпадение – это неразумное выступление из состояния веры, послушания или религии. Выступление из первого состояния неминуемо влечет за собой выступление и из второго. Но не наоборот. Поэтому выступление из первого состояния греховнее, чем два других.

Отпадение ведьм является тем более тяжким грехом, что они нарочно заключают договор с дьяволом. Мы, инквизиторы, находили таких женщин, которые отвергали весь символ веры, другие же отвергали только часть его. Но все отвергали таинство исповеди.

Возникает вопрос: как смотреть на грех тех ведьм, которые, сохраняя в сердце своем веру в Бога, приносят чёрту внешние признаки почитания и повинуются ему? На это надо ответить следующим образом: отступничество может быть двояким: 1) в форме внешних действий неверия без нарочного заключения договора с дьяволом. Так поступает христианин, проживающий в магометанских странах и принимающий обряды ислама; 2) в форме внешних действий неверия с заключением договора с дьяволом. Так поступают ведьмы. Первую группу нельзя назвать отступниками или еретиками, но их проступок нельзя не назвать смертным грехом. Так, Соломон поклонялся богам своих жен. Поклоняться дьяволу из страха не служит оправданием. Ведь, по словам Августина, лучше умереть от голода, чем поесть жертвенного мяса. Но как бы ведьмы ни сохраняли в сердце своем веру, а на языке ее отрицали, они все сочтутся отступницами вследствие заключения договора с дьяволом и союза с адом. Альберт Великий («О животных») утверждает: «У колдунов всегда можно установить отступничество и словом, и делом. Когда они произносят свои заклинания, они заключают открытый договор с демоном. Это отступничество на словах. Если же это происходит через посредство простого деяния, то здесь мы имеем отступничество на деле. А так как при этом всегда позорится вера вследствие того, что от демона ожидают того, что надобно ожидать от Бога, поэтому договор с дьяволом требуется считать отступничеством».

Значит, ученые признают двойное отступничество, но молчаливо признают и третий его вид, а именно – отступничество в сердце. Если этого последнего вида и нет налицо, то и тогда ведьмы должны почитаться апостатами и нести наказания, предназначенные еретикам и апостатам.

Преступлениям ведьм свойственна еще одна пагубная сторона. Вследствие оказанного ими почитания дьявола – если только они не получили отпущения этого греха – все их поступки, будь то хорошие или дурные, надо считать греховными. Таково мнение святого Фомы (II, 2, 10) и Августина («О граде Божьем», XXVIII, 1, 2), сказавшего: «Вся жизнь неверующих – грех».

Ведьмы заслуживают наказаний, превышающих все существующие наказания

Позорные дела ведьм превосходят все другие преступления. Они подлежат наказанию вдвойне: как еретики и как апостаты. Согласно Раймунду, еретики наказываются четырьмя способами: отлучением, отрешением от должности, конфискацией имущества и телесной смертью.

Тяжкие наказания полагаются также сообщникам ведьм: укрывателям, пособникам и защитникам. Сверх отлучения еретики с их споспешниками до второго колена по отцовской линии и до первого колена по материнской линии лишаются права пользования церковными бенефициями замещения церковных должностей. Если еретик после раскрытия тотчас же не отречется от своего заблуждения, то он, будучи мирянином, должен быть тотчас сожжен. Ведь фальшивомонетчики тотчас же умерщвляются. А во сколько раз преступнее этих последних людей фальшивящие веру! Если еретиком оказалось лицо духовного сана, то оно торжественно лишается сана и передается светской власти для казни. Если же еретик отрекается от своих заблуждений, то он бросается в тюрьму на пожизненное заточение. Наказание им смягчается, если они клятвенно отрекутся от ереси. О различных видах судебной процедуры смотри третью часть настоящей книги.

Нельзя считать достаточными эти наказания для ведьм. Ведь они не простые еретики, а отступницы, которые не только отрекаются от веры, но и отдаются и телом, и душою демонам, а также присягают ему на верность. Поэтому, если даже они раскаются и обратятся к вере, они не заточатся в пожизненную тюрьму, а предадутся смерти.

Не меньше вина тех, кто обучает запрещенному и обучается ему. Законы назначают таким преступникам в наказание конфискацию имущества и лишение гражданских прав. Кто с помощью волхвования склонит женщину к блуду, тот бросается на съедение зверям.

