19.45. Зал для голосования
Сволокова: Ямщиков! Засуньте тридцать три бюллетеня. Должно совпасть. Эльвира Набиуловна, идите и позовите наблюдателей. Виктория Сергеевна, проинструктируйте остальных. Через пятнадцать минут начнем подсчет голосов.
Костромина: Работаем дружно и слаженно. (Высыпает из ящиков бюллетени для голосования все сразу. Затем складывает по стопочкам.) Медведева собирает Ямщиков. Утрускина собирает Зюганова. Замотракина – Жириновского. Котова собирает Богданова. Каждый должен запомнить, сколько в его стопочке должно быть бюллетеней, поданных за его подотчетного товарища. Слушайте и запишите себе в подкорковой памяти. За Медведева должно быть подано 874 голоса, это и будет 78 процентов голосов. Стопку соберете и не считайте. Сверху напишем цифру и сдадим пачку в архив. Так и с остальными. На пачке с Жириновским должно быть сто тридцать голосов, а на пачке с Зюгановым – сто. Остальные 16 голосов, что останется, напишите Богданову. Понятно? (Члены избирательной комиссии дружно кивают головой). Ведите наблюдателей.
20.00. Зал для голосования
Сволокова: Закрывайте все двери, начинаем подсчет голосов избирателей.
Содержимое ящиков вываливают на два длинных стола. Груда бумажек высится над столами. Члены избирательной комиссии старательно собирают их в пачки по отметкам в квадратиках, обозначающим за какого кандидата проголосовали избиратели. Работают молча и сосредоточенно.
Наблюдатели стоя смотрят на подсчет голосов и держат в руках фирменные блокноты своих партий.
Стопка с голосами за Медведева растет в несколько раз быстрее и достигает явного преимущества. Стопки с голосами, поданными за Жириновского и Зюганова, примерно равны. Тоньше всех стопка бюллетеней у кандидата в президенты России Богданова.
Бугров: Явное преимущество Дмитрия Анатольевича Медведева. Сообщите наблюдателям количество голосов, поданных за их кандидатов, и мы отпустим их. Протокола пришлем. Результат налицо. Надеюсь, ни у кого не вызывает сомнения победа нашего президента Дмитрия Анатольевича Медведева.
Костромина: За Медведева Дмитрия Анатольевича подано 874 голоса. Это 78 процентов от числа избирателей, проголосовавших на выборах 2 марта 2008 года.
За Жириновского подано 130 голосов.
За Зюганова подано сто, а за Богданова – 16 голосов.
Прошу наблюдателей взять временные протокола с результатами голосования. Основной протокол мы вам пришлем.
Пустовато: Нас ждут в территориальной избирательной комиссии.
Бугров: Машина стоит у входа во дворец культуры завода и ждет вас. После сдачи протокола она же привезет вас обратно. В буфете столовой мы накрыли столы для ужина. Считаю это правильным решением. Вы весь день трудились не покладая рук. Наверняка, вы голодные, а заводчане – народ гостеприимный и не могут вас оставить без ужина. Тем более с таким хорошим результатом.
Наблюдатели дружно кивают головой и выходят.
Ямщиков: Сдается мне, что стопки с голосами за Жириновского и Зюганова абсолютно равны. Как вы смотрите, товарищи, на то, чтобы уравнять число голосов и в протоколе? Пусть будет и того, и у другого по сто пятнадцать голосов! Уж сколько там на самом деле, считать не буду, а равенство просто бросается в глаза.
Костромина: Кроме жириновки никто протоколов избирательной комиссии не взял. Она наш работник. Думаю, для подстраховки можно цифры уравнять. Действительно, слишком уж бросается в глаза.
Бугров: Сидягину Ольгу Александровну я беру на себя. Она, хотя и жириновка, но своя в доску. Тем более, в отделе кадров завода работает ее родственница. Не вопрос. А цифры действительно надо бы уравнять. Смотрится безобразно. Кстати, а сколько народа, по– настоящему проголосовало за Жирика и дедушку Зю?
Сволокова: Прекратите чушь молоть! От администрации здесь командую я. Только я вправе знать, сколько проголосовало за того или иного кандидата, и, признаться честно, знать об этом не хочу. Чем меньше знаешь, тем крепче спишь! И вам, господа, не советую. Стопочки действительно бросаются в глаза, обе одинаковы. Допускаю, что можно уравнять. Принципиально руководством вопрос главенства того или иного оппонента Дмитрия Анатольевича Медведева в администрации не ставился. На основании изложенного не вижу причин сопротивляться очевидному. Стопки с голосами примерно равны. Пусть будут равны и в протоколе. Хотя могу сказать, что какие бы цифры мы не указали на пачках с бюллетенями, все равно кроме нас их никто больше считать не будет. У меня есть полномочия и команда начальства. Пройдет несколько дней, после утверждения протоколов избирательной комиссии и сожжем все бюллетени. Если что, конечно! Вот так, господа!
