– Ты это тоже слышишь? – шепот Сары в темноте системного блока был похож на змеиное шипение.

Он слышал. Он это тоже слышал. Только если подтвердить, значит признать, что ты – сумасшедший. Ей можно. Она ксенофизик, ей положено слышать голоса, шорохи и распознавать их. Даже голоса и шорохи, которых по определению не может быть на необитаемой планете. Безжизненной.

«Или обитаемой?» – Ашот нахмурился.

И с такими формами жизни, которые им и не снились?

Ему, пилоту-космобиллогу, горцу – верить в иррациональное крайне опасно, вредно и неприемлемо. Но врать мама не разрешала.

– Слышу, – признался, наконец.

Сверился с термодатчиками за стеной – камера выхватывала движение как минимум шести особей.

– Крысы? – голос Сары сорвался.

Ашот наблюдал за слаженными, осмысленными действиями тварей.

– Разумные крысы, если быть точнее.

Справа, за стеной послышались писк, скрежет и шум драки, визиры фиксировали живой, трепещущий клубок.

– Они, что, НАС делят? – голос Сары искрился ужасом.

– Шут их знает, – Ашот невесело хмыкнул. – Проверять будем?

– С ума рехнулся, что ли? – Сара сорвалась на приглушенный крик.

За стеной мгновенно все стихло: и писк, и возня. В следующее мгновение скрежет усилился, распространился по всей стене.

– Они прогрызают перегородку, – констатировал Ашот. – Надо добраться до аварийной шлюпки.

– А наши? – Сара всхлипнула. – Тося, Степан Игнатьич? Они же там, в холле остались…

Ашот повернулся в ту сторону, откуда доносился ее голос:

– Ты понимаешь, что их, уже, возможно, нет в живых? Если эти чертовы крысы пробрались сюда, перегрызли четырнадцать перегородок из металлопластика? На что там рассчитывать ребятам?

– Может, они тоже пробираются к шлюпке? – Сара его будто не слышала. – Через внешние шлюзы.

Ашот кивнул. Без разницы. Главное – выбраться отсюда и не стать кормом для флоры и фауны N-2315, внезапно ополчившейся на исследовательскую станцию.

Он ощупью нашел узел крепления высоковольтного провода, и, упершись коленом в зубец термоохладителя, подтянулся. Еще мгновение – и он забрался на аварийную приборную панель и выдавил решетку вентиляции.

– Давай сюда, – он перегнулся, опустил руку вниз. Сара торопливо в нее вцепилась, подобралась вся и ловко вскарабкалась. – Ползи вперед, я за тобой.

Сара не стала спорить, быстро юркнула в узкий вентиляционный тоннель – он слышал ее прерывистое дыхание, шелест комбинезона.

Пугала тишина за плечами. Уж лучше бы там грызлись и дрались, по крайней мере, было бы понятно, где они находятся.

– Быстрее давай! – прошептал он внутрь тоннеля, тревожно вглядываясь в темноту. Оттуда донеслось:

– Я на месте.

Ашот бросился внутрь, в несколько движений догнав спутницу. Вместе они помчались по пустынному, слабо освещенному аварийными лампами, коридору внутреннего блока. Поворот. Еще один. За спиной раздался грохот и раскатистый рык.

– Быстрее! Нам надо успеть в шлюпку!

Впереди послышалось мягкое урчание двигателя: кто-то завел аварийный борт, значит, не они одни остались на атакованной станции. Сара радостно воскликнула и прибавила скорость.

Ашот, не останавливаясь, обернулся на шум за спиной – в темноте сияли красные огни голодных глаз.

Гул работающей машины усиливался, к нему добавились вибрации стартового двигателя. Тот, кто управлял шлюпкой, собирался взлетать. Паника заполнила легкие, ударила по вискам – если они не попадут на этот борт, то станут кормом для гигантских крыс.

– Мы здесь! – закричала Сара.

Ашот слышал, как щелкнул стыковочный агрегат.

– Подождите нас! – Сара задыхалась от быстрого бега и страха.

Они выскочили на платформу. Слишком поздно – их накрыл горячий вихревой поток, а над головами, в нескольких метрах от враждебной теперь планеты, промелькнули голубые прожектора аварийной шлюпки. Они стремительно удалялись ввысь.

Сзади почувствовалось движение. Совсем близко. Тихое и неотвратимое.

Сара всхлипнула, закрыла рот ладонями и зажмурилась – так было легче умирать.

Яркая вспышка ослепила на мгновение, окутала теплом. Лишь на короткое мгновение в груди поселилась боль. Но быстро отступила, подарив безмятежность.

– Прости, Сара, это все, что я могу для тебя сделать, – услышала она голос Ашота.

Ее тело упало на платформу.

Ашот перезарядил пистолет и повернулся к приближающимся крысам. У него оставалось два патрона.