15 дек. 1917

Живу по-прежнему – Большая Ордынка, 36 – д. Карповой

Дорогой Владимир Иванович!

В унынии и скорби – хочу черкнуть Вам. Не могу съездить в Петроград (и вышел из Археол<огического> Института[1054]), потому что хулиганы ждут моего приезда, чтобы на «законном основании» и с моего «согласия» «реквизировать» мою квартиру[1055]. Я решил, пусть лучше разграбят без моего «согласия».

Не имею сведений ни о Вас, ни о бывшем оптимисте. Здесь так же скверно, как и в Петрограде. Приживаю у тещи и прозябаю. Забываюсь в ученой работе, но мучаюсь без книг. И книги, и материалы в Питере – дней десять тому назад еще существовали! Каждый день может принести известие, что все, накопленное предками и мною – перестало существовать. Книги Кобеко[1056] переехали сюда. За безденежьем покупать не могу, да и цены теперь у Шибанова[1057] для тех, кого устраивает пир во время чумы.

Поклон всем, кто меня помнит.

Преданный Вам Н. Лихачев

Поклоны в особную Шебалову[1058] – помню, как три года с ним хлопотали по денежным делам Общества! Жив ли Губастов?[1059]

___________

РГАЛИ. Ф. 437. Оп. 1. Ед. хр. 203. Л. 14.