В прежние времена Курца выпустили бы в дешевом новом костюме, уложив его вещи в бумажный пакет. Сейчас для вещей ему вручили дешевую сумку из кожзаменителя, выдали джинсы, хлопчатобумажную рубашку, ветровку и билет на автобус до соседней Батавии.
На автобусной станции Курца встретила Арлин Димарко. Они поехали на север до платной автострады, затем повернули на запад. Не обмолвившись ни словом.
– Знаешь, – наконец нарушила молчание Арлин, – ты выглядишь каким-то постаревшим, Джо.
– Я действительно постарел.
Проехав еще миль двенадцать на запад, Арлин вдруг сказала:
– Слушай… добро пожаловать в двадцать первый век.
– Там он тоже наступил, – ответил Курц.
– Как ты это определил?
– Резонный вопрос, – сказал Курц, и они молчали еще миль десять.
Опустив стекло со своей стороны, Арлин закурила, стряхивая пепел в свежий осенний воздух.
– Я полагал, твоему мужу не нравится, что ты куришь.
– Алан умер шесть лет назад.
Кивнув, Курц уставился на мелькающие мимо поля.
– Наверное, за эти одиннадцать лет я бы могла пару раз тебя навестить, – сказала Арлин. – Чтобы как-то тебя поддержать.
Курц удивленно посмотрел на нее.
– Зачем? Время быстрее бы не прошло.
Арлин пожала плечами.
– Естественно, я прослушала твое сообщение на автоответчике. Но с чего ты решил, что я после стольких лет обязательно встречу тебя…
– Если бы не встретила, ничего страшного не произошло бы, – заметил Курц. – От Батавии до Буффало по-прежнему ходят автобусы.
Докурив сигарету, Арлин выбросила окурок в окно.
– Рэйчел, дочь Сэм…
– Знаю.
– В общем, ее бывший муж получил право опеки. Он по-прежнему живет в Локпорте. Я думала, ты захочешь…
– Я знаю, где он живет, – остановил ее Курц. – В тюрьме Аттика тоже есть компьютеры и телефонные справочники.
Кивнув, Арлин сосредоточилась на дороге.
– Ты работаешь в какой-то юридической конторе в Чиктоваге?
– Да. Даже не в одной, а сразу в трех. Две оказывают услуги тем, кто пострадал от несчастных случаев, а одна связана с аукционами.
– То есть тебя можно считать оперившимся секретарем юридической конторы?
Арлин снова пожала плечами.
– На самом деле я набираю на компьютере тексты, звоню по телефону, время от времени ищу в Интернете какой-нибудь юридический мусор. Наши так называемые юристы настолько бедны, что не могут позволить себе покупать юридическую литературу.
– Тебе нравится твоя работа? – спросил Курц.
Арлин не ответила на его вопрос.
– Сколько тебе платят? – не сдавался Курц. – Две тысячи в месяц или около того?
– Больше, – сказала Арлин.
– Что ж, я добавлю пять сотен к тому, что ты получаешь.
Она презрительно усмехнулась.
– И что я должна делать?
– То же самое, что и делала. Только придется больше работать с компьютером.
– Джо, чтобы тебе вернули твою лицензию частного детектива, должно произойти чудо. Или ты отложил на черный день приличную сумму и можешь платить мне по три тысячи в месяц?
– Для того чтобы заниматься расследованиями, вовсе необязательно иметь лицензию. А чем тебе платить – это уже моя забота. Ты знаешь, если я сказал, что буду платить, значит буду. Как думаешь, мы сможем снять помещение под контору рядом с нашим старым местечком на Восточной Чипьюа?
Арлин снова рассмеялась.
– Восточная Чипьюа сейчас совсем облагородилась. Ты эти места теперь не узнаешь. Роскошные бутики, ресторанчики со столиками на улице, магазины марочных вин и дорогих сыров. Арендная плата взлетела до небес.
– Проклятие, – выругался Курц. – Ладно, подойдет любое помещение недалеко от центра. Черт, да хоть подвал, лишь бы в нем было электричество и несколько телефонных линий.
Съехав с автострады, Арлин заплатила за проезд и повернула на юг.
– И куда ты собираешься направиться сегодня?
– Подойдет мотель «Шестерка» или любое другое недорогое место в Чиктоваге.
– Почему обязательно в Чиктоваге?
– Завтра утром я позаимствую твою машину, и тебе будет удобнее заехать за мной по дороге на работу. Можешь завтра же утром предупредить о том, что собираешься увольняться, и собрать свои вещи. Вечером я за тобой заеду, и мы начнем искать помещение под офис.
Арлин закурила новую сигарету.
– Джо, ты такой заботливый.
Курц молча кивнул.