Набросив халат и наскоро поплескав в лицо холодной водой, я спустилась вниз.

Инспектор мерил шагами гостиную. От камина к окну, потом пять шагов мимо дивана и десять вдоль книжных шкафов. Что это он мечется, как тигр в клетке?

– Доброе утро, – вежливо сказала я, прикрывая ладонью зевок. – Какими судьбами?

Рэддок резко обернулся. Выглядел он, надо сказать, паршиво: покрасневшие глаза ввалились, нос распух, на лбу испарина.

– Мисс Корбетт, – констатировал кисло. – Насилу вас разыскал. Вот, ознакомьтесь.

И подсунул мне грозную бумажку, озаглавленную «ордер на арест». Надо же, подсуетился инспектор, судью чуть свет растолкал. Пришлось изучать, прихлебывая кофе, который принесла расторопная Энн. Перечитывала дважды: по утрам я плохо соображаю.

Полицейский цедил свой кофе, пристально за мной наблюдая. Неужто переживал, что я спрячусь от него под диваном?

И, главное, смотрел с такой злостью, будто я ему в чашку плюнула. Странно, с чего бы? По утрам я, конечно, не эталон обаяния, и все же…

– Я не законник, но вроде бы все оформлено как следует, – признала я неохотно и отложила злосчастный ордер. – И все-таки, инспектор, с чего бы такая честь? Вчера мы вроде бы мирно расстались.

– Вчера, – повторил он с нажимом и закашлялся. – Тьфу, проклятие! Вот, узнаете?

Он небрежно вытащил из кармана конверт с несколькими фото. Расправил веером и предъявил мне. О, черт! Мне хватило одного взгляда, чтобы узнать себя – улыбающуюся, счастливую – в объятиях красивого брюнета.

Какие забавные тогда носили шляпы! И эти платья с пышными кружевами на груди – впрочем, мне-то как раз такой фасон был к лицу.

Попросить у Энн коньяку, что ли? Пусть думает, что я алкоголичка, раз пью до полудня, да еще и столь крепкие, мужские, напитки.

– Конечно, – я словно со стороны услышала свой голос. – Это я.

– А мужчина? – инспектор швырнул снимки на стол и ткнул пальцем в сияющего улыбкой брюнета. – Это – кто?

Хороший вопрос. Очень хороший.

– Стивен Фримен, – процедила я, начиная кое-что понимать. – Мой бывший жених. А что?

На самом деле не сложить два и два могла лишь форменная идиотка. Но раз уж я начала вчера ею притворяться (и с небывалым успехом!), надо продолжать.

Инспектор так и впился в меня глазами, от усилий закашлявшись еще сильнее. Бедняга, может, ему тоже стоит выпить?

– Это, – полицейский хлопнул ладонью по столу с такой силой, что звякнули блюдца, – пропавший Стивен Берч, его опознала прислуга. Фото найдены среди его вещей. Вот вам и мотив для убийства. Месть.

Я передернула плечами.

– Да вы издеваетесь, инспектор! Это же было семь лет назад.

Рэддок откинулся в кресле, хмуро глядя на меня.

– Он бросил вас практически у алтаря. Такое не забывается.

Я поднялась и взяла с каминной полки сигарету с зажигалкой, выгадывая минутку-другую на раздумья.

А, черт с ним! Придумать складную историю я впопыхах не смогу, да и зачем? Правда некрасива, зато безобидна.

– Между нами говоря, инспектор, – выдохнув клуб дыма, произнесла я доверительно, – я рада, что его укокошили. Но не настолько, чтобы марать руки. Кстати, вчера речь шла только об исчезновении.

– Вчера – да. А сегодня утром рыбаки выловили тело в заливе, – любезно проинформировал инспектор. – Застрелен в упор из револьвера небольшого калибра. За вами ведь зарегистрирован револьвер?

У-у-у, как все запущено!

– Зарегистрирован, – призналась я со вздохом. – Я так понимаю, вы хотите его забрать?

Полицейский кивнул.

– Для экспертизы, вы же понимаете.

– Понимаю, – я со злостью раздавила окурок в пепельнице. – Оружие в офисе, в сейфе. Кстати, кристалл с записью там же. Заберем по дороге или вы сами?

Все же выбила меня из колеи эта история.

Инспектор принял официальный вид, несколько подпорченный сдавленным кашлем.

– Где вы были в среду вечером и в четверг утром?

– А, это тогда его убили? – сообразила я. – Тут и думать нечего, вечером в среду я уехала к Чапманам и оставалась у них до утра пятницы. Кроме меня там было еще с десяток гостей, так что есть кому подтвердить мое алиби.

Рэддок насторожился, даже кашлять перестал.

– Во сколько?!

– Была у них в девять, – сообщила я, немного подумав. – Как раз начинались новости по радио. Значит, из дома выехала часом раньше.

– Жаль, – буркнул инспектор и, насупившись, полез за носовым платком.

– Порчу вам картину? – усмехнулась я, присаживаясь напротив, и опять прикурила. Нервы-то не железные!

Он держал паузу, пристально, не мигая, глядя на меня. На столе перед ним остывал забытый кофе.