[I, 15] Вопрос XV. Объясняется, что ведьмы околдовывают как невинных, так и грешников

С Божьего попущения многие невинные околдовываются за чужие грехи, а именно за грехи ведьм. Это не представляется удивительным. Святой Фома (II, 2, 108) указывает, что Бог совершенно справедливо допускает это. При этом Фома говорит о трех родах наказаний.

Страшный суд. Ян Лёйкен, 1720 г.

Rijksmuseum

1. Наказания одних по вине других, так как один человек является как бы вещью другого. Сыновья представляются до известной степени вещами своих отцов, а рабы и скот – представляются вещами своего хозяина. Так, сыновья временами наказываются за вину своих отцов. Сын Давида, рожденный от прелюбодеяния, умер рано.

2. Грех одного переходит на другого (а соответственно с этим и наказание). Это происходит: а) через подражание; так, сыновья подражают грехам отцов, а рабы – грехам господ и за это претерпевают наказания; б) через грехи народа, т. е. когда грехи подчиненных приводят к тому, что у них скверные, грешные начальники. В книге Иова читаем: «Он позволяет лицемерам господствовать за грехи народа». Грех передается также другим (а с ним вместе и наказание) путем сокрытия чужих грехов. Этот случай имеет место, когда начальники не наказывают виноватых подчиненных. Вот, например, один из нас, инквизиторов, нашел город[171], который, вследствие высокой смертности среди населения, почти вымер[172]. Там ходила молва, что одна похороненная женщина постепенно проглатывала свой саван в гробу и что чума до тех пор не прекратится, пока женщина эта полностью не проглотит савана[173]. После совещания местных властей могила женщины была разрыта. Присутствующие увидели, что уже почти половина савана была проглочена трупом. Когда шультхайс[174] это увидел, он вытащил, в возбуждении, меч, отрубил трупу голову и выбросил ее из могилы, после чего чума тотчас же прекратилась[175]. При последовавшем инквизиционном процессе обнаружилось, что женщина эта в продолжение долгого времени была прорицательницей и волшебницей[176]. Власти не преследовали ее. Значит, с Божьего попущения грехи этой женщины пали на невинных, которые и понесли за нее наказание.

3. Бог попускает околдование невиновных также и для того, чтобы возбуждалась этим взаимопомощь в человеческом обществе и его члены больше заботились об уменьшении греха в своей среде. Примером этому – грех Ахора (Книга Иисуса Навина, гл. VII)[177].

Мы можем прибавить к этому еще два вида наказаний, когда искупают вину добрые за скверных или же скверные за скверных. У Грациана (XXIII, 5) читаем: «Случается, что Бог наказывает скверных через тех, которые имеют законную власть исполнить это по Его приказанию. Это происходит двояким образом: временами на пользу наказывающих (вспомним, как Он наказал через свой народ хананеян), а временами без этой пользы, но чтобы наказать и наказывающих (надо вспомнить, как Бог наказал род Веньямина и почти полностью уничтожил его). Случается ему наказывать и свои народы, не желающие повиноваться ему, но стремящиеся следовать своим вожделениям и вредящие сами себе, как это происходит в данное время с его народом, страдающим под властью турок».

Каково бы ни было основание Божьего наказания, наказуемый должен терпеливо выдержать его. Иначе оно становится бичом не для удовлетворения, но для мести, то есть для дальнейшего наказания. Во Второзаконии (гл. XXXII) читаем: «Огонь (то есть светское наказание) зажжен в моей ярости (то есть в наказании, ибо иной ярости в Боге нет), и он будет гореть до последнего предела преисподней» (то есть месть начнется там и будет гореть до последнего осуждения). Толкование это принадлежит Августину и находится в De poenitdist 4 § Auctoritas. Если же человек вытерпел искус до конца, то он заслужил искупления, хотя бы он и был наказан судьей за чародеяния или как колдун, и именно в зависимости от своего раскаяния и рода преступления. Естественная смерть, служа, правда, крайним устрашением, не является достаточной для полного искупления, так как она предназначена природой для наказания за первородный грех, хотя Скотт и утверждает, что она искупает грех, если встречена с покорностью. Однако насильственная смерть, является ли она заслуженной или незаслуженной, всегда искупляет грех, если она встречена в терпении и с благодарностью. Здесь мы говорили о наказаниях, налагаемых за грехи других людей.

