Колодцы – наиболее надежный источник воды в Восточной пустыне и на Синае. Если кулут и родники обычно встречаются на окраинах основных вади или вдали от них, то колодцы удобнее всего было рыть как раз в руслах больших вади. В долинах с большим количеством высохших притоков шансы устроить регулярно пополняемый колодец были выше, ведь любой дождь в водосборном бассейне такого вади пополнит через какое-то время общий водоносный горизонт основного русла. Одни и те же удобные для поиска воды места, определяемые опытными путешественниками или жителями пустыни по рельефу, поверхностным отложениям, окружающим горным породам и растительности, могли использоваться на протяжении тысячелетий. Характерно, например, что у колодцев, вблизи которых расположены надписи Древнего царства, нередко находят знаки скотоводов неопределенной датировки, которые также указывают на близость воды[459]. При этом люди разных эпох совершенно не обязательно использовали один и тот же колодец, они могли устраивать их рядом.
Анализ топонимики, археологические и эпиграфические разведки позволили установить к сегодняшнему дню сотни мест, где когда-то находились древние или средневековые колодцы. Но определенную систему пока можно выявить только в сети глубоких укрепленных колодцев греко-римского времени, многие из которых использовались позднее, а некоторые – дают воду и в наши дни. Где же более ранние колодцы?
Письменные источники Древнего, Среднего и Нового царств несколько раз сообщают о рытье колодцев за пределами Нильской долины. А вот археологами колодцы этого времени фиксируются и публикуются крайне редко. Собственно, от III–II тыс. до н. э. в Восточной пустыне нам известен пока всего один такой надежно датированный памятник. Этот колодец расположен в Эль-Канаисе и построен при Сети I для нужд работников золотоносных рудников[460].
Известно, что в случае необходимости египтяне были способны обеспечивать завозной водой торговые караваны, курсировавшие по пути Абу Баллас в Западной пустыне. Могли ли они использовать ту же стратегию в Восточной пустыне? В каких-то случаях, возможно, да, хотя свидетельств этому не найдено. Но важно другое: экспедиции в Восточную пустыню были в основном не торговые, а снаряжались для непосредственной добычи сырья на рудниках и в каменоломнях. Соответственно, размеры таких отрядов должны были быть больше, чем тех, что курсировали по пути Абу Баллас. Письменные источники Древнего царства повествуют об экспедициях в Восточную пустыню численностью от нескольких сотен до более тысячи человек[461]. Даже если не все они одновременно находились за пределами Нильской долины, что очень вероятно, а сами цифры преувеличены[462], обойтись в Восточной пустыне совсем без колодцев египтяне эпохи строительства пирамид не могли. Это известно благодаря упоминаниям рытья колодцев в экспедиционных надписях. Свидетельства эти единичны (см. ниже), но есть ряд дополнительных соображений, которые склоняют меня к тому, что для путешественников III тыс. до н. э. колодцы в пустынях все же вряд ли были редкостью.
Во-первых, колодцы этого времени должны были быть менее глубокими, чем античные. Количество осадков в отдельные периоды III–II тыс. до н. э. вполне могло превышать показатели римского климатического оптимума. Даже в наши дни в удачных местах достаточно углубиться на 1–2 м, чтобы достичь водоносного горизонта. В 1994 г. исследователи видели несколько современных колодцев, вода в которых стояла на уровне чуть ниже поверхности хождения, а в Вади Баррамия, копая под знаком, обозначающим колодец, они обнаружили воду на глубине всего 10 см[463]. Колодцы Древнего царства в Гебель эль-Аср, как уже отмечалось, не превышали одного метра.
Во-вторых, без защиты стенами, которые характерны для колодцев греко-римского времени, такие углубления должны были быстро заполняться эоловыми и аллювиальными отложениями. Современные авторы, проводившие разведки в южной части Восточной пустыни, сообщают, что во многих случаях из-за естественного заноса им не удавалось найти на поверхности следов старых колодцев, хотя топонимика, надписи или знаки на близлежащих валунах или скалах свидетельствовали об их наличии[464]. В начале XX в. Дж. Болл сообщал, что после каждого крупного дождя колодцы наполняются смытой галькой и песком, а потому нуждаются в очистке. Он тут же добавлял, что чистка колодцев ускоряет испарение накопившейся там воды из-за чего, по его словам, жители пустыни до последнего стараются использовать запасы в других источниках. И только когда эти ресурсы иссякают, они вычищают колодцы и добираются до воды в них[465].
В-третьих, до греко-римского времени никогда не пересыхающие искусственные колодцы в пустынях, вероятно, были редкостью[466]. Если водоносный горизонт регулярно опускался ниже дна колодца, его могли забросить. Времена иссушения климата регулярно совпадали с децентрализацией власти в Нильской долине, поэтому созданная в пустынях инфраструктура несколько раз за историю Египта могла в одно и то же время и терять эффективность из-за изменения уровня грунтовых вод, и лишаться присмотра со стороны государства. Племена скотоводов, хорошо знавшие и умевшие использовать альтернативные источники воды, кулут и родники, были, конечно, заинтересованы в колодцах, но в меньшей степени, чем крупные египетские экспедиционные отряды. Поэтому не исключено, что многие колодцы III–II тыс. до н. э. исчезли естественным образом, будучи погребенными под аллювиальными и эоловыми отложениями.
В письменных источниках Древнего царства колодцы за пределами Нильской долины упоминаются несколько раз. Но все эти примеры относятся к правлению Пепи II и очень близки как по времени, так и географически. Две надписи были найдены в небольшом Вади Муэльха, а еще одна – в Вади Дункаш. Обе долины располагались чуть южнее Вади Баррамия, по которому мог пролегать путь, соединявший Эдфу с красноморским побережьем в районе бухты Мерса Алам; там же неподалеку находились золотоносные рудники.
Надпись в Вади Муэльха[467] и сообщает, что начальник чужеземных отрядов Неджу выкопал колодец вместе с рудознатцами из Эдфу. Характерно, что автор текста счел необходимым указать расстояние от надписи до колодца – ровно 10 локтей (около 5,5 м). Другая надпись из Вади Дункаш за авторством все того же Неджу сообщает, что до вырытого им там колодца 22 локтя (ок. 11,5 м). Указанные расстояния кажутся совершенно незначительными: неужели, стоя у надписи, невозможно было без пояснения увидеть колодец в 5 или 11 метрах от себя? Однако это хорошо согласуется с версией о том, что колодцы регулярно заносились песком и галькой (напомню, что речь идет о конце Древнего царства, когда могли идти сильные дожди) или даже специально закладывались, чтобы избежать испарения воды.
Из расположения надписей на местности становится ясно, что Неджу рассчитывал на водоносные горизонты в аллювиальных отложениях Вади Муэльха и Вади Дункаш. В начале Среднего царства водоносный горизонт в аллювиальных отложениях использовал также вельможа Хену, который сообщает, что устроил 12 колодцев в русле (bA.t) Вади Хаммамат[468].