«В мёде тонет больше мух, чем в уксусе».

Их путь обратно через лес прошёл легче и быстрее, чем путь к хранителю, точно препятствия сами расступались перед теми, кто воплотил своё намерение, а потому возвращался уже без рьяного желания добраться до цели. У берега команда оказалась затемно: Ральф торопил всех, чтобы успеть на корабль и не ночевать под открытым небом.

– Дорога назад всегда кажется более короткой… – задумчиво обронила Маргарет.

– Наверное, так и есть, – кивнула Джейн и полюбопытствовала: – Это вам знакомо из собственного опыта? Много успели попутешествовать?

– Хотела бы я сказать, что исколесила всю Америку… Увы, пока многие путешествия остались лишь мечтой, хотя по сравнению со сверстницами у меня за плечами и правда немало поездок: уж больно хотелось держаться подальше от дома…

В её голосе проскользнула грусть, и теперь, после испытания, Джейн понимала, что тому причиной. Желая отвлечь Маргарет от горьких воспоминаний, она обвела рукой лес, оставшийся позади, и океан, ждавший впереди.

– Зато теперь вы уж точно всех переплюнете.

Губы Маргарет приподнялись в слабой благодарной улыбке. Обхватив себя руками, она поёжилась: со стороны океана повеяло ночной прохладой. Мужчины уже поднялись на корабль, а Джейн отчего-то не спешила последовать их примеру. Мисс Эймс, уловив её сомнения, чуть сузила глаза. В блёклом лунном свете непросто было рассмотреть выражение лица Джейн.

– Всё в порядке, мисс Хантер? Мне думается, лучше не затягивать с ночёвкой: капитан Лейн наверняка захочет отплыть ранним утром. Сейчас наша последняя возможность выспаться, пока корабль не вышел в открытые воды и палуба не ходит под тобой ходуном…

– Согласна, – сказала Джейн, не двигаясь с места. – Я… ещё немного подышу воздухом и непременно вернуюсь в каюту.

– Как скажете, – пожала плечами Маргарет.

Дождавшись, пока она взойдёт на борт и скроется из виду, Джейн медленно побрела в противоположную сторону. Её охватило странное чувство, какое бывает на пороге перемен, когда ты упорно стремился куда-то, достиг цели, получил желаемое и теперь пора двигаться дальше, а направления больше нет. Рассказ хранителя многое прояснил, однако будущее по-прежнему виделось туманным. Отныне Джейн знала, что она должна сделать, притом не представляла, как именно.

Влечение к Уолтеру, прораставшее в сердце, задачу не облегчало. К тому же, её преследовало тревожное ощущение, что она упустила что-то важное. Им предстояло вернуться в форт, и вероятность новой встречи с хранителем стремилась к нулю, поэтому Джейн то и дело прокручивала в уме заданные вопросы, сетуя на себя саму за то, что спросила наверняка не всё, что стоило бы. Сколько бы она ни твердила себе, что они справились с миссией достойно, уверенность в этом таяла так же быстро, как морская пена в полосе прибоя.

Вздохнув, девушка обернулась. Темнота, опустившаяся на берег, укрыла корабль полностью, и Джейн больше не видела его. «Надо возвращаться…» Ответом на беспокойную мысль стал шёпот, прошелестевший в дуновении бриза: «Нет. Вы уже слишком далеко зашли, мисс Хантер».

И в то же мгновение Джейн поняла: в глубине души она знала, что так случится: именно здесь, на неизведанных берегах, Уолтер будет ждать её, как возлюбленный, назначивший тайное свидание под сенью ночи; как ворон, кружащий над полем битвы в предвкушении кровавого пира, и как древний дух, преследующий неизвестную ей цель. «Ему, как и мне, нужны ответы на вопросы», – медленно и обречённо Джейн развернулась, готовая встретиться с Уолтером лицом к лицу. Он стоял так, чтобы волны не достигали его сапог, увязших в песке, скрестил руки на груди и склонил голову, с любопытством изучая Джейн, будто они встретились впервые. Хотя Норрингтон выбрал человеческий облик, ей на секунду пригрезился красный всполох в его глазах.

– Давно не виделись, мисс Хантер.

В его словах она различила намёк, из-за которого к щекам прилила краска. «Тот сон с поцелуем… Уолтеру известно о нём? – Джейн сглотнула. – Нельзя об этом думать. Нельзя!» Он изогнул рот во всезнающей ухмылке. Освободить разум от мысли о том, что эти губы касались её, было нелегко, и всё же Джейн сумела скрыть дрожь в голосе.

