Час назад я получила сообщение от Кулэст, что прошла во второй этап, а следом прилетело задание для дальнейшего отбора. Место проведения неизвестно, но от участников требовалось за два дня подготовиться к танцевальному флешмобу. Сортируя архивные папки на полках, я немного утомилась и не придумала ничего лучше, чем поискать Шона. Если к Дэвиду кто-то пришёл, водитель явно должен отираться у кофемашины. Мне тоже не помешало бы взбодриться свежезаваренным капучино и попросить здоровяка о помощи. Амалия присоединилась ко мне, расспрашивая о конкурсе, а следом и другие подтянулись.

В самый разгар моих восторженных речей появление Брайса стало неожиданностью. Я не сразу его узнала, пока он не поздоровался и не напомнил о том, где мы с ним встречались. Вчера я так торопилась, что толком не смотрела на него, а сейчас да, понимаю, что это тот самый спаситель опаздывающих. Мужчина изучал меня пронзительными голубыми глазами и отвешивал комплименты, а я, в свою очередь, рассматривала его. Он тоже высок и плечист, как Дэвид, но черты лица намного острее. Орлиный профиль ничуть не портил Брайса, а придавал некой изюминки. Я никогда не была падка на красивые лица, развод родителей стал этому причиной. Мой отец был красив, он и сейчас замечательно выглядит, но как говорила моя мама: «Детка, красивый мужчина – чужой мужчина. Смазливая внешность – это больше минус, чем плюс».

Этому правилу я и следовала, учась в универе. На втором курсе я начала нравиться парням после того, как сбросила лишние килограммы. Колин был милым, но красавцем его точно не назовёшь. Зато с ним всегда было весело. Частенько он выступал оператором для записи моих влогов. Наша дружба как-то очень быстро переросла во что-то большее, но до любви так и недотянула. А наш первый раз стал ошибкой, неудачным и вялым стечением обстоятельств, после которого мы решили вернуться на ступеньку дружбы, тем более что Колин не собирался покидать солнечную Аризону, пока я жила одной большой мечтой – переездом в Нью-Йорк.

Получив щелчок по носу от босса в виде каких-то запрещающих пунктов в трудовом договоре, я решила ознакомиться с ним получше, чтобы в следующий раз быть готовой и отстоять свои права, если понадобится.

Не найдя нужного пункта про телефон, я сорвалась с места и побежала в его кабинет, минуя Швабралину, решившую сменить профориентацию с секретаря на секьюрити. Она раздувала ноздри и грудью защищала дверь босса. То ли грудь маловата, то ли я была страшна в гневе, но Креветка отступила.

– Вот! Здесь нет ни одного пункта, где сказано о запрете давать свой номер телефона на рабочем месте.

Я тыкала пальцем в железобетонную грудь и волновалась, что вот-вот его сломаю. Конечно, я о своём пальце. Дэвид был твёрд как камень и смотрел на меня с невозмутимостью истукана. Он аккуратно взял меня за запястье и отвёл руку в сторону, а потом чуть наклонился и, глядя на меня сверху вниз, хрипловато произнёс:

– Я могу доказать обратное, сестрица.

Дэвид был настолько близко, что я кожей чувствовала его тепло, ощущала его мужской аромат, помимо парфюма. Сердце застучало в районе горла уже не от возмущения, а от волнения и дышать стало труднее, хотя я не преодолевала стометровую дистанцию на скорость. Все краски мира померкли, а пространство сузилось до него одного, до его глаз. Никогда ещё я не видела настолько отчётливо его тёмно-синих глаз. На миг показалось, что бушующий океан утягивает меня в самую глубь, без возможности выплыть на поверхность, а время на миг остановилось.

Но сердце не позволило утонуть в водной стихии и вырвало на поверхность, больно ударившись о рёбра. Я непроизвольно встряхнула головой, чтобы сбросить наваждение, и отступила на шаг. Мне хотелось вслух спросить, что сейчас произошло, но, конечно же, не стану, а если это повторится, я поверю в существование магии на Земле или колдовство. Я ведь ненавижу Дэвида МакКея! Ненавижу! А теперь злюсь на себя за те незнакомые кратковременные эмоции, которые только что испытала.

– Докажи, – потребовала я, ровной интонацией, собрав всю свою волю в кулак.

