– Мародер! – закричала Тусия снова, надеясь, что группа дружинников, которых встретила ранее, услышит ее.

Глаза Хьюи сузились, и он прошипел:

– Ах ты стерва. Заткнись!

Тусия оглянулась и попятилась. Улица была пуста, лунный свет набросил на нее лоскутное одеяло из теней. Она снова крикнула.

– Заткнись!

Прежде чем она бросилась прочь, Хьюи достал что-то из кармана пиджака.

Блеск металла заставил Тусию замолчать. Пистолет. Откуда он у Хьюи? Она не знала, что у него есть оружие. Потом Тусия вспомнила рассказ Дарла. Про нож, который Хьюи раздобыл тайком.

Он наставил на нее пистолет и взвел курок. Тусия вся похолодела. Хьюи, не раздумывая, убил охранника. Он убьет и ее?

– Откуда он у тебя? – прошептала она.

Хьюи ухмыльнулся.

– В этом месиве не только золото найти можно.

Значит, он украл его у мертвеца, как кольца и бог знает что еще. Пистолет маленький, какой дамы носят в ридикюле, но все же настоящий. Сработает ли он после урагана? Тусия ничего не понимала в оружии, знала лишь, что оно убивает. Возможно, пистолет промок и засорился и выстрела не получится. Но она не смела проверить это, бросившись наутек.

Усмешка Хьюи превратилась в зловещую улыбку. Как же Тусия ненавидела ее. Ненавидела блеск в его фиалковых глазах. Радость, которую он испытывал от власти над ней. Ее страх превратился в гнев. А гнев – в ярость.

Хьюи начал подниматься, опершись свободной рукой о землю, и на мгновение отвел от нее взгляд.

Тогда Тусия снова обрушила на него саквояж и выбила пистолет у него из рук. Тот перелетел через улицу и врезался в груду кирпичей и досок. Оба одновременно бросились за ним.

Тусия добежала первой. Но не успела она схватить оружие, как Хьюи налетел на нее сзади и сбил с ног. Она ударилась головой об угол кирпича. Воздух бросился прочь из легких, перед глазами все побелело, саквояж упал, но пистолет она удержала.

Хьюи влез на нее сверху, пытаясь отнять оружие. Пусть ему не удалось убить ее прежде, но стоит ему теперь завладеть пистолетом, он точно сделает это. Он вцепился ногтями ей в руку. Тусия почувствовала, что ее хватка слабеет, и свободной рукой ударила его по ребрам. Кулак пронзила боль, а Хьюи даже не вздрогнул.

Она снова сжала руку в кулак и на этот раз ударила его чуть ниже, целясь в почки. Хьюи резко вздохнул, выгнул спину и на мгновение разжал руки.

Тусии хватило этого мгновения. Ее указательный палец дотянулся до курка пистолета, и она нажала на него.

Руку отбросило рикошетом, звук выстрела разрушил ночную тишину. Хьюи скатился с нее и упал на спину, прижимая руки к левой стороне живота, между пальцами текла кровь.

Тусия с трудом поднялась на ноги и смотрела на него в ошеломлении. Она и правда выстрелила. Пистолет безвольно болтался у нее в руке, на удивление тяжелый для такого скромного размера. Она отшвырнула его как можно дальше, и он со стуком упал где-то между обломков.

– Ты за это заплатишь, – сказал Хьюи, корчась у ее ног.

Его самонадеянность едва не рассмешила Тусию. Судя по месту и количеству крови, рана была серьезная, возможно смертельная, и требовала срочной помощи. Саквояж лежал совсем недалеко, но Тусия не двинулась с места. Если она даст ему умереть, Дарл, Лоуренс, Трауты – все они наконец освободятся от него. И Тусия тоже. Он больше никогда не сможет никого мучить.

– Сделай что-нибудь, – простонал Хьюи слабеющим голосом.

Вид крови снова унес Тусию в операционный театр, но не так, как это происходило раньше. Это не была иллюзия, полная звуков, запахов и ощущений. Она вдруг увидела себя со стороны. Так, как ее видел доктор Аддамс.

Ее прежде уверенные руки дрожат, от бравады не осталось и следа.

Он мог ей помочь. Он должен был ей помочь! Должен был спасти пациентку, но так сильно желал, чтобы Тусия опозорилась, что позволил несчастной женщине умереть. Это не был поступок врача. Так мог поступить только низкий, мелкий, подлый человек.

