Никогда не видел у Вари таких глаз. Они реально завораживают, словно тугая голубая спираль закручивается, стирая все мысли в моей голове. От ее слов такая боль разливается в груди и животе. Меня просто раздирает на части мысль, что она приказала мне ее забыть! Я не робот, не послушная кукла, а живой человек, которому еще никто не смел отдавать такие приказы! Это моя жизнь и мои чувства, да как она посмела?

Зачем наказывает за то, что я не готов признаться в том, что жизнь без нее будет адом! Вернее, не будет никакой жизни без нее, я это уже понял за месяц, который прожил, не зная, жива она или мертва. Мне чуть-чуть оставалось до полного срыва.

Я понимаю, чего она хотела добиться этим приказом! Своей свободы, а ведь еще недавно твердила о своей любви! И как ей верить после этого? Никогда еще я не был настолько в ярости. Буквально чернотой заволокло от мысли, что она пытается от меня избавиться таким способом. Пытаясь загипнотизировать. Сжимаю руки на ее предплечьях с такой силой, что наверняка останутся синяки. И не только там… Умом понимаю, что Варя сейчас вывела из себя мужика, который и так был на грани. Теперь узнает о последствиях и больше такой ошибки не повторит.

Как же горит огнем в груди и животе. Жаль, что я не успел принять обезболивающие таблетки, меня отвлек звонок. Плевать. В голове проносятся картинки того, что я намерен сейчас сделать. Я намерен взвалить упрямицу на плечо и отнести в спальню. Варе идет моя рубашка, но я хочу избавиться от любой одежды на совершенном теле. Вспоминаю, сколько ремней захватил с собой… Только два! А надо три! Потому что намерен связать ее запястья и зафиксировать к столбикам деревянной кровати. Мне нужен еще ремень! Тот, которым я буду лупить упругую задницу. Лупить до красных полос. Я реально намерен это сделать! Она по-другому не понимает.

Я хотел уехать отсюда к обеду, но боюсь придется подзадержаться. Потому что после того, как я ее накажу, намерен трахать, пока мысли об уходе не покинут Варину голову навсегда. Эти видения за несколько секунд промелькнули в моей голове, заставив от предвкушения облизнуться. А потом меня пронзила такая боль, от которой я снова падаю на колени, разжав руки. Та боль в бане у Берестова месяц назад показалась никчемной по сравнению с этим приступом. Ни вздохнуть, ни выдохнуть, словно кто-то заживо сжигает мои кишки!

– Алексей, что с тобой? – Варя склоняется, прижимая холодную ладошку к моему горячему лбу.

– Ты избежала порки! – Не знаю от чего стон, от разочарования или от невыносимой боли. Даже пули в теле не так болели, как сейчас живот и все тело.

– У тебя высокая температура! Я отвезу тебя в больницу!

Варя решительно отправляется в дом, наверное, за ключами от машины, а я впервые задумываюсь над тем, что у нее прав нет, и она не знает, куда ехать! Мы умрем по дороге… Глубоко дышу, стараясь прийти в себя, ведь боль должна утихнуть рано или поздно. Но ничего подобного, мне лучше не становится. Все равно Варя меня поднять не сможет, мне придется встать. Каждое движение причиняет невероятную боль, но в больницу я не поеду!

– Если ты не поедешь в больницу, я позвоню твоим друзьям! Уверена, они не откажут мне в маленькой просьбе тебя связать!

Как, черт возьми, эта нахалка умудрилась прочитать мои мысли? Выбегает с маленьким рюкзачком на плече, забыв, что все еще только в моей рубашке. Я надеюсь, она белье надела, потому что иногда Варя пренебрегает трусиками. Раньше я не жаловался, а сейчас вот напрягся. Если она позвонит Кости или Ильинскому, тогда я огребу по полной. Приходится стиснуть зубы и просто представить, как я потом Варю буду учить послушанию…

– Хорошо, я согласен, но поведу машину я!

– Перебьешься, я умею водить!

– Так же как готовить?

– Немного лучше! – Вижу ее ярчайшую, ослепляющую улыбку, когда она склонилась надо мной. Даже глаза пришлось зажмурить, потому что красивее лица я просто не встречал. Я со стоном признаю поражение. Мне придется прожить всю жизнь с очень богатой шарлатанкой с серьгой в носу… А еще, она детей мне рожать будет… За что меня бог так… наградил!

Поэтому мне все-таки придется лечить свой желудок, я никому Варю не отдам! Ладно, самое главное дойти до машины, я резко выпрямился, подавляя головокружение и пытаясь проморгать черные точки перед глазами. Буквально заваливаюсь на пассажирское сидение своего джипа, а Варя садится на место водителя. Господи, я так никогда в жизни не боялся, причем сейчас паникую из-за этой глупой дурочки, а не из-за себя. Она сует мне в руки телефон и заводит машину.

