– Не говори глупости! – тут же возмутился Морган. – Тут дело вообще не во мне. Вернее, не только во мне, а в нас обоих.

– Может, ты уже прекратишь нагнетать и нормально объяснишь, в чём дело? – я начала немного раздражаться.

Ну, вот что за привычка ходить вокруг да около вместо того, чтобы просто взять и всё прямо сказать?

Морган тяжело вздохнул, засунул руку во внутренний карман сюртука и вытащил небольшой бежевый конверт, который и вручил мне.

Конверт был подписан изящным витиеватым почерком, и был адресован нам обоим.

Я перевернула конверт, намереваясь его открыть, и моё сердце пропустило удар.

Сургучная печать была сломана, а значит Морган (а возможно ещё и Агата) письмо уже прочёл. Что, в общем-то, совсем не страшно. Испугало меня другое. На том, что осталось от печати, отчётливо виднелся герб нашего отца.

«Что этому высокородному мудаку от нас нужно?» – сразу же возникла в моей голове мысль, наполненная жгучей смесью из злобы, обиды и тревоги.

Я открыла конверт. В нём оказался сложенный вдвое лист, к которому прилагалась небольшая (размером с мою ладонь) карточка из плотного картона, оказавшаяся приглашением на именины наследника.

Вернув приглашение в конверт, я развернула письмо.

Дорогие Габриэлла и Морган,

Наша семья поступила с вами и вашей матерью крайне несправедливо. Наверняка вы затаили на нас обиду – имеете полное право. Однако я надеюсь, что вы найдёте в своей душе каплю родственных чувств и явитесь на семейное торжество, чтобы познакомиться со своим младшим братом.

В искренней надежде на скорую встречу,

ваш дядя Маркус.

Недовольно поджав губы, я сложила письмо и убрала обратно в конверт

– Я подумал, что ты должна знать, – смущённо объяснил Морган. – Ну, и, наверно, нужно отправить какой-то ответ?

– А что ты думаешь насчёт всего этого? – постаравшись не позволить отразиться в голосе той буре эмоций, что в этот момент бурлила у меня в груди, спросила я брата.

– Я бы хотел увидеть отца, – последовал моментальный ответ.

Морган явно много об этом думал и успел что-то для себя решить.

Меня так и подмывало напомнить, что эта гнилая семейка (включая дядю Маркуса и бабку с дедом) бросила нас, когда сам Морган был ещё младенцем, и не то что ничем не помогала, а даже не интересовалась нашей жизнью. Нас для них все эти годы просто не существовало! А теперь вдруг опомнились. Интересно только, с чего бы?

Титаническим усилием воли я удержала рвущиеся с языка резкие слова.

«Это нормально, хотеть познакомиться с отцом и остальными родственниками, – мысленно увещевала я себя. – Морган уже не младенец, а умный, рассудительный юноша. Я не имею никакого права запрещать ему общаться с той семьёй».

– Я бы предпочла не приближаться к этой семейке ближе чем на расстояние пушечного выстрела, – в отношении брата я придерживалась политики максимальной откровенности, от которой не стала отказываться и сейчас. – Но если ты хочешь принять приглашение, я не стану тебе мешать.

– Ты отпустишь его одного? – удивилась Агата.

– Одного в логово со змеями? Никогда! – весело фыркнула я. – Разумеется, я тоже пойду. Глядишь, мой вид испортит папаше настроение, а если повезёт, то и аппетит.

Морган расплылся в счастливой улыбке и бросился мне на шею.

– Спасибо, Габи. Ты самая лучшая!

Я ласково потрепала его по макушке, на мгновение крепко прижимая к себе.

– Я позабочусь о подходящем наряде для него, – пообещала Агата.

Я послала подруге тёплую улыбку.

– Спасибо.

– Ой, да ладно тебе! – отмахнулась та. – Ты делаешь для меня намного больше. Как, кстати, идут дела?

– С попеременным успехом, – уклончиво ответила я.

– В таком случае, не будем мешать тебе вести боевые действия, – Агата широко улыбнулась. – В пятницу ты приедешь к нам, или Морган, как джентльмен, заберёт тебя?

– Не будем привлекать лишнего внимания, – после коротких раздумий решила я. – Я приеду к вам.

– Хорошо, – кивнула Агата. – Мы будем ждать.

Я вышла на крыльцо, чтобы их проводить. Когда же вернулась в дом, сразу же столкнулась с Бернардом, поджидавшем меня на лестнице.

И судя по выражению его лица, он не собирался оставить меня в покое, пока не получит ответы на все интересующие его вопросы.

Нашла коса на камень

– Интересная парочка, – заметил Бернард ровным голосом. – Мальчик очень на вас похож, Габриэлла. Полагаю, это ваш брат?

– Да, – отрицать очевидное я не видела никакого смысла.

– А девушка рядом с ним?

– Няня, – я не смогла быстро придумать ничего лучше и сама прекрасно понимала, сколь глупо звучит подобный ответ. Однако исправляться и не подумала, лишь с вызовом посмотрела Бернарду в глаза.

– Сколько вашему брату лет? – с усмешкой уточнил тот. – Пятнадцать?

– Ему четырнадцать, – поправила я.

– Всё равно он уже достаточно большой, чтобы не нуждаться в присмотре, тем более няни.

– Вашему брату за тридцать, а ему всё ещё матушка сопли вытирает, – пренебрежительно бросила я.

– И даже она не додумалась приставить к нему няню, – парировал Бернард, задорно сверкая глазами – явно наслаждался очередной словесной пикировкой.

– Её проблемы, – пожала я плечами наигранно равнодушно. – В любом случае, мои отношения с братом не вашего ума дело.

– Пожалуй, – согласился Бернард. А затем требовательно спросил: – Что за письмо он вам отдал?

«Подсматривал, значит», – сделала я неутешительный вывод. Вслух же спросила: – С чего вдруг вас так интересуют мои дела?

– С того, что вы вошли в мой дом в качестве невесты моего брата.

– Что не даёт вам права устраивать мне допрос и лезть в мою личную жизнь.

– У меня есть все права в отношении вас, какие я только пожелаю, – отрезал Бернард. – Я могу даже бросить вас в темницу, если захочу.

Я презрительно скривилась.

– Даже не сомневаюсь в широте ваших полномочий, господин дознаватель, – ядовито откликнулась я.

– В таком случае не вынуждайте меня применять силу. – Бернард не сводил с меня тяжелого взгляда, от которого у меня по спине пробежали мурашки. – Отдайте письмо.

– Нет.

Бернард усмехнулся. И резко бросился в мою сторону с явным намерением схватить и отобрать письмо силой.

Я, подхватив подол платья, бросилась наутёк, однако Бернард оказался быстрей и, схватив меня за плечи, развернул к себе и с силой впечатал спиной в стену, заставив меня болезненно охнуть.

Навалившись на меня всем телом, Бернард принялся нагло лапать меня в поисках письма.

Страх разоблачения застлал мне глаза, я положила руки на плечи Бернарда и с силой оттолкнула его от себя с помощью магии.

Только вот из моих ладоней внезапно вырвались крохотные разряды молний, отбросившие Бернарда назад – он пролетел через весь холл, разбил спиной стеклянную дверь, ведущую в соседнюю комнату, и грузно рухнул на пол.

У меня сердце перехватило от страха.

«Что я наделала!»

Я тут же бросилась к Бернарду и плюхнулась на колени возле него, не до конца понимая, что собираюсь делать.

Бернард же резко открыл глаза, ухватил меня за руки и уронил на себя, впиваясь требовательным поцелуем в мои губы.

Следующий удар магическим зарядом ему в плечо я нанесла уже полностью осознанно, заставив Бернарда буквально задохнуться от боли и разжать хватку – я тут же вскочила на ноги и отпрыгнула от него в сторону, ощущая, как меня мелко потряхивает от пережитого стресса.

– Ну, оно того точно стоило, – с шальной улыбкой, которая совершенно не вязалась с болезненной гримасой, заявил Бернард, морской звездой раскинувшийся на полу в окружении битого стекла. – А вы горячая штучка, Габриэлла.

Я буквально задохнулась от возмущения.

– Вы сумасшедший! – заявила я, дрожащими пальцами коснувшись собственных губ, на которых всё ещё ощущала призрачную тень его поцелуя.

– Все влюблённые немного безумцы, – пожал плечами Бернард и преспокойно сел, отряхивая с рубашки стеклянное крошево. – А удар был весьма неплох, Габриэлла. Я восхищён вашими способностями.

На лестнице послышались громкие шаги, освободившие меня от необходимости что-либо на это отвечать, а затем к нам вышел дворецкий.

Он окинул быстрым взглядом открывшуюся перед ним картину, однако даже глазом не повёл, и спокойно обратился ко мне.

– Госпожа Габриэлла, хозяйка желает видеть вас. Немедленно.

Объявление войны

Особого выбора у меня не было, так что я покорно последовала за дворецким в сторону покоев хозяйки дома.

– Если мне позволено будет сказать… – осторожно начал дворецкий издалека, вырвав у меня весёлый смешок.

– Это насчёт моих сомнительных отношений с вашим графом? – уточнила я, прекрасно понимая, что от глаз прислуги не могли укрыться попытки Бернарда оказывать мне знаки внимания.

– С вашей стороны было бы разумным определиться с выбором, – продолжил он ровным голосом. – Не стоит играть с огнём – можно обжечься или и вовсе сгореть.

– Я не играю с огнём, – возразила я, несколько оскорблённая подобным предположением. – Это ваш огонь с поразительным упорством преследует меня. И полностью игнорирует моё категоричное «нет».

– Приношу свои извинения, – дворецкий остановился и отвесил мне низкий поклон. – Я не должен был строить предположения.

– Всё в порядке, – я дружелюбно хлопнула его по плечу. – Я не в обиде.

Леди Малвэйн ожидала меня в уютной гостиной, оформленной в нежно-голубых тонах. И одного взгляда на её недовольное лицо было достаточно, чтобы понять: сейчас она отыграется на мне за то унижение, которому подверг её Бернард на моих глазах.

– Вы опоздали, – чопорно сообщила она, смерив меня уже привычным неодобрительным взглядом.

– А вы назначали мне встречу? – удивилась я.

– Это вы просили обучить вас манерам, – напомнила Малвэйн. – И теперь игнорируете меня. – Она вновь скривилась, словно съела лимон. – Подобная непоследовательность вас не красит, Габриэлла.

– Прошу меня простить, – я с готовностью изобразила смущение и вину, продолжая придерживаться выбранного на сегодня стиля поведения. – Но вы сказали, что плохо себя чувствуете, когда уходили из столовой, вот я и не посмела вас беспокоить.

– Я сама решу, кому, когда и чем можно меня беспокоить, – отрезала Малвэйн непримиримым тоном. – А сейчас садитесь, – она указала на неширокое кресло, стоявшее возле дивана. – Я постараюсь привить вам азы этикета.

“Привить азы этикета” вылилось в трёхчасовую лекцию о традициях и культуре высшего общества, во время которой я с трудом удерживала глаза открытыми и подавляла зевки, настолько это было скучно.

– Надеюсь, сегодня за ужином вы продемонстрируете, что усвоили из этого урока, – в конце заявила Малвэйн.

Я поблагодарила её за оказанное внимание и поспешила сбежать в отведённую мне комнату.

«Надо будет подобрать к ужину подходящий наряд, чтобы нарушить все представления миледи о том, как должна выглядеть идеальная невеста для её сына», – решила я.

Однако в спальне меня ждал неприятный сюрприз. Все вещи из моего гардероба исчезли! Даже нижнее бельё и обувь испарились в неизвестном направлении.

Естественно, я тут же выловила Эмму, чтобы выяснить, что за чертовщина здесь творится.

– Хозяйка приказала избавиться от ваших вещей, – виновато призналась Эмма. – Простите, мы не успели вас предупредить.

«Ах ты ж старая ведьма! – вспыхнула у меня в голове возмущённая мысль. – Теперь понятно, для чего нужна была эта многочасовая лекция. Решила моё внимание отвлечь?»

Подобное поведение спускать с рук было нельзя. И я была намерена отомстить. Только вот как?

Перед моими глазами тут же возник образ леди Малвэйн с этими её гладкими, блестящими волосами, идеально уложенными в высокую причёску волосок к волоску.

– Леди Малвэйн для создания причёсок использует парикмахерский воск? – спросила я у Эммы.

– Да, – кивнула та.

– Сама укладывается или горничные помогают?

– Я лично делаю хозяйке причёски.

– Только утром?

– Нет, она переделывает укладку перед каждым выходом из комнаты, неважно, покидает она дом или просто спускается в столовую или на прогулку в сад.

Я широко улыбнулась.

– Идём за мной.

Я вернулась в спальню и достала из-под кровати небольшой саквояж, в котором хранила походную аптечку и всякие нужные в быту зелья.

– Вот, возьми, – я протянула Эмме прозрачный флакон с бесцветной жидкостью. – Это обеззараживающее зелье, оно абсолютно безвредно. Добавишь его в воск для волос своей госпожи. А когда она начнёт орать, скажешь, что видела меня, выходящей из её комнаты, чтобы она не решила, что это всё твоих рук дело.

– А что именно произойдёт? – опасливо поинтересовалась девушка, однако зелье всё же взяла.

– Волосы леди Малвэйн приобретут восхитительный изумрудный оттенок, – охотно пояснила я. – Впрочем, продержится он недолго – всего лишь пару-тройку дней.

– И его ничем нельзя будет смыть?

– Абсолютно ничем.

На губах Эммы заиграла хитрая улыбка.

– Я всё сделаю, госпожа Габриэлла, – пообещала она мне.

– Я в тебе даже не сомневаюсь.

Теперь осталось только дождаться ужина и насладиться реакцией леди Малвэйн на внезапную смену имиджа. Но сначала найти Стефана и выставить ему счёт за исчезнувший гардероб.

Нет, наверняка его мамаша предложит мне какую-то альтернативу. Но я ни за что не надену выбранные ею тряпки, даже если они будут баснословно дорогими и сногсшибательно красивыми. Это вопрос принципа, в конце-то концов.

«Может, стоит и с её гардеробом немного поиграть? – пришла мне в голову интересная мысль. – Не уничтожать, нет – это слишком просто. Так кое-что чуть-чуть подправить…»

Любопытство не порок, а большое свинство

Я вернулась в свою комнату, намереваясь понадёжней спрятать письмо от «дядюшки», однако, сунув руку в карман, обнаружила, что конверт с письмом и приглашением пропал.