А ещё у нашего пестрого, шумного семейства есть свой собственный, охраняемый и бесценный, талисман — тётя Женевьева. В семейных хрониках её имя всплывает рядом с самыми крутыми поворотами судеб. (Книги «Елизавета и одна тысяча (НЕ)приятность для шейха», «Измена. Победит сильнейший» «Измена. Начать жизнь с нуля»).

Я уже большая девочка. Я давно не верю в сказки о феях и драконах, считая их метафорами. Но в нашем кругу о тёте Жене говорят именно так — с придыханием, легкой тайной, как о домашней ведьме.

Благопристойная Евгения Владимировна, дама с безупречными манерами и взглядом, который видит тебя, кажется, насквозь причем на три года вперед. Она — тот самый фермент, что держит нашу разномастную, буйную компанию в постоянном, живом тонусе, не давая осесть пыли на душах и отношениях. Каждый год мы все, от мала до велика, собираемся на ее вилле в Испании. Это не просто сбор родни. Это главное событие, тщательно срежиссированный праздник, где каждая деталь, от аромата цветущего жасмина до меню ужина, — шедевр безошибочного вкуса и скрытого мастерства тети Женевьевы. У неё дар — создавать пространство, где невозможное кажется вероятным, где давние обиды тают, как лёд в бокале сольеры.

Именно там, под ласковым испанским небом, после пары-тройки рюмок отменного коньяка, подруги бабушки Таси — железные леди с колючими биографиями, начинают рассказывать самые диковинные истории. Якобы тете Жене — больше тысячи лет. Что она была советчицей королей и повитухой у революций. Что в свое время именно она, незримо направляя события, помогла каждой из них: одной — сохранить любовь, другой — отомстить, третьей — обрести невероятную силу. Выдумки, конечно. Красивые, дикие, пахнущие миром альковных интриг и пороховых заговоров. Но — весьма интересные.

Я уже не та девочка, которая слушала их затаив дыхание, верила каждому слову. Но я до сих пор обожаю эти рассказы. Люблю погружаться в мистику, в полунамек, в игру, где грань между вымыслом и правдой намеренно размыта дымом сигар и золотом коньяка.

Это наша семейная магия, наш фольклор, где тётя Женевьева навсегда останется могущественной волшебницей, хранительницей очага и тайн нашего клана.

Вот такой у меня близкий круг. Разный. Громкий. Иногда опасный в своих воспоминаниях. Часто — непредсказуемый. Но с ними — факт — мне никогда не бывает скучно. Они — моя живая история, моя броня, моя вера в то, что любые бури можно пережить. Что у каждой сильной женщины должна быть своя личная «ведьма» на заднем плане, помогающая творить чудеса в обыденной жизни.