Уже через несколько дней после того, как я предложила этот проект в качестве диссертации, мне захотелось отказаться от него, ведь меня могли обвинить в том, что карманы слишком малы, чтобы найти в них нечто действительно важное. Я рисовала в своем воображении (и как потом выяснилось, не без оснований), как люди удивленно вскидывают брови: «То есть вы пишете о карманах – таких, как у меня в штанах?..» Да уж. Зато Сьюзен Мизручи из Бостонского университета не только мотивировала меня продолжать начатое, но и демонстративно закатывала глаза, когда слышала от меня какие-то другие варианты, – редкий пример реверсивной психологии, который использовала наставница, во всем остальном неизменно оказывавшая мне невероятную поддержку.
Когда много лет спустя я вернулась к теме карманов, я встретила множество других энтузиастов, чей интерес придал проекту новый импульс. Ведущие подкастов Пирс Джелли и Эйвери Труфельман задавали очень глубокие вопросы; я вдохновлялась их живым любопытством и мастерством рассказчиков. Мой агент Сьюзен Гинзбург увидела потенциал для создания книги. Она всегда давала мудрые советы и вместе с Кэтрин Брэдшоу научила всем премудростям издательского дела. Я признательна Эми Гэш из издательства Algonquin Books за ее веру в этот проект и за ценные рекомендации по формированию его структуры. Наши беседы были для меня истинным удовольствием, даже когда нам приходилось ломать голову над по-настоящему трудными задачками. Благодарю всю команду Algonquin за сопровождение этой книги на всех этапах производства и за их заботу о том, чтобы она вышла действительно красивой.
Большая часть работы над текстом пришлась на тот первый год пандемии, когда мы были изолированы друг от друга. Время казалось аморфным, а привычное общение в кафе и библиотеках – недоступным. Острое чувство одиночества, однако, было заметно сглажено, когда у меня появился неожиданный помощник – мой отец Роберт Карлсон, который отважно взялся за незнакомую для него область – и определенно не свойственную юристу манеру письма – без тени сомнений. Он проявил себя проницательным, а порой и беспощадным редактором, и хотя он всегда подавал свои комментарии лишь в качестве рекомендации, я знала: когда я получала от него сообщение в духе «нам надо поговорить», это означало, что какие-то мои формулировки оказались совсем не в тему. У него чуть ли не аллергия на любой жаргон, и если нечто подобное в тексте осталось, то лишь по моей вине. Спасибо, папа. Это было так весело!
Среди других читателей были мои сестры: Джулия С. Карлсон, чутко улавливающая нюансы слов, сдерживала и поправляла меня – справедливости ради отмечу, что она занималась этим с пятилетнего возраста. Джанет Карлсон с ее безупречным чувством ритма показывала мне важность точных смысловых акцентов. Коллега Джен Лиз комментировала ранние наброски к книге – это было очень полезно. Паскаль Риуэ́ прочла две первые главы и предложила блестящие идеи, в частности, убедив меня включить в книгу эстамп с изображением первого в мире громкого убийства из карманного ручного пистолета. Габриэль Сервантес включился в игру уже ближе к финалу, когда мы, словно два книжных червя, с удивлением читали о воре-карманнике, который сам не имел карманов, в «Истории полковника Джека» Дефо. Он предоставил проницательный концептуальный взгляд на материал.
Исследование щедро поддерживали грантами и стипендиями Американское антикварное общество, Американское общество истории костюма, Фонд гуманитарных наук при Бостонском университете, Метрополитен-музей, музей-усадьба и библиотека Винтертура. В ряде учреждений мне разрешили исследовать – но только в перчатках – некоторые карманы из их коллекций. Среди них: Институт костюма при Метрополитен-музее, Исторический музей Дирфилда, музей при Нью-Йоркском Институте технологий моды (FIT), музей Род-Айлендской школы дизайна (RISD), Музей Пибоди в Эссексе и Исторический музей Нортгемптона. Особая благодарность Дане Сигни К. Монро из Исторического общества Род-Айленда за ее глубокие мысли по поводу куртки Джозефа Нойеса. Научные ассистенты Кира Габриэлла Буэнвиахе и София Эллис неустанно прочесывали базы данных в поисках необходимых ссылок и упоминаний. Кроме того, Кира поделилась любопытными наблюдениями о моде. Марк Кэлхун и Эмили Кокс ловко решили несколько исследовательских головоломок. Бетани Джонс и Дуг Скотт щедро делились со мной знаниями в области графического дизайна. Кристи Петерсон помогла разобраться в лабиринте тонкостей авторских прав на изображения и помогла прояснить некоторые особо загадочные моменты.
Друзья, родственники и коллеги подбрасывали мне ссылки на всевозможные публикации о карманах, и еще больше добрых людей терпеливо выслушивали очередную историю о карманах, которую я хотела кому-то рассказать, прежде чем включить ее в книгу. Шарлотта Бильтекофф обнаружила интересный случай гендерной полемики, имевший место в 1907 году; Мэтью Бёрд идентифицировал все предметы, которые мальчишки могли носить в карманах в 1937 году (а также разузнал все о соответствующих патентах и авторских правах); Нэнси Экхольм Буркерт щедро делилась наблюдениями, сделанными ею, когда она изучала содержимое кармана Эмили Дикинсон; Стюарт Берроуз привлек мое внимание к Моллою и его системе учета сосательных камешков; Элисон Карлсон настаивала на том, что мне следует обязательно упомянуть колчан Этци; Анна Карлсон представила карман суфражистки; Джулия Карлсон отыскала пантомиму с карманами у Стерна; Джон Данниган обратил внимание на то, что у мебели тоже есть множество потайных «карманов»; Тим Фулфорд прислал очаровательные размышления Роберта Саути о том, как его сын перешел во взрослую жизнь, надев штанишки с карманами; Эвелин Фишер и Ханна Гаррисон исправно поставляли мемы и артефакты из соцсетей; Генри Хоук обратил внимание на сходство одной современной мужской сумки с поясной мошной на портрете XVI века; Джессика Сьюэлл познакомила меня с находчивой самкой кенгуру по имени Кэти; а Кэтрин Стеббинс указала на то, как Джефферсон зависел от карманных инструментов. Студенты факультета одежды Род-Айлендской школы дизайна все эти годы исправно делились со мной инновационными идеями о карманах, обучая меня тому, сколько размышлений вкладывается в их создание.
За понимание того, что и у предметов есть своя история, я благодарю свою мать, Нэнси Уиттакер Карлсон. Куда бы она меня ни приводила, будь то выставка самых модных костюмов или антикварная лавка «Достойный хлам и бутылочный магазин Боба Кноппера», она непременно указывала мне на нюансы материала и формы, превращая эти визиты в настоящее приключение. (И я по-прежнему зависима от твоего проницательного взгляда, мама!) Крепко обнимаю Киран и Элизу и говорю им спасибо за то, что выслушивали все эти сумбурные истории о карманах, и за тот энтузиазм, с которым они встречали каждое новое открытие. И спасибо тебе, Чарли, за все, от самого сердца – от всей глубины моих карманов!