– Доброй ночи.

Этим приветствием она попыталась дать Норрингтону понять: он не застал её врасплох, не напугал и не смутил. Более того, теперь, когда она добралась до сведений от хранителя, они могут разговаривать на равных.

– Действительно, доброй, – подмигнул Уолтер, – ведь ваша экспедиция увенчалась успехом.

– И тебе так не терпелось узнать о её результатах? – съязвила она.

– Не вижу смысла отрицать.

Хотя он не приближался, даже не двигался с места, Джейн чувствовала себя загнанной в угол. Вопрос заключался в том, как долго она сумеет скрывать это от Уолтера и держаться уверенно.

– Если ты хочешь выведать, что мне рассказал хранитель, то и я жду от тебя ответов.

Он рассмеялся. Шум прибоя украл этот звук, но обнажившиеся в широком оскале зубы и подёргивающийся кадык не оставляли сомнений. Веселье, забава, развлечение – вот как Уолтер расценивал происходящее. Вопреки этой мысли, промелькнувшей в голове Джейн, заговорил он без тени улыбки:

– Выведать? Я могу окунуть тебя в пучину такой невыносимой боли, что уже через мгновение ты будешь умолять меня прекратить и расскажешь всё сама.

Внутри всё похолодело. Никогда прежде Норрингтон не обращался к ней так. Спрятав страх за нарочитой дерзостью, Джейн бросила:

– Тогда почему до сих пор возишься со мной, не причиняя вреда?

Уолтер ответил неожиданно серьёзно, вернув подчёркнуто вежливую интонацию.

– Вы пригодитесь мне целой и невредимой, сильной и крепкой. И в здравом рассудке.

– Ты с самого начала плетёшь свою паутину, – с ненавистью выплюнула она.

– Чего и не скрываю, верно? Вам известно, что я намеренно продемонстрировал вам ещё в пещере, что нужно сделать, чтобы переместиться за мной с помощью артефакта, специально позволил вам узнать меня на плакате. Наши пути объединены, и сейчас я хочу услышать, что вы выяснили.

Хотя нетерпение в его голосе было надёжно замаскировано, оно не ускользнуло от внимания Джейн. Она упрямо приподняла подбородок.

– Если тебе нужны от меня сведения, то и я, повторяю, взамен потребую того же.

– Вздумали торговаться со мной, мисс Хантер?

– Раз мы находимся в равных условиях, почему бы и нет? – едва произнеся это, Джейн тут же пожалела о сказанном: Уолтер изменился в лице.

– Не в равных. Этого никогда не случится, даже не смейте помышлять о таком.

За один миг оказавшись вблизи, он положил ладони на её плечи. Ледяные пальцы вонзились в кожу. Джейн ощущала их прикосновение так остро, словно никакой преграды в виде ткани не существовало. Ей потребовалось всё её мужество, чтобы не спасовать.

– Говори первый, – потребовала она. – Говори, зачем я тебе.

Глаза Уолтера, походившие на бездонный омут, темнели точно напротив неё. «Кажется, он запросто испепелит меня, невзирая на свои же слова о том, что я нужна ему живой», – с ужасом подумала Джейн. Выиграть в дуэли взглядов у духа – заведомо провальная затея, и в конце концов девушка опустила ресницы.

Уолтер прошипел:

– Вы интересная особа, мисс Хантер. Вас вела мысль о мести, и вы следовали за мной безоглядно, желая уничтожить. В то же время истинная жестокость вам чужда. Что же дальше? Вы не сумели возненавидеть отца, вы оплакали братьев, вы не убийца.

Его змеиный шёпот проникал внутрь головы.

– Вы не убьёте меня никогда – так не пора ли освободиться от оков этой иллюзии? В ваши руки попала реликвия, подобных которой больше нет. Если вы подчините себе её, перед вами будут открыты все двери… Только не забывайте: Золотой Змей древнее всех людей, вместе взятых. Управлять им не так-то просто, хоть вам и выпал один шанс из миллиона.

Джейн попыталась отстраниться, но Уолтер держал её крепко.

– Ты… Хочешь, чтобы я… – выдавила она.

– Чтобы вы перестали сопротивляться очевидному, объединили свои знания и мою силу.

