Тени подчеркивают каждую резкую линию его челюсти. Блики пламени выделяют сильные жилы на шее. Боги, я заворожена им. Любование его мужественными чертами отвлекает меня от этого проклятого огня.

Дэриан поднимается с места и неспешно идет к Коулу. Отряд замирает в предвкушении. Коул наблюдает настороженно, но его поза остается уверенной, он не переходит в оборону.

Дэриан выливает содержимое своей фляги в кружку Коула, глядя на него с немым вызовом. — Мне нравится твое рвение, Рыжий.

Коул щурится, поднимает кружку и осушает её в несколько глотков. Довольный выдох срывается с его губ. — Спасибо.

Дэриан долго смотрит на него с ядовитой ухмылкой, затем разворачивается и уходит прочь, исчезая в глубине лагеря. Напряжение спадает, люди снова улыбаются, смеются и возвращаются к своим разговорам.

Арчи, сидящий рядом с Коулом, по-братски приобнимает его за шею. — Наш бесстрашный лидер! Когда я вырасту, хочу стать таким же, как ты.

Коул качает головой со смущенной улыбкой и что-то бормочет, шутливо отпихивая Арчи. Они погружаются в тихий разговор, и в этот момент Дэйша выглядывает из-под моих волос и чирикает.

Коул бросает взгляд в мою сторону, и я ныряю за стену. Посмотрев на Дэйшу, я прижимаю палец к губам; она забирается обратно под плащ. Неужели они могли её услышать? Я осмеливаюсь выглянуть еще раз и встречаюсь с Коулом взглядом.

Я замираю.

Он вздрагивает, лицо бледное, рот приоткрывается. Черт, может, это была плохая идея.

Арчи толкает Коула локтем в бок, призывая продолжить разговор. Коул трясет головой, отчего его рыжие волосы рассыпаются. Не в силах отвести от меня глаз, он хлопает Арчи по плечу, бормочет что-то невнятное и идет в мою сторону.

Пульс зашкаливает, весь план — что сказать и что сделать — вылетает из головы. В панике я бросаюсь обратно в лес.

Заскочив за дерево, я перевожу взгляд на Дэйшу, сидящую на моем плече. — Ты должна меня понять. Сиди тихо. Не высовывайся, пока я не позову. Иначе нам обоим конец. Она моргает своими белыми глазами и бодается лбом о мой лоб.

Шорох листвы раздается совсем рядом, я поспешно прячу Дэйшу за волосами и натягиваю капюшон. Выглядывая из-за ствола, я вижу Коула — он продирается сквозь чащу, щурясь и вглядываясь в темноту.

— Псс! — шиплю я.

Он спотыкается, резко оборачивается на звук, и его глаза округляются, когда он видит меня. — …Кэт?

Я подхожу ближе, останавливаясь на расстоянии вытянутой руки. Колеблясь, я протягиваю руку, чтобы коснуться его щеки. Прилив облегчения и тоски сдавливает горло. В голове крутятся сотни слов: «прости», «я люблю тебя», все эти «мне не следовало».

Но я начинаю с одного слова. — Привет.

Он прижимается щекой к моей ладони, и я провожу большим пальцем по его мягкой бороде. Его сильная, мозолистая рука накрывает мою, губы расплываются в печальной улыбке. Убрав мою руку от своего лица, он целует её тыльную сторону.

— Я скучал по тебе, — выдыхает он. В этих четырех словах — вся боль, тоска и разбитое сердце.

Я делаю полшага к нему, и меня обдает сладковатым металлическим запахом. Когти Дэйши впиваются в моё плечо, напоминая, что я на пределе. Я стою так близко к нему, борясь с отчаянным желанием прикоснуться. Поцеловать его. Боги, и эти невероятно теплые глаза…

Он слишком сильно кренится влево, и я подхватываю его прежде, чем он упадет. — Ты… в порядке? Ты пьян? — Я помогаю ему выровняться. — Где ты живешь?

Он неопределенно машет рукой в сторону; теперь его опьянение очевидно. Обхватив его за поясницу, мы возвращаемся к аванпосту. Каждые несколько шагов он переводит на меня взгляд с ленивой ухмылкой, теряет равновесие и едва не валится вперед. Я упираюсь ладонью ему в грудь, придерживая его и молясь, чтобы он не рухнул.

— Прошло сто сорок два дня с тех пор, как я говорил тебе, какая ты красивая, — невнятно бормочет он.

Я бросаю на него короткий взгляд. Очевидно, он слишком пьян для подсчетов.

— Вот я где. — Он кивает на каменное здание у западной стены аванпоста. — Там безопасно? — шепчу я.

Он сплетает свои пальцы с моими, и наши руки покоятся на его груди. — Ты со мной. Я никогда не позволю ничему случиться с тобой.

Убедившись, что путь свободен, мы проскальзываем в его комнату. Закрываем за собой дверь, отсекая гул голосов тех, кто всё еще сидит у костра. Я моргаю, вглядываясь в темноту; зрение адаптируется медленно. У противоположной стены стоит кровать, застеленная аккуратно выглаженными простынями. Справа — деревянный стол, на котором лежат стопки разложенных по порядку писем, перо и наполовину пустая стеклянная бутылка. Слева на полу стоит старый, потертый сундук, замок которого поблескивает во тьме.

Я помогаю Коулу добраться до кровати, и он валится на матрас с затуманенным взглядом. Опустившись на корточки, я расшнуровываю и стаскиваю с него сапоги, пока его глаза сами собой закрываются. Я никогда не видела его в таком состоянии — он всегда так безупречно собран.

— Коул? — шепчу я.

