Благодарности
Я не знаю, с чего начать. Эта история для меня личная. Она была лечебной. Это была моя версия мести мужчинам, которые постоянно избегают правосудия и охотятся на женщин. И хотя ничто и никогда не исправит боль, причиненную женщинам на заре времен, это моя форма справедливости.
А мужчины, которые страдают от насилия, - я тоже с вами. Никто не заслуживает того, чтобы испытывать эту боль.
Наверное, прежде всего, я хочу поблагодарить вас. За то, что прочитали эту книгу. За то, что вы прошли через тьму вместе с Ривер. За то, что вы сильные. И за то, что не осуждаете девушку, которая пережила неизмеримое количество боли и справилась с ней единственным способом, который она знала.
Во-вторых, я хотела бы поблагодарить моих бета-ридеров за то, что помогли этой истории появиться на свет. Микеалу Найт, Джессику Браун, Мелиссу Моррис и, конечно, мою маму Лизу.
Огромное спасибо моему редактору Саре Лэмб. Никто не верил в эту историю так, как вы, и я невероятно благодарна вам за это.
И последнее, но не менее важное, спасибо Крису Шейду за прекрасную обложку. Ты просто супер.
Об авторе
H. Д. Карлтон выросла в маленьком городке в штате Огайо и долгие годы страдала от рук матушки-природы, проклинающей все четыре времени года в течение одной недели. Днем она занимается скучными взрослыми делами, а ночью воплощает свои фантазии в слова, пока ее кот лазает по ней. В свое время она опубликовала несколько стихотворений, но сейчас она посвятила себя тому, чтобы превратить поэзию в историю. В историю, в которой предпочтительно присутствуют злые миры с самыми ужасными злодеями, которые не говорят о себе в третьем лице.
Подробнее о Х. Д. Карлтон можно узнать на сайте hdcarlton.com. Присоединяйтесь к ее рассылке, чтобы получать обновления, тизеры, подарки и специальные предложения здесь.
Goodreads
БОНУСНАЯ СЦЕНА.
Райан
Райан
Ублюдки.
Я ненавижу их обоих. Мой урод-отец - единственная причина, по которой я здесь, в этом дерьмовом участке, сталкиваюсь с ещё более дерьмовым человеческим существом. Если, блядь, его вообще можно так назвать.
Бенедикт Дэвис сидит напротив меня, потягиваясь, как настоящий наркоман. Потирает руки, ковыряется в своем покрытом шрамами и прыщами лице.
Он отвратителен. Отброс человеческой жизни, если я его вообще видел.
— Здравствуйте, мистер Дэвис, - улыбаюсь я, садясь напротив него. Мне хочется скрежетать зубами.
Бенедикт поднимает на меня глаза. Я должен смотреть в расширенные глаза. Глаза, остекленевшие от наркотиков, которые действуют на его организм. И хотя я вижу расширенные зрачки, на самом деле я вижу себя.
Пустота тьмы смотрит на меня. Его глаза пусты. У этого человека нет души.
Улыбка остается на моем лице, но это похоже на то, как если бы я заставлял усталые мышцы поднимать тяжести.
— Привет, - говорит он быстро, торопливо. Вынужденно. В его движениях столько принуждения. Косые глаза, подергивающиеся пальцы.
Интересно.
Что может заставить человека прийти сюда с фальшивой личностью? Я постукиваю пальцами по столу, обдумывая сложившуюся ситуацию. Это не просто мошенник. Это человек, который что-то скрывает. Притворяется.
Единственная веская причина, по которой кто-то может так поступить, - это желание получить информацию о расследовании.
Я улыбаюсь.
А единственная причина, по которой кто-то хочет получить информацию о расследовании, - это связь с подозреваемым.
— Мне сообщили, что вы являетесь ключевым свидетелем, - начинаю я, открывая свой блокнот. Просто формальность. Разговор, который я планирую провести с этим человеком, не будет записан в блокнот. Это будет разговор, о котором никто не узнает.
— Призрачный убийца, - объявляю я. — Пресловутый криминальный авторитет, убивший десятки людей.
Бенедикт садится напротив меня, не отрываясь от своего занятия.
— Точно, - подтверждает он, почесывая руку. — Я был свидетелем убийства. Я не хочу, чтобы за мной пришли. Тот здоровяк, детектив, обещал мне защиту.
Я киваю головой. Внешне я - обаятельный адвокат, совершенно непринужденный. Внутри же мне хочется обхватить руками шею этого парня и разбить ему череп о цемент. Посмотреть, что на самом деле творится у него в голове.
Он не тот, за кого себя выдает, это я знаю точно. Он слишком старается. Я сам мастер манипулирования, я умею распознавать манипуляции за версту. Меня поражает, что никто не может разглядеть дерьмо Мэтью Фицджеральда - я почти смеюсь над тем, что Бенедикт Дэвис думал, что сможет обмануть меня.
И я знаю это, потому что подобные умы узнают друг друга. Когда в тебе живет душераздирающая тьма, тебя тянет к тем, у кого тоже есть черная дыра в сердце.