Её сердце билось часто-часто. Она лихорадочно пыталась определить, озвучил ли Норрингтон своё истинное намерение или же водит её за нос. Вцепившись в его запястья, Джейн с усилием отняла их от своих плеч, но он тут же снова схватил её. Ощущение опасности стало близким, как никогда прежде, – осязаемым, звенящим, заползающим под кожу. «Уолтеру так нестерпимо хочется выпытать, что я узнала… А ведь он понимает, что я искала способ расправиться с ним и нашла. Неужели совсем не боится, что мы заточим его вновь? Уверен, что у нас ничего не получится, и даже не таится?» – в голове лихорадочно роились вопросы. С трудом разлепив губы, переставшие слушаться, Джейн всё же прошептала:

– Я не отвечу, пока не ответишь ты.

Норрингтон выдержал паузу, затем проронил:

– Вам придётся очень постараться, чтобы побудить меня к этому.

Его низкий голос обволокивал бархатом с ног до головы. По телу разлился озноб. Отчётливое осознание заставило нервно сжаться. «Искушает… Опять. И если я поддамся, это станет шагом в бездну. – Джейн резко выдохнула: – Если иначе никак, я шагну».

Она не понимала, чего хочет больше: стереть ненавистную усмешку с идеально выточенного лица или зацеловать так, чтобы его тонкие губы распухли. Выкорчевать из сердца тёмное, постыдное влечение, раз и навсегда пресекая даже малейшие помыслы о Норрингтоне, или же, зажмурившись, ринуться в пропасть, зная, что спасения уже не будет, зная, что разобьётся насмерть. Уолтер оставил ей выбор, разорвав касание, зато не позволил зажмуриться.

– Смотри на меня, моя маленькая мисс Хантер, или беги, пока можешь.

«Он знает, что не могу… Уже не могу». – Джейн покачнулась, ноги предательски подогнулись. Она бы осела на песок, если бы Уолтер не подхватил её. Падение не прервалось – лишь замедлилось. Джейн почувствовала спиной неровную поверхность пляжа, а над головой раскинулось иссиня-чёрное непроглядное небо.

– Уолтер… Ийя, Малсумис, Оки… Или как бы тебя ни называли…

Она взмолилась, впервые взмолилась, обращаясь к заклятому врагу, хотя, о чём просила, сама не ведала. Её тело сжигала лихорадка, безжалостная и неумолимая. Терзаясь, Джейн ещё несколько раз повторила имя тёмного духа, не в силах терпеть.

– Ко мне редко взывают… – Уолтер на миг сомкнул веки. Его голос опустился на несколько тонов. – Почти никогда: ни в прошлом, ни в настоящем, ни в будущем. Люди не выкликают того, кто станет их злым роком. Люди бегут прочь как от огня.

Он навис над ней, отрезая пути к отступлению. Джейн и не собиралась отступать.

– Если оказаться слишком неосторожным и обернуться, засмотреться на пламя… – медленно продолжал Норринтгтон, гипнотизируя её каждым словом, – отвести взор уже не получится, потому что огонь поглощает всё живое, убивает всё, к чему прикасается. И в этой мучительной агонии вы будете молить о том, чтобы она не прекращалась.

С нескрываемым удовольствием Уолтер опустился ниже, разводя её ноги, забираясь под одежду, кончиками пальцев проводя по нежной коже на внутренней стороне бёдер. Джейн прикусила щёку изнутри, чтобы наружу не вырвался стон.

– Вы поступаете так не потому, что хотите ответов, – припечатал Уолтер, безжалостно обнажив правду. – Вы хотите меня.

Надвигался ураган. Огненный вихрь. Неминуемая буря. Джейн понимала, что это её погибель, и, задрожав, приподняла руку в отчаянной попытке отсрочить неизбежное. Вместо этого ладонь предательски скользнула по тёмным волосам Уолтера. «Оттолкнуть… Я должна была оттолкнуть его!» – а сделала обратное, пропуская между пальцев жёсткие пряди. Почти полностью забывшись, потеряв себя, она резким движением направила лицо Норрингтона ещё ниже.

– Вот как? Смело, моя маленькая мисс Хантер, – ухмыльнулся он.

Джейн не знала, как он за один миг остался обнажённым и когда исчезла её одежда. Кожа, не защищённая от океанского бриза, покрылась мурашками.

– Уолтер…

Если бы она сейчас приказала ему остановиться, возможно, он так и поступил бы. В её случае Норрингтон предпочитал ломать, не принуждая, изобретая другие изощрённые способы. У неё оставался призрачный шанс избежать того, что случится. Однако чувство, что падение было предопределено с их первой встречи, не покидало Джейн, разрастаясь с каждой секундой, переплетаясь с болезненным желанием, пульсировавшим во всём теле.