Костромина: Заношу в протокол, что у кандидатов в президенты России Зюганова и Жириновского равное количество голосов – по 115.
Сволокова: Заносить-то заносите, но когда поедете с отчетом в окружную избирательную комиссию, возьмите с собой два протокола голосования. Один пусть будет чистым. Вдруг что придется исправлять! Перестраховка, она нужна. Всё может случиться…
Ямщиков: Осторожный вы человек, Нина Петровна. Как бы чего не вышло! Раз такое дело, может, присядем на дорожку? Вдруг засада, враги!
Костромина: Типун тебе на язык, Ямщиков. Вечно ты глупости спьяну болтаешь! Говорила же: потерпите до конца подсчета голосов. Так нет, успел стакан прихватить!
Ямщиков: На Руси как говорят? «Пьян да умен – два угодья в нём».
Сволокова: Виктория Сергеевна, прекратите базар. Давайте доведем дело до логического завершения.
Костромина: Вписываю на пачках цифры. Нина Петровна, проверять будете?
Вопрос остался без ответа.
Бугров: Я поехал к генеральному. Отчитаюсь. Дайте мне копию протокола. Не забудьте, что через час прошу всех уцелевших от борьбы на выборах главы государства присоединиться, так сказать, к нам в буфете. Кто опоздает, я не виноват. Налью стакан до краев. Штрафную!
Бугров, Сволокова и Костромина уходят. Остальные члены участковой избирательной комиссии садятся за пустой от бюллетеней стол и разговаривают между собой, подперев головы руками.
Чугаева: Вот и выбрали себе президента. Как думаете, девочки, жить станет лучше?
Выбираем, выбираем, только кто бы о народе позаботился! Сколько живу в нашей стране, столько и слышу о скорой хорошей жизни. Жду ее, жду эту хорошую жизнь, да, видно, так и не дождусь. Хороший человек Медведев, наверное, молодой, симпатичный. Очень нравится, но, может быть, надо как-то было по-другому с выборами? Неужели по всей стране будет так, как на нашем избирательном участке?
Ямщиков: Не сомневайся, Эльвира Набиуловна! Так по всей стране! Видал нашу фифочку Сволокову? Таких муниципальных работников, как она, если надо, на каждый избирательный участок по десятку поставят! Выкинь из головы все сомнения. К власти пришли молодые ребята. У них вся жизнь впереди и, судя по всему, имуществом народным они затарились всерьез. Одним словом, есть что терять. А если есть, что терять, то давай рассуждать логически! С какого перепугу они подарят власть какому-то Зюганову, не говоря уже о Жирике? Нет! «Продуманы» они, ещё те. Нет, эти ребята, хотя и маленького роста, но аппетиты у них взрослые. Никому и ничего они отдавать не собираются. Рабство на галерах, это, между прочим, в нашей стране очень приятное и увлекательное занятие.
Опять же, не дай Бог, придет к власти честный человек! Тогда для них труба, девчонки. Пожизненным сроком не отделаешься. Столько дел наворочали, что не разгрести с одного раза. Посмотрите, кто в конкурентах у кандидата от партии власти. Дядюшка Зю? Так говорят, он в 1996 году выиграл у Ельцина. Сбежал, испугался! Не стал народ поднимать! Жириновский? Не смешите меня! Богданов? Ай, бросьте! Всё сделали, чтобы выбора на выборах не было. Так чего нам, простым людям, упираться? Я так думаю. Они знают, что делают. Люди взрослые и понимают всю меру ответственности перед историей.
Чугаева: Перед народом!…
Утрускина: Правильно Виталий Петрович говорит! Перед историей. Что народ? Народ – быдло. Он и не такое глотал. Проглотит и на этот раз. Меня успокаивает то, что больно много по телевизору говорят о патриотизме. Может, этим людям стыдно станет перед историей? А?
Замотракина: По мне, так всё одно. Главное, чтобы жить дали. Хоть чуть-чуть. Надоело всё! Коней на переправе не меняют! Избери нового президента, так он четыре года разбор полетов делать будет, а здесь все понятно. У власти остался Путин. Дайте пожить в стабильности. Нефти залейся, газа тоже. Пусть воруют. Всем хватит. Не жалко того имущества. Путин, он молодец! Не на запад же, в конце концов, он продает это имущество! Не проклятым американцам, а между своих одноклассников и корешей делит. Это правильно. Свои – они надежнее.
