Разбудил меня негромкий, но достаточно противный звонок, и я сначала долго шарил рукой рядом с кроватью, пытаясь отыскать будильник. Потом вдруг вспомнил всё сразу: капающую в таз воду, боль, Сигизмунда, князя Чилларио, мэтра Лагиуса, диагностику и будущих коллег. Информация обрушилась снежной лавиной и чуть не погребла меня под собой. Открыв глаза, я убедился в том, что всё произошедшее со мной не сон и не глюк, а если это и галлюцинация, то очень качественная и, если можно так сказать, многосерийная. И мне, судя по всему, в ней – в этой затейливой галлюцинации – предстоит жить.

– Доброе утро, Леон, – раздался тот же женский голос, который задавал вчера странные вопросы, половину из которых я даже вспомнить не мог, настолько был вымотан, – завтрак ожидает вас в общей комнате.

– Доброе, – ответил я, даже не пытаясь отыскать источник звука, – спасибо, скоро буду.

Умывшись и приведя себя в порядок, я посмотрел на костюмы, но подумал и влез в свою привычную одежду: джинсы и футболку. Куртку, подумав, решил оставить в комнате, потому как на завтраке она мне совершенно ни к чему.

Агата и Феликс обнаружились в той же комнате, где мы накануне смотрели кристалл про Оверхилл и рассказывали о себе. За ночь тут ничего не изменилось, разве что на столе рядом с Феликсом появилась стопка разномастных бумаг. Видимо, материалы к тому самому «планчику», о котором наш криминальный статистик вчера говорил.

Вопреки опасениям, которые у меня всё же были, завтрак оказался самым обычным: каша, похожая на овсянку, сырная и мясная нарезка, хлеб, масло, горячий чай.

– Когда я пришла, это всё тут уже было, – правильно поняв мой вопросительный взгляд, сказала Агата, и мы дружно повернулись к Феликсу, который меланхолично жевал очередную яркую пластинку.

– Откуда это всё взялось? – ведьмочка обвела рукой заставленный тарелками стол.

– Ни малейшего представления, – пожал плечами скелет, – я был занят расчётами, а когда посмотрел на стол, там всё это уже было. Это же Междумирье, тут ничему не нужно удивляться.

– Кроме самого факта существования этого самого Междумирья, – проворчал я и решил, что проблемы проблемами, а завтракать нужно. Тем более что я уже очень давно не имел такой возможности: получить нормальный горячий завтрак. Самому себе готовить было откровенно лень, на завтраки в кафе не было денег, поэтому приходилось обходиться растворимым кофе и печеньками, если, конечно, я не забывал всё это купить. В этом случае на помощь приходила забегаловка, расположенная в соседнем доме, где за очень божеские деньги можно было разжиться стаканом кофе на вынос и сосиской в тесте.

– Я всё время забываю, что ты их закрытого техногенного мира, – улыбнулась Агата, присоединяясь ко мне и сооружая себе вполне такой приличный бутерброд с сыром и чем-то вроде ветчины.

– Слушайте, а вам вчера вопросы задавали вечером? – принюхиваясь к каше, спросил я. – Я вот помню, что что-то спрашивали про продукты, загородный дом и что-то такое ещё, но детали все словно растворились. Наверное, я всё-таким слишком хотел спать.

– Нет, – переглянувшись, слаженно ответили мои коллеги, – наверное, тебя спрашивали потому что ты осуществляешь общее руководство. А может…

Тут в комнату вошёл уже хорошо знакомый нам мэтр Лагиус в сопровождении неизвестного коротышки в забавном клетчатом костюмчике. В руках у спутника мэтра были какие-то бумаги и плоский прибор, отдалённо напоминающий калькулятор.

– Доброе утро, – пророкотал мэтр, доброжелательно моргая всеми тремя глазами, – вижу, у вас всё в порядке, адаптация идёт полным ходом. Следовательно, сразу после заключения договоров и получения всего необходимого, можете отправляться к месту работы. Тем более что у меня сегодня запланирована диагностика нескольких очень шумных и воинственных существ, облик которых далёк от антопоморфного. Боюсь, вам будет не слишком комфортно рядом с ними. Хочу пожелать вам удачи на новом месте. А теперь я вас покину, чтобы Казимир Францевич мог завершить процедуру оформления.