– Скажи мне, Джейн Хантер, управляющая временем, стирающая его границы, что сейчас свершится? – спросил её тёмный дух.

И она произнесла вслух то, в чём уже призналась себе мысленно:

– Сейчас я сделаю шаг в бездну…

Тихо усмехнувшись, Уолтер опустил лицо между её ног и дотронулся губами до места, которого никто прежде не касался так. От стыда Джейн съёжилась. Неведомая сила не позволила ей отвернуться, и она продолжала смотреть, как Норрингтон ласкает её языком, накрывает ртом влажную тонкую кожу, творя такое, отчего дрожь пронизывала каждую клеточку. Его колдовские глаза сверкали дьявольским блеском, нагло и жадно следя за смятением жертвы.

Уолтер не казался поверженным, не казался покорным рабом её вожделения – напротив, владел ситуацией. Иногда он приподнимал лицо, улыбаясь пленительно и порочно, убеждаясь, что Джейн не может отвести взгляд от него, а потом снова припадал к разгорячённой плоти, терзая её языком всё настойчивее, доводя до Джейн изнеможения. Исступлённо шепча его имя, она извивалась и содрогалась от каждой новой волны блаженства. Это необузданное помешательство полностью захватило её, поглотило, сметая последние доводы рассудка, которые могли бы прозвучать, но так и не прозвучали. Губительная страсть одержала верх, и Джейн отдалась ей целиком, позволяя Уолтеру растягивать самую восхитительную из его пыток.

А потом Норрингтон вдруг прекратил, отстранившись.

Джейн не сдержала разочарованный стон, который мгновенно сменился стоном наслаждения. Теперь она ощутила Уолтера внутри. Он подмял её под себя, вдавливая в песок, и взял так же резко и безжалостно, как ласкал до этого.

Боли не было. Мимолётную мысль о Куане, с которым она разделила ранее первую близость, тут же вытеснила реальность, ведь в реальности Джейн горела. Ей казалось, что внутри неё всё плавится. Уолтер не знал пощады. Его движения не походили на человеческие. Всё, что он делал, ошеломляло, выходило за пределы осознания, сносило яростным порывом ветра. Джейн чудилось, что ещё немного, и Уолтер иссушит её до дна, выпьет все её чувства и расщепит её душу, потому что ни один смертный не мог перенести такое и выжить. Её тело всё сильнее вжималось в песок, пальцы ног подгибались, волосы разметались в беспорядке.

Да, Джейн горела и ни за что не согласилась бы прервать это безумие.

– Ещё… – Она вцепилась ладонями в спину Норрингтона, приподняла бёдра навстречу.

Он тихо, почти нежно прошептал ей в самое ухо:

– Вы едва ли выдержите. А впрочем…

Слегка прикусив и оттянув мочку, Уолтер выполнил просьбу, смерчем проникая всё глубже и глубже, срывая новые выкрики с губ Джейн, становясь её проклятием и блаженством одновременно. Дождавшись самого громкого крика, после которого она, наконец, закрыла глаза и запрокинула голову, заходясь в бурном экстазе, Уолтер выпустил её из объятий. Поднялся, обретая прежний облик, и как ни в чём не бывало поднял ворот плаща.

– Это было… Занимательно, – проронил он.

Норрингтон не дышал тяжело и не выглядел выдохшимся. Ничто в его лице не напоминало о том, что произошло всего несколько мгновений назад.

– Увы, не настолько, чтобы делиться тем, что вас интересует, – бросил он, даже не глядя на Джейн. – Поскольку внятных объяснений вы, судя по вашему состоянию, тоже сейчас мне дать не сможете… Продолжим беседу в следующий раз, мисс Хантер.

Совершенно обессиленная, Джейн наблюдала, как он растворяется в ночной дымке. Она ощутила себя рыбой, выброшенной на песок, а ещё – использованной и обманутой, раздавленной. Но испытанное ею наслаждение до сих пор волнами разносилось по телу, а грудь судорожно вздымалась: сбившееся дыхание никак не удавалось выровнять.

«Ненавижу…»

Сколько раз она думала так о Норрингтоне, не счесть. Никогда ещё это слово не было таким правдивым и таким лживым одновременно. Еле-еле поднявшись, Джейн на негнущихся ногах побрела к одежде, разбросанной на песке, и постаралась как можно скорее спрятаться в ней, словно это исправило бы свершившееся. Никто не мог сейчас сжалиться над Джейн и обнадёжить её утешительной речью. В абсолютном одиночестве она побрела к кораблю и поднялась на борт, не заметив, что у бесславного возвращения всё же есть свидетель.

