Аркадий сидел за столом, глядя на телефон. Часы на стене показывали половину девятого вечера. Телефон молчал. В кабинете, кроме него, никого не было, в коридоре — тишина. Все ушли по домам.

Он встал, прошелся до окна, вернулся. Сел снова. Телефон молчал.

В половине десятого зазвонил. Аркадий схватил трубку.

— Это я, — раздался голос Вари. — Вышла погулять с Машей. Звоню из таксофона. Ты придешь?

— Нет. Жду звонка. Ночую здесь.

Варя помолчала.

— Аркадий, я боюсь.

— Все будет хорошо, милая. Иди домой. Спи спокойно.

— Хорошо.

Аркадий снял сапоги, лег на диван у стены, накрылся пиджаком. Закрыл глаза. Но сон не шел. В голове крутились мысли: завтра, завтра, завтра.

* * *

Он проснулся от щебета воробьев за окном. Рассвет только начинался, небо было серое, с розовыми разводами. По улице проехала поливальная машина, оставляя мокрую дорожку на асфальте.

Аркадий сел, потер лицо. Голова гудела от недосыпа. Он встал, подошел к умывальнику в углу, умылся холодной водой.

Внезапно дверь открылась. Вошла Варя, неся большую сумку. На лице усталость, но глаза решительные.

— Ты чего здесь? — спросил Аркадий, кидаясь к жене и не скрывая радости.

— Принесла поесть. Ужин и завтрак одновременно… Да возьми же ты сумку, рука отваливается!

Аркадий торопливо выхватил сумку, поставил ее на стол. Варя стала вынимать из нее кастрюли. Открыла одну — картошка с тушенкой. В другой — щи.

Аркадий покачал головой:

— Запах!!! Голова кружится! Всю ночь готовила, что ли? Как там Машенька?

— Попросила Елену Ивановну присмотреть. А ты без меня умрешь с голоду.

Он сел, взял ложку, начал есть. Варя села напротив, смотрела на него.

— Ты ничего не ел со вчерашнего дня?

— Ел. Не помню что.

Телефон зазвонил. Аркадий бросил ложку, кинулся к столу, схватил трубку.

Голос — тот же, низкий, хрипловатый:

— Слушай внимательно. Сегодня, девять ноль-ноль. Брюсов переулок, дом два. Подъедет грузовик. Загрузишь оружие в кузов.

— Сначала мальчишку, — сказал Аркадий.

— Оружие в кузов, потом получишь мальчишку.

Связь прервалась. Гудки. Варя смотрела на Никитина круглыми глазами.

Аркадий посмотрел на часы. Семь утра. Осталось два часа.

Он снова снял трубку, попросил соединить с Кушниром.

— Саня, мне только что звонили. Девять утра, Брюсов переулок, дом два. Оружие положить в кузов грузовика.

— Понял. Буду у тебя через десять минут.

Аркадий повернулся к Варе:

— Иди домой.

— Нет.

— Варя…

— Нет, Аркадий. Я остаюсь.

Он посмотрел на нее, хотел прикрикнуть, но махнул рукой, вспомнил, что это бесполезно. Времени не было.

* * *

Кушнир влетел в кабинет взволнованный, с красным лицом. Увидел Варю, остановился:

— Это кто?

— Моя жена, — сказал Аркадий. — Ей можно доверять.

Кушнир как-то неуверенно развел руками, подошел к столу. Аркадий уже разложил на нем карту Москвы.

— Брюсов переулок, дом два, — показал он пальцем. — Вот здесь. С переулка можно выехать либо на Малый Вузовский, либо на Астаховский.

— Астаховский перекрываем, — сказал Кушнир. — Ставлю фургон, изображаем разгрузку продуктов. Это я беру на себя.

— Тогда им остается выехать только на Малый Вузовский. — Аркадий провел пальцем по карте. — Выезжают. Если свернут влево — там дальше Подкопаевский переулок. Если вправо — Покровский бульвар. На бульваре многолюдно, туда их пускать нельзя.

Варя наклонилась над картой.

— Правый дом на пересечении Малого Вузовского и бульвара весь в лесах стоит, ремонт фасада, — сказала она. — Потому выезд на бульвар прилично сужен.

— Но грузовик проедет? — спросил Аркадий.

— Да, но с трудом.

Кушнир стукнул кулаком по столу:

— Завалим проезд строительными досками! Я бы отправил туда своих ребят, но больше нет никого. Все на других делах.

— Я попрошу Кочкина, — сказал Аркадий. — Он справится. Придумает что-нибудь.

— Значит, у бандитов один путь. — Кушнир провел пальцем по карте. — В сторону Подкопаевского переулка. Вот там я их встречу метким огнем из нагана.

— Хорошо. Ты на Подкопаевском. Кочкин перекрывает выезд на бульвар. Я закидываю оружие в кузов и забираю мальчика.

— А если они не отдадут мальчика сразу? — спросила Варя.

Аркадий посмотрел на нее:

— Тогда я поеду с ними.

— Аркадий! — ахнула Варя. — Что ты такое говоришь!

— Другого выхода нет.

— Нет, это глупая идея, — согласился с Варей Кушнир. — Надеюсь, что они следуют своим законам чести. Если они получат оружие, то мальчишку обязательно отдадут. Зачем он им? Зато у нас в головах отложится убеждение: с этими бандюганами можно вести дела.

Кушнир хлопнул Аркадия по плечу и шагнул к выходу:

— Я за машиной и людьми. В восемь тридцать все должны находиться на своих местах. Не опоздай!

Он вышел из кабинета. Аркадий выдвинул ящик стола, достал дополнительные обоймы, сунул в карман. Проверил пистолет. Вложил обратно в кобуру.

Варя стояла у стола, смотрела на карту. Он подошел, обнял ее.

— Иди домой. К Маше.

— Все будет хорошо? — спросила она тихо.

— Все будет хорошо. Ты же меня знаешь.

Он поцеловал ее, отпустил. Она взяла сумку, пошла к двери. Обернулась.

— Вернись, — сказала она.

— Вернусь.

Дверь закрылась. Аркадий остался один. Посмотрел на часы. Без четверти восемь. Осталось сорок пять минут.

Он подхватил мешки с автоматами, вышел из кабинета. Спустился вниз, вышел во двор. У ворот стоял кузовной старый ГАЗ-АА. Водитель курил, прислонившись к кабине.

— Поехали, — сказал Аркадий.

Водитель бросил окурок, полез за руль. Аркадий загрузил мешки в кузов, сел рядом с водителем.

— Брюсов переулок. Остановишься за квартал. Дальше я сам.

Что ждало его впереди? Жизнь или смерть? Спасение или провал? И увидит ли он снова свою жену и дочь?