С этими словами он вышел, аккуратно притворив за собой дверь. Интересно, а этот Казимир Францевич – тоже бес, как и Сигизмунд? Уж больно похожая внешность, да и имя явно родственное. Но спрашивать я, разумеется, не собирался…

– Итак, господа, – толстячок, отдуваясь, устроился за столом и водрузил на него бумаги, которые до этого держал в руках. – Вы направляетесь в Оверхилл, верно? Угу… Миротворец, Контролёр и Организатор… Прекрасно, просто отлично… Итак, получите, пожалуйста, свои должностные инструкции, сейчас их читать не нужно, у вас ещё будет время для изучения. Так… это вам, это вам, а это вот – вам. Вот здесь вот распишитесь, и вот здесь тоже, и вот тут вот ещё… Далее… Ключи от дома, в котором вы будете проживать, – тут он положил на стол три одинаковых ключа, самых обычных, с резными бородками, – он расположен неподалёку от Максиора, всего в каких-то пятидесяти лимах. Пара кругов верхом – и вы в городе! Удобно, правда? Так… эти – от конторы, адрес есть у вас в инструкциях. Что ещё? Да вроде бы и всё…

– Подъёмные, – негромко проговорил я и заметил, как забегали глазки у обладателя звучного имени, – и прежде чем что-то сказать, всмотритесь в меня, уважаемый Казимир Францевич. Вы ничего не замечаете?

Конечно, я блефовал: совершенно не факт, что бес – а я уже почти не сомневался в природе нашего собеседника – заметит метку князя Чилларио, как увидел её мэтр Лагиус, но не попытаться не мог.

Толстячок вздохнул и вперил в меня неожиданно тяжёлый взгляд. Через минуту он побледнел, потом покраснел, потом застегнул все пуговицы на пиджаке, снова расстегнул их и шёпотом проговорил:

– Ну что же вы сразу-то не сказали, золотой мой? Я, конечно же, и не собирался ничего утаивать, просто не успел. Вы же мне верите, правда?

– Разумеется, – мило улыбнулся я, – я, как вас увидел, так сразу и понял: вот он, образец честности и порядочности! Кто другой, может, и попытался бы обмануть новичков, но не он!

– И были абсолютно правы, платиновый мой, – заулыбался Казимир Францевич, – вот подъёмные, по десять рейсанов каждому, – на столе словно из воздуха возникли небольшие мешочки, а которых что-то приятно звякнуло. – Позже о размере жалования договоритесь с местным руководством. Ах, да… Вот жетоны, на них указан ваш вид деятельности, поэтому их лучше носить, особенно поначалу, пока местные к вам не привыкнут и не запомнят вас. Одежду купите сами, денег вам хватит на самое необходимое, ну а там уж как освоитесь. Поначалу раз в несколько лет к вам будет наведываться проверяющий, так что отчётные документы старайтесь держать в порядке и в таком месте, откуда их легко будет извлечь при необходимости. Если всё будет хорошо, то проверки сократятся или вообще будут отменены. Вот теперь точно всё. Ваш мир – вон за той дверью, – Казимир Францевич показал пухлой ручкой на самую обычную дверь, на которую мы даже внимания не обращали. Естественно, мы тут же дружно на неё уставились.

– А как… – я хотел спросить, как нам быть с языком и прочими техническими моментами, но на том месте, где только что сидел толстячок, уже никого не было, лишь в воздухе чувствовался слабый запах серы и почему-то коньяка.

В комнате повисла тишина: нужно было, наверное, сказать что-нибудь этакое, соответствующее ситуации, но я никогда не был мастером произносить пафосные речи. Судя по тому, как Феликс оперативно прикрылся стопкой разрозненных листков, он тоже не жаждал выступать в роли спикера.

– Ох, как тревожно и в то же время интригующе! – воскликнула Агата и посмотрела на нас горящими от предвкушения глазами. – Ребята, ну что вы сидите? Разве вам не интересно?

– Интересно, – согласился я, – но страшновато. А тебе разве нет?

– Есть немного, – слегка смутилась ведьма, – но любопытства больше. Как вы думаете, каким будет наш дом? Мне почему-то кажется, что это будет такой, знаете, каменный особнячок, с высокой живой изгородью, крыльцом с колоннами…

– Агата, какой особнячок? – остановил размечтавшуюся девушку Феликс. – Ты же слышала, что он сказал: в пятидесяти лимах от столицы. Интересно, кстати, лим – это сколько? Если отталкиваться от того, что…

– Слушай, давай ты потом будешь отталкиваться, а? – Агата нетерпеливо притопнула. – В конце концов каменный особняк может находиться и за городом, это даже лучше. При нём тогда почти наверняка есть сад, может быть, парк с тенистыми аллеями. Как вы думаете?

Я вспомнил вопросы, которые задавал мне голос вчера, и в сердце заворочались дурные предчувствия. Озвучивать я их, правда, не стал, так как тогда, боюсь, Агату нам пришлось бы заталкивать в Оверхилл силой.

– Не посмотрим – не узнаем, – сказал я и решительно выбрался из-за стола. – Давайте прихватим вещички да и пойдём, благословясь.