* * *

Водная синь, удивительно спокойная для океана, плавно поднималась и опускалась. Корабль тихо покачивался на волнах, прокладывая путь к Роаноку. По прогнозам Ральфа, они должны были причалить уже сегодня. Уильям полагался только на собственные расчёты, которые, впрочем, твердили то же самое. Инженер стоял у борта, задумчиво смотря вдаль. Приблизившись, его окликнула Маргарет:

– Ждёте возвращения в цивилизацию?

В её вопросе не таилась ирония, ведь, по сравнению с неосвоенным диким лесом, даже небольшая колония казалась оплотом порядка. Маргарет не сомневалась, что инженер предпочёл бы находиться в поселении, а не продираться сквозь заросли и не ходить под парусом, зная, что штиль в любой момент может смениться штормом.

Уильям слегка приподнял бровь.

– Мы уже собираемся переместиться в наше время? Я полагал, об этом пока речи нет.

– Это и правда ещё не обсуждалось. Я имела в виду форт…

Неловко улыбнувшись, она встала неподалёку, обратив взгляд к горизонту. Картина, расстилавшаяся впереди, неизменно впечатляла, но мысли журналистки блуждали далеко. Вместо того чтобы любоваться океаном, она то и дело проваливалась в воспоминания о ночи накануне отплытия. Хотя Маргарет первая задала Оллгуду вопрос, на самом деле она в кои-то веки не была настроена на беседу. Уильям это заметил. «Кажется, мисс Эймс погружена в собственные размышления. Моя компания сейчас лишняя…» – Он неуверенно посмотрел на Маргарет ещё раз. Поскольку она устремила взор вперёд, это позволяло безнаказанно наблюдать за ней самой. К его совершеннейшему замешательству, Уильяма всё сильнее тянуло к Маргарет. Оллгуд уже не помнил, когда в последний раз ему не хотелось отрывать глаз от кого бы то ни было. Механизмы неизменно интересовали его куда больше людей. «В присутствии мисс Эймс отлаженная схема даёт сбой… – Он украдкой вздохнул. – Я решительно не понимаю, как вести себя».

Разум твердил, что ничего менять в устоявшемся образе жизни не следовало. Чувства к юной девушке, наделённой к тому же бурным темпераментом, совсем не схожим с характером Уильяма, едва ли сулили что-то хорошее. «С другой стороны… О каком устоявшемся образе жизни теперь может идти речь? Мы путешествуем сквозь время! Всё, что совсем недавно казалось невообразимым, стало действительностью. Так что, если…» – Даже отголосок мысли, не сформировавшейся в определённое намерение, показался Оллгуду чрезмерно смелым. Инженер поспешно отвернулся, радуясь, что Маргарет не заметила повышенный интерес к своей персоне.

– С вашего позволения, оставлю вас, мисс Эймс. Скоро мой черёд менять мистера Лейна за штурвалом.

Она, отвлекшись от размышлений, с лёгким разочарованием прикусила губу.

– Да-да, не смею задерживать. Извините, сейчас я и впрямь не лучший собеседник. Обещаю исправиться к следующему разу. Ведь вы ещё удостоите меня своим вниманием?

Покраснев, он что-то неразборчиво пробормотал и удалился. Маргарет с сожалением покачала головой. Ей не хотелось упускать возможность поговорить с Оллгудом, но думы, донимавшие её, не желали отступать. Раз за разом журналистка прокручивала в уме ночь перед отплытием. Тогда, поднявшись на борт, она решила не ложиться и дождаться мисс Хантер – удостовериться, что та благополучно присоединилась к команде. Однако Джейн как сквозь землю провалилась. Чтобы не томиться в неведении, Маргарет вернулась на берег в надежде быстро разыскать её. «Это мне действительно удалось… Только Джейн была не одна». – Маргарет поёжилась. Образ человека в чёрном преследовал её. Дважды он привиделся ей во время пребывания на Роаноке, отчётливо и ясно, словно в реальности. Однако мисс Эймс до последнего списывала всё на своё богатое воображение, не получив никаких подтверждений тому, что тёмный дух витает где-то рядом. Хотя прежде она не сталкивалась с такими яркими видениями, проще было считать появления Уолтера именно галлюцинациями, а не пугающей действительностью. «Зато потом, после признания мисс Хантер в пещере хранителя… Когда стало известно, что Норрингтон на самом деле здесь…» – Она даже не рискнула завершить мысль, ведь это меняло многое. Это значило, что вчера, вероятнее всего, Уолтер, уходящий прочь по полоске прибрежного песка, ей не почудился. И растрёпанная мисс Хантер, с совершенно безумным выражением лица бредущая к кораблю, не просто так задержалась: она искала встречи с ним. «Зачем? – терзалась Маргарет. – Ответ может дать только сама Джейн… Я должна спросить у неё, как только мы окажемся на острове».

