ДАЛТОН

УМИРАЮ ОТ СИНИХ ЯИЦ И РАЗРУШЕННЫХ МЕЧТ...

Я долго сдерживал дыхание, в животе бурлило от досады и разочарования, что Ари до сих пор не ответила.

Опустив голову на подушку, и я плюхнулся обратно на кровать в отеле, запихивая в рот оранжево-желтое мармеладное колечко. Сахар сыпался на грудь.

Хименес пригласил меня на тусовку с ребятами, но я сказал, чтобы они отправлялись без меня. Теперь я начинаю жалеть об этом, потому что это хотя бы отвлекло бы меня от молчания Ари.

«Просто иди. Не нужно оставаться здесь и корить себя за то, что она не отвечает».

Боже, я жалок. На что вообще надеялся? Что она...

Мой телефон зазвонил, и на экране высветилось имя Ари. Это был не просто телефонный звонок... она звонила мне по видеосвязи.

— Ари?

Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что она звонит мне из ванной. Она стояла, завернувшись в одно из моих полотенец, ее кожа выглядывала из-под белой пушистой ткани так, что у меня кровь сразу прилила к паху.

— Далтон, как, черт возьми, пользоваться этой хренью? Я что, должна иметь диплом инженера, чтобы включить ее? — прошептала она, смахнув с лица прядь волос.

Красивые карие глаза смотрели на меня с экрана, локоны касались обнажённых ключиц. Мягкий свет окутывал её сияющим ореолом.

Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что она говорит, я был слишком заворожен тем, как она чертовски сексуальна.

— Перестань так улыбаться, — она закатила глаза. Я даже не осознавал этого, но по какой-то причине улыбка только усилилась. — Ты скажешь или заставишь меня стоять здесь всю ночь?

Точно. Душ.

Я рассмеялся, всё поняв.

— Это будет стоить тебе очень дорого, солнце, — сказал я, закинув руку за голову.

— Что это значит, Тэтчер?

— Скинь полотенце.

Она заколебалась, пожевав нижнюю губу, которая была на вкус как клубника. На секунду мне показалось, что она это не сделает, но потом белая ткань упала, открыв соблазнительный изгиб груди. Мой член напрягся.

— Ну что, доволен?

— Нет. Я ничего не вижу, — пожаловался я, наклоняя экран, как будто это поможет увидеть больше ее тела.

Она ухмыльнулась, в ее глазах появился озорной блеск.

— В следующий раз уточни, что ты хочешь увидеть меня голой. А теперь говори.

О, если бы она хотела, чтобы я конкретно объяснил, что мне от нее нужно, я бы это сделал.

— Не смогу, — сказал я вместо этого, любуясь тем, как раскрылся ее рот. — Я тут единственный, кто знает, как включить воду. У меня все козыри.

Ее пухлые губы приоткрылись, грудь вздымалась от глубоких вздохов, и я готов был поклясться, что ее зрачки расширились.

— Чего же ты хочешь, Тэтчер? — её дрожащий шёпот заставил член пульсировать.

Блять.

Я пальцами показал ей, чтобы она опустила камеру, и она подчинилась, обнажив еще больше своей великолепной загорелой кожи, остановившись как раз в тот момент, когда в кадр начали виднеться ее соски. Дразнит.

— Ты прекрасно знаешь, что я хочу видеть.

— Я просто показываю столько же, сколько ты.

Впервые после ответа я осознал, что на мне надето, а точнее, не надето. Медленно поднял взгляд, заметив, как её глаза повторяют этот путь.

— Ты хочешь, чтобы я показал тебе больше, солнце? Хочешь посмотреть, насколько я твердый?

Она сглотнула, крепко зажав нижнюю губу между зубами. Кто я такой, чтобы отказывать даме? Я наклонил камеру ниже, вытаскивая свой член.

— Потому что я не против показать тебе, что именно ты делаешь со мной.

Ее блестящие губы разомкнулись, и я застонал от этого зрелища.

— Черт, я хочу, чтобы эти губки обхватили меня, — я откинул голову назад. Когда я оглянулся, ее камера была направлена вниз, давая мне ясный вид на ее красивые сиськи. — Они выглядят так же хорошо, как и ощущались в моих руках, — сказал я, обхватывая пальцами свой ствол и двигая рукой вверх-вниз.

— О боже… — ее стонущий шепот прозвучал приглушенно через динамик. — Я должна была принять душ, а не заниматься… этим.

— Нам не обязательно продолжать, малышка, — сказал я, голос смягчился, когда я направил камеру в сторону. — ы же знаешь, я просто дразнил тебя. Ты на сто процентов контролируешь ситуацию. Скажи слово — и я объясню, как включить воду, и повешу трубку. Я никогда не считал, что имею право на твоё тело, Ариэлла. Неважно, сколько всего мы уже сделали или чего никогда не сделаем — последнее слово всегда будет за тобой.

Что-то промелькнуло в ее глазах, слишком быстро, чтобы я мог уловить, но это было очень похоже на благодарность.

— Я еще не готова вешать трубку, — её голос стал низким, и она лишила меня дара речи, поставив телефон в углубление в стене душа, давая мне полный вид на её потрясающее тело. — Ну и что ты там говорил про власть, Тэтчер? — её голос звучал хрипло, как песня сирены.