Последнее слово, скорее всего, было лишним, но что сказано – то сказано.

– Моё всё здесь, – заявил Феликс, выкатывая из-за одного из шкафов здоровенный чемодан на колёсиках, – я успел прихватить немного вещей, потому что, в отличие от вас, серьёзно отношусь к своему внешнему виду. Ну ничего, я вами займусь, как только хоть немного освоимся, а то куда это годится?

– Я сама разберусь, – тут же надулась Агата, – тоже мне, специалист выискался! Вот Леона – да, его приодеть не помешало бы, но тут всё понятно: он просто не успел с собой ничего взять. Ведь так?

– Конечно, – кивнул я, благоразумно не уточняя, что даже если бы мне дали время собраться, мне нечего было бы брать с собой кроме одного-единственного костюма, который был у меня, как говорится, «и в пир, и в мир, и в добрые люди». Ну и форма была ещё, которая осталась от последнего места работы охранником: я её покупал при устройстве на службу, поэтому при увольнении она, естественно, осталась у меня. – Сейчас только куртку возьму, подождите, ладно?

Вернувшись в комнату, где провёл ночь, я без особого удивления нашёл сумку, в которую был аккуратно уложен тот самый мягкий костюм, в котором я спал, и парочка неприметных серых, висевших в шкафу.

– Спасибо, очень мило с вашей стороны, – сказал я неизвестно кому, – не помешает. Благодарю за гостеприимство и ночлег.

Подхватив сумку, я вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь и с некоторым удивлением прислушиваясь к внезапно возникшей где-то в глубине моего давно очерствевшего сердца надежде на то, что скоро всё изменится. Но, как сказал кто-то из мудрецов, надежда – глупое чувство, так что я перехватил поудобнее сумку и зашагал навстречу своему абсолютно непредсказуемому будущему.

И вот мы втроём: Агата с небольшим рюкзачком, Феликс с оранжевым чемоданом и я с казённой сумкой – замерли перед дверью, которая должна была привести нас в неведомый Оверхилл.

– Надо открыть, – дрогнувшим голосом сказала Агата, обращаясь непонятно к кому, – не можем же мы тут стоять вечно.

– Не можем, – согласился я, – мы и не будем.

– Я открывать не могу, – скелет ткнул костяным пальцем в чемодан, – у меня вещи.

– У всех вещи, – вздохнул я и решительно толкнул дверь.

Если скажу, что не волновался, это будет неправдой: сердце трепыхалось где-то в пятках или в желудке… в общем, не в том месте, где должно было бы находиться. Мелькнула мысль о том, что сейчас мы попадём прямиком в пасть какой-нибудь инопланетной зверюги типа Чужого или Хищника.

Но вопреки опасениям за дверью было спокойно, я бы даже сказал – благостно. Я перешагнул через порог, и тут же отошёл в сторону, помня, что говорил мне Сигизмунд. Эта дверь ведь тоже была своего рода порталом. Следом за мной в Оверхилл шагнула Агата, а за ней, волоча за собой чемодан, через порог перебрался Феликс. И, как только колёсики чемодана коснулись травы, дверь заискрилась по контуру и медленно растаяла в воздухе.

– Ну, здравствуй, Оверхилл, – зачем-то сказал я и огляделся.

Вокруг было красиво: изумрудно-зелёная трава, яркие искорки цветов, синее небо, в котором бодро светило ярко-оранжевое солнце.

– Это местное дневное светило, Фроми, – откашлявшись, сообщил Феликс, – а по ночам тут светит Крима. Я это вчера узнал ночью, когда кристаллы слушал.

– Потом расскажешь нам, что интересного ты узнал, ладно? – остановил я его. – А сейчас неплохо было бы понять, почему нас перенесли именно в это место. Вряд ли предполагалось, что мы будем таскаться с вещами в поисках жилья. Так что если руководствоваться элементарной логикой, наш дом, или что там для нас приготовили, находится где-то рядом.

– Смотрите, вон там какая-то избушка, – оживилась Агата, – наверняка в ней кто-нибудь живёт, и мы сможем узнать, куда нам надо идти.

– Феликс, останься здесь с вещами, а мы с Агатой сходим на разведку, – решил я, – и постараемся узнать что-нибудь. А потом вернёмся за тобой, хорошо?

– Да, это будет разумно, – не стал спорить наш Контролёр и преспокойно уселся прямо на свой чемодан. Надо признать, что смотрелся скелет, сидящий на ярко-оранжевом чемодане посреди поля, очень атмосферно. Я мужественно воздержался от комментариев, и мы с ведьмочкой направились к виднеющейся неподалёку избушке.