Проснулась я около полудня и не по собственной воле, а от настойчивой трели дверного звонка, но с первого раза разлепить глаза не вышло.

Лелея призрачную надежду, что незваный гость, не получив желаемого, оставит меня в покое, я перекатилась набок и спряталась с головой под одеялом.

 Спустя некоторое время звон действительно прекратился, однако ему на смену пришла барабанная дробь, судя по всему, отбиваемая каблуками. Досадливо вздохнув, я поднялась с постели и нехотя поплелась в прихожую, натыкаясь на всё, что попадалось по пути.

 Нарушителем спокойствия оказалась Саманта, которая, стоило открыть дверь, бесцеремонно ворвалась в квартиру и обрушила на меня возмущённую тираду:

– Эмма, почему до тебя не дозвониться? Ты хоть представляешь, как мы волновались?!

 Шоу важно продефилировала в гостиную, осматривая комнату взглядом недовольного родителя.

– О, ты наконец-то распаковала коробки?! А тут, оказывается, мило…

 Это был не комплимент – сарказм. Конечно, куда мне со своей двухкомнатной квартиркой в чертогах Бруклина до её неприлично огромных апартаментов в центре? Хотя, на самом деле, думаю, претензия была брошена не мне, а настоящему владельцу данной жилплощади. Он то жил на Манхэттене в двухстах квадратных метрах с панорамным остеклением.

– Так что с твоим телефоном? – поинтересовалась Сэм.

– Сел, наверное, – равнодушно ответила я, пытаясь припомнить, куда вчера вечером запихнула мобильник.

 Генеральная уборка для людей, комфортно существующих в «творческом беспорядке» – это всегда нечто сродни апокалипсису. Со стороны всё выглядит гармонично и приятно, но отыскать что-либо среди множества декоративных корзин, которые раз за разом приобретаются с целью эргономично оптимизировать места хранения в жалкой квадратуре, задача не из лёгких. А ещё она пустая и бессмысленная. Ведь, как показывает практика, разложенные по отсекам носки уже через неделю перекочёвывают куда угодно, кроме выделенного им ящика.

– А домашний? – тем временем не сбавляла оборотов подруга.

 Домашний…

 Взгляд устремился к пустой базе. На панели истерично мигал красный огонёк, сообщающий о том, что аккумулятор разрядился. Хм, трубка наверняка в спальне. Я уснула сразу после того, как…

 Воспоминания о прошлой ночи вызвали бессознательную улыбку. Сэм тут же заметила мой, неожиданно ставший мечтательным, взгляд и вопросительно вскинула бровь.

– Эмс, ты ничего не хочешь мне рассказать?

 Я растерянно моргнула, мгновенно возвращаясь в реальность.

– Нет, а что?

– Не будь мы знакомы столько лет, решила бы, что вчера у кого-то был отменный секс или, как минимум, приятное свидание. Эмма, ты ходила на свидание?

– Какое ещё свидание? Если только с Джимми Фэллоном, – поспешила отшутиться я, при этом явственно ощущая, как вспыхнули щёки.

 Благо Саманта поверила и незамедлительно перешла к сути своего визита.

– Ладно, обсудим шоу позже. А сейчас бегом в душ, у тебя 20 минут на сборы.

– То есть? Мы куда-то спешим?

– Едем к Холмсам на барбекю.

 Спустя полчаса красный «Вольво», купленный Самантой буквально неделю назад, рассекал воздух, ловко лавируя в плотном потоке машин. Внутри всё ещё пахло полиролью и сладким ароматизатором, который сотрудники салона устанавливают на решётку кондиционера перед тестовым заездом.

 Мишель и Колин жили в Бра́йарвуде9. Саманта никогда не одобряла их выбор из-за близости не́йборхуда10 к Джаме́йке, не самого благополучного бо́ро11 Куи́нса12. Но мне здесь очень нравилось. Бра́йарвуд утопал в зелени. А их квартал и вовсе походил на фото с открытки: ровные ряды архитектурно похожих домов с идеально стриженым газоном; маленькие аккуратные клумбы; лежащий на траве без присмотра детский велосипед с блестящими кисточками; милая старушка, прогуливающаяся с пушистой собачкой на руках. Здесь жизнь текла неспешно и размеренно, позволяя насладиться сполна каждой минутой. Но, возможно, ощущение тепла и уюта появлялось у меня вовсе не от места, а при виде друзей и их трепетного отношения друг к другу. Сэм называла Холмсов «бессовестно счастливыми» и часто забавно морщилась, когда ребята проявляли свои чувства прилюдно. Но Колин и Мишель, вопреки общему убеждению, не были идеальны. Как и любая семейная пара, они переживали свои взлёты и падения, сталкивались с финансовыми трудностями, недопониманием, давлением родственников, осуждением окружающих, ругались, мирились, учились на своих ошибках, искали компромиссы, обижались, прощали. Но как бы не было трудно, никогда не расставались, ведь непоколебимо верили друг в друга! И в этом заключалась их персональная идеальность.

