«Война короля Вильгельма» – первый из франко-английских конфликтов в Северной Америке (1689–1697 гг.).
Причиной войны стало то, что в конце 1688 года в Англии в ходе «Славной революции» был свергнут король-католик Яков II, и на трон сел голландец-протестант Вильгельм III Оранский. Французский король Людовик XIV принял у себя бежавшего из Англии Якова и не признал Вильгельма. К этому времени на англо-французской границе в Северной Америке уже наблюдалась напряженность.
Лето 1689 года ознаменовалось периодическими военными конфликтами между двумя сторонами и сотрудничающими с ними индейцами. Англичане сумели взять столицу Акадии – Пор-Руаяль – и отправились на штурм столицы Новой Франции, но потерпели поражение в сражении при Квебеке. После этого французы атаковали захваченное англичанами побережье и отбили Пор-Руаяль.
Второй войной между Францией и Англией на территории Северной Америки стала так называемая «Война королевы Анны»[1], шедшая в 1702–1713 гг. Она была частью Войны за испанское наследство в Европе, и в нее, помимо индейцев, оказалась вовлечена Испания, выступившая на стороне Франции.
Эта война велась на нескольких фронтах: в Новой Англии, в Акадии, в испанской Флориде и в Каролине. Она закончилась подписанием в 1713 году Утрехтского мира, по условиям которого Англия получила Акадию (переименованную в Новую Шотландию), остров Ньюфаундленд, часть земель на территории Гудзонова залива и остров Сент-Китс в Карибском море. Франция по результатам этого договора сохранила за собой острова залива Святого Лаврентия.
Чарльз Уильям Джефферис. Губернатор Новой Франции Луи де Фронтенак разрывает требования английского посланника Уильяма Фипса о капитуляции Квебека. 1915
Однако разногласия относительно территорий Акадии сохранились. Французы не выполняли условий торговли, оговоренных в Утрехтском мире. К тому же они попытались занять для поселений территории Нового Орлеана и некоторых близлежащих земель.
Это не могло не привести к новой войне, которая получила название «Война короля Георга». Эта война шла в 1744–1748 гг. и стала тяжким бременем для североамериканских колоний. Только Массачусетс в 1745–1746 гг. потерял примерно 8% своего взрослого мужского населения. В результате этой войны крепость Луисбург в Новой Шотландии была возвращена Франции в обмен на город Мадрас, который французы захватили в Индии. И все границы в Северной Америке вернулись к своему довоенному положению.
А потом имела место Семилетняя война 1756–1763 гг., и по ее итогам Франция лишилась многих своих владений в Америке. Британцы завладели Флоридой, до того принадлежавшей Испании. При этом французская Луизиана к западу от Миссисипи была передана Испании, чтобы компенсировать ей потерю Флориды.
В результате этих войн Акадия и Канада были отданы Англии на вечные времена, но возвратили Франции остров Гваделупа, а реку Миссисипи объявили границей между британскими и французскими владениями. Территориальные приобретения Великобритании были огромны: она получила всю Канаду, все французские земли к востоку от Миссисипи, Флориду, Гренаду, Сент-Винсент, Доминику и Тобаго, вернула себе Менорку, добилась доминирования в Бенгалии и захватила Сенегал. Одним из условий мира стала культурная и языковая автономия Квебека – бывшей провинции Франции.
Вид на высадку англичан на острове Кейп-Бретон перед атакой на крепость Луисбург. Литография. 1747
И существует такая легенда: якобы король Франции узнал о потере Канады в тот момент, когда беседовал с Вольтером, и тот сказал: «В конце концов, сир, что мы потеряли, всего лишь несколько акров снега».
В английских колониях, увеличенных подобным образом, в те времена проживало примерно 1,3 млн жителей, из которых 0,5 млн – в Новой Англии, и они владели количеством рабов, которое в южных колониях практически равнялось числу белых людей. При этом колонисты восточных штатов почти безостановочно начали продвигаться к западу. В 1775 году в британских колониях проживало уже около 2,5 млн человек, и, хотя показатели уступали 7 миллионам, проживавшим в Англии, в приросте населения американские колонии значительно обогнали метрополию.