– Бросьте, – я поморщилась и помахала рукой, разгоняя табачный дым. – Вы прекрасно понимаете, что это глупо, иначе не стали бы со мной так разговаривать. Очень уж вы по-дружески настроены для беседы с подозреваемой. Вы ведь не верите, что это я его убила?

– Вы правы, – признал Рэддок, помолчав. – Слишком явно все указывает на вас. И мотив у вас, между нами, слабенький. Хотя всякое бывает, конечно… У этого Берча-Фримена как раз на восемь были приглашены гости, но им никто не открыл. Так что я склонен полагать, что убили его все-таки вечером в среду. Увы, вы вполне могли успеть его прикончить и по дороге избавиться от трупа.

– И что дальше? – я прямо встретила взгляд инспектора. – Зачем я через два дня заявилась в квартиру? Чтобы вы меня там засекли?

Он вдруг поднялся и отошел к окну, за которым по-прежнему уныло моросил дождь.

– Прокурор считает, что вы хотели избавиться от улик. Искали письма, фото, вытирали пол и все такое. В среду-четверг вы этого сделать не могли, потому что обеспечивали себе алиби.

М-да, ситуация выглядела все хуже и хуже.

– Постойте, но ведь был же звонок! Зачем кто-то сообщил, что я в квартире?

– Бдительные соседи, – парировал Рэддок, хрустнув пальцами, и прислонился спиной к книжному шкафу. – А я вас даже не обыскал!

И такая горечь прозвучала в его голосе, что меня осенило:

– Вам досталось за это от начальства!

Он передернул плечами и заметил сдержанно:

– Окружной прокурор был не в восторге. Кстати, прокурор Блэк очень не любит вашего кузена.

Я утомленно прикрыла глаза. Встревать – так по уши. Сволочь Блэк будет топить Дэнни любыми средствами, ну и меня заодно. И бедному инспектору досталось.

– Пожалуй, я свяжусь со своим адвокатом. Вы ведь не возражаете, инспектор?

О, он ничуть не возражал. Даже, по-моему, обрадовался…

К моему тайному облегчению, Дариана я в конторе не застала. Секретарша клятвенно заверила, что он свяжется со мной, как только вернется из суда. Вот и чудненько.

Позвонив Энн, я велела подавать завтрак. Рэддок все еще «деликатно» торчал в другом конце гостиной.

– Присаживайтесь, инспектор. – вздохнула я, гостеприимно похлопав по дивану. – Может, поговорим без протокола? Я готова рассказать все, что знаю о Стивене. Хотя, если честно, знаю я не очень-то много.

Он кивнул, одним глотком допил остывший кофе и устроился напротив.

– Мне понадобится ваша помощь с опознанием. Труп осматривала прислуга, но сами понимаете… он двое суток пробыл в воде. Вспомните, пожалуйста, у Фримана были особые приметы? Родинки, шрамы и прочее? Особенно на теле, поскольку лицо довольно сильно пострадало.

Я невесело усмехнулась.

– Хотите верьте, хотите нет, инспектор, но я с ним не спала. Между нами говоря, сейчас я понимаю, что он не очень-то настаивал.

– Ну и дурак! – вырвалось у инспектора. – Кхм, то есть я хотел сказать…

Я даже развеселилась.

Приятно, не скрою, в кои-то веки получить столь непосредственный комплимент. Поди же ты, а на вид – сухарь сухарем.

– Стивен был авантюристом, – объяснила я спокойно. – И альфонсом, кстати говоря.

Инспектор покосился на меня недоверчиво.

– Тогда зачем вы с ним связались? Мисс Корбетт, вы же умная женщина.

– Спасибо, – я благовоспитанно сложила руки на коленях, дабы перебороть желание закурить еще одну сигарету. Тут и так не продохнуть. – Это было давно. Мне было двадцать два и я любила другого. Любила давно, безнадежно и, знаете ли, изрядно устала от этого страдать. А Стивен… он умел очаровывать. Вот я сдуру и решила выбить клин клином.

Он задумчиво почесал бровь.

– А кого вы любили?

Я выпрямила спину и ответила с холодком:

– А вот это уже не ваше дело, инспектор.

Он пожал плечами:

– Я расследую убийство, мисс Корбетт, мотивом которого вполне могут быть, кхм, ваши поруганные чувства.

Я заставила себя не отвести взгляда.

– Там и речи не шло о… поруганных чувствах. Говорю же, любви я к Стивену не питала.

– А с его стороны?

Я дернула уголком губ и посмотрела на полицейского с иронией.

– Я похожа на роковую красотку, инспектор? Что бы я тогда себе ни придумала, Стивен любил только состояние, полученное мной в наследство от родителей. К его разочарованию, распоряжаться основным капиталом я не вправе, могу лишь пользоваться жалкими процентами. На жизнь мне хватает, но мой «жених» рассчитывал совсем на другое. Это выяснилось перед самой свадьбой, когда адвокат составил брачный контракт.

В карих глазах инспектора мелькнула… жалость? Я рассердилась. Вот уж без чего прекрасно обойдусь!