Нет, она не такая.

Тусия схватила саквояж и опустилась на колени возле Хьюи.

– Убери руку, я осмотрю тебя и помогу.

Тусия наложила на рану повязку, затем кусок корпии, и давила на края, когда подъехал отряд дружинников. Пуля застряла где-то глубоко в брюшной полости Хьюи, ее смогут удалить позже, в больнице, где есть нужные инструменты и обеззараживание. Один из всадников слез с лошади, двое других направили дробовики на Хьюи и Тусию.

– Что здесь происходит? – спросил мужчина, подходя.

– Она в меня выстрелила, – выпалил Хьюи, не дав Тусии и слова сказать.

– Это правда, – кивнула она, взглянув на подошедшего мужчину и снова вернувшись к ране.

Кровотечение стало меньше, она потянулась за бинтом.

– Случайно?

– Нет.

Мужчина посмотрел на нее удивленно.

– Почему же вы ему помогаете?

– Я врач.

Она потянула к себе Хьюи, чтобы он сел. Он закричал так, будто она снова в него выстрелила.

– Она хотела меня убить!

– Замолчи и подними руки, чтобы я смогла тебя перебинтовать как следует.

– Это правда, мэм? – спросил дружинник. – Вы пытались его убить?

– Я выстрелила в него, чтобы он не убил меня.

– Это ложь! – сказал Хьюи. – Я шел по делам, когда…

– Сначала я хочу послушать рассказ дамы, – прервал его дружинник.

Завязывая бинт вокруг туловища и следя за тем, чтобы рана была прижата крепко, Тусия рассказала обо всем, что произошло, но Хьюи постоянно ее перебивал.

– Вот видите, – сказал один из всадников, – я же говорил, что слышал крик: «Мародер!»

– Так это я кричал! – выкрикнул Хьюи и тут же поморщился и ухватился за бок.

Чертов дурак сам закончит то, что начала пуля, и доорется до смерти.

– Не двигайся и береги силы, – сказала Тусия. – Я перевязала рану, но это не означает, что…

– Это я кричал, – продолжил Хьюи. – Она и есть мародерка!

Тусия вздохнула.

– Я больше доверяю даме. – Дружинник повернулся к Тусии. – Но если у вас нет никаких доказательств, боюсь, мы должны забрать в тюрьму вас обоих. – Он кивнул своим напарникам, и те слезли с лошадей.

– Погодите!

Должно же быть доказательство. Может, они поверят ей, обыскав ее саквояж. Вероятно, они и ее саму будут обыскивать, и этому испытанию она бы не хотела подвергаться, но…

– Карман! – осенило ее. – Когда я увидела, как он роется в мусоре, он положил что-то в карман!

Она указала на смятый сюртук Хьюи, лежавший на земле.

– Я сняла его, чтобы добраться до раны.

Хьюи схватил сюртук и прижал к груди, не обращая внимания на кровь, проступившую на бинте. Но мужчины отняли его, и, когда они вывернули карманы, пальцы несчастной женщины упали на землю вместе с еще чьими-то вещами и мелкими безделушками.

Тусии сначала пришлось отговаривать мужчин пристрелить Хьюи на месте, потом убеждать их отвезти его в больницу, а не в тюрьму. В конце концов они согласились, но только при условии, что он поедет в наручниках.

Тусия отправилась вместе с ними в больницу и объяснила доктору Бернсу, что случилось, чтобы он знал, как поступить с раной Хьюи.

– А вы настоящий полевой хирург, – пошутил он после того, как Хьюи нашли койку, приковали к ней и медсестра сменила его кровавую повязку.

– Как там Фанни?

– Вашей подруге сегодня стало лучше. Кровь больше не идет, жизненные показатели стабильные.

У Тусии гора с плеч свалилась.

– Вы нашли сына?

Она опустила глаза и покачала головой.

– Людей все еще спасают из-под обломков, – добавил доктор, – но…

– Я знаю.

Время истекло. Она не найдет его, не найдет его живым. Продолжать тщетные поиски не стоит, когда людям нужна ее помощь.

– Завтра я… Я явлюсь сразу же с утра, если вам еще нужна моя помощь.

– Да. Вам будет благодарен весь город.

Благодаря указаниям доктора Бернса Тусия смогла отыскать Почтовую улицу. Это было очень глупо, но она почему-то ожидала услышать музыку и смех, увидеть гуляющих людей, проезжающие экипажи. Но бары и бордели были закрыты, полуразрушенные ураганом балконы и террасы пустовали. В некоторых окнах мелькали огоньки свечей, только так можно было понять, что дома еще обитаемы.