После Семилетней войны (1756–1763) британская экспансия в регионе Великих озер спровоцировала масштабное восстание индейских племен. В отличие от французов, которые выстраивали с индейцами партнерские и торговые отношения: у обеих сторон имелся ярко выраженный экономический интерес, скрепленный многочисленными личными связями. И христианизация индейцев французами не несла такой жестокости, как у тех же испанцев, силой насаждавших католическую веру. Язычество и католицизм, за некоторыми исключениями, вполне мирно сосуществовали.
Британцы относились к ним как к побежденным, демонстрируя пренебрежение к их культуре и обычаям. Генерал Джеффри Амхерст, командующий британскими войсками, проводил жесткую политику, направленную на искоренение местных традиций и насильственную ассимиляцию, включая запрет национальной одежды и родного языка. Это вызвало растущее недовольство среди индейцев.
Жесткость британской политики и утрата привычного уклада жизни объединили различные, даже ранее враждовавшие племена, впервые создав у них общее стремление к сопротивлению и чувство коллективной идентичности.
27 апреля 1763 года Понтиак, участник Семилетней войны на стороне французов, вождь племени оттава, выступил с речью перед советом индейских племен. Эту дату можно назвать началом восстания Понтиака.
Группировки индейских племен принялись нападать на британские форты и поселения колонистов в районе Великих озер, и к июлю все форты к западу от Детройта были захвачены.
Неизвестный художник. Понтиак берет в руки топор войны. XIX век
Понтиак лелеял надежду, что его бывшие союзники, французы, воспрянут и присоединятся к ним. Однако французский командующий в Иллинойсе написал ему, что Франция и Англия заключили мир и что индейцам тоже следовало бы подумать о мирном соглашении с британцами. Это буквально обрушило боевой дух Понтиака и показало ему тщетность дальнейшего сопротивления. Он предложил начать переговоры о мире, и предложение было принято комендантом Детройта. Восстание постепенно затухало при активной дипломатической работе британских колониальных чиновников. Как этого удалось добиться? По сути, они вернулись к установленной французами практике приношения подарков.
Однако самые непримиримые вожди индейцев отказались признавать британский суверенитет и попытались спровоцировать новый конфликт. Но в дело вмешался Понтиак, который собрал лидеров разных племен и поставил их в известность об изменившейся ситуации, объявил, что заключает мир с британцами, и призвал остальных к благоразумию.
Обсуждение условий мира заняло около года, после чего индейцы, не пожелавшие проживать на территории англичан, ушли за Миссисипи.
Стремясь интегрировать новую колонию в систему уже имевшихся владений, Лондон взял курс на ассимиляцию французов. С этой целью британские мигранты получили льготные условия на приобретение земли. Повсюду устанавливалось британское законодательство, католиков исключали из политической и правовой жизни. Официальным языком объявили английский, и вся административная деятельность должна была осуществляться на английском языке.
Джона Стэнли. Предполагаемый портрет Понтиака. XIX век
Приобретение столь чужеродного в социальном и культурном отношении владения поставило перед британским правительством проблему военного и административного контроля. Параллельно нарастал конфликт между метрополией и 13 североамериканскими колониями. Парламент Великобритании в качестве предупредительной меры, направленной на отсечение от «мятежа» новых подданных, принял в 1774 году «Акт о лучшем управлении Квебеком». Он восстановил французское гражданское право и подтвердил действие сеньориальной системы землевладения. Католическая церковь была восстановлена в праве на сбор десятины, а католикам, при условии принесения ими присяги, разрешили занимать общественные должности. Также жителям Квебека разрешили свободное пользование французским языком.
Своевременность и целесообразность Квебекского акта стали очевидны в период Войны за независимость (1775–1783). Канада не поддержала США. И это было крайне важно – по мере того, как становилось очевидно, что война закончится неудачно для метрополии, ситуация в Канаде приобретала особое значение. Малоизвестная прежде колония теперь осталась единственным форпостом Лондона в Северной Америке.