Дэвид, забрал у меня договор и походкой ленивого кота подошёл к столу, перелистнул несколько страничек и ткнул в бумагу пальцем.

– Вот, восемнадцатый пункт гласит, что флирт на рабочем месте запрещён, – небрежно произнёс босс и победоносно сверкнул глазами.

Я расстроилась из-за того, что не смогла утереть ему нос, но он расценил это по-своему.

– Думаешь, мне есть дело до твоих ухажёров? Вовсе нет, встречайся с кем хочешь, но если я дам хоть одному подчинённому слабину, другие это увидят. Так нельзя, работа есть работа, и здесь действует строгая субординация.

– Субординация? Это говорит человек, который запирается со своей секретаршей в этом кабинете! Ты хотя бы стол потом протираешь?

Дэвид резко закашлялся, а я стучать по его спинке не собиралась, ладонь до сих пор помнит, как было больно в прошлый раз. Я просто развернулась, собираясь выйти, но братец окликнул меня:

– На, держи. Это номер телефона Брайса, – Дэвид швырнул на стол пластиковый прямоугольник с цифрами.

– Спасибо, без тебя разберусь, – фыркнула я и вышла.

Вот придурок! Ещё я за мужиками не бегала и не названивала им. За кого он меня принимает?!

***

Два дня пролетели незаметно. На работе я выполняла разные поручения – была кем-то вроде подай-принеси: делала ксерокопии, сортировала бумаги, заполняла разные бланки и пару раз ездила в офис заказчиков. С Дэвидом каким-то невероятным образом повезло даже не пересечься ни разу. Чудо, да и только! Я несколько раз мысленно прокручивала тот момент в его кабинете, а по коже бежали мурашки – меня это пугало и нервировало. Просто у меня нет парня, вот и всё, обычная реакция женского тела на мужское и ничего больше.

После работы я летела в ночной клуб «Клетка». Энн договорилась с Саймоном, чтобы мне позволили там репетировать танец для флешмоба. Увы, в нашем с Сарой лофте совсем мало места. Девчонки гоу-гоу даже помогали мне, подмечая недочёты в моих движениях. Вернувшись поздно домой получила посылку от Сары. Я и забыла совсем, что пару недель назад со мной связался один модный спортивный магазин и попросил рекламу в моём блоге. Как оказалось, они из своих надёжных источников узнали, что на последнем отборе будет главное требование к одежде – яркие неоновые тона, поэтому прислали широкие короткие шорты и топ дикого лаймового цвета с бейсболкой и кроссовками в придачу. Мне даже представить сложно, насколько я буду ослепительна в этой одежде со своими розово-красными волосами. Причём «ослепительна» не в переносном смысле. Так же мне заказчик рекламы шепнул в СМС о месте проведения отбора – Таймс-Сквер.

После окончания работы я дождалась, когда все сотрудники покинут офис, убедилась, что никого не осталось и только тогда решила надеть заготовленные вещи. Само собой, мне плевать на дресс-код «Харт-билдинг», но я понимала, что перегибать палку тоже не стоит. Я зашла в лаунж-зону, разложила на диванчике одежду и начала переодеваться. Сняла с себя лёгкое шифоновое платье, натянула шорты, лиф отправился вдогонку к платью, потому что топик был уже с поддерживающими чашечками. Надев топик, побежала к большому зеркалу в холле и, к своему огорчению, заметила розовое пятно на самом видном месте. Чёрт! Наверное, когда мерила дома, коснулась губ. Что делать? Оставить так или попробовать застирать. Посмотрела на настенные часы – время ещё есть. В раковине быстро замыла пятно, осталось высушить причём механическим путём, увы, электросушилки для рук в этом офисе нет. И вот я стою посередине зоны отдыха в одних шортах, а над головой размахиваю топом, будто белым флагом.

– Красивая татуировка, – раздалось за спиной.

– А-а-а! – взвизгнула я от испуга. – Дэвид, что ты здесь делаешь?

– Могу спросить о том же.

Да, его точно не было в офисе. Блин, должно быть, пока замывала пятно, не услышала, что кто-то пришёл. Какой позор!

Я стояла к братцу спиной и натягивала на себя более-менее высушенный топ и только потом развернулась к нему. Дэвид, прислонившись плечом к дверному проёму, оценивающе осматривал меня с головы до ног, как обычный мужчина смотрит на женщину.