Откровенного разговора, вопреки её планам, не состоялось. Стоило команде сойти на берег, как стало ясно: что-то произошло.

– Что случилось?.. – севшим голосом пробормотала Джейн.

Вернувшись на Роанок после путешествия по Дикому Западу, она застала колонию в упадке, однако это нельзя было и близко поставить с тем, что она увидела сейчас, точнее, почувствовала, ведь выглядел форт по-старому. И всё-таки что-то изменилось, неуловимо и при этом так сильно, что у Джейн воздух застыл в лёгких. Мертвенная, всеобъемлющая тишина накрыла поселение непробиваемым куполом.

Обернувшись, Джейн увидела лишь Лейна: остальные мужчины помогали команде причалившего корабля со всеми необходимыми приготовлениями, тогда как капитан поспешил к форту, желая скорее удостовериться, что жители в порядке.

– Ральф! Там нет людей… Никого больше нет…

Джейн не сумела бы объяснить, как определила это.

– Как так?! – вскричал он.

Подоспевшая Маргарет собиралась юркнуть вперёд, чтобы разведать всё первой, но вдруг замерла как громом поражённая.

– Роанок… Форт на острове Роанок… Как я могла так проколоться! Только сейчас сопоставить данные… – Она в ужасе прижала руку ко рту. – Это ведь то самое поселение, известное как «исчезнувшая колония»!

– Что? – глаза Ральфа широко распахнулись.

Нервно сцепив пальцы, Маргарет попыталась вкратце объяснить:

– Точнее, этот факт как раз не назвать широко известным. Обычно в учебной литературе пишут про Джеймстаун, основанный уже в семнадцатом веке… Тем не менее я встречала упоминание и о его предшественнице – о колонии Роанок, чья судьба осталась покрытой мраком. Эта попытка англичан освоить Новый Свет считалась неудачной. Небольшая группа людей высадилась на восточном побережье Северной Америки, основала форт. Когда спустя год или два сюда прибыл очередной корабль из Англии, вместо процветающего поселения экипаж столкнулся с неразрешимой загадкой: все жители поселения пропали без вести. Ни следов сражений, ни следов повседневной человеческой деятельности – ничего. Как я умудрилась упустить такое из виду! Не сложить два и два вместе…

Джейн почти не слушала, как Маргарет убивается. В других обстоятельствах она постаралась бы утешить журналистку: сказать, что прочитанное однажды далеко не всегда накрепко заседает в голове; добавить, что перемещение во времени – серьёзное потрясение для любого человека; отметить, что, когда вокруг творится нечто выходящее за грани возможного, легко забыть даже собственное имя, не то что редкий исторический факт. Но Джейн думала только о тех, кто остался за стеной форта, когда они отправились в экспедицию, и в первую очередь – о Питере Ривзе.

Не помня себя, она побежала по обезлюдевшим улицам, мечась от дома к дому и проверяя каждый. Все пустовали. Колония словно вымерла, лишь редкие порывы ветра поднимали пыль, стелющуюся по земле. Тишина становилась невыносимой, сводила с ума. На самом деле она уже таковой не являлась: звучали и горестные возгласы Ральфа, и растерянные восклицания Маргарет, и негромкий стон в отдалении. Джейн, как никогда близкая к панике, не замечала ничего, пока у самых дальних хижин не наткнулась на человека в кандалах. Теперь она уже отчётливо услышала его стон.

– Мисс Хантер…

Это был Ривз. В его груди зияла рана, из которой неестественно медленно вытекала кровь. Подле Питера стоял Мантео и что-то негромко твердил, не обращая внимания на подбежавшую к ним девушку.

– Мистер Ривз! – она рухнула на колени, обхватив ладонь маршала своими. – Только держитесь…

– Как же иначе. – Он с видимым усилием улыбнулся. – Я же обещал, что мы встретимся снова.

Тронутая тем, как спокойно и мужественно он держался, Джейн сжала его пальцы крепче и в отчаянии взглянула на Мантео.

– Жить, – сказал он ей тихо. – Жить, белое лицо.

