В последние годы оформление книги тоже радикально изменилось. До сих пор с этим соглашались немногие, но теперь радиус действия этих перемен начинает расширяться.
Это означает, что визуальное восприятие книги становится очень важным и для достижения визуального эффекта используются абсолютно все современные типографские и фотографические средства.
До изобретения книгопечатания поэтические творения читал вслух сам автор или другие профессиональные сказители. Функция средневековых книг (взять хотя бы Манесский кодекс) — только фиксация произнесенного слова. С возникновением книгопечатания звучащая поэтическая речь почти сразу уступила место чтению книги «про себя»[10]. В XV веке человек стоял перед пюпитром и читал книгу вслух сам себе и другим. Поэтому для готических книг характерны крупные буквы. Потом скорость чтения увеличивалась, и потребовались маленькие литеры.
Для такой поэзии, которая построена на акустическом воздействии (когда для достижения эффекта необходим звук), остаются пластинки: Курт Швиттерс и Иоахим Рингельнатц записали некоторые из своих «акустических» творений на пластинку.
Медленное чтение вслух, «озвучивание» каждой буквы и каждого слова осталось в прошлом, теперь текст пробегают глазами. Современная техника чтения отражается в специфическом газетном оформлении: длинные строки сочетаются с короткими, шрифт имеет разную жирность, отдельные слова или целые предложения печатаются разрядкой или выделяются при помощи увеличения межсловных и межстрочных интервалов и т. д. Визуальный облик газеты — символ темпа современной жизни.
В то же самое время меняется и сама литература. Поэт XIX века многословно описывал чувства своего героя и с эпическим размахом живописал пейзаж, на фоне которого происходит действие. Современный поэт пишет иначе. На литературу повлиял кинематограф, в котором события меняются быстро, и теперь литература использует характерную для кино сжатую образную структуру. На место романов приходят короткие рассказы (short story). В поисках новых возможностей некоторые современные поэты натолкнулись на типографику. Они попробовали изменить образ воздействия современной поэзии, перенести его из сферы акустики в оптику.
ЭЛЬ ЛИСИЦКИЙ и КУРТ ШВИТТЕРС. Разворот номера «Насци», журнал «Мерц», 8/9. 1924
Так, франко-польский поэт Гийом Аполлинер издал «Каллиграммы» — сборник «лирических идеограмм». Слова в этих стихотворениях создают контуры очков, часов, птиц, цветов, лошадей, людей и т. д. Поэтому напечатать их можно было, только сделав с рукописного оригинала репродукцию фотомеханическим способом.
Следующий шаг в типографском оформлении стихов сделал итальянский футурист Ф. Т. Маринетти в книге Les mots en liberté futuristes (1919). Он применял разные шрифты и разную жирность, особым образом располагал литеры на листе, много раз повторял согласные и гласные, по-новому использовал типографские знаки. Таким образом он попытался заменить фонетическое воздействие звучащего слова сильным визуальным эффектом, созданным типографскими средствами. Напечатанное слово не только передает смысл, но благодаря типографскому оформлению усиливает визуальное воздействие на читателя. Прежние книги были рассчитаны на чтение вслух или на спокойное чтение в одиночестве, «вдали от мирской суеты». Маринетти впервые создал книгу для современного, активного человека, для которого глаз — главный орган восприятия.
Помимо традиционной «текстовой» книги появляются новые формы: иллюстрированная книга, или книга, в которой комбинируются иллюстрации и текст.
Для нашего современника иллюстрированные журналы — новый источник удовольствия. Ясная, точная и объективная репортажная фотография часто передает информацию гораздо лучше и быстрее, чем статья на ту же тему. Во многих журналах преобладают фотографии, а текст становится второстепенным. Раньше было наоборот: текст иллюстрировался небольшим количеством картинок (примерное соотношение — одна картинка на сто строчек). Теперь небольшой текст сопровождает иллюстрации (десять картинок на десять строчек). Основную часть знаменитой «Новой истории искусств» составляют иллюстрации. Выходят большие фотоальбомы, посвященные Германии и другим странам (Orbis terrarum), в которых текст есть только в коротком предисловии.
После футуристов возможности типографики расширяли дадаисты в своих журналах. В журнале «Мерц», который издает Курт Швиттерс, типографические и фотографические элементы построения создают единое целое. В дадаистическом оформлении иллюстрации перестали смотреться вычурно, как это было раньше. Фотоклише и иллюстрации, нарисованные от руки, стали неотъемлемой частью оформления книги[11].
Специфическая (например, псевдообъемная) форма какой-нибудь иллюстрации теперь не мешает включить ее в общую композицию. На отдельной странице и в книге целиком гармония создается с помощью контрастов: большие и маленькие, «объемные» и плоскостные элементы, разные направления (вертикаль — горизонталь — диагональ). Наконец, пустое, незапечатанное пространство, которое раньше воспринималось просто как фон, теперь стало участвовать в композиции наравне с запечатанной частью листа. Эти принципы совпадают с законами абстрактной живописи, создатели которой стали дизайнерами Новой типографики.
Так, один из самых значительных современных русских художников Эль Лисицкий сделал несколько программных работ в типографике: русско-франко-немецкий журнал «Вещь», издававшийся в Берлине в 1922 году; книгу стихов русского футуриста Маяковского «Для голоса» (два разворота из нее воспроизведены выше). Разворот с названием стихотворения — изобразительная парафраза текста, оптический образ звучащих слов. Благодаря рубрикации на внешнем поле, как в адресной книге, можно мгновенно найти нужное стихотворение.