«Почему он на меня так смотрит?»

Мне показалось, что в помещении стало очень жарко и захотелось прикрыться. Но я напомнила себе, что передо мной стоит мой ненавистный сводный брат, который очень хочет избавиться от меня. Я распрямила плечи, и, нацепив маску высшей степени пофигизма, ехидно ответила:

– На свидание собираюсь, разве не заметно?

– Не с Брайсом, случайно? – хмыкает он и кривит губы.

– Если и так, какая тебе разница? – фыркаю я.

Демонстративно начинаю складывать платье и кеды в рюкзак. Дэвид не уходит. Иду мимо него в холл к зеркалу, чтобы поправить причёску. Дэвид подходит ко мне, встаёт за спиной так, что мы видим друг друга в отражении. Не придавая значения, его хмурому взгляду, достаю помаду и медленно наношу ярко-розовую помаду на губы. Тёмно-синие глаза внимательно следят за моими движениями. Он снова близко, и я снова чувствую кожей его тепло. Меня и так переполняет волнение из-за предстоящего отбора, а тут ещё и братец ведёт себя очень странно.

Я разворачиваюсь к нему лицом и спрашиваю:

– Дэвид, только не говори, что тебя интересуют уроки макияжа? – Я шуткой пытаюсь разрядить обстановку. Главное – не захихикать, как дура. Такое со мной иногда случалось в университете, когда я нервничала.

– Нет. У меня есть просьба к тебе, – говорит он, и я заинтересованно выгибаю бровь. – Не прыгай в его койку в первый же вечер, тогда возможно у тебя появится шанс на следующее свидание.

– Спасибо за совет, братец. Обязательно воспользуюсь, – отвечаю ему с улыбкой «Мисс Америка».

Подхватываю рюкзак и тороплюсь к лифту. Мне обидно. Очень обидно.

«За кого он меня принимает? Какая разница! Пусть, что хочет думает! Он мне никто!»

Зайдя в кабину, я нажала кнопку «вниз». Дэвид стоял на том же месте и не сводил с меня взгляда, пока двери лифта не скрыли меня от него. Я встряхнула головой и руками немного растёрла плечи, прогоняя непрошеные мурашки. Выиграть бы конкурс и послать всю эту компанию вместе с отцом к пингвинам в Арктику.

***

Энн ждала меня неподалёку от Таймс-Сквер и не одна. Все девчонки из клуба «Клетка» приехали поболеть за меня.

– Подруги, спасибо большое! Мне безумно приятна ваша поддержка, – широко улыбаясь призналась я.

Сразу стало так тепло и уютно на душе, не передать словами.

– Мы не могли это пропустить! – восторженно сказала Паола. – Вдруг сегодня родится новая звезда, а мы это пропустим, – девушка встряхнула головой, отчего её кудряшки, подскочили, как пружинки.

Девчонки обняли меня, сказав, что на удачу.

Мы следили за площадью, пока ничего не происходило. Люди гуляли, шли по своим делам, проезжую часть шлифовали колёса машин. Солнце садилось, но яркие таблоиды на высотках освещали улицу, будто разноцветные гирлянды в Рождество. В Нью-Йорк невозможно не влюбиться! Он сводит с ума, восхищает, очаровывает и удивляет. Здесь жизнь кипит, никто не станет тыкать в тебя пальцем, даже если ты вырядишься, как настоящий клоун, твою позицию примут, потому что тут все яркие и свободные, те, кто любит этот бурлящий мир. Дышу этим воздухом и наслаждаюсь, а в голове снова на повторе песня Мадонны «I Love New-York».

Весь день я сохраняла молчание в блоге. Да, я была осведомлена о месте флешмоба, но не имела права о нём говорить никому, это грозило нарушением правил, ведь это группа Кулэст, у них любое действо превращается в феерию, вот и сегодня они решили провести отбор с размахом.

Чем ближе приближалось время Х, тем сильнее тряслись мои коленки. Сердце долбило по рёбрам, а ещё стучало в ушах и в горле. Вот так, взяло и клонировало себя само, мешая мне расслабиться.

«Мамочка, ты смотришь на меня? Пожелай мне удачи!»

