— Вы только гляньте, нам будто королевские покои предоставили! — довольно заявила Анна.

Ответа не последовало, поэтому няня обернулась и посмотрела на свою подопечную.

Элизабет, застыв посреди комнаты, большими от удивления глазами, разглядывала место, в котором она оказалась.

Это было огромное, в раза три больше чем её спальня, помещение.

Пол, за исключением места возле камина, был полностью устлан толстым ковром.

Ногам было тепло и мягко.

Элизабет мысленно представила, как хорошо, наверное, ходить по нему босиком! От этих мыслей у неё приятно защекотало подошвы стоп.

Что касаемо камина, тот представлял собой довольно внушительную конструкцию, собранную из серого камня.

Без сомнения, в холодные дни он полностью согревал комнату.

На одной стене красовался гобелен, запечатлевший действия какой-то битвы. Судя по руническим надписям сбоку и героям, то была история викингов.

Ничего удивительного, ведь нынешний король был одним из них.

В противовес ему, на другой стене, висел еще один гобелен. На нем были вышиты эпизоды из Библии.

Адам и Ева еще до своего грехопадения.

Удивительно, что данный гобелен висел прямо напротив кровати.

Огромная, частично скрытая за балдахином, она отчего-то вызвала у Элизабет спазм в животе.

— Элизабет! — не дождавшись ответа, окликнула её Анна.

Девушка, вздрогнув, посмотрела на неё.

— Что ты сказала, Анна? Прости, я прослушала, — Элизабет виновато улыбнулась ей.

Во взгляде няни мелькнуло понимание.

— Разве вы не находите эти покои по-королевски роскошными? — ответно улыбаясь, поинтересовалась она.

— Ты права, — Элизабет вновь обвела комнату взглядом, — я не ожидала, что нас разместят в столь богатых покоях. Как думаешь, подобные комнаты предоставляются всем подданным, или же это — знак особого расположения короля к моему отцу?

— Возможно, но я далека от королевских дел и политических игр. Я — всего лишь твоя няня, и могу лишь предполагать, что это — хороший знак. А теперь давайте-ка, Элизабет, готовиться к ужину. Вас нужно хорошенько искупать, а затем заняться вашими волосами. Вы же знаете, как капризны они бывают после мытья! У меня уже пальцы ноют от понимания того, сколько часов мне придется вас расчесывать! А еще — раскалывается голова от напряжения! Ведь я должна собрать вас достойным образом, чтобы не было стыдно перед королем.

Элизабет, хотела было, успокоить Анну, сказать такое, что хотя бы немного избавило ту от напряжения, но не успела.

В дверь постучали.