– Тем не менее, Стивен Фримен приехал во Фриско, – напомнил Рэддок. – Не по вашу ли душу?

– Зачем? – вопросом на вопрос ответила я. – Инспектор, да поймите же! Не было там любви, а мое финансовое состояние не изменилось, так что Стивену я давно была неинтересна.

Инспектор поморщился, будто разжевал что-то горькое.

– Мисс Корбетт, мы же условились говорить откровенно. Так зачем вы мне лапшу на уши вешаете?

Не припомню, чтобы мы о чем-то таком договаривались, ну да ладно.

– Ничего я вам, как вы выражаетесь, не вешаю!

– Да? – взвился инспектор. – Почему тогда бывший жених хранил ваши фото, а? Кстати, он даже прислуге как-то плакался на коварную невесту, которая разбила ему сердце – сбежала из-под венца, чтобы стать дамой-детективом.

У меня потемнело в глазах. Ах, так?

– Вы сами путаетесь, инспектор, – съязвила я, не помня себя от гнева. – Уж определитесь, Стивен меня бросил у алтаря, за что я решила ему отомстить, или таки я от него сбежала!

– Неувязочка, – признал он спокойно. – Люди говорят разное. Но я склонен верить прислуге, сам убитый рассказывал эту историю именно в таком ключе.

– Прислуга – женщина? – уточнила я, подумав.

Он задрал брови и кивнул.

– А, тогда все просто. – Я успокоилась так же быстро, как и вспылила. – Он специально давил на жалость, водилось за ним такое под настроение. Видимо, изображал бедного-несчастного, а дамы млели и бросались утешать.

Инспектор посмотрел на меня как-то странно. Оценивающе, что ли?

– А вы циничны, – заметил он.

Я лишь плечами передернула. На том стоим!

* * *

Я неторопливо, с наслаждением (когда теперь еще доведется?) позавтракала. Дариан так и не объявился, ну и ладно. Благо, инспектор не торопился хватать меня за шкирку и волочь в тюрьму. Только время от времени нетерпеливо поглядывал на часы.

– Мисс Корбетт! – наконец не выдержал он, увидев, что я протягиваю руку к очередному, третьему по счету, пирожному. – Может, мы пока съездим к вам в агентство? Оставьте адвокату записку, пусть встретит вас прямо в полицейском управлении.

– А так можно? – обрадовалась я. Говоря по правде, сладости и кофе в меня уже не лезли. Потолстеть я не боялась (скорее надеялась), но сколько можно? – В смысле, не будет ли у вас из-за этого неприятностей?

Вряд ли прокурор Блэк обрадуется, что инспектор таскает подозреваемую с собой, вместо того, чтобы засадить за решетку.

Инспектор махнул рукой.

– Семь эпизодов – один суд, – ответил он решительно. – Едем!

Переварив эту сентенцию, я радостно закивала. Все лучше, чем маяться неизвестностью!

В офисе куковала одна Эйприл. При виде меня с инспектором под ручку она вытаращила глаза и привстала. Ей-то невдомек, что Рэддок вовсе не любезничает, а ненавязчиво фиксирует подозреваемую. Хотя кто его знает?

– Привет! – поздоровалась я нетерпеливо, видя, что секретарша не спешит отмирать. – Дэнни у себя?

Она помотала головой.

– Н-нет. Сказал, к вечеру… а что?

Ну вот! Где опять черти носят моего драгоценного напарника? Вечно его нет, когда он нужен.

Хм, это у меня что – мандраж? С чего бы?

– Пойдемте ко мне, инспектор! – последнее слово я выделила голосом.

Рэддок шмыгнул носом и покрепче сжал мой локоть, зато Эйприл ошалела окончательно. По правде говоря, я всегда была у Дэнни на подхвате, выполняя конкретные задачи: найти, проследить, выяснить. Общение с властями и клиентами он брал на себя. Теперь же все перевернулось с ног на голову. И это секретарша еще не в курсе, что я нынче числюсь в подозреваемых!

Кстати, а сам-то Дэнни знает?

– Нет, – ответил инспектор. – Я его не нашел.

Я что же, думаю вслух? Дожила!

Пребольно ущипнув саму себя за руку, чтобы перестала наконец дурить, я прошагала в свой закуток, громко именуемый кабинетом. Впрочем, лично мне места предостаточно, а клиенты, как уже говорилось, тут почти не бывали. Кроме пресловутой миссис Данхилл, чтоб ей пусто было!

Я с досады так резко распахнула дверь, что заныло запястье. Инспектор наблюдал за мной с неприкрытым интересом, словно ждал, что я еще выкину. Или что выкинет неведомый злодей, так будет точнее.

В сейф я заглянула с некоторой опаской, даже дыхание затаила. Преступник оказался настолько ловким, что вполне мог заблаговременно стащить револьвер – все равно я его только пару раз брала в руки – или кристалл с записью. Пришей убийца свою жертву из моего оружия, и подстава станет идеальной.

Но нет – небольшой револьвер системы «Смит-и-Вессон» обнаружился на положенном месте, как и запись. Уф!

– Не трогать! – воскликнул инспектор, остановив меня в каком-то сантиметре от кристалла.