За собственные грехи Бог бичует и в земной жизни и главным образом – попущением околдований. В книге Товита (гл. VII) говорится: «Над теми, кто предан похоти, дьявол взял власть». Околдование происходит тут в первую очередь в виде наведения полового бессилия.

Народу надо объяснить, что такое суд на небе: бог наказывает двумя наказаниями – духовным и земным. Первое никогда не налагается без вины. Второе же налагается временами и без вины, но не без основания. Духовное наказание трояко: 1) лишение благодати; 2) лишение прославления; 3) муки адского огня.

Земное наказание налагается богом вследствие следующих проступков: 1) за вину другого; 2) без чужой и собственной вины, но не без основания.

Основания наложения Богом наказаний указаны у Петра Ломбардского (книга 4-я «Сентенций») и заключаются в следующем:

1) чтобы Бог был прославлен. Это происходит, когда чудесным образом наказание или бич устраняются. Пример: излечение слепорожденного (Ев. от Иоанна, гл. 9);

2) чтобы увеличить заслуги через упражнение в терпении. Примеры: Иов (гл. 1) и Товит (гл. 2);

3) чтобы охранить добродетель через принижение бича. Пример: Павел, говорящий о себе самом следующее (2 Коринф., 12): «Чтобы я не превозносился чрезвычайностью откровений, дано мне жало в плоть, ангел сатаны». По мнению Ремигия, это была известная телесная слабость. Вот основания для наказания без вины;

4) чтобы вечное осуждение началось уже здесь и было показано, что нас ожидает в аду. Примеры: Ирод (Деяния, XII) и Антиох (2 Маккавеев, 9);

5) чтобы человек очистился или через изгнание вины (пример: Мариам, пораженная проказой, Книга, XIII), или для искупления наказания (пример: Давид, лишенный престола после совершенного прелюбодеяния, 2-я книга Царств).

Можно также сказать, что все наказания налагаются на нас за нашу вину, по крайней мере унаследованную, с которой мы родились.

Если же говорить о третьем наказании, а именно – о наказании вечного осуждения, в котором будут находиться ведьмы, то пусть никто не сомневается в том, что ведьмы будут мучимы больше всех других осужденных и проклятых. Ведь во Второзаконии (XXV) говорится: «По размеру греха будет и род наказания».

[I, 16] Вопрос XVI. Объясняется высказанная истина сравнением деяний ведьм с другими видами суеверий

Высказанная истина относительно гнусности преступлений при колдовстве должна быть доказана сравнением их с другими деяниями колдунов и кудесников. Имеется 14 видов суеверий согласно троякому роду прорицаний. Первый из них происходит путем явного призывания демонов. Второй – путем молчаливого созерцания положения или движения предметов: например, звезд, дней, часов и т. д. Третий – путем созерцания поступков человека для выявления чего-нибудь сокровенного. Это носит название «жребий».

Виды первого рода прорицаний, происходящих путем явного призывания демонов, суть следующие: волшебство, гадание по снам, нигромантия, пифонические пророчества, геомантия, гидромантия, аэромантия, пиромантия и почитание пернатых. Смотри у святого Фомы II, 2, 95, 26, 4 Igitur и 5 Nec mirum.

Ко второму роду прорицателей принадлежат генетлиаки, гаруспиции, авгуры, хироманты.

Виды третьего рода прорицаний различны и все относятся к так называемым жребиям, имеющим целью гадание по точкам, палочкам и фигуркам, вылитым из олова. Об этом говорит святой Фома (II, 2, 26, 4, pertotum).

Позорные поступки ведьм превосходят все эти преступления, что видно из вышеприведенного их перечня. О других, еще более мелких видах суеверий и говорить не стоит.

Видами первого рода предсказаний волшебники морочат человека разными обманами чувств. Так, тело представляется органам зрения и осязания иным, чем оно есть в действительности. Однако ведьмам не довольно устранять половые органы путем обмана чувств, и они наводят на него половое бессилие, так что женщина не может зачать, а мужчина неспособен произвести половое соитие, хотя бы половой орган и не был у него удален ведьмами. Не прибегая к обману чувств, они производят также выкидыши, если им не удалось предотвратить зачатие. Они же наводят бесчисленное множество других зол и часто появляются в различных обликах зверей, как это и было показано выше.

