Люди были. С урасами были.

Один потерялся. Искали, не нашли.

А он к морю вышел, сильный стук топора услышал.

Берег усыпан черной галькой. Рубивший сказал: «Тебе здесь нельзя». Нехорошо засмеялся, меховую кукашку поправил.

«Не знаю, куда идти. Следа нет, не могу к стойбищу выйти».

«Ладно, спрячу тебя, — пожалел потерявшегося рубивший. — Сейчас из моря духи выйдут, нехорошие выйдут. Превращу тебя в дерево. Скрипеть не надо, качаться не надо, стой молча»

Потерявшийся деревом стал.

Деревом будучи, странное видел.

Духи из моря вышли. Совсем как люди, одежды белые.

Сидели на берегу, молчали. Потом солнце взошло. Тогда в море снова ушли.

«Ну, видел?»

«Теперь видел».

«Ну, сильные духи?»

«Теперь знаю, сильные».

«Им служу, — похвастался рубивший».

«Меня отпустишь? Я три дня и три ночи дома не был».

Рубивший засмеялся, хлопнул веткой потерявшегося по голове.

Тот сразу один оказался в пустой сендухе. От края до края только сендуха, а на ней один человек с олешком.

«Ты кто?»

«Я брат твой».

«Зачем ты — брат?»

«Не знаю. Так получилось. Садись на моего олешка».

«Забыл, как садиться, — пожаловался. — Давай ногами пойду».

Пошли. Урасу увидели. Жена обрадовалась: «Вот мой муж вернулся!» Старый отец обрадовался: «Вот мой сын вернулся!» Сестры обрадовались: «Вот наш брат пришел!» И он всех узнал. Пожаловался: три дня дома не был, три дня где-то ходил. Ему сказали: «Не три дня, а три года». Потом спросили: «Где ты ходил? Как выжил?» А он не помнил.

Так жил.