– Набери кого-нибудь из своих друзей, пусть они свяжутся с больницей и скажи мне адрес, я забью в навигатор…

Я и сам знаю! Набираю Кости, потому что его тетя – лучший в городе врач-гинеколог. За свою долгую карьеру, у кого она только роды не принимала, так много раз опровергая поставленный диагноз – бесплодие. Не счесть, сколько женатых пар обязаны ей жизнями своих детей. Мы еще не въедем в город, как меня будут ждать лучшие врачи. Стискиваю зубы, ругаясь про себя. Надо будет сказать Саратову, чтобы отремонтировал дорогу к своему дому, каждая кочка сейчас отдавалась мне невыносимой болью.

– Врачи вытащили пулю из твоей груди, неужели не могли проверить тебе желудок!

– Варя, это разные вещи… Осторожнее! Твою мать!

Закрываю глаза, когда мы выезжаем на трассу. Мы точно умрем по дороге…

– Ты идиот, Логинов! Зачем ты ездишь на автомобиле с механической коробкой передач? – Вариному возмущению нет предела, а я вообще удивляюсь, как она умудряется с таким скрежетом трогаться с места, путая первую передачу с третьей. Я никогда столько не молился и моя машина тоже! Пусть она сожжет мне сцепление, плевать, лишь бы жива осталась.

– Тебя нельзя пускать за руль, сейчас я в этом убедился! Надеюсь моя слабость не будет стоить нам жизни…

На всякий случай закрываю глаза, не готов смотреть на ее вождение.

– Не ворчи, я стараюсь как могу… И тороплюсь!

Никогда время не летело так медленно, хотя боль, видимо от стресса, понемногу утихает. Представляю, как надо мной будут издеваться друзья. Не успел выписаться из больницы, как снова в нее попал. Как только они убедятся, что со мной все в порядке, умрут от смеха.

– Мы приехали! – Открываю глаза и вижу, как Варя выруливает на парковку больницы, резко тормозит, врезавшись в бампер впереди стоящей машины, и меня откидывает на переднюю панель.

– Мне уже лучше, может мы домой поедем?..

Не думал, что Варя может смотреть настолько грозно. Бл..ь, я стушевался от ее взгляда и понял, что у меня нет выбора. Пройти обследование у эндокринолога придется. Но хотя бы могу идти сам, и ноги не подгибаются. И самое главное, нет знакомых. Видимо Кости еще не успел никому сообщить.

Я ненавижу врачей, не сразу даже понял, что изо всех сил стискиваю Варину руку. Не отпускаю, хотя на обследование ее не пустят…

– Я пойду с вами! – Варя только посмотрела доктору в глаза, и он беспомощно кивнул. Я застонал или засмеялся? Сам не понял! Только теплую маленькую ладошку не выпускал, пока меня в палату не перевели.

– У вас язва желудка! – Доктор смотрит папку с результатами анализов. – Если честно, не понимаю, как вы умудрились запустить ее до такого состояния. Сейчас я решаю, нужна ли операция или мы обойдемся без хирургического вмешательства. Хотя, судя по вашим шрамам, Алексей Дмитриевич, я вас не сильно напугал скальпелем.

– А если не оперировать, то… – спрашивает Варя врача.

– Строжайшая диета, почасовое питание и прием лекарств, бросить курить, никаких стрессов…

– Это невозможно! – Ворчу я. В этот момент в палату вламываются Кости и Ильинский. Что-то долго их не было.

– Оставлю вас ненадолго… – Врач быстро уходит, а потому, как нахмурился Антон, я вижу, он ожидал увидеть здесь меня одного.

– Варя, привет, как дела? – Кости подмигивает и переводит на меня свой насмешливый взгляд. – Логинов! Что-то ты зачастил в больницу! А ведь я предупреждал…

Ильинский благоразумно молчит, пристально разглядывая мою Варю. Он еще не видел ее ни разу, зато наслышан. И его мнение о ней, судя по сегодняшнему утреннему разговору, не очень хорошее. Я уже знаю, что буду выслушивать их нравоучения до скончания веков. И насмешки…

– Мне бы хотелось поговорить с тобой наедине! – Говорит Антон, игнорируя девушку. Только одного меня беспокоит, что она по-прежнему в моей рубашке? Я лишь сильнее сжимаю ее ладонь. И Варя поняла.

– Нет! – Отвечает за меня и загораживает собой. – Вон!

Одна ее фраза, и два здоровых бугая послушно вышли, не говоря ни слова. Я только рот открыл от изумления.

– Я выйду ненадолго, сказать пару слов твоему другу Антону… – Варя улыбается и уходит вслед за моими назойливыми друзьями. Я даже пожалел Ильинского в этот момент…