Второй род предсказаний называется также нигромантией, имеющей целью вызывание умерших и беседу с ними. Согласно «Этимологии» Исидора Севильского (гл. 3), слово «нигромантия» происходит от греческого nigros[178], что обозначает «смерть», и от mantia[179], то есть «предсказание». Нигроманты предсказывают будущее по крови человека или животного, наблюдая, как она скатывается или свертывается. Они знают, что демоны любят кровь, то есть ее пролитие. Когда нигроманты вызывают усопших, то демоны появляются вместо них и отвечают вместо них на вопросы. Нигромантией занималась и та волшебница, которая по настоянию Саула якобы вызвала призрак Самуила (1-я кн. Царств, 28). Но пусть никто не думает, что это допустимо, если об этом рассказано в Священном Писании. Ведь в «Послании к Симплициану» Августин говорит: «Рассудку не противоречит утверждение, что с Божьего разрешения, оставшегося сокрытым от волшебницы и от Саула, но без всякого вмешательства колдовской силы дух праведника предстал пред очи царя, чтобы сообщить ему решение Бога. Но дух Самуила не был потревожен в гробу. Предстал чуждый призрак, и был бесовский обман чувств. Этот призрак и назван в Писании Самуилом».

В третьем роде предсказаний, называемом также предсказаниями по снам, надо различать двоякое:

1) использование снов для раскрытия тайн с помощью злых духов, с которыми гадальщики по снам заключают специальные договоры;

2) угадывание по снам будущего при толковании их как Божьего наития или при объяснении их из внутренних или внешних естественных причин. Такой род гаданий не является недозволенным. Смотри у святого Фомы, там же.

Чтобы слушатели могли понять это лучше, проповеднику надобно начинать свое объяснение с ангелов и разъяснить, что ангелы, обладая ограниченной силой, могут раскрыть будущее лучше всего тем, кто обладает особым предрасположением к такого рода сообщениям. Предрасположение же сильнее всего ночью, когда покоятся внутренние и внешние движения, когда прекращаются испарения и когда пищеварение совершилось. Это происходит на заре. Более же совершенные люди способны внимать голосу ангела во всякое время дня и ночи, как в бодрствующем состоянии, так и во сне.

Вещие сны также зависят от естественных причин, как утверждает Аристотель («О сне и бодрствовании»). Во сне природа показывает душе различные предрасположения тела к тем или иным заболеваниям. Так, например, если кто-то грезит об огне, то это признак того, что в нем преобладает холерический темперамент. Если кому-либо снится нечто, летающее по воздуху, как, например, мухи, то это указывает на развитие сангвинистических свойств. Сновидения о воде или водянистых жидкостях – признак флегмы, а сновидения о земле – признак меланхолии. Поэтому и врачи часто расспрашивают о снах, чтобы узнать, что происходит с телом, как это и указывается Аристотелем.

Ведьмы пользуются сновидениями иначе. Когда они не хотят участвовать телесно в полетах, то они, желая узнать, что происходит с их улетевшими единомышленниками, ложатся спать на левый бок, призывая при этом своего чёрта и всех демонов. Тогда им в видении представляется все. Если они хотят узнать через демонов что-нибудь сокровенное о людях, для этого пользуются снами же. Этого они достигают с помощью заключения специального договора с дьяволом, отдавая ему себя и телом, и душой, принося полное отречение от веры своим богохульственным языком и жертвуя демонам своих или чужих детей.

Есть и другой способ предсказаний, идущий со времен Аполлона (Тианского), согласно утверждению Исидора Севильского. Здесь вещания производятся не толкованием снов и не вызыванием усопших, а получаются из уст бесноватых, каковой была та служанка, которая, как утверждают «Деяния» (гл. XVI), ходя за апостолом Павлом и за другими апостолами в продолжение многих дней, утверждала, что эти люди возвещают путь спасения, после чего Павел, вознегодовав, повелел духу выйти из нее. Излишне проводить здесь сравнение с ведьмами.

