– С твоей стороны было непозволительно оставлять девушку без присмотра, – Кристофер аккуратно повесил пальто на плечики и вальяжно прошёл к столу, где сидела полуобнажённая барышня. Едва заметным жестом он указал ей уйти, и та словно в воздухе растворилась.

– Давай без нравоучений, – проговорил Верт, потирая усталую шею.

– Знаешь, чем отличается наше поколение от вашего? – широко улыбнулся Крис. – В наше время, чтобы добыть или скрыть ценную информацию, приходилось кого-то хорошенько пытать. Или убить. А сейчас достаточно подключится к смарт-системе, и вуаля – запись видеонаблюдения исчезла. Но в наше время женщины слушались нас беспрекословно. А сейчас они творят, что хотят.

– Боюсь, в мои планы не входят воспоминания о твоей молодости, Крис, – раздражённо бросил Верт. – Я пришёл сюда за деньгами.

Кристофера только позабавил подобный выход. Обычно невозмутимый и спокойный Верт Блэквуд выглядел сегодня тревожным, хоть и старался не подавать виду. Значит, его слабым местом являлась эта малышка, скромно потупившая взор.

Это было весьма кстати. Первый рычаг давления со звоном упал в копилку.

– Твои ребята отлично справились, – Кристофер потянулся к верхнему ящику и достал оттуда белоснежный конверт, положив его на поверхность стола.

Сейчас мужчина чувствовал себя прекрасно, как никогда. Это был его клуб, его кабинет. Рядом были его люди. Здесь всё принадлежало ему. Абсолютное господство над пресмыкающимися, подобно хозяину террариума.

Только за ним стояло решение: бросить ли мышь питонам, чтобы её проглотили, или оставить сегодня зелёных гадов голодными.

– Помнишь, я обещал тебе крупный заказ? – губы Кристофера дёрнулись в слабой улыбке.

– Помню, – сухо проговорил Верт, поднимаясь со своего места. Поравнявшись со столом, он взял конверт и убрал его во внутренний карман кожаной куртки.

– Зайди ко мне на следующей неделе. Нам будет, что обсудить, – Кристофер выжидающе смотрел на Верта, но тот в ответ лишь сухо кивнул и повернулся к мужчине спиной.

Взяв Оливию за локоть, Верт молча покинул кабинет, чувствуя, как ярость медленно обволакивает тело. Стоило ему оставить девушку одну, как всё полетело к чертям. Есть вещи, на которые Верт не мог повлиять, и Кристофер Лонсдейл был в их числе.

Когда за широкой спиной Верта закрылась дверь, Кристофер посмотрел на застывшего у входа мужчину.

– Выясни, что это за девчонка, – задумчиво проговорил он, поднимаясь из-за стола.

Ему нравилось, в какое русло повернулась нелепая на первый взгляд встреча. Деньги и страх довольно удачный тандем, чтобы влиять на людей. Если Верт вздумает показать нрав, Крис пройдётся по его горлу лакированным чёрным ботинком.

Глава 8 «Откровения»

Весь путь от клуба Верт пребывал в молчании. Его руки крепко сжимали руль чёрного Dodge, а тяжёлый, сосредоточенный взгляд был устремлён на дорогу. Иногда леденящую тишину в машине нарушал рёв мотора, когда Верт топил ногой педаль газа.

Рядом с ним сидела Оливия, наблюдая, как за окном быстро мелькали огни ночных улиц. На её плечах была накинута куртка Верта, грея руки и шею. Блэквуд так спешил покинуть владения Кристофера, что позабыл о пальто девушки в гардеробной.

Безмолвие Верта душило и давило на грудь Оливии. Не выдержав напряжения, скопившегося в воздухе, девушка нажала на кнопку в дверце. Оконное стекло опустилось, и в салон ворвался прохладный влажный ветер. Запахло приближающейся грозой.

– Какого чёрта, Оливия? Я же просил меня дождаться в вип-зоне. Как тебя нашёл Крис?

Оливия повернулась к Верту, ожидая увидеть глаза, метавшие молнии. Но вместо этого Блэквуд сконцентрировался на вождении, переключая рычаг коробки передач. Он плавно направил Dodge в сторону одинокой высотки, и яркий свет от фар отобразился в окнах дома.

– Меня задели слова Теона, – пролепетала Оливия, понимая, что вопросов не избежать. – Я хотела выйти на свежий воздух и столкнулась с Кри…

– Что сказал Теон? – резко перебил её Верт.

Оливия колебалась. Возможно, не стоит говорить о том, что его друг не верит в их отношения. Но времени, чтобы придумать другую причину побега из клуба, не было.

– Теон сказал, что мы не подходим друг другу. Что я слаба для тебя, – пробормотала она.

Верт припарковался рядом с домом и недовольно поджал губы. Глубоко вздохнув, он заглушил машину и повернулся прямо к девушке.

От его внимательного взгляда не скрылись бешено пульсирующая жилка на тонкой шее, вспыхнувшие пламенем щёки и взволнованные синие глаза. Оливия выглядела так уязвимо и беззащитно, вызывая сплошное желание её успокоить.