 Как только «Вольво» припарковался у обочины, из дома выскочил Браин, восторженно махая маленькими ручками. Кажется, обновка Саманты пришлась мальчугану по вкусу. Он, не теряя времени, рванул к машине, но замер примерно в паре ярдов от нас, потому что Шоу опустила стекло, уничижительно посмотрев поверх солнцезащитных очков.

– Даже не думай её лапать, пацан.

 Браин сконфуженно надул губы и запинаясь побрёл к крыльцу, где нас поджидала Мишель, радушно зазывая внутрь.

 Посиделки было решено провести на заднем дворе. Колин к нашему приезду уже во всю возился с барбекю, потягивая безалкогольное пиво. Мишель суетилась на кухне, пытаясь накормить младшего сына. Мы с Сэм, чтобы не мешать ей, решили выйти на террасу.

– Дамы, рад видеть, – отсалютовал алюминиевой банкой Колин, как только мы нарушили его уединение. – Сегодня в программе стейк из мраморной говядины! Как вам такое?

 От аромата мяса на углях желудок забубнил голодным орком. «Шеф-повар» довольно улыбнулся, поймав мой смущённый взгляд.

– А пока можете полакомиться сэндвичами. Особенно ты, Эмс, – кивнул он в сторону накрытого стола.

– Да-да, не стесняйтесь, – выглянула из дверей Мишель. – Я сейчас быстренько уложу Майкла и сразу вернусь. Милый, открой девочкам вино!

– Мы дождёмся, дорогая, – заверила я, но Саманта, кажется, была со мной не согласна и быстренько сцапала со стола бутылку «Мерло».

– Занимайся мясом, Холмс, и скажи своему сыну, чтобы не прикасался к моей машине, а то поймаю его и сдам в приют для бездомных кошек.

– Сэм! – возмущённо одёрнула я, но ни Мишель, ни Колин совершенно не обиделись. Все прекрасно знали, какой заботливый человек на самом деле скрывался под колючками подруги.

 Спустя сорок минут мы с комфортом разместились в плетёных креслах вокруг круглого стола. Мишель зажгла свечи. Колин подал стейки, причём сервировал их ничуть не хуже «Мишленовского» ресторана. Завязалась непринуждённая беседа обо всём и ни о чём конкретном. Мы смеялись, шутили. Саманта по своему обыкновению подкалывала Колина, он отвечал ей тем же, но в более мягкой форме. И вроде бы всё как обычно, да только к моменту как в ход пошла третья бутылка, друзья, пусть и заходя издалека, раскрыли истинную причину внезапно организованного застолья.

– Как устроилась в новой квартире? – будто между прочим спросил Колин.

– Нормально, – поначалу ничего не заподозрив, ответила я.

– Питер помогал с переездом?

– Он оплатил услуги грузчиков, – снисходительно заметила Сэм.

– Да, – подтвердила я с лёгким недовольством. – Нашёл фирму, созвонился, заказал машину и оплатил. Какие-то проблемы?

– Выдай ему за это премию «бойфренд года», – скорчилась Шоу.

– Нет, а ты предлагаешь ему своими руками перетаскивать мой хлам?

– Твой хлам?! ХЛАМ? Эмма! То есть ты считаешь свои вещи мусором? Или они мусор для Питера? – пошла в наступление Саманта.

– Да что ты прицепилась к Питу? – с досадой воскликнула я.

– Ты заблуждаешься, милая, мне нет никакого дела до этого напыщенного индюка. Я не понимаю лишь одного – куда подевалось твоё самоуважение?

 Шоу демонстративно откинулась назад, приподняла край скатерти и нырнула под стол.

– Хм, здесь его точно нет, – послышалось снизу. – Никто не видел? Может, ты не заметила, как вынесла его на свалку вместе с бытовыми отходами?