Цепляясь за шаткую надежду, она переспросила:

– Значит, этот человек выживет, да? Рана не смертельна?

Ответил ей сам Ривз:

– Шанс есть. Сейчас читает заклинания вождь, и он уже послал мисс Локли за их шаманом, а тот – очень сильный лекарь.

Маргарет и Ральф нашли их почти сразу.

– Мистер Ривз… Что здесь стряслось? – Лейн наклонился к раненому и придержал, подставив плечо для опоры.

– Долгая история… Хотя в живых меня оставили как раз для того, чтобы я её рассказал. – Он сипло рассмеялся, вместе с тем кривясь от боли. Мантео молча погрозил ему, призывая беречь силы. – Сюда наведался Уолтер Норрингтон. Благо, вы предупредили меня, мисс Хантер, хотя я мало что мог ему противопоставить…

– И что же он сделал? – прошептала Маргарет.

– Забрал всех жителей.

– Куда?! – Ральф едва не рвал на себе волосы.

– Я не знаю точно. Исчезли все до единого, в одну секунду. Норрингтон говорил что-то о Долине Смерти…

На скулах Лейна заиграли желваки.

– Проклятый дух! Он за это поплатится.

Ярость Ральфа была понятна: он лишился вверенных ему людей, снова подведя их. Однако Джейн могла думать лишь о состоянии маршала.

– Как вы получили эту рану? – спросила она, сдерживая подступающие рыдания.

– Прощальный подарок мистера Норрингтона, – обессиленно проговорил Ривз. – На цепь он меня посадил, как только пропали колонисты: не отказал себе в радости напомнить мне о тех днях, когда я был лишён свободы. А вот грудную клетку распорол недавно…

Испытывая гремучую смесь из отчаяния и ненависти, Джейн зажмурилась, не позволяя слезам хлынуть из глаз. Маргарет, проникнутая состраданием к Ривзу, тем не менее задумалась и о деталях.

– Почему же Уолтер не забрал вас вместе с остальными? Или не убил сразу…

Горькая усмешка проступила на губах Питера.

– Это его фирменный почерк, мисс Эймс. Норрингтон всегда оставляет одного свидетеля своих преступлений – человека, который должен разнести страшную весть, вселяя ужас в тех, кто ещё пока избежал встречи с ним.

В памяти Джейн зашевелились обрывки давнего разговора. Однажды Бенджамин и Мередит рассказывали ей о чём-то подобном. Правда, это ничуть не облегчало ситуацию.

– Вероятно, Норрингтон предвидел, что вы скоро вернётесь и я успею передать вам его послание, – прохрипел Ривз. – Пусть катится к чёрту!

Маргарет заботливо оттёрла испарину с его лба.

– Как здесь очутился Мантео? – спросила она.

– Я знал, что Норрингтон явится… Обычным оружием его не возьмёшь, поэтому решил попросить о помощи секотан. Их шаманская магия нам бы не помешала: хоть какой-то шанс… – Говорить ему становилось всё тяжелее, между отрывистыми фразами он судорожно глотал воздух. – Я сомневался, что они захотят пойти навстречу. Меня приняли без особой враждебности. Мисс Локли помогла с переводом. Мантео всё твердил что-то о белом лице… Шаман племени провёл защитные ритуалы для поселения. Может, они и помогли сейчас, оповестив, что я в беде.

Ривз закашлялся, а потом попросил:

– Лучше поведайте, как прошла экспедиция. Что вам удалось узнать?

Стараясь не давать волю ни слезам, ни страху потерять Питера, Джейн завела рассказ, сбивчивый и тревожный. Пока она говорила, Ривз почти впал в забытьё, хотя следующий вопрос маршала показал, что он понял некоторые отрывки из истории.

– Испытание… Самое горькое воспоминание… – Его голос дрогнул от боли, и то болело сердце, а не рана. – Знаю, какое выпало бы мне…

Почувствовав, что Ривза что-то гнетёт, Джейн тихо произнесла:

– Я готова выслушать вас.

Она сомневалась в том, что маршал способен сейчас воспринимать её слова. Его мысли помутились, взгляд потерял осознанность, речь стала бессвязной.

– Я бы попал в тот день, когда мне пришлось… Мой мальчик, несчастный мой мальчик, он так и зачах в тюрьме…

– Вы говорите о… сыне? У вас был сын? – беззвучно выдохнула Маргарет.

