- Полагаю, мне уже хватит, – Катя вздохнула. – Образцовая мать напивается пока сын у логопеда, – она бросила взгляд в сторону двери, будто боялась, что сейчас в ресторан войдет ее пацан.

- А мне точно нет, – произнес, пытаясь распутать клубок этих противоречивых чувств в груди.

Откровенно говоря, мне не хотелось оставаться одному.

Опасался, что резьбу окончательно сорвет, и тот мрак, что находился глубоко у меня внутри, вырвется наружу самым неожиданным образом.

- Инга, повтори! – откинувшись на спинку стула, я внимательно рассматривал Катерину, препарируя свои внутренние ощущения.

Да, она была хороша. За то время, что мы не виделись, Катя определенно не растеряла своего внутреннего магнетизма, так сильно привлекшего меня в ней много лет назад.

Этакое сочетание внутренней дерзости и кротости в правильных пропорциях. Но все-таки она изменилась. Стала более сдержанной и менее разговорчивой.

После того, как официантка принесла нам новую бутылку, я наполнил пустые бокалы, мысленно переносясь в наше совместное прошлое.

Мы с Катей познакомились вскоре после того, как я выпустился из интерната и начал часто бывать в Москве.

Нелюдимый выходец из детского дома потерял голову от столичной штучки.

Я таких девчонок раньше видел только в журналах, валяющихся в нашей интернетовской библиотеке. Ожившая кукла Барби. Красивая. Ухоженная. Разодетая. На пафосной тачке.

Только, в отличие от куклы, определенно с мозгами. И чересчур развитым чувством собственного достоинства. А еще с женихом в придачу – как водится, вместе со школьной скамьи.

Так уж вышло, что мы с Катериной часто пересекались в одной тусовке. Наличие бабла и люксового авто за считанные месяцы сделали меня «своим».

Я активно «пробовал» разных девок, но продолжал посещать тусы, на которых присутствовала Трофимова. Запала она мне в душу. Хотя, казалось бы, в тот период мне должно было быть совсем не до любви… Но опустим лирику.

Я несколько раз пытался завязать светскую беседу, однако, не обладая развитыми ораторскими навыками, получалось не слишком удачно, да и женишок-Костик все время крутился поблизости.

Однако как бы девчонка не морозилась, прячась за спиной своего недомужика, я чувствовал ее заинтересованность. Между нами носились бешеные разряды.

Но я не спешил. В один момент даже приударил за ее вертихвосткой-подружкой, дабы отследить реакцию Катерины. Я ведь стратег: привык анализировать и выжидать, прежде чем нанести решающий удар…

Как-то раз я встретил Трофимову после учебы. Решил, если она сядет в мою тачку, то пойду до конца. Ну, по крайней мере, не отпущу, пока мы не поцелуемся…

Села.

В те выходные я покидал ее соблазнительное тело только чтобы перекурить. И по новой. Трахались как в последний раз. Собственно, с того дня я ее от себя и не отпускал…

- О чем ты задумался, Артем? – тихо спросила Катя.

- О нас, – не было сил притворяться.

В последнее время мое эмоциональное состояние и так оставляло желать лучшего. Одиночество, к которому я так отчаянно стремился все эти годы, начало сжирать меня изнутри.

Смотри, сам себя не перехитри, Артем.

Вспомнились слова брата, сказанные перед тем, как он заехал мне по морде.

- О нас? – Катя пригладила пальцами упругий золотистый локон, и растерянно заморгала, глядя на меня.

Я взял бутылку, чтобы подлить ей еще вина, однако бывшая девушка выставила вперед ладонь.

- Нет, Артем, мне хватит. Это кьянти ударило в голову! А скоро уже идти… – безрадостно усмехнулась она.

- Катя, ты счастлива? – спросил я и тут же отхлебнул из бокала.

Собеседница опустила глаза. Некоторое время она упорно молчала, хмуря свой аккуратный носик. Наконец, Катерина как-то обреченно рассмеялась.

- Наверное, счастлива… Мой психолог учит меня радоваться мелочам, – она покачала головой. – Не знаю, в курсе ты или нет, но мы с Костей развелись два года назад. Общаемся исключительно по поводу ребенка. Он, кстати, снова собрался жениться.

- А ты?

- Не думаю, что Владику нужен новый папа. По крайней мере, я до сих пор не созрела для… новых отношений. У меня никого нет. Занимаюсь сыном. Пытаюсь сгладить урон, нанесенный ему нашим разводом, – в ее глазах стояла глубокая боль. – А ты счастлив, Артем?

Счастлив ли я?

Почему-то при мысли о счастье мне вспомнилась одна смешливая светловолосая девчонка, с которой мы вместе однажды наблюдали солнечное затмение.

- А как ты думаешь? – я бросил на бывшую испытующий взгляд.

С подбитой скулой и красными слезящимися глазами я вряд ли выглядел как гребаный счастливчик.

- Этот бокал явно был лишним… Но, раз уж мы встретились… Можно, я спрошу?

- Спрашивай.

- После того, как ты ушел, я звонила тебе несколько раз… Почему ты не отвечал?