Именно это и привлекло меня к моей маленькой домашней любимице, сидящей дома. Она тёмная изнутри - побочный эффект отвратительного города, в котором она выросла. В большинстве случаев я просто смотрю на неё с отвращением. Но она такой нетерпеливый маленький щенок, который ждёт меня дома, чтобы я использовал её, пока мне не надоест. Она, блядь, всегда ждёт меня. Чуть ли не на коленях умоляет пососать мой член. Она так хочет угодить, что я вынужден был оставить её рядом.
Если бы не её пышные сиськи, круглая попка и тугая киска, я бы давно от неё отказался. За пределами спальни с ней скучно.
— Это не проблема, мистер Дэвис, - отвечаю я, отвлекаясь от мыслей о Ривер. — Сначала о главном. Давайте поговорим об убийстве, свидетелем которого вы стали.
— Ну, - медленно начинает он. — Я шел по 1-й улице.
— Первой улице? - перебиваю я. В его глазах вспыхивает холодная ярость, совпадающая с яростью, поселившейся в моей собственной душе. Эмоции улетучиваются, как масло со стекла.
— Н-нет. Извините, - извиняется он, откашливаясь от нервного смеха. — Я имел в виду 3-ю улицу. Я шел по 3-й улице и увидел человека в капюшоне, который держал окровавленный нож.
— Что за нож? - спрашиваю я, скрещивая пальцы.
— Ты кто, детектив или мой чертов адвокат? - огрызнулся он.
Я улыбаюсь - на этот раз по-настоящему. — Как вашему адвокату, мне важно знать все подробности, мистер Дэвис. Я должен быть полностью готов к тому, что вы дадите показания.
Я чуть не подавился фальшивыми словами. На самом деле мне было совершенно наплевать на то, что я буду адвокатом. Моя первоначальная цель заключалась в том, чтобы захватить фирму Любимого Папочки и разрушить все, что он построил, изнутри. Я хотел, чтобы эта гребаная фирма рушилась под моими ногами, чтобы мой отец стоял передо мной на коленях, целовал мои ботинки и умолял о своей жалкой жизни.
Единственный верный способ причинить боль такому социопату, как мой отец, - это унизить его. Он так хорошо умеет симулировать настоящие эмоции, так хорошо играет в обаятельного мужчину, который готов отдать любому рубашку со спины или помочь беспомощному ребенку в нужде.
Да, помочь ребенку - это то, что он с удовольствием бы сделал. Чем они беспомощнее, чем слабее, тем тверже становится его член.
Теперь? Теперь я вижу преимущества этой карьеры. Даже мой отец уже пару раз окунался в это дело. С такой профессией приходят связи. Большие, блядь, связи. В таком мире, как этот, мне может сойти с рук все, что я захочу. Я усвоил этот урок с Элисон. И теперь меня не остановить. Я поднимусь по этой пищевой цепочке, наступая на головы всем, кто встанет на моем пути.
И начну я с Призрачного Убийцы.
— Отлично, - хмыкает он. Он продолжает свой рассказ, неточность за неточностью. Мой придурок-брат уже рассказал мне всю его историю. И все же я слышу только ложь из потрескавшегося, немытого рта этого человека.
— Так что же на самом деле? - спрашиваю я. Лицо Бенедикта опускается. Моя очаровательная маска спадает, и я показываю ему свое настоящее лицо. — Да ладно, мы оба знаем, что ты полон дерьма. Свидетель убийства Призрачного Убийцы? Если бы он был настолько глуп, чтобы совершить убийство средь бела дня, он бы точно не был до сих пор в бегах.
— Это Шэллоу Хилл, чувак. Убийства постоянно происходят средь бела дня.
— Тогда почему ты стучишь? Если ты так привык быть свидетелем убийства, зачем сообщать об этом? Как ты вообще узнал, что это Призрачный Убийца?
Бенедикт просто смотрит на меня, выражение его лица разгладилось, превратившись в тщательно продуманное полотно.
Я придвигаю свой стул поближе, металл неприятно скрежещет о кафельный пол. Глаз Бенедикта дергается от этого звука. Этот человек, вероятно, под наркотиками, с его растяжками и прыщами. Но он контролирует себя гораздо лучше, чем заставляет людей думать.
— Дело вот в чем, мистер Дэвис. Я думаю, мы можем очень помочь друг другу. Тот детектив? Это мой брат. И я не хотел бы ничего больше, чем сделать его жизнь несчастной. Я пойду на риск и скажу, что и вы здесь не для того, чтобы облегчить ему жизнь.
Я иду на риск. Огромную, мать ее, авантюру. Но этот человек... Я знаю это до мозга костей. Он такой же, как я.
Тёмный. Развратный. Жажда причинять боль.
Это не приятель серийного убийцы. Нет, нет. Он слишком смел. Остается только один вариант. Он и есть серийный убийца.
Боже, Боже. А я-то думал, что мой день превратится в ад. Вместо этого я разговариваю с самим Призрачным Убийцей.
Это просто смешно, что Мако считает себя чёртовым детективом. Убийца сидит у него перед носом.