Не стоит подробно описывать все другие, более мелкие виды суеверий. Из сказанного ясно, что даже наиболее значительные между ними уступают чародеяниям ведьм. Если же проповеднику захочется говорить о других видах предсказаний, то пусть укажет на геомантию, то есть предсказания по земным телам, на гидромантию, то есть предсказания по воде или льду, на аэромантию, то есть предсказания по воздуху, на пиромантию, то есть предсказания по огню, и т. д. С молчаливым призыванием демонов и с молчаливым заключением договора с ними производят свои действия:

1) генетлиаки, или астрологи, предсказывающие судьбу по расположению звезд при рождении человека;

2) гаруспики, предрекающие судьбу по разным признакам дней и часов;

3) авгуры, вещающие события по полету и крику птиц;

4) толкователи будущего по словам людей;

5) хироманты, пророчествующие по линиям руки или по лопатке животных.

Об этом и о многом другом интересующиеся прочтут у Нидера (Preceptorium 2.4.), где они найдут также указание, что разрешено и чего не разрешено. Но чародеяния ведьм никогда не разрешаются.

[I, 17] Вопрос XVII. Объясняет четырнадцатый[180] путем сравнения тяжести преступления ведьм с любым грехом демонов

Преступность деяний ведьм превышает даже грехи и падение злых ангелов. Если их вина столь велика, то не меньше и предуготованное им в аду наказание. Тяжесть их вины явствует из следующих оснований.

1. Грех злых ангелов непростителен. Но тяжесть их преступления не столь велика, как у ведьм, которые, вступая в состояние благодати через святое крещение, самовольно покидают это состояние и отрицают веру.

2. Непростительность греха сатаны Августин выводит из того соображения, что сатану никто не искушал. Чем выше сознание, тем тяжелее сознательно совершенный грех. Раскаяние недоступно ему. Поэтому он не может получить и прощения. Все существо его отвращено от Бога. Такого состояния у человека не бывает. У него тело всегда сопротивляется духу. Но грех сатаны во многих отношениях меньше греха ведьм. По словам Ансельма Кентерберийского, сатана согрешил из-за гордости, не имея перед тем никакого представления о наказании за какой-либо проступок. А ведьмы знают о наказаниях, постигших за чародеяния уже многих. Они знают также преступления сатаны и его наказание. Несмотря на это, они продолжают совершать по глубочайшей злобе их сердца свои позорные дела, к тому же сатана пал только из состояния невинности и более не мог в него возвратиться. Ведьма же, получившая благодаря таинству святого крещения состояние непорочности и снова покидающая его, тем самым грешит несравненно больше, чем сатана.

3. Сатана согрешил против Творца, мы же, и прежде всего ведьмы, согрешаем против Творца и против Спасителя.

4. Сатана отстранился от Бога, который допустил его согрешить и не опекал его при этом с любовью. Мы же, и прежде всего ведьмы, отстраняемся через наши грехи от Бога с Его попущения, хотя Он и опекает нас любовью и осыпает нас доказательствами своей милости.

5. Сатана пребывает в своей злобе, так как Бог отверг его и не дарит ему своей милости. Мы же, презренные, бросаемся к скверне чародеяний, хотя Бог неустанно зовет нас обратно.

6. Сатана пребывает непреклонным против Бога, наказывающего его, но и желающего ему добра. И сатана, и грешники борются одинаково против Создателя. Но тогда как сатана борется против того, кто его ищет, мы боремся против того, кто за нас умирает, которого, главным образом, и позорят, и поносят ведьмы.

Разбор возражений выясняет также правду путем сравнения.

1. В начале настоящего вопроса мы показали, почему один грех должен считаться тяжелее другого и почему грехи ведьм превосходят своей тяжестью все другие грехи. Относительно наказания надо сказать, что как вина Адама, так и его наказание должны быть рассмотрены двояко: или в отношении его личности, или в отношении его потомства. После Адама много гораздо более тяжких грехов было содеяно людьми. Он же согрешил лишь тем, что сделал нехороший поступок, каковой был нехорошим не сам по себе, а вследствие того, что он был запрещен. Блуд же, прелюбодеяние и убийство во всех отношениях плохи сами по себе и запрещены. Поэтому и наказания здесь должны быть тяжелее.

