Я просыпаюсь от звуков хаоса, раздающихся повсюду. Мужчины кричат, ругаются, топот тяжелых шагов гремит по полу. Открываю глаза, и вместо яркого света, который раньше слепил меня каждый раз, когда приходила в себя, теперь меня окутывает полная темнота. И первая мысль, что проносится в голове — я умерла.

Вдруг раздается стрельба, эхом отражаясь от толстых бетонных стен. Я сжимаюсь в клубок, зажимаю уши руками, пытаясь заглушить эти ужасные звуки. Мое дыхание сбивается в прерывистые, судорожные вдохи, легкие словно не слушаются. Каждый вдох причиняет боль, как будто острые иглы впиваются изнутри.

Веки тяжелеют, и я снова их закрываю. У меня просто нет сил удерживать глаза открытыми.

Я умираю.

Или, может быть, уже умерла.

Это рай?

Или все же ад?

Когда дверь с грохотом распахивается, тихий стон вырывается из моих губ. Они пришли за мной. Снова. Но разум кричит в панике: нет, не надо, пожалуйста, я больше не выдержу.

Чьи-то руки подхватывают меня под спину и колени, и бережно прижимают к себе. Мое тело обмякает, а голова падает на твердую грудь.

— П-просто… у-у-бей… — шепчу, заикаясь, дрожа всем телом.

— Ты не умрешь, Виктория, — отвечает знакомый, глубокий голос, в котором звучит сталь. — Я не позволю.

И в этот момент понимаю, что действительно умерла.

И это… рай.

— Ты в безопасности. Ты в безопасности, — повторяет он снова и снова, убаюкивая меня этими словами.

— Арло, — шепчу, прижимаясь к нему ближе, вдыхая его родной запах.

И позволяю ему унести меня прочь. В неизвестность.

Потому что знаю, пока мы вместе, он никому не даст меня обидеть.