 Мишель неодобрительно покачала головой. Но по её поджатым губам, я поняла, что причина не в сути слов Саманты, а в манере доносить информацию. То есть в целом подруги были солидарны.

– Вот оно что, – с осознанием протянула я, – решили коллективно промыть мне мозги? Даже Колина подключили. Зачёт!

 Холмс нервно заёрзал на стуле и даже вроде как попытался встать, но Мишель схватила мужа за руку, усаживая на место.

– Никто ничего не собирался тебе промывать, – твёрдо заявила Сэм. – Ты взрослая женщина и вправе сама принимать решения. Мы лишь хотели, чтобы ты выслушала мужскую точку зрения.

 Мой взгляд устремился к Колину, он туго сглотнул, кривя губы в виноватой улыбке.

– И каков твой вердикт? – поинтересовалась я.

– Ну, когда мужчина влюбляется, он часто ведёт себя как кретин. По большей части мы дуреем из-за ревности. Ведь, вопреки мнению некоторых, – в этот момент Колин бросил многозначительный взгляд на Сэм, она звонко цокнула языком и закатила глаз, – у нас тоже есть чувства. Именно поэтому, как только мужчина убеждается, что встретил ту самую, начинает форсировать события, чтобы эм… как бы это сказать…

– Закрепить право собственности, – пришла на помощь саркастическая Саманта.

– Типа того, но из твоих уст это звучит слишком феминистично, – отозвался Холмс.

– А что хорошего в ограничении свободы? – фыркнула Шоу.

– В общем, – опуская комментарий подруги, продолжил Колин, – это не значит, что каждый мужчина стремится к браку здесь и сейчас. Кому-то, чтобы почувствовать уверенность, достаточно смены статуса в «фейсбук». Кто-то настаивает на помолвке. Для кого-то высшей степенью доверия является решение съехаться. Понимаешь?

 Я тягостно вздохнула. Мне категорически не нравилась тема разговора, но вступать в прения не имело никакого смысла, потому что Колин был прав.

– Ну, Эмма, – не унималась Сэм, – расскажи нам, что из озвученного выше от тебя потребовал Питер?

 Сказать было нечего…

– Что? Даже статус СП не проверил?

– Он занятой человек, Сэм, и не зависает в соцсетях.

– Я тебя умоляю, все зависают в соцсетях, даже я.

– Ты пробиваешь там подноготную любовников! – внезапно напомнила о себе Мишель, захихикав в ладонь.

– Эй, речь сейчас не обо мне! Но, чтобы вы знали, у меня высокие стандарты, и я не пускаю в «святая святых» мужчин, не проверив предварительно их посты в «твиттер». Вдруг кто-то из них окажется извращенцем или коммунистом, что в общем-то одно и тоже.

 Мишель снова засмеялась, на этот раз открыто.

– Ты такая мелочная! – её заразительный смех в мгновении ока разрядил напряжённую атмосферу.

– Просто мне часто попадались засранцы, не всем в жизни везёт как тебе.

 Сэм впервые за день посмотрела на Колина с теплотой, а затем из окна на втором этаже послышался надрывный детский плач. Проснулся Майкл.

– Я схожу, заодно принесу вам ещё вина, – вызвался Холмс, поцеловал жену в макушку и быстро удалился.

 Остаток дня прошёл без острых тем. Около восьми за Самантой приехал её очередной любовник, а я решила остаться на ночь.

 После уборки и вечернего кинопросмотра, меня определили в гостевую спальню. Я думала, что засну сразу как голова коснётся подушки, но нет: слова Колина не отпускали, вынуждая снова и снова мысленно прокручивать наши отношения с Питером. В итоге, окончательно измучившись, я поддалась спонтанно возникшему порыву и отправила сообщение на номер почти в точности повторяющий телефон Фи́цджеральда, за исключением последних двух цифр.

Эмма: А правда, что графа «семейное положение» в соцсетях имеет для мужчин такое же значение, как и для женщин?

 Ответ пришёл незамедлительно.

81-25: Речь про 81-52?

Губы дрогнули, расплываясь в довольной улыбке. Взбив подушку, я устроилась поудобнее, набирая смс.

Эмма: Нет, в принципе.

81-25: А, ну раз в принципе, то да, мы обращаем внимание на статус, особенно в начале и в конце отношений. А ещё «до», когда оцениваем свои шансы перед подкатом.

 Настроение стремительно начало расти, но выспаться этой ночью мне снова не удалось.