В тот вечер я покинула студию, то и дело бормоча под нос: «Как же так? Не могу поверить. Я должна переехать в Вермонт?» Я была в состоянии шока, потому что понимала: все это правда.

Я позвонила Крису и рассказала ему о том, что произошло. Крис ответил: «Знаешь, я тебе не говорил, но вчера звонила моя мать. Год назад она написала владельцу квартиры в районе, где живут ее подруги, и он наконец ответил. И, судя по всему, мама собирается купить эту квартиру. Она спрашивала, не хотим ли мы купить дом, который построили они с отцом. Я сказал "нет", потому что мы остаемся в Бостоне».

Стало вдруг очень тихо. В этом безмолвии я отпустила все мысли, отдалась потоку веры и, зажмурившись, выпалила: «Скажи ей "да". Мы купим этот дом».

Так, прямо перед пандемией мы обзавелись домом, который построили мои свекры, и сейчас делаем в нем ремонт. Окли пошел в школу, которую сам выбрал. И да, Крис действительно катается на лыжах каждый божий день. Из окна моей кухни открывается вид на пару сотен километров вдаль без единой души до самого горизонта (иногда это меня пугает). Но произошло еще кое-что.

Я начала понимать, что за последние пять лет так лихорадочно неслась по жизни, что потеряла связь с самой собой. А если быть до конца честной, то и с Крисом, и с детьми. Единственная причина, по которой я смогла осознать это, заключается в особом спокойствии, которое свойственно загородной жизни в Вермонте. Оказалось, что это отличное место, чтобы разобраться с тем, что со мной происходит. У меня не осталось иного выбора, кроме как успокоить мысли, достать свой фильтр сознания и основательно прочистить его.

Переезд в Вермонт вплотную подвел меня к моему главному страху – оказаться недостаточно успешной. Я очень переживала, что в городе с населением 3000 человек (а я выросла как раз в таком) не смогу найти себе друзей и команду, которая поможет расширить бизнес. Я боялась выпасть из строя и отстать от тех, кто остался в Бостоне, Лос-Анджелесе и Нью-Йорке. Все мои страхи, вся моя неуверенность разом обрушились на меня. Наконец-то я встретилась один на один с собой.

И я поняла кое-что еще про себя. Моим главным оружием против тревоги и стресса была скорость. Я попросту обгоняла их, вечно куда-нибудь мчась: то на встречу, то по магазинам, то спеша сделать все намеченные звонки. Меня было не догнать.