Тусия не зашла к Фанни. Ей было достаточно знать, что той лучше. Ведь рядом с ней Кэл и Ал. Она представила, как Фанни просыпается на горе подушек, Кэл убеждает ее выпить бульона, а Ал рассказывает, как они пережили ураган.

Представив эту чудесную картину, она почувствовала, что ее мутит. А еще ее захлестнули злость, стыд и зависть, и она заплакала. Надежда, которая поддерживала ее последние три дня, исчезла, уступив место невыносимой боли. И теперь она должна будет жить с ней до конца своих дней.

Тусия боялась идти к миссис Питт, хотя ее дом уже виднелся неподалеку. Боялась подняться по ступенькам и открыть дверь пустой комнаты. Боялась забираться в постель в одиночестве.

Вдруг послышался какой-то писк, и Тусия остановилась. Вытерев слезы, она огляделась по сторонам. Одно из окон ближайшего к ней дома было раскрыто, внутри мерцал свет, но она никого не увидела. Пусты были покрытая грязью улица и заваленные мусором тротуары.

Тусия тряхнула головой и двинулась дальше.

Но писк послышался снова, на сей раз громче. Потом Тусия услышала шорох маленьких лапок.

Крысы. Скоро город будет наводнен ими.

Тусия пошла быстрее, поскольку шажки настигали ее. И вдруг крыса прыгнула на нее и полезла по спине. Она попыталась сбросить ее и уже хотела закричать, когда увидела коричневую мордашку, заглянувшую ей через плечо.

– Кит!

Она ухватила обезьянку и прижала к груди. Кит пищал и довольно урчал. Но каким же чудом ему удалось выжить? Наверное, запомнил, что в этом доме его кормили орехами, и прибежал сюда до урагана.

Тусия посмотрела на дом снова. Если Кит был здесь, может быть, и Тоби…

Она повернулась и побежала к двери, поднялась по разбитым ступеням, перебравшись через толстое поваленное дерево. Она дважды постучала, потом взялась за ручку. Дверь оказалась не заперта, и Тусия поспешила зайти.

К ней по лестнице уже спешила Анна.

– Мой сын, он здесь?

Но Анна не успела ответить, потому что сверху раздался голосок:

– Мама!

Тусия подняла глаза и увидела, что Тоби смотрит на нее сверху между балясин широкой лестницы. Она побежала наверх, перепрыгивая через две ступеньки, и наконец обняла его.

– Мой милый, мой родной, – говорила она и плакала, уткнувшись сыну в волосы.

Тоби крепко обнял ее в ответ.

– Куда ты ушла?

– Я тебя искала.

– Но мы с Китом были здесь.

Она засмеялась и прижала его к себе еще крепче.

Анна рассказала, что обнаружила их с Китом на крыльце в то утро перед ураганом.

– Сначала ведь казалось, это просто шторм, и мы подумали, что подождем и отведем их домой после того, как кончится дождь. Боже, как я ошибалась.

Во время бедствия они укрылись на чердаке. Из-за того, что выходы перекрыло упавшее дерево спереди и куча обломков сзади, дамы почти весь следующий день не могли выбраться из дома.

– Когда мы добрались наконец до миссис Питт, оказалось, что вы ушли. Что мы вот только что разминулись. Она обещала сообщить, где Тоби, как только увидит вас снова.

Анна протянула руку и легонько ущипнула Тоби за щеку.

– Они с обезьянкой очень нас подбодрили.

Тусия горячо поблагодарила и обняла ее, зажав между ними Тоби и Кита, по ее лицу струились слезы.

Ее сын жив! И не только жив, о нем заботились! Он был аккуратно причесан, в чистой одежде и даже в ботинках.

Тоби и Кит так и уснули на руках у Тусии еще до того, как они добрались до миссис Питт. Луна, похожая на бумажный фонарь, светила в безоблачном небе, освещая им путь. Куда бы Тусия ни посмотрела, всюду встречались последствия урагана. Она знала, что по всему острову многие матери, отцы, дочери, сыновья, мужья, влюбленные и друзья заснули сегодня, обнимая лишь пустоту. Ее сердце чувствовало их боль. Она покрепче прижала к себе Тоби и пообещала сделать все, что в ее силах, для тех, кто выжил.