Он заваливается на бок, его тяжелое, мускулистое тело с глухим стуком опускается на матрас. Не открывая глаз, он бормочет в ответ что-то невнятное. Его дыхание замедляется, и он проваливается в сон.

Медленно отступая, я снимаю плащ и складываю его на стул у стола. Снимаю Дэйшу с плеч, пересаживаю её на плащ и чешу под подбородком за отличную работу. Она пару раз месит когтями ткань, вырывая нитки, а затем сворачивается клубком и засыпает. Я сбрасываю сапоги и забираюсь под одеяло рядом с Коулом. Улыбка сама собой появляется на губах, пока я изучаю его лицо в темноте.

Убираю со лба рыжую прядь, провожу кончиками пальцев по скуле и челюсти, едва касаясь края бороды. С ней он выглядит намного… старше. Темные ресницы прижаты к веснушчатой коже, сильная переносица ведет взгляд к мягким полным губам. Я целую его — так нежно, что сама сомневаюсь, коснулась ли его вообще.

Уголки его губ приподнимаются в улыбке, он что-то бормочет с пьяным удовлетворением. Подвинувшись ближе, он утыкается носом в моё плечо. Я кладу ладонь ему на щеку.

Один его вид прогоняет все мои страхи и сомнения. Пульс под моей ладонью — моё убежище. Ровное, спокойное дыхание — колыбельная. Его запах — это дом. Это то место, которому я принадлежу.

Я засыпаю, и впервые за долгое время мне снится дом. Но он не объят пламенем. Мы с Коулом кувыркаемся на травянистых холмах близ Пэдмура, будто снова стали детьми.

Глава 12. ЖИВАЯ

Коул потягивается и просыпается рядом со мной. Когда он открывает глаза, лицо бледнеет. Он отскакивает от меня, дико озираясь по комнате и протирая глаза основанием ладони.

— Кэт! Что за… — он замолкает. Брови сдвигаются к переносице, голос падает до шепота: — Э-это правда? Ты действительно здесь?

Я киваю, на моих губах расплывается улыбка.

Колеблясь, он протягивает руку, наматывает прядь моих волос на палец и заправляет её мне за ухо. Его дыхание замирает — от прикосновения к моей коже он осознает, что я не плод его воображения.

— Я… я думал, ты мертва. Мне сказали, что ваш дом сгорел. — Голос у него хриплый.

Я перехватываю его руку и прижимаю к своей груди. Под его пальцами пляшет моё сердце. — Живая, — шепчу я.

Коул крепко прижимает меня к себе, буквально вжимая в свою широкую грудь. — Не могу поверить… Я думал, прошлая ночь была сном или галлюцинацией. Я так скучал по тебе. — Он оглядывает комнату. — Где твоя мать? Как ты здесь оказалась?

Горло перехватывает так сильно, что голос звучит натянуто: — Она… мертва. Она осталась в огне. Я пыталась её вытащить, но всё произошло слишком быстро…

Он успокаивающе поглаживает меня по руке, мерно покачивая, пока мои чувства не приходят в относительный порядок. — Мне так жаль, Кэт. Так, так жаль.

Я киваю, кусая губу и пытаясь отвлечься на что-нибудь другое, пока меня не накрыла волна отчаяния. Дэйша высовывает голову из кресла, и Коул замирает. Он хватает лежащий у кровати меч.

Я преграждаю ему путь рукой. — Стой. Она тебя не тронет.

— Она?

— Да, Дэйша. Она со мной с тех пор, как сгорел дом.

Он смотрит на меня так, будто я лишилась ума. — Ты дала ей имя? Кэт! — его голос падает до свистящего шепота. — Это дракон. Если поползут хотя бы слухи, что мы были рядом с ней и не доложили, нас обоих ждет петля. Не говоря уже о том, что она может наброситься на нас в любой момент. Она может испепелить тут всё за секунды.

Я накрываю своей ладонью его руку, сжимающую меч. — Она не такая, она совсем малютка.

Дэйша спрыгивает с кресла; когти скрежещут по полу, пока она потягивает передние лапы. Волна проходит по её позвоночнику, заставляя кончик хвоста мелко дрожать. Она запрыгивает ко мне на колени, бросив настороженный взгляд на Коула.

Коул переводит взгляд с меня на неё и обратно. — И откуда тебе это знать? Каким вообще образом у тебя оказался дракон?

— Я нашла её яйцо у реки.

— Значит, она вылупилась при тебе? С возрастом она будет становиться всё опаснее и опаснее…

Дэйша шипит.

Я глажу её по голове, чтобы успокоить, и смотрю на Коула. — Она не такая, как другие. Последнее, что сказала мама — найти тебя и отвезти её обратно в Земли драконов.

Его хватка на рукояти меча ослабевает. — Твоя мать так сказала? Кэт… твоя мать…

— Знаю, знаю. Но Коул, ты бы её видел. Она говорила со мной так ясно и убедительно. Будто снова стала собой. Если бы не она, я бы тоже погибла в том пожаре.

— Я знаю, как ты её любила. — Он пытается взять меня за руку, но, наткнувшись на свирепый взгляд Дэйши, опускает её. — Ты сделала для неё всё, что могла.

— Не всё. Мне нужно сделать это последнее дело. Пожалуйста… мне нужна твоя помощь. Я понятия не имею, как отсюда добраться до границ. Ты мог бы пойти со мной? Мы бы выпустили её на волю у границы, а потом сбежали бы вдвоем. Уехали бы куда угодно и жили бы так, как всегда, мечтали.

Его взгляд смягчается. При мысли об этом на лице появляется печальная улыбка. — Я не могу бросить отряд. