Виктор Волков

«Прогуляться» по казарме поздно вечером захотели все до единого. И каждый, за исключением разве что моей Иришки, упорно доказывал, что «способен на все и даже больше». Поэтому мое решение идти вдвоем с Рикки приняли в штыки. В комнате поднялся такой гвалт, что мне пришлось врезать ку-лаком по столу и поинтересоваться именами двух лучших рукопашников Проекта.

– Ты и Конти… – Вильямс подбоченилась. – И что с того?

– Вик почти прав… – обиженно глядя на меня, вздохнула Орлова. – Идти толпой – идиотизм. Они подумают, что мы боимся. В одиночку – нет смысла, так как они решат, что мы выставили лучшего. И, даже проиграв, продолжат цепляться к остальным. Идти двойкой – оптимально, но состав должен быть другой. Смешанная пара. Кто сможет подумать, что в таком составе мы способны выдать максимальный КПД?

– И Вику идти не надо… – расхохотался Гомес. Если кто-нибудь проговорится, что ты – без пяти минут Оборотень, твоя победа будет считаться результатом обучения в Академии…

– Ха! Значит, иду я и Гарри… – подпрыгнув до потолка, взвизгнула Вильямс. – Занимайте места согласно купленным билетам. Трансляция начинается…

Не согласиться с доводами Иры я не мог, поэтому скрепя сердце кивнул и, увернувшись от поцелуя радостной до невозможности Элен, переключил сигнал с ее камер на приемный блок головидео…

…Парочка, прогуливающаяся по коридору минус третьего яруса казармы, на котором располагались жилые комнаты Оборотней, выглядела на редкость колоритно: Гарри, одетый в летную форму ВКС с нашивками Оборотней на плече и груди, вел под руку красотку в мини-юбке и маечке с декольте на восемь персон. Правда, последняя отчего-то передвигалась босиком, но взгляды встречных офицеров гак низко не опускались…

– О, начинается… – в общем канале мыслесвязи хмыкнул Форд. – Видите мальчиков около предпоследней двери? Если я не ошибаюсь, сейчас они попробуют меня задеть…

– Нужен ты им… – купаясь в раздевающих взглядах мужчин, хихикнула Элен. – Твоя черная лысина мешает им любоваться мною, дурашка…

– А я говорил, что нечего сиськи вываливать… – сварливо пробурчал Гарри и от души наступил на подставленную ему кем-то из Оборотней ногу. И «растерянно» посмотрел на ее хозяина: – Ой, простите! Кажется, я ее вам сломал…

…Для адекватного восприятия завязавшейся потасовки пришлось подключаться к БК. Оборотни работали предельно жестоко, но не на смерть – удары, которые сыпались на «двойку», были рассчитаны на тяжелые переломы, вывихи или сотрясения. Впрочем, почувствовав, что их атаки уходят в никуда, все четыре агрессора прибавили в скорости и заработали на грани фола.

– Дорогой! Мне кажется, что они забыли про то, что мы не враги… – встречая ближайшего бойца ударом ноги в косую мышцу живота, хмыкнула Вильямс. – Хватит церемониться. О, кстати, вон еще парочка нарисовалась…

– Хо-о-роший у них болевой порог… – с четвертого удара добив поверженного наземь противника, выдохнул Гарри. – Жесткие ребята… Как бы чего им не порвать…

Заметив, что в коридоре этажом ниже скапливается уж очень много Оборотней, Ира ткнула меня в плечо:

– Вик! Пора вмешиваться. Что-то не нравится мне их настроение…

Задумчиво посмотрев на экран, я кивнул и выскочил из своей комнаты. За мной рванули остальные.

– Достаточно!!! – изо всех сил рявкнул я, как только оказался рядом с местом побоища. – Я сказал «стоп»!!!

Увы, не на шутку разошедшиеся Оборотни останавливаться не собирались? оказавшись уже ввосьмером, они пытались разбить превратившуюся в единый организм пару Форд – Вильямс. И с каждой секундой все больше выходили из себя. А из дверей по обе стороны «двойки» выбегали все новые и новые желающие присоединиться к потасовке…

Поняв, что словами их уже не остановить, я вздохнул, достал из кобуры «Кросс» и выпустил длинную очередь над головами озверевших от крови офицеров:

– Все. Прописка окончена. Если у кого возникнет желание помериться размерами отдельных выдающихся достопримечательностей с имеющимися у моих ребят аналогами – прошу в спортзал. Или на совместные тренировки по пилотированию – у вас будет возможность попробовать их на излом И ТАМ. На сегодня шоу ОКОНЧЕНО. Со счетом одиннадцать ноль в нашу пользу. Отнесите своих товарищей в медблок – завтра кому-то из них может потребоваться все имеющееся в наличии здоровье. У кого появятся вопросы или претензии – можете подняться ко мне. Минус второй ярус, шестнадцатый блок. Вопросы?

– Да пошел ты… – встрял кто-то из только что подбежавших к месту схватки Оборотней, и в этот момент сработала система оповещения:

– Боевая тревога! Боевая тревога! Всем пилотам подразделения занять свои места согласно боевому расписанию…

– По кораблям! Вильямс! Переодеваться! Бегом!!! – забыв про схватку, в общем канале заорал я…

…На то, чтобы добраться до своих «Кречетов», у нас ушло меньше минуты. Еще полторы – на то, чтобы запустить предполетные тесты и облачиться в скафандры.

– Башня! Я Дем… Дельта-сто пять! Прошу разрешения на взлет!

– Дельта-сто пять! Взлет запрещаю! – взвыл эфир голосом майора Воловича. – Вы что, не поняли? В системе четыре истребителя Циклопов!!!

– Гамма-шесть! Дельта-семь! Дельта-восемь! Идем на перехват…

– Взлет… – Дождавшись, пока искин моего «Кречета» скачает последние данные, полученные с датчиков системы дальнего обнаружения, и выделит метки вражеских кораблей, я забрал контроль над машиной Гашека, дал на двигатели пятьдесят процентов мощности и бросил истребители в ночное небо…

– Форд! Ждешь Элен. Игорь! С Краузе свяжете боем двойку Циклопов в квадранте шесть-тринадцать-сорок три. До подхода машины Вильямс не атакуйте! Игорь! Со старта попробуй взять Вольфа на контроль. Если получится – попробуйте разбить пару…

– Выполняю…

– Дельта-сто пять! Приказываю вернуться в квадрат двести шесть!!! – истошно заорал майор Во– лович.

– Башня! Я Дельта-сто пять! Требую убрать ВСЕ корабли с траектории подхода Циклопов! – рявкнул я в ответ и, выйдя из атмосферы, рванул на перехват ближайшей ко мне двойки истребителей врага. – Гамма-шесть, Дельта-семь и Дельта-восемь! Вернитесь к Ключу-один!!!

– Прекратите самодеятельность! – истошно завизжал майор Волович. – Гамма-шесть! Остановите Циклопов!!!

…Гамма-шесть, эсминец класса «Сирокко» под названием «Неудержимый», на долю секунды сдвинув поле отражения с передней полусферы, выпустил первые четыре «Касатки» задолго до того, как вошел в зону гарантированного поражения. Сопровождающие его «Торнадо» торопиться не стали – разошлись на предписанное учебниками по тактике расстояние и активировали генераторы помех. Оба истребителя Циклопов, двигающиеся практически в лоб эсминцу, скинули скорость и, без особого груда уклонившись от тяжелых торпед, с ходу пошли в атаку. Окутываясь фейерверками «обманок» и вспышками стартов противоракет, они неслись на эсминец гак, как будто пытались взять его на таран.

«Проходят впритирку…» – подумал я, и в этот момент идущий первым Циклоп, вырубив маршевый двигатель и включив эволюционники, развернул свою машину на сто восемьдесят градусов, а его напарник, экстренно тормозя, всадил в защитное поле «Неудержимого» штук шесть противоракет. Второй пилот рефлекторно среагировал на вспышки и дал на генераторы силового экрана максимальную МОЩНОСТЬ…

– Идиот!!! – взвыла Орлова. – Сзади!!!

– Поздно… – глядя, как между дюз эсминца медленно расцветает ярко-алый цветок взрыва, я сжал зубы…

– Дельта-семь! Дельта-восемь! Я – Дельта-сто пять! Приказываю вам уходить!!! – попытка образумить пилотов «Торнадо», увы, не удалась: проклинающие Циклопов на всю систему пилоты рванули в самоубийственную атаку на ближайший истребитель. И, попытавшись догнать слишком увертливую для них машину, подставили дюзы под ракеты второй…

За минуту до входа в сферу огневого контакта я подвел машину Гашека практически вплотную к своей. И, сдвинув его защитное поле в заднюю полусферу, а свое – в переднюю, оказался в коконе из двух половинок силового экрана. Поэтому против нас наработанная связка, с помощью которой они сожгли эсминец, у Циклопов не получилась: и противоракеты ведомого, и тяжелая торпеда ведущего взорвались, не причинив «Кречетам» никакого вреда. А вот сброшенная перед схождением мина, успевшая разделиться на боевые части до поворота ведущего вокруг своей оси, сработала как надо – восемь кубических километров космоса исчезло в адской вспышке…