2. Хотя за первым грехом и последовало величайшее наказание, но это произошло не прямо, а косвенно. Ведь через Адама все его потомство получило первородный грех. И лишь единородный Сын Божий искупил его. Сам же Адам принес покаяние и был спасен Христом. Здесь и сравнения быть не может со скверной ведьм, которым недостаточно своих личных грехов и которые постоянно привлекают к своей скверне бесчисленное множество других людей.

3. Случай виноват в том, что грех Адама повлек за собой столь много вреда. Ведь природа в его время была неиспорченной, и ему пришлось, против своей воли, передать ей свой неискупленный грех из поколения в поколение. Из этого не следует, что его грех сам по себе тяжелее других грехов.

[I, 18] Вопрос XVIII. Указание, как надо проповедовать против пяти возражений мирян, которые пытаются доказать, что Бог не дает дьяволу и ведьмам власть производить подобные чародеяния

Проповедник должен отнестись осторожно к некоторым возражениям противников из мирян, а также нескольких ученых, отрицающих существование ведьм, хотя и признающих за демоном власть совершать подобные скверны, но не считающих возможным, чтобы это свершалось с Божьего попущения. Они не хотят верить в то, что Бог допускал столь ужасные поступки. Хотя эти возражения несостоятельны и сбивчивы, мы все же постараемся их выявить. Начнем разбор с возражения, будто Бог не позволяет чёрту свирепствовать с такой силой против людей.

Необходимо ли Божье попущение при каждом совершении чародеяния демоном с помощью ведьмы? Возражатели пользуются тут пятью аргументами, из которых якобы должно явствовать, что Бог не допускает подобного. Затем делается заключение, что колдовство не имеет никакого значения на земле. Первый аргумент касается Бога, второй – чёрта, третий – ведьмы, четвертый – болезни, пятый касается проповедников и судей, ратующих против ведьм и произносящих приговоры против них. Вот эти аргументы:

1. Бог может наказывать человека за грехи; Он наказывает мечом, голодом, смертностью и многими болезнями, которым подвержена человеческая природа. Бог довольствуется этими наказаниями.

Прибавлять еще другие наказания (и именно через колдовство) он не разрешает.

2. Если бы то, что проповедуется о чёрте, было правдой, а именно: что он наводит половое бессилие, препятствует зачатию, производит преждевременные роды, умерщвляет новорожденных и т. д., – то он мог бы уничтожить весь мир. В таком случае чёрт сильнее Бога, и именно сильнее таинства брака, установленного Создателем.

Казни египетские на гравюре неизвестного автора.

Wellcome Collection

3. Говорят, что околдование происходит в наказание за грехи. Однако это неверно. Часто страдают от так называемого колдования не грешники, а праведники. Так, например, от этого страдают больше невинные дети, чем взрослые.

4. Если кто-нибудь может препятствовать злу, но все же не препятствует ему, а допускает, то можно сказать, что это зло совершается по воле этого лица. Бог всеблагий, Он не может желать зла. Поэтому Он не может и допускать совершение зла, которое Он способен предотвращать. То же и в отношении болезни. Болезни, будто бы являющиеся следствием колдовства, подобны естественным болезням, то есть таким, которые происходят по естественным причинам. Если кто-нибудь охромеет, ослепнет, помешается или умрет, то это легко может произойти по естественным причинам. Поэтому нельзя без дальнейшего приписывать это ведьмам.

5. Никто из судей и проповедников не может быть уверен в собственной безопасности ввиду их нападок против так называемых ведьм и колдунов.

Возражения против этих аргументов мы найдем в первом и третьем вопросах первой части настоящей книги. Здесь мы лишь кратко коснемся их.

Во-первых, если говорят, что Бог достаточно наказывает естественными болезнями, а именно: смертью, мечом и голодом, то на это имеется троякое возражение: а) Бог не ограничил свою власть над природой естественными причинами и может действовать и без них; б) Бог дает свободу воли человеку, не мешает полностью проявлению злобы демонов и следит, чтобы из этих двух сил получилось возможно больше добра для Вселенной. Поэтому Бог и попускает ведьм творить скверну; в) чёрт весьма мучается, видя, как зло, творимое им через ведьм, переходит в добро и служит в прославление имени Бога, в укрепление веры, в совершенствование избранных, в накопление заслуг перед Всевышним. Значит, чародеяния допускаются им не без основания.