Энн держала в руках мой телефон, готовясь в любую секунду включить прямой эфир. Издалека послышалась полицейская сирена. Я сразу догадалась, что это не погоня за преступниками, а начало шоу. Киваю Энн, она включает эфир, и я говорю в камеру:

– Привет-привет, друзья! Сегодня второй этап отбора! Мы на Таймс-Сквер и уже начинаем!

В окошке посыпались сердечки и множество комментариев, но к ним я вернусь потом.

Пять машин с сиреной подъехало к площади, из них вышло несколько человек в форме телохранителей, а из салонов начала играть громко музыка. Люди останавливались, доставали телефоны, чтобы сделать интересные кадры или просто смотрели. Участники должны были выходить с разных сторон, как обычные прохожие и начинать синхронно танцевать с другими конкурсантами. Постепенно мы заполнили всю площадь и двигались под Рианну, как единый организм, будто наши движения запрограммированы и отточены несколькими годами репетиций. Да, желающих попасть в Кулэст очень много, и я не имею ни малейшего представления о том, кто станет теми самыми пятью счастливчиками.

Музыка стихла, а нашей задачей было просто покинуть площадь спокойным шагом, будто мы такие же прохожие, как и все остальные здесь. Кулэст сели в свои авто и уже без сирены, разъехались в разные стороны. Я вернулась к девчонкам, помахала в камеру и сказала несколько слов о магазине одежды, где якобы куплен был мой наряд и о том, как он понравился мне. То, что мне он понравился ни капли не ложь, костюм действительно клёвый и очень удобный.

– А-а-а! Это было круто! – визжали подруги и по очереди душили меня в своих объятиях.

Мои руки и ноги всё так же тряслись и очень хотелось куда-нибудь присесть успокоиться, попить воды, а ещё лучше сока.

– Может, в кафе сходим? – предложила я.

– Подруга, мы бы с радостью, но сама знаешь, Саймон за опоздание с нас три шкуры сдерёт, – скривилась Миди.

– Прекрасная Эмбер, я могу составить Вам компанию, – позади раздался знакомый мужской голос.

Я обернулась. Это Брайс. Девчонки что-то начали весело между собой обсуждать, косясь на мужчину.

– Оу, Брайс, не ожидала Вас здесь увидеть, – улыбнулась я.

Хотелось добавить, что не ожидала увидеть в чём-то другом, помимо делового костюма. На Брайсе светлые стильные брюки, рукава бледно-бирюзовой рубашки по-пижонски подвёрнуты, а на ногах белые слипоны.

– Честно говоря, я тоже. Я направлялся в один хороший ресторан неподалёку, когда увидел Ваш танец там, – брюнет кивнул головой в сторону площади. – Это третья наша случайная встреча, Эмбер. Думаю, что небеса нам благоволят. Тем более, здесь вроде бы нет Вашего строгого босса.

Брайс говорил так открыто. Девчонки тоже внимательно слушали его. Да, им я уже успела мимоходом рассказать о нём, когда злилась на Дэвида с его выходкой в офисе.

– Мы отпускаем Эмбер, – заголосили они, загадочно улыбаясь и подмигивая мне.

– Большое спасибо! Обещаю, что привезу её домой в целости и сохранности, – заверил моих подруг Брайс.

А ведь он даже не знает, что везти меня придётся в Бруклин. Пусть это станет сюрпризом.

Красный кабриолет остановился около входа в ресторан «Виктория». Брайс открыл мне дверь, галантно подал руку, помогая мне выйти, и передал ключи парковщику. Роскошный навес, красная ковровая дорожка, стильные кашпо с вечнозелёными декоративными деревьями, позолота на разнообразных элементах – всё это говорило о том, что мне не хватит средств на кредитке, чтобы рассчитаться за свой ужин. Да, Брайс меня пригласил, но это ещё не значит, что он будет платить за меня.

– Брайс, думаю, мой внешний вид немного не вписывается в это место, – я попыталась использовать свою одежду как причину. Рядом полно кафе с фасадами попроще, выбор огромен.

– Эмбер, Ваш внешний вид лично мне очень нравится, поэтому я не вижу никаких преград для нашего общения в этом уютном местечке.

Вздохнула, согласилась, а в уме прикинула, что могу обойтись чашечкой кофе, сославшись на отсутствие аппетита.