– Сила женщины в её слабости. Мы не на поле боя, чтобы мериться силами, Оливия. Мы – союзники.

От его слов где-то в груди Оливии замахала крыльями маленькая птица счастья. Девушка не выдержала пристальный взгляд и опустила ресницы, почувствовав на щеке прохладные пальцы. Интимный жест, вызывающий внутри стихийную бурю. Эта буря с треском обрушила крепость, долго выстраиваемую Оливией, и она впервые не знала – хорошо это или плохо.

– Оливия, – из водоворота раздумий девушку вывел спокойный голос. – Ты готова?

– Да, – ответила она, совершенно не подозревая, что Верт имел в виду.

– Славно. Поднимемся ко мне, я хотел сказать тебе пару вещей.

***

Верт открыл перед Оливией дверь, и свет в коридоре его квартиры автоматически зажёгся.

– Входи.

Девушка робко перешагнула порог и застыла посередине просторного холла. Её внимание привлёк ряд чёрно-белых абстракций, занимавших практически всю стену рядом со входом.

Оливия потеряла счёт времени, вглядываясь в резко выведенные штрихи на холстах, пока тишину не прервал глухой удар.

Затем второй. Третий.

Оливия вздрогнула и обернулась.

Огромная гостиная с небольшим диваном утопала в полумраке. Единственным источником освещения здесь являлась напольная подсветка от ступенек лестницы, уходящей на верхний этаж. Дальше тянулась барная стойка, за которую уже успел пройти Верт.

Закатав рукава чёрной рубашки, он дробил ножом для колки льда прозрачную глыбу.

– Это работы Берты, – не поднимая взгляда на Оливию, проговорил Верт, и его спокойный голос отозвался эхом в полупустой гостиной. – Когда сестра вернулась из Франции, то на несколько месяцев засела в студии и почти не вылезала оттуда, пока не написала всю коллекцию. С тех пор Берта больше не брала в руки кисть.

Оливия нерешительно направилась к бару, теребя пальцами кожаный рукав куртки, источавшей свежий аромат бриза. Слова Верта о родной сестре выбили девушку из колеи.

Обычно, Блэквуд всегда отшучивался, либо переводил тему, когда Оливия интересовалась о его семье. А сейчас он первый завёл разговор.

Боясь нарушить хрупкую атмосферу Вертовских откровений, Оливия осторожно преодолела гостиную. Девушка заняла место напротив владельца квартиры, усевшись на барный стул.

– Берта настоящий талант, – Оливия ещё раз пробежалась взглядом по картинам и посмотрела на парня. – Почему она больше не пишет?

Верт высоко занёс нож и одним ударом отделил несколько кубиков от ледяной глыбы. Затем достал с верхней полки два широких низких стакана и поставил их на столешницу, закинув в них колотый лёд.

– О чём ты подумаешь, когда узнаешь, что человек, всегда объедающийся шоколадом, стал внезапно его ненавидеть?

– Не знаю, – Оливия нахмурилась. – Может быть, аллергия или диета. Я не совсем понимаю…

– И не надо, – резко перебил её Верт.

Привычные отчуждённость и серьёзность вновь легли тонким слоем на лицо Блэквуда. В полумраке квартиры его глаза цвета тусклого серебра словно инеем покрылись. На напряжённой шее резко дёрнулся кадык, а пара угольных прядей опустилась на лоб, нарушая идеальную причёску.

Оливия кожей почувствовала, как лимит откровений на тему семьи Верта на сегодня был исчерпан.

– Что будешь пить? Виски, коньяк, текила?

Не дожидаясь ответа девушки, Верт откупорил бутылку с золотистой жидкостью и наполнил ею один из стаканов, после чего отпил из него внушительную часть.

– Я бы предпочла вино.

Верт молча потянулся к запечатанной тёмно-зелёной бутылке, и через минуту перед Оливией стоял бокал на изящной тонкой ножке, наполненный багряным напитком.

Оливия залпом осушила его, потому что в горле пересохло и было трудно дышать. Хорошее вино требуется пить неспеша, но сейчас стало абсолютно плевать на вкусовой букет. Единственный вопрос, мучавший девушку, вырвался наружу.

– Ты убиваешь людей?

Верт чуть не поперхнулся.

Больше, чем полагалось, он вновь наполнил красным вином пустой бокал и с вызовом посмотрел на девушку. Интересно, у Оливии сработает инстинкт сохранения, чтобы нестись отсюда со всех ног? Или глупышка собственноручно откроет клетку со львом и войдёт внутрь?

– Нет, – отрезал он.

Оливия сделала короткий глоток и приложила прохладный бокал к горевшей щеке, наблюдая за Вертом.

Обычно, скромная и уязвимая Оливия всегда стеснялась первой поднять взгляд на мужчину. Что говорить о том, чтобы неприкрыто рассматривать того, кто был выше её на голову.