Ответ на второй аргумент вытекает из вышесказанного. Добавим следующее: чёрт не может считаться сильнее Бога. Ведь он ничего не может достичь без Божьего попущения. По сравнению с человеческой силой он, однако, превосходит человека. Ведь в «Книге Иова» (гл. 41) говорится: «Нет такой власти, которая сравнилась бы с ним». Почему Бог скорее попускает колдовство по отношению к способности деторождения, чем к какой-либо другой способности? Об этом мы сказали выше, при разборе вопроса, почему ведьмы могут препятствовать способности деторождения и полового соития. Здесь добавим, что это происходит ради отвратительности акта, чтобы вошедший в мир вследствие вины прародителей первородный грех передался этим действием.

Против третьего аргумента следует возразить так: чёрт желает больше всего совратить добрых, хотя ему, скорее всего, удается совратить злых вследствие их склонности слушаться нечистого. Так и светский владыка восстает скорее против того, кто оказывает ему сопротивление и вредит его власти, чем против того, кто этого не делает.

В-четвертых, если кто-либо может чему-нибудь помешать, но не делает этого, то совершенно правильно говорят, что это произошло по его воле. Если утверждают, что Бог всеблагий и что, следовательно, Он не может желать совершения зла, то это, конечно, верно. Но Он может допускать зло. Как различить болезнь, причиненную околдованием, от естественной болезни? Если нестарый, здоровый человек сразу будет охвачен болезненным недугом и врачи не найдут причины заболевания ни в крови, ни в желудке, ни в заразе, ни в отравлении ядовитыми веществами, то после достаточного осмотра они сочтут болезнь порчей, наведенной ведьмой.

Одному из нас, инквизиторов, стал известен такой случай: один знатный из Шпейера имел жену с удивительно упрямым характером. Он охотно уступал ей во всем. Она же ни во что не ставила его желания и всячески поносила его. Однажды, когда он только что прибыл домой, жена, по обыкновению, стала осыпать его упреками. Он хотел рассердиться и уйти из дома. Жена подбежала к двери, через которую ему надлежало выйти, чтобы не пропустить его, и, крича, утверждала, что если он ее, жену свою, не ударит, то докажет, что у него нет прямодушия и чувства чести. В ответ на это без всякого намерения причинить ей вред он поднял руку и притронулся вытянутыми пальцами к ее плечу. Он тут же упал на пол, потерял сознание и пролежал долгое время больным. Здесь не могло быть заболевания по естественным причинам. Здесь мы имеем дело с чародеяниями его жены[181]. Бесчисленное множество подобных событий стало известно повсюду.

Есть люди, которые, желая убедиться, является ли болезнь следствием околдования или нет, льют над больным в миску с водой расплавленный свинец. Если при этом из свинца образуется какая-нибудь фигура, то болезнь считают следствием околдования. На вопрос о том, появляется ли эта фигура под влиянием демона или естественным путем, люди, пользующиеся этим средством, обыкновенно отвечают, что здесь проявляется действие планеты Сатурн на свинец, так как Сатурн обладает злыми свойствами и притягивает к себе колдовство. Насколько правильны эти исследования, мы увидим в третьей части настоящей книги. Канонисты считают такие испытания дозволенными, хотя богословы придерживаются противоположного мнения.

Под конец разрешим еще несколько вопросов.

1. Почему ведьмы не богатеют?

2. Почему ведьмы в случае благоволения со стороны светских владык не уничтожают всех своих врагов?

3. Почему ведьмы не в состоянии вредить проповедникам и иным людям, преследующим их?

На это надо ответить так.

По первому вопросу: ведьмы не богатеют, во-первых, потому, что они по воле демона готовы за самую незначительную мзду осрамить и опозорить Творца, а во-вторых, чтобы своим богатством не обращать на себя внимания.

По второму вопросу: они лишены возможности уничтожать всех своих врагов потому, что добрый ангел препятствует им в этом, согласно слову Даниила: «Князь персов сопротивлялся мне двадцать один день». Смотри также у святого Фомы о том, происходят ли битвы между добрыми ангелами и как они протекают.

По третьему вопросу: ведьмы не могут вредить инквизиторам и другим должностным лицам потому, что последние отправляют обязанности по общественному правосудию.

Недостаток времени не позволяет нам приводить еще и другие примеры.