Другой русский художник, Александр Родченко, первым сделал иллюстрации к поэме Маяковского «Про это» (1923) при помощи фотографий. Из снимков разного размера создается новое композиционное единство (фотомонтаж). Творческая сила художника выражена здесь не в индивидуальной манере рисовальщика, а в гармоничном построении объективных и точных элементов (фотографий), сильно контрастирующих друг с другом. Фотомонтажи дадаистов — предшественники этих иллюстраций.
ЭЛЬ ЛИСИЦКИЙ. Раскрытая книга Маяковского (фото Лисицкого). 1922–1923
ДЖОН ХАРТФИЛД. Обложка книги (раскрытая). 1925
Издательство «Малик», основанное во времена дадаистов, большую часть своих переплетов оформляет с помощью фотомонтажа. Их автор, Джон Хартфилд, изобрел фотографические переплеты, тем самым создав современную модель оформления обложки. Оформленные им переплеты книг издательства «Малик» были первыми работами в этой технике.
В том же духе работают некоторые художники-новаторы в Чехословакии. Самый заметный из них — Карел Тейге, который сделал много замечательных обложек для нескольких пражских издательств и спроектировал типографику этих книг.
В Германии получил известность Л. Мохой-Надь, оформлявший книги Баухауса.
КАРЕЛ ТЕЙГЕ. Выходные данные книги стихов
Существует множество книг, которые невозможно оформлять подобно книгам Les mots en liberté futuristes Маринетти или «Для голоса» Лисицкого, где типографика является самостоятельной, но неотъемлемой частью произведения искусства. В других книгах типографика играет зависимую роль. Говорить о «новой предметности» в дизайне таких книг неправильно хотя бы потому, что книга — это предмет, который по определению должен быть функциональным. Для книг такого рода (к ним также относятся романы и большая часть научной литературы) не нужно создавать новую конструктивную форму. Для этой литературы отлично подходит старая книжная форма. Хорошая форма существует до тех пор, пока не появится что-то лучше. Да и нет никакой потребности что-то менять, а без нее нельзя создать что-то по-настоящему новое. Можно говорить только о модификации прежнего книжного оформления. Для передачи смысла типографическая форма не так уж и важна, но для нас необходимо, чтобы наше время нашло выражение в типографике, подобно тому как в эпохи готики, барокко, рококо, во времена Вильгельма создавались особые книжные формы, при том что конструктивная форма книги оставалась неизменной.
ФОЙЕРШТАЙН, КРЕЙЦАР, ШИМА, ТЕЙГЕ. Обложка альманаха. 1922
Главная характерная черта этих особых книжных форм — шрифты, и поэтому надо стремиться к изменениям в этой сфере. Иначе говоря, нужно избавляться от традиционных шрифтов и их имитаций. Во всех других сферах жизни происходят обновления в духе времени, а в современной книге, наоборот, все еще используются традиционные, исторические формы фрактуры и антиквы.
ЯН ЧИХОЛЬД. Титул книги Колина Росса «Книга путешествий и приключений». Вместо этой фотографии была напечатана другая, гораздо хуже, так как другое издательство, которому принадлежали права на эту фотографию, запретило перепечатку
Сегодня все стремятся следовать довоенному лозунгу «За качество!». В результате немецкая книга стала самой дорогой в мире. Даже для человека со средним достатком она превратилась в почти недоступную роскошь.
Сегодня перед нами стоят такие задачи:
1. Найти современную (то есть не стилизованную под традиционную) форму типографики.
2. Печатать дешевые книги для народа, а не дорогие для снобов.
Про форму текстового шрифта написано в соответствующей главе этой книги. Во всяком случае, для этого подходит антиква, лишенная индивидуальных особенностей, то есть классический шрифт — Гарамон или современная северная антиква (по крайней мере до тех пор, пока нет гротеска в таких количествах, чтобы его можно было использовать, как текстовый шрифт). Понятно, что нельзя набирать книгу жирным или полужирным гротеском, потому что большой объем текста, напечатанного таким шрифтом, невозможно читать. Обыкновенный или тонкий гротеск можно применять для набора текста. Эта книга свидетельствует, что гротеск так же хорошо читается, как любой старый шрифт. Для выделений больше всего подходят гротески (жирных и полужирных начертаний), египетские шрифты и жирная антиква. Заголовки жирным гротеском больших и меньших кеглей могут зрительно организовать текст романа или путевых заметок. Клише фотографий становятся новым элементом оформления книги.
Идеал эпохи Возрождения — равномерный серый цвет книжной страницы — отвергнут. Его место заняла гармония контрастирующих типографских и фотографических элементов, различных по насыщенности, пространственному эффекту и направлениям. В современном оформлении переплета и суперобложки все чаще используется фотография.
Уже сейчас мы можем уверенно сказать, что новая книжная форма существует.
Стандартные книжные форматы, приведенные на соседней странице, не подходят для художественной литературы: они слишком широки и потому неудобны для романов и других книг, которые читают, держа в руке. Но они прекрасно подходят для больших книг, научных трудов, каталогов, руководств (например, эта книга издана в формате А5) и для книг меньшего формата (А6). В частности, формат А4 отлично подходит для книг по искусству, монографий и подобной литературы.
Кроме того, необходимо стандартизировать форматы для художественной литературы, учитывая особенности чтения. Пропорции сторон в ДИН-форматах не подходят для таких книг. Может быть, нужно нормировать только высоту книг такого рода (например, для романа — 176 мм).
Проект ДИН-829. Книжные форматы