– Да. Мой Илай… Его обвинили в убийстве. Твердили, что он укроется от правосудия, потому что отец у него – федеральный маршал… Но я всегда был неподкупен. Я лично его арестовал. Моего Илая…

Через паузу Ральф тихо сказал:

– Если он и правда убил, вы поступили правильно.

– В суде вынесли вердикт, признали виновным. Я не верил… И сейчас не верю… Подавал прошение на пересмотр дела, да только Илай не дожил…

Видя, что Ривза бьёт озноб, Джейн осторожно обняла его со спины, не задевая рану. Это единственное, чем она могла утешить Питера. «Пусть он выживет… – взмолилась она, поднимая лицо к небу. – Пожалуйста…»

* * *

Джейн не думала, что вновь придёт на кладбище Роанока. Последнюю дань уважения братьям она уже отдала и надеялась, что перелистнула эту страницу своей жизни навсегда. К тому же судьба оказалась благосклонна к ней: усилиями секотан Ривза удалось вытащить почти с того света. Шаман племени провёл обряд, после которого от чудовищной раны остался лишь шрам. «Он вряд ли стал бы тратить столько сил на чужака, но… у Ривза светлая душа. Это чувствует каждый», – подумала Джейн.

Поскольку смерть обошла маршала стороной, у девушки не имелось причин проводить время среди могил. Перед новым этапом своего затянувшегося путешествия она тем не менее захотела заглянуть сюда напоследок, потому не знала, увидит ли могилы братьев ещё хоть раз.

На плечо легла чья-то тяжёлая рука.

– И в самом деле, мисс Хантер, куда же вас заведут ваши запутанные тропы?

Джейн медленно обернулась и процедила сквозь зубы:

– Знаете, мистер Норрингтон, трюк, проделанный многократно, перестаёт впечатлять.

Уолтер, которого она узнала ещё с первых звуков низкого вкрадчивого голоса, снисходительно улыбнулся.

– Я и не пытался застать вас врасплох, если вы об этом. Лишь хотел уточнить, передал ли мистер Ривз мои слова.

– Он упоминал что-то о Долине Смерти.

– Великолепно, – улыбка Уолтера стала шире, приоткрыв зубы. – Значит, вам известна новая цель.

Джейн яростно сверкнула глазами.

– Ну-ну, не сверлите меня гневным взглядом. Вы так старались уберечь маршала, даже попросили Куану о ритуале… Очень трогательно. Можете тешить себя мыслью, что это помогло, – он сменил тон с насмешливого на серьёзный. – Лучше перейдём к делу.

Перебив Уолтера, Джейн поднялась, сбросив с плеча его ладонь.

– Сначала объясни, почему ты не стал забирать жизнь мистера Ривза. Ведь ты не можешь не знать: я нарушила твоё требование и предупредила его, что ты здесь.

– Хотите, чтобы всё-таки забрал? – слегка удивлённо спросил он.

– Нет! – опешила Джейн.

Уолтер расхохотался.

– Скажем так, я придумал развлечение поинтереснее и надеюсь, что вы ко мне присоединитесь. – Неспешно обходя могилы, он медленно рассуждал: – Долину Смерти упомянул мистер Ривз… А мистер Бейкер любезно подсказал вам, где именно она находится. Одним словом, вы уже должны были догадаться, что недоумки-переселенцы заброшены мной в самое сердце Дикого Запада. Мистер Лейн, конечно же, рвётся их спасать. Кажется, он воспринял мою проделку как личный вызов.

Джейн пришлось закусить щёку изнутри, чтобы удержаться от гневной тирады.

– Интересно, каково придётся мистеру Лейну, когда выяснится, что, пока вы обсуждали дальнейшие планы вашей бравой компании, я забрал и тех бедолаг, которые ходили с вами под парусом? – Норрингтон с интересом покосился на свою единственную слушательницу. – Да, глава колонии из мистера Лейна действительно никудышный, зато теперь и он мечтает отомстить мне. Да и другие ваши спутники не собираются бросать начатое на полпути, верно? Поразительное единодушие.

Он сделал вид, что глубоко задумался.

– Интересно, осталось бы оно таким же, узнай они о том, что вы отдались тёмному духу по собственной воле… И насладились сполна. Вот любопытно будет, если действительно узнают, согласитесь?

У Джейн не нашлось слов. Уолтер шутливо щёлкнул её по носу, заставив с отвращением отпрянуть.

– Что ж, подведём итоги. – В его глазах промелькнул неподдельный азарт. – Цикл повторяется, мисс Хантер. Я ускользаю – вы преследуете. Увидимся на Диком Западе.