Настанет срок, наступит час,

когда домелят жернова.

Все "завтра" выльются в "сейчас".

Ослабнут мысли

и слова.

И ты очнёшься (так и знай)

в тисках дурного злого сна:

висишь, вцепившись в самый край,

в шершавой тьме не слышно дна.

Лавина дней стекает вниз,

туда где бред, и смерть, и Навь…

Всё уже дряхлости карниз.

И осыпаясь

блекнет явь…