- Не видел в этом смысла. Я все для себя решил.

Катерина отвела глаза и крепко сжала губы. Некоторое время она так и сидела, словно каменное изваяние, а потом еле слышно начала говорить.

- Я жалею, что вышла за него замуж. Узнала о твоих похождениях… по борделям… «Добрые люди» мне донесли, – Катя вдруг выразительно на меня посмотрела. – Ты просто собрал сумку и ушел… А я… Мне было очень тяжело. Еще и татуировка эта постоянно перед глазами… Наши инициалы. Одна любовь…

Она вздохнула.

- В тот вечер я её перебила … А потом позвонила Косте. Надеялась, он меня пошлет, но он, как ни странно, великодушно принял меня обратно. Я ничего к нему не испытывала, однако Константин хотя бы возвращал мне какое-то иллюзорное чувство спокойствия.

Катерина улыбнулась дрожащими губами.

- Свидания? Секс? Мне было все равно. Он проводил время с моей оболочкой. Снова сделал мне предложение, и мама уговорила меня принять его. Она ведь тебя терпеть не могла… Ну, а Костя, «милый добрый Костя», как выяснилось позднее, взял меня в жены лишь для того, чтобы каждый Божий день попрекать нашим с тобой неудачным союзом.

Я залпом осушил свой бокал, и, покручивая его между пальцами, пристально разглядывал раскрасневшуюся рассказчицу.

- Но вернемся к моей свадьбе… Сперва, я подумала, что тебя это заденет. Я все ждала, что ты не позволишь мне совершить подобную глупость. Приедешь за мной… заберешь… как тогда, когда все только началось. Застыв напротив Костика в ЗАГСе, я вдруг отчетливо поняла, что все это взаправду, и убежала.

Я не перебивал, позволяя бывшей девушке собраться с мыслями. Спустя некоторое время она негромко продолжила.

- Сестры помогли мне успокоиться. Ну, а мама уберегла от «роковой ошибки» накачав «Афобазолом», и я весь банкет глушила его, запивая шампанским. Я даже не помню нашу брачную ночь…

Она смотрела на меня широко открытыми блестящими от подступающих слез глазами.

- Я не хотела рожать от него. Мы предохранялись. Но… вышло как во второсортных сериалах… Бах и две полоски. Я полчаса прорыдала над полосатым тестом в ванной, – Катя закусила дрожащую губу.

- Ты ведь мечтала об этом, – бесцветным голосом напомнил я ей.

- Ты знаешь, о чем я мечтала… – последовала загробная пауза. – Я очень люблю Владика. Он – мой смысл просыпаться по утрам. Но он должен был быть от тебя, Артем… – закончила она надломленным шепотом.

Я не нашел, что на это ответить. Что говорить, если говорить нечего. Сердце качало кровь с большим трудом. Казалось, моя башка вот-вот лопнет от передоза информации.

- Я гораздо позже осознала… Сама ведь все испортила… – трагический смешок. – Клевала тебя, потому что мать постоянно меня накручивала. Пачки тестов. Замеры базальной температуры. В определенных позах… Мы недолго и пытались… Три года. Совсем ведь небольшой срок… А твой диагноз… Да ты и не обследовался толком, Артем… – на ее лице отразилось отчаяние.

Я взволнованно обдумывал услышанное, хотя внешне старался выглядеть бесстрастным. Катя смотрела на меня во все глаза, прямо как в тот день, когда, вернувшись с работы, она встретила меня с сумкой в дверях нашей квартиры.

- Ты хочешь еще детей? – внезапно спросил я.

- Нет, – ответила она твердо. – Долгое время мне ошибочно казалось, что в нормальной семье обязательно должны быть дети. Наверное, повлияло то, что я сама из многодетной.

- Но после рождения Владика у нас с Костей окончательно все разладилось. Любовь к моему сыну так и не сделала меня счастливой. По-женски, – на миг Катя зажмурилась, не решаясь посмотреть мне в глаза.

Я пытался вздохнуть, не зная куда деть ком в глотке, который с каждой секундой лишь увеличивался, перекрывая мне доступ к кислороду.

- Я так и не смогла забыть тебя, Артем. Если бы можно было повернуть время вспять… – нервно рассмеявшись, моя первая любовь дрожащей рукой потянулась к недопитому бокалу кьянти.

Залпом осушив его, Катерина вытащила из сумки телефон, обескураженно покачав головой.

- Подготовка к школе закончились пятнадцать минут назад… Мне пора идти! – она подскочила, продолжая избегать моего взгляда.

- Где именно проходят занятия? – поинтересовался я, делая знак официантке.

- В соседнем здании образовательный центр. Мы только с этого месяца туда пошли. Не против, если я иногда буду ждать Владика в твоем ресторане? Занятия два раза в неделю… – она слегка покачнулась, хватаясь за спинку стула.

- Кать, давай я сам вас отвезу? Все равно у меня больше нет дел…

- Но… ты же тоже выпивал? – Катерина оторопело свела бровки.

- Для меня это вино как компот, – ухмыльнулся я, доставая кредитку. – Ну, так что? – повторил свое предложение.

- Я не против…