Солнце над морем встало ярким и беспощадным. Волны гремели куда громче, чем обычно — или это был просто стук в висках у Вадима.

Он открыл глаза в гостиничном номере. Голова тяжёлая, горло пересохло. В памяти всплывали отрывки вечера: ресторан, шум, смех, коньяк… берег. И она.

Мия.

Её глаза — испуганные и гордые. Её голос — "Нет, не так".

И его собственные слова, которые лучше бы он не произносил.

Вадим зажмурился.

— Чёрт. Я сказал лишнее. Или… нет? Может, она решит, что я просто был пьян. И это, наверное, даже лучше. Так проще. Без обязательств. Без этой адской уязвимости.

Когда он вернулся домой, на кухне уже пахло кофе. Филин сидел за столом, свежий, довольный, будто вовсе не пил. Мия стояла у окна, держа кружку в руках. Она выглядела спокойной, но глаза её выдавали бессонную ночь.

Вадим вошёл так, будто ничего особенного не случилось.

— Доброе утро, — сухо сказал он, наливая себе кофе.

Мия медленно повернулась. Их взгляды встретились.

Она ждала — что он что-то скажет, намекнёт, хотя бы посмотрит иначе.

Но Вадим был ледяным.

— Сегодня днём встреча, — продолжил он деловым тоном. — Мия, будь готова. Филин, проверь машину.

Филин кивнул, а Мия лишь сжала пальцами на кружку так, что еще чуть чуть и она тресрула бы на части.

— Он… делает вид, что ничего не было. Что он ничего не сказал. Что не касался меня…

В груди у неё стало пусто и больно, как будто кусок вырвали.

— Значит, для него это просто пьяный бред. Хорошо. Пусть так. Тогда и я не буду вспоминать.

Она резко поставила кружку на стол.

— Хорошо, — коротко сказала она и вышла.

Вадим провёл взглядом её спину и сделал глоток кофе.

На вкус он был горьким, слишком крепким.

— Прости, Рыжая. Если я признаюсь, то потеряю голову. А я не могу себе позволить… не могу.

Филин, наблюдая за ними обоими, усмехнулся про себя.

— Ага. Конечно, две колючки… Но лица у вас обоих говорят об обратном.