Ямщиков: Да вот и не угадала. Что свои, что чужие, один хрен! Это мы на галерах гребем, а не Вова! Что-то не видел я у него мозолистых рук от весел. Что бабло считает, в это могу поверить, а то, что гребет, как раб на галерах, так это шалишь! Они там, в Кремле, бабло стригут и нам лапшу на уши вешают. Только всё одно сделают так, как им надо. На народ можно спокойно наплевать и забыть. Нет народа. Один прах остался. Не знаю, какие потрясения нужны в России, чтобы он проснулся и посмотрел, в каком дерьме, извините за выражение, живет целое столетие.
Котова: Вы договоритесь! Сталина на вас нет. В тридцать седьмом году за такие речи посадили бы всех нас на пятнадцать лет без права переписки! Возможно, и круче. К стенке! Между прочим, давно пора с дисциплиной в обществе разобраться. Не поймешь, кто бандит, а кто милиционер, кто прокурор, а кто вымогатель. Все за одним и на одно лицо.
Чугаева: Действительно, чего это мы разболтались, не к ночи будет сказано. Давайте заканчивать демократию.
Замотракина: Это все ты, Ямщиков! Со своей философией. Болтун. От тебя и в цеху только одни разговоры и перекуры. Так недолго и до греха довести. Вы, мужики, опять в сторонку, а у нас дети.
Утрускина: Да, девчонки, заговорились мы с вами. Не дай Бог чего. И так жизни нету никакой. Ещё неприятности наживем. Боюсь я разговоров на политические темы. Не наше дело лезть, куда не просят. Так боюсь, будто в сталинские времена живу. Вот сегодня ночью приду домой и не усну. Будет чудиться, что машина черная за мною приедет. Люди в штатском позвонят в дверь и скажут: «Собирайтесь, гражданка Утрускина, с вещами на выход». Откуда страх, сама не пойму, но сидит он во мне, как ржавый гвоздь. Всего боюсь! Пойдемте лучше в буфет. Работу мы свою сделали. Так что рот на крючок – и потопали к праздничному столу. Наедимся и напьемся на халяву до отвала, может, легче будет смотреть на этот мир. Пойдемте на заслуженный отдых! Заработали, честное слово, заработали!
Ямщиков: Это дело я поддерживаю. Да здравствует застолье! Где пиво пенное, вино отменное, открыта водочка и ты со мной….
Котова: Вам бы всё напиться на халяву. Вот что я вам скажу! Если кто-то из вас желает счастья своим потомкам, то надо непременно вступить в партию власти. Кто хочет карьеру там или денег, тот должен быть в «Единой России». Это как в КПСС. Без нее нет места под солнцем. Значит, надо попасть в их шеренгу. Встать плотненько в ряд и идти в светлое будущее с коллективом, который в это светлое будущее точно придет. Несмотря ни на какие катаклизмы. Чтобы выиграть у казино, надо его купить. Чтобы выиграть у власти, надо стать властью. Только в одной шеренге с чиновниками. Только заглядывая в глаза начальству. Мне легче рассуждать! Детей у меня пока нет. Задача передо мной стоит простая, как три копейки. Попасть в обойму и жить хорошо. Не важно, за чей счет. Сегодня, девочки, лозунг России: хватайте всё, что плохо лежит. Зарабатывайте на всем, что может приносить доход. Бюджет – это корыто с деньгами. Попади к корыту любой ценой, и ты станешь самым уважаемым человеком в обществе. Тебя наградят орденом за заслуги перед отечеством, твоим именем назовут улицу в родном городе. Обогащайся! За деньги можно осуществить даже самую бредовую идею. Я с ними заодно. Пусть они отъявленные подлецы и казнокрады, но они имеют деньги, и никто и никогда не обвинит их в воровстве. Посадят миллионы человек. За мешок картошки посадят, а этим ничего. Как с гуся вода. Я хочу быть в числе этих избранных счастливцев. Хочу существовать при власти…
Ямщиков: Как Сволокова?
Котова: Точно!
Чугаева: Тебе хорошо. У тебя семьи нет. Мужики пьяные неделями не приходят, дети не пищат. Нам поздно зарабатывать локтями. Так бы прожить.
Ямщиков: Девчонки, у меня есть для вас денежная работа…. Правда, там надо раздетыми танцевать, но с вашими фигурами вы будете нарасхват.
Дружно встают. Хором кричат: «Болтун! В буфет, в буфет! Даешь честно заработанные сто грамм!» Со смехом уходят.