Элизабет пошатнулась, когда ощутила под подошвой своих кожаных сапожек землю.

Ближе к полудню Этельберт отдал приказ сделать остановку. Мужчины, ловко спрыгнув с коней, принялись за дело — кто занялся лошадьми, кто отправился прочесывать окрестности, кто взялся за обед.

Элизабет не могла похвастаться такой ловкостью и живостью.

Она едва могла стоять. Икры и бедра сводило от напряжения, спина гудела, а ладони горели так, что хотелось окунуть их в прохладную воду.

Казалось, Элизабет уже давно не стояла твердо на ногах, куда больше по времени, чем она провела в седле, и потому странное ощущение, будто еще немного — и у неё подкосятся колени, и она следом рухнет, не отпускало девушку.

Но, глядя на Анну, стоявшую неподалеку, Элизабет начинала понимать, что не одна она испытывает подобные ощущения.

Её няня, вцепившись покрасневшими пальцами в ствол дерева, с напряжением поглядывала вниз, на свои ноги.

“Если уж мне трудно, то каково моей няне, ведь она куда старше меня”, - пронеслось в голове Элизабет.

Ей захотелось поддержать Анну.

Медленно передвигая ногами, Элизабет доковыляла до няни и встала рядом с ней.

— Какой сегодня чудесный день, — как бы между прочим, заметила девушка.

— О, Элизабет, — только сейчас заметив присутствие подопечной сбоку от себя, Анна выдавила из себя улыбку, — вы уже здесь. День и, правда, чудесный.

Выдавила — потому что ей было больно ногам, а улыбаться, когда тебе больно, довольно трудная задача.

— Я едва дошла до вас, — Элизабет ответно улыбнулась, и глаза её наполнились теплом, — думаю, что это от непривычки. Я никогда не проводила так много времени в седле.

— Я тем более, — Анна вздохнула и, устав бороться, облокотилась спиной о дерево.

— Быть может, мне стоит попросить отца добыть для нас повозку?

— Чтобы мы потом ползли, и само путешествие растянулось на целый месяц? — Анна фыркнула и тряхнула головой. — Ну уж нет. Я потерплю!

Она поморщилась, потому что очередное покалывание в ногах оказалось слишком неприятным.

Элизабет заметила это и, недолго думая, обратилась к одному из воинов, стоявшему поблизости.

— Джордж, вы могли бы нам помочь?

Джордж, до этого времени занимавшийся подготовкой веток для будущего костра, с удивлением посмотрел на господскую дочь.

Прежде Элизабет никогда не обращалась к нему с какими-либо просьбами.

А сейчас...

В лучах полуденного солнца, красивая и величественная, смотрела прямо на него!

По загорелому лицу молодого мужчины пробежала улыбка, и он, сам того не понимая, принял глуповатый вид.

Непросто сохранять серьёзное выражение, когда на тебя обратила внимание такая красавица!

— Да, госпожа, — прижав к груди хворост, будто это было что-то дорогое для него, ответил Джордж. — Чем я могу вам помочь?

Элизабет очаровательно улыбнулась в ответ — сделала она это по-привычке, а не для того, чтобы пофлиртовать с воином отца.

— Прошу вас, добудьте для нас покрывало, мы с Анной хотели бы расположиться здесь, в тени дерева и отдохнуть.

— Все будет исполнено, госпожа! — воин бросил ветки с такой силой, будто они стояли у него на пути к счастью, и побежал в сторону.

— Ты только посмотри на него, — довольно усмехнулась Анна, наблюдая за удаляющимся воином.

— А что с ним? — Элизабет непонимающе посмотрела на неё.

— Да он почти полетел от ваших слов. Неужели вы не заметили этого? — Анна повернулась и внимательно посмотрела на свою воспитанницу.

Невинные глаза той уже подсказали ей ответ.

— Я ничего такого не заметила, — Элизабет пожала плечами.

— Ох, Элизабет! Вам пора привыкать, что реакция мужчины на вас может быть вот такой — человек забывает обо всем и спешит выполнить вашу просьбу. Но вы должны опасаться и быть внимательны, потому что некоторые мужчины ведут себя иначе.

— Как именно? — пытаясь понять, уточнила Элизабет.

— Они... - речь Анны оборвалась, и через мгновение раздался её напряженный голос:

— О, Господь! К нам мчатся всадники!

Элизабет устремила взгляд вперед.

Там, вдали, с холмов, в их сторону двигался конный отряд...