День для поездки по городу оказался не очень удачным. Такси еле тащилось в пробках, и мама нервничала: самолёт в техноцентр улетал на час раньше, чем самолёт, на котором летели дяди Чарли и Рики.

Наконец такси прибыло в аэропорт.

У входа их встретили полицейские, которые строго спросили:

– Взрывчатка? Оружие? Ножи? Запрещённые вещи?

Маленький чемоданчик даже слегка оробел. Но чемодан-папа сказал: полицейские задают такие вопросы всем, кто входит в аэропорт, чтобы на борт самолёта не пробрались преступники.

– Что вы, что вы! – Мама поправила свой красный бантик. – Мы обычные мирные чемоданы. Какие у нас ножи?

Чемоданчик заметил, что дядя Чарли отчего-то смутился и отвёл взгляд в сторону.

– Всё равно мы должны просветить вас рентгеновскими лучами, – строго сказал полицейский. – Вдруг кто-то посторонний подсунул вам что-нибудь? Есть такие рассеянные чемоданы, сами не знают, что в них лежит. А есть чемоданы, которые вступили в сговор с преступниками и прячут что-нибудь за подкладкой.

– Сынок, встань сюда, – сказал папа маленькому чемоданчику. – Чёрная лента сейчас повезёт тебя под резиновую занавеску. Там установлен рентгеновский аппарат, который незаметно просветит тебя насквозь. Но ты не должен бояться. Это совсем не больно.

Чемоданы-родители тоже забрались на ленту. Она поехала, и – раз-два-три – маленький чемоданчик оказался за занавеской в полной темноте. Раз-два-три – и он уже выехал на свет с другой стороны.

– Ой, папа! Там так темно! Совсем ничего не видно. А меня было видно насквозь?

– Полицейские видели всё, что у тебя внутри. Но с тобой всё в порядке, у них не возникло вопросов… А вот к Чарли вопросы возникли, – забеспокоился папа.

– Куда его повели? – Чемоданчик увидел, как полицейский уводит дядю Чарли.

– На досмотр. Что-то им не понравилось, – со вздохом заметил папа. – Чарли давно никуда не летал. Надо было спросить его, что он положил в карманы.

– Мы опаздываем! – озабоченно сказала мама.

Но старый рюкзак скоро вернулся. Он был немного смущён:

– Им не понравился мой складной нож. Но у меня есть разрешение: я, станковый рюкзак, могу носить с собой нож… Эх, лучше бы мы с чемоданчиком поехали поездом! По железной дороге можно ехать с ножом…

– Чарли! – прервала его мама. – Нам уже надо торопиться. Давайте прощаться.

– Ладно, старик, до встречи! – Папа дружески похлопал станковый рюкзак по боку.

– Рики… – Чемодан-мама нежно погладила маленький чемоданчик. – Не скучай, дорогой. И слушайся дядю Чарли. Папа скоро за вами приедет.

– Рики, ты помнишь, что самое важное в путешествии? – Чемодан-папа тоже погладил маленький чемоданчик. – Терпение и осторожность. Не отходи от Чарли. Ты меня понял, малыш?

Чемодан-папа и чемодан-мама крепко прижались к маленькому чемоданчику, а потом покатились по длинному коридору. И маленький чемоданчик чуть было не почувствовал себя маленьким-маленьким. Ему захотелось плакать. Но он сумел удержаться.

Дядя Чарли сказал:

– Эй, Рики! Не вешать нос! Мы с тобой тоже сейчас пойдём регистрироваться на рейс.

– Регистрироваться? А как это?

– За специальным высоким столиком стоит работник аэропорта. У него есть компьютер. Ты подходишь и показываешь свой паспорт. Ты ведь не забыл свой паспорт? Работник быстро записывает в компьютер твоё имя, дату рождения и номер паспорта. После этого тебе выдают маленький билетик – посадочный талон. В нём указан номер кресла, в которое должен сесть пассажир в самолёте. А если ты летишь багажом, то получаешь багажный номер. Вот как раз мне придётся лететь багажом – из-за ножа моего. И тебе – ничего не поделаешь… Ну, тронулись.