Я успела немного углубиться в лес, прежде чем до меня дошла вся серьезность моего положения. Я бежала по лесу, а за мной гнались Жнецы и Стефан. Джемма, ты здорово придумала. Отличный способ подготовиться к смерти от холода. Неужели твои сны ничему тебя не научили?
Да, я была настоящим гением.
Раздумывая, не вернуться ли назад и не убраться ли к чертовой матери из-за деревьев, я перешла на бег трусцой. Какие у меня были варианты? То есть, я могла либо вернуться в хижину и встретиться лицом к лицу с тем, что ждало меня там, либо продолжить путь дальше в лес, возможно, заблудиться и, в конце концов, попасть в плен, если всё будет разворачиваться как в моих ночных кошмарах, что, как я начинала думать, вполне возможно. После того, как я обнаружила, что обладаю способностями предвидения и что у меня могли быть видения без помощи хрустальных шаров, почему бы не предположить, что мои кошмары тоже были реальностью?
Пребывая в нерешительности, я услышала, как позади меня хрустнула ветка. Я обернулась и быстро осмотрелась по сторонам. Хотя я почти ничего не могла разглядеть. Единственным источником света, при котором мне приходилось передвигаться, был слабый свет, исходивший от луны.
Мое сердце бешено колотилось в груди, когда я вытащила нож из заднего кармана и выставила его перед собой, как будто я была каким-то мастером боя на мечах или кем-то в этом роде. Что было совершенно не так. Еще одна хрустнувшая ветка, и я увидела это — свою неминуемую гибель. Я крепче сжала рукоять ножа, моя жизнь промелькнула перед глазами, когда Стефан и несколько Жнецов вышли из-за деревьев. Лед покрывал снег, двигаясь прямо к моим ногам. Температура понизилась. Мое тело похолодело, и меня пронзило леденящее душу чувство дежавю.
Я тяжело дышала. Моя рука дрожала. И, клянусь, все происходило как в замедленной съемке, когда Стефан подошел ко мне, и я замахнулась на него ножом. Он легко выхватил его у меня из рук, и он со звоном упал на ледяную землю. Затем он наклонился, подобрал его и сунул в карман своей куртки.
— Привет, Джемма. — Он улыбнулся леденящей душу улыбкой. — Куда собралась?
Ладно, и что теперь?