Поворот второго Циклопа на грани возможностей его гравикомпенсаторов я отработал без особого труда – гормональный взрыв, устроенный мне БК-ашкой, напрочь отсек все неприятные ощущения. И практически сразу вцепился в его хвост. Заметив, что преследующие его машины легко повторяют все его эволюции, пилот истребителя скинул скорость и попытался переиграть нас в пилотировании – он кидал свою машину из стороны в сторону, периодически вращая ее вокруг своей оси, используя генераторы мерцания и обстреливая нас из всего бортового вооружения. Следуя за ним вплотную, я пытался углядеть тать какую-нибудь закономерность в совершаемых им маневрах. И на всякий случай загрузил этой же задачей расчетный блок тактического компьютера. Как оказалось, закономерность была. И не одна: после каждого разворота вокруг своей оси Циклоп отключал защитное поле для пуска ракет через равные промежутки времени. Далее, уход во вращение он начинал после «бочки»[19], а времени, необходимого для выхода его генератора на рабочий режим, за глаза хватало на то, чтобы впихнуть за него «Касатку»…

Дальнейшее было делом техники – дождавшись начала предсказуемых эволюций, я скинул с пилонов сразу две противокорабельные торпеды и, разогнав их в пределах своего силового поля, открылся. Одновременно активировав генератор мерцания. И закрыв машину Гашека с передней полусферы.

Отворачивая от взрыва, разметавшего истребитель Циклопа, я на несколько мгновений засмотрелся на удивительно красивую картину – включившееся перед самым попаданием в дюзы защитное поле корабля врага на долю секунды удержало пламя в полусфере силового экрана. Алая полусфера смотрелась как огромный прожектор, пытающийся осветить космическую тьму…

– Вик! Один уходит!!! – Голос Элен, раздавшийся в общем канале мыслесвязи, заставил отвлечься от созерцания этого зрелища и кинуть взгляд на тактический экран.

Единственный оставшийся целым корабль Циклопов, двигаясь на предельном ускорении и закрыв заднюю полусферу защитным полем, пытался оторваться от преследующей его тройки «Кречетов».

«Минуты четыре до ухода в гипер…» – мелькнуло у меня в голове, и я, отпустив Гашека, врубил форсаж.

…Расчетное время выхода на дистанцию прицельного выстрела составляло одну минуту и двадцать три секунды, но я на всякий случай шел в предельном для себя и Иры режиме. И убавил тягу только тогда, когда Циклоп появился на экране оптического умножителя.

– Ха! Он сворачивает!!! – тут же завопил Конти. – Все, в гипер не уйдет! Ура!!!

– Сначала сбей, потом радуйся… – поддела его Вильямс – А то ты только кричать горазд…

– А что мне делать, если рулит Семенов, Вольф – ушел пить кофе, а на мне – только роботы-уборщики кормового гальюна?

– Какого гальюна? – обалдело спросила Элен. – У нас такого нет!

– Так у вас и Вольфа нет… – жизнерадостно расхохотался Рикки и снова завопил: – Вик! Держись, он атакует тебя!!!

Как ни странно, но этот Циклоп оказался слабонервным – стоило Элен пустить за ним пару «Касаток», как он замельтешил, запустил аж восемь противоракет и на всякий случай закрыл заднюю полусферу защитным экраном, видя, что моя машина подходит к нему под углом в шестьдесят градусов!

– Вот это да… – всаживая в его борт четыре сверхскоростные «Пираньи», восхитился я и подключился к каналу Башни…

Что там творилось! Диспетчеры Башни, орбитальной крепости и пилоты большинства кораблей, еще недавно слетавшихся под защиту Ключа-один, бились в истерике. Каждый пытался докричаться до Дельты-сто пять и поздравить его, то есть меня, с третьим сбитым кораблем врага. Майор Волович, тихо дурея от происходящего, то пытался навести порядок в эфире, то требовал у Дельта-сто пять отозваться, то истерически хихикал.

Слегка отойдя от горячки боя, я окинул взглядом тактическое поле и… зарычал:

– Башня! Я Дельта-сто пять! Где спасательный корабль, мать вашу за ногу? Почему спасательными работами занимаются истребители?!

– Три минуты до взлета… – запинаясь на каждом слове, затараторил диспетчер. – Мне запретили…

– Какие, на фиг, три минуты?! – взвыла Элен и, первой развернув «Кречет», рванула по направлению к обломкам эсминца, медленно дрейфующим по направлению к Лагосу-четыре.

– Дельта-сто пять! Говорит Дельта-один. Спасательный корабль не нужен. На «Неудержимом» живых нет. Идите на базу, парни…