Но то ли от вина, то ли от внезапно очнувшейся смелости, синие глаза девушки откровенно задержались на губах, примкнувших к стеклу, на вычерченном кадыке, который дрогнул во время глотка, на длинных пальцах, расстегивающих пару верхних пуговиц воротника.

– Ты грабишь людей?

– Можно и так назвать, – уклончиво ответил Верт. – Всё начиналось с пранков.

– С пранков? – недоверчиво переспросила Оливия.

Сейчас серые глаза смотрели сквозь девушку, блуждая в воспоминаниях. Верт отряхивал их от бесчисленных слоёв пыли, приоткрывая тяжеленную крышку, и с трудом доставал наружу. Оливии казалось, что она не слушала рассказ, а тайком спряталась в шкаф и подглядывала в щель меж дверей.

Верт всегда знал счёт деньгам. В отличие от Берты, тратившей налево и направо приличные суммы, Верт старался увеличить капитал Блэквудов, открыв вместе с Теоном квест в реальности.

Старое помещение на окраине города, арендуемое за смешную сумму, вскоре стало приносить вполне серьёзный доход по меркам семнадцатилетних юношей.

Реклама в соцсетях, несколько пригласительных для блогеров с большой аудиторией и запутанные, сложные задания сделали своё дело.

Через полгода Верту с Теоном пришлось нанять дополнительных актёров, потому что им приглянулся ещё один заброшенный склад. Сценарий заданий оставался примерно одинаковым, но поменялись декорации и эффекты.

Всё шло проще некуда, пока Блэквуду не стрельнула в голову одна идея, случайно подкинутая его знакомым.

– Квесты не уровень Дэна. Мой брат со стальными яйцами и ничего не боится, – сетовал приятель Верта. – Было бы круто устроить инсценировку с его похищением. А ещё круче, если бы я в этом участвовал. Когда ещё у меня появится возможность попинать рёбра братишки, безнаказанно ссылаясь на розыгрыш?

И Верт всё устроил.

Чёрные, непроницаемые пакеты на камерах видеонаблюдения, подкуп охранника, и Верт вместе с Теоном похитили ничего не подозревающего банкира, когда тот открывал дверь своего блестящего Mercedes на пустой, подземной парковке.

Дальше собственной персоной явился заказчик. Скрываясь за тёмной маской и вспоминая детские обиды, он откровенно потешался над беспомощностью старшего брата, заставляя его испытать всю палитру страха.

После этого случая среди состоятельных людей Бикон Хилла и Бэк Бэя пополз слух об "эксклюзивной услуге". Напичканные "от" и "до" деньгами они потянулись к Верту. Каждый из них соревновался в изощрённости и жестокости розыгрыша. Кто-то хотел проучить нерадивую жену, после того, как застукал её с любовником. Кто-то хотел припугнуть обнаглевшего бизнес-партнёра. У всех были свои мотивы.

Как на исповеди, заказчики рассказывали информацию о будущих клиентах. Если этого было недостаточно, то в игру вступал Теон, всегда готовый пробить объект по базе данных.

Когда случались казусы, и отошедший после шока клиент, готов был бежать в полицию или нестись с иском в суд, то в ход вступал шантаж. Обычно, видео с места розыгрыша было достаточно, чтобы заткнуть рот клиента, сыплющего угрозы. Например, где испуганный владелец банка мочился в штаны «Brioni». Или, где светская львица предлагала подкуп деньгами, присвоенные ею в акции благотворительности. У каждого Верт находил слабое место.

Всё проходило просто, без лишних заморочек, пока Верт не пришёл на одну назначенную встречу.

Деловой сдержанный костюм, чёрные, идеально уложенные волосы, синие проницательные глаза – это то, что увидел Блэквуд, когда сидел в кабинете владельца ночного клуба.

– У меня заказ иного характера, Верт, – незнакомец кивнул стоящему у входа широкоплечему мужчине, и тот подошёл ко столу и открыл перед Блэквудом дипломат. – Здесь вся информация о клиенте: о его предпочтениях, привычках и режиме дня. Рядом с данными лежит половина гонорара. Остальные пятьдесят процентов после выполнения заказа. Ты ведь работаешь в паре с ещё одним молодым человеком?

Верт удостоил коротким взглядом пачку купюр. Мысленно прикинув, он подсчитал, что сумма была в несколько раз больше, чем Верт обыкновенно выставлял за сложно выполнимый пранк. И то была лишь половина.

– Мне понравилось, как ты разыграл одного моего знакомого, – незнакомец усмехнулся. – Но на этот раз всё должно быть по-настоящему. Клиент обязан подписать реальные документы.

Услышав предложение, Верт захлопнул дипломат и отодвинул его от себя.

– Боюсь, я вынужден вам отказать. Я не собираюсь связываться с криминалом.

Спустя неделю Верт узнал, что его сестру собираются отчислить из университета. Как правило, такие вопросы решал Блэквуд-старший. Но одна ночь заставила Верта пойти на всё, чтобы не видеть отца вместе с его деньгами.

Суммы, накопленной Вертом, было достаточно, чтобы ректор согласился пойти на уступки. Берта была восстановлена.