— Проведи пальцем по тому месту, которое, я знаю, уже мокрое.

— Ты так уверен, — ответила она с ухмылкой, но сделала, как я сказал.

— Покажи мне, солнце. Покажи мне, какая ты чертовски мокрая для меня.

Что со мной?

Я люблю секс, как и любой другой парень, но это? Смотреть, как Ари ласкает себя по видеосвязи, пока я дрочу? Это что-то совершенно новое.

Она подняла пальцы, блеснувшие под светом в ванной. И словно прочитав мои чертовы мысли, она поднесла эти блестящие кончики пальцев к губам и сомкнула их вокруг.

В моей груди все закипело.

— Покажи мне, малышка, покажи, что бы ты сделала, если бы это был мой член.

Проклятье. Мои бедра подрагивали, когда я наблюдал, как она, следуя инструкциям, засовывает указательный и средний пальцы глубоко в рот, двигая головой вверх-вниз.

— Блять, какая хорошая девочка, — простонал я, наблюдая, как она трахает пальцами свой рот, пробуя на вкус свое возбуждение. С каждым крошечным хныканьем я становился все тверже, а мой язык немел от желания облизать ее тело. — А теперь коснись этого ненасытного клитора, солнце.

Ее пальцы издали влажный звук, когда она вытащила их изо рта. Слюна блестела на ее торсе, когда она провела рукой по телу, а затем снова погрузила ее между ног. Маленький стон раздался в телефоне в тот момент, когда она обвела рукой свой клитор, и мой член дернулся в руке. Эти звуки были лучше любых возгласов толпы.

Я подстроился под ее темп, желая увидеть, как она снова развалится на части, даже если на этот раз я не смогу сам довести ее до оргазма.

— Вот так, малышка, — сказал я, наблюдая, как другая ее рука поднимается, чтобы сжать соски.

Глаза Ари распахнулись, ища мои.

— Ты тоже это делаешь? — вопрос вырвался прерывисто, но в нём явно звучала нотка уязвимости.

— Я прямо здесь с тобой, дорогая, — я наклонил телефон, чтобы она видела, как моя рука работает над членом, затем опустил ниже, чтобы пощупать за яйца, и мы оба простонали.

Мой взгляд был прикован к ее пальцам, завороженный тем, как они кружат и погружаются, стремясь к кульминации.

Она была близка. Мы оба были близки.

Волна желания пронзила позвоночник, когда я вспомнил, как в прошлый раз кончил на её тело.

— Черт, мне нравится смотреть, как ты трогаешь себя, — сказал я. Уголок ее рта приподнялся. — Если бы я был там с тобой, я бы лизал и сосал твою нуждающуюся киску. Растягивал бы и наполнял тебя своими пальцами, — я ускорил темп, подстраиваясь под ее бешеные движения. Ни один из нас не мог продержаться дольше.

— О, боже, — застонала она, закрыв глаза, покачивая головой вперед-назад.

— Открой эти прекрасные глаза, малышка, — я улыбнулся, когда она повиновалась. — Хочу посмотреть, как ты кончаешь, как твои пальцы покрываются влагой…

Её рот приоткрылся, моё имя сорвалось с её губ, когда она достигла пика. Одного звука её удовольствия хватило, чтобы и меня накрыло. Сперма растеклась по низу живота, но в голове я представлял, как она капает на её киску и как она слизывает все с пальцев.

Блять.

Если я так себя чувствовал, когда ласкал Ари, то мне нужно было узнать, каково — быть глубоко в ней. Чувствовать, как ее киска обхватывает мой член, вся такая мокрая и теплая. По правде говоря, я могу и не пережить этого.

Здесь лежит Далтон. Убитый слишком офигенным сексом.

— Земля вызывает, Тэтчер. Ты все еще с нами?

Голос Ариэллы вырвал меня из послеоргазменного тумана. Её ленивая улыбка говорила, что она в том же блаженном состоянии. Мне нравилось, что она всё ещё полностью открыта. Часть меня боялась, что она снова закроется. У неё была привычка убегать, когда мы становились слишком близки, но это нормально. Я буду преследовать её, пока она не будет готова остановиться.

— Умер и попал на небес, — я нахмурил брови. — Нет, это не может быть правдой. Если бы я был на небесах, ты бы лежала со мной в постели.

Она закатила глаза, пытаясь скрыть смех.

— Ну что, я заслужила узнать, как включить этот душ?

— О, детка, ты заслужила все, что захочешь после этого, — сказал я, любуясь тем, как розовеют ее щеки. — Все не так уж сложно. Одна ручка — для температуры, другая — для смены режима, а третья — для смены интенсивности режима. Сейчас я посмотрю, как ты их включишь.

Звук воды и её радостный вскрик донеслись из телефона.

Она снова появилась в кадре, её рот несколько раз открылся и закрылся.

— Честно, я не знаю, как правильно закончить такой звонок.

Я рассмеялся.

— Ты спрашиваешь не того человека, потому что я никогда не делал ничего подобного.

— Мне нравится знать, что я первая, — сказала она с улыбкой, переминаясь с ноги на ногу.

— Единственная. Ты будешь единственной, Ари.