— Итак, вот что мы можем сделать. Вы скажете мне, кто вы на самом деле, мистер Дэвис. А я позабочусь о том, чтобы вас никогда не поймали.
Дрожь прекратилась. Суетливость. Весь этот гребаный фасад. И вот, наконец, я встречаюсь лицом к лицу с настоящим Бенедиктом Дэвисом. Хладнокровным убийцей. Человеком, у которого есть план. Я вырву его из рук и разорву в клочья. А когда я закончу, он будет, блядь, унижаться.
Он внимательно изучает меня, его проницательный взгляд тонок. Его ледяные глаза словно птичий клюв ковыряют мою кожу, проделывая дыры в маске, пока не обнажат меня полностью. От этого ощущения мне хочется скрутить руки вокруг его шеи, но что-то подсказывает мне, что мистеру Дэвису это понравится.
— У вас стальные яйца, надо отдать вам должное, мистер Фицджеральд, - отвечает Бенедикт через мгновение. Я вскидываю бровь. Этот засранец меня не пугает. Очень скоро он тоже будет стоять передо мной на коленях. Весь чертов мир будет стоять передо мной на коленях.
Изображать из себя крутого парня мне надоело, но я пока подыграю. Бенедикт Дэвис может стать отличным союзником. Он завоевал мое уважение только тем, что так долго избегал лап Мако. Любой, кто усложнит его жизнь, облегчит мою.
— Помимо всего прочего, - говорю я небрежно.
Бенедикт закусывает губу, похоже, о чем-то размышляя. Он пытается решить, стоит ли меня убивать или нет? Далеко он не уйдет.
— Зови меня Билли. - На его губах появляется улыбка, и он наклоняется вперед, переплетая свои мозолистые пальцы вместе и имитируя мою позу. Я смотрю на его руки, отмечая шрамы. Наверняка все тело этого человека покрыто ими. Неважно, как он их получил - важно, что они символизируют. Он не боится испачкать руки. Очевидно, по трупам, которые завалили мой город за последний год.
Мне бы не помешали такие мускулы. Я буду руководить, а он может быть моим верным псом и идти откусывать головы всем, кому я прикажу.
— Скажи мне, Райан. Что ты можешь предложить мне такого, что я захочу?
Моя улыбка растет.
Грудастая блондинка сует мне в лицо свои искусственные сиськи. Она гладит их, прижимая друг к другу и пощипывая один из сосков. Я кривлю губы. Ее ярко-розовые ногти длиннее, чем член моего отца. Это отвратительно.
— Мне нужны люди, которым я могу доверять, - говорит Билли, сидя рядом со мной, попыхивая сигарой, которая стоит больше, чем моя машина, и разглядывая женщину, которая сейчас сосет его член. Красная помада размазывается по его члену, когда девушка слюнявит его. Она слишком старается, и не похоже, что мудак рядом со мной скоро кончит.
Но он все равно позволяет ей развлекаться. Я ухмыляюсь. Пусть у нее отвалится челюсть. Тогда она хотя бы будет по-настоящему развлекаться.
— Таких трудно найти, - соглашаюсь я. Блондинка перед моим лицом раздвигает мои ноги и встает передо мной на колени. Мой член твердеет в брюках, когда она расстегивает их и вытаскивает. Она несколько раз проводит по моему члену, затем обхватывает кончик своим горячим ртом и заглатывает его целиком.
Я сдерживаю стон, когда она отсасывает мне. Я достаю из кармана телефон и открываю приложение для отслеживания. Обычно я забываю о Ривер, когда рот или киска другой девушки обхватывают мой член, но эти тупые сучки ведут себя так, словно они на съемках порнофильма. Все фальшивые стоны и преувеличенные движения.
Я чуть не швыряю стакан через всю комнату, когда вижу, что моя плохая маленькая девочка не там, где должна быть. Я стискиваю зубы, ярость нарастает в моей груди. Она в доме этой чертовой шлюхи - Амелии. Я сказал ей держаться подальше от этой суки. Похоже, Ривер нравится, когда ее наказывают. Хорошо, что я люблю причинять ей боль.
А сейчас я сделаю больно этой тупой сучке, которая имеет наглость сосать мой член, как сломанный пылесос. Я запускаю руку в ее обесцвеченные волосы и с силой опускаю ее на всю длину. Она задыхается и упирается руками в мои ноги, пытаясь оттолкнуться. Я держу ее крепко и, наконец, чувствую, как нарастает мой оргазм.
Билли смеется над девушкой. И когда я вижу, что по ее раскрашенным щекам скатываются слезы, я отпускаю ее. Она отстраняется, задыхаясь. Я крепко держу руку в ее волосах, не позволяя ей отстраниться. Она успевает сделать один глубокий вдох, прежде чем я заставляю ее снова опуститься. Проходит еще минута, пока она задыхается, и я стону от оргазма, пронзающего мой позвоночник. Горячая сперма бьет ей в горло. Как только она выжимает из меня последнюю каплю, я отталкиваю ее. Она отшатывается, по ее лицу текут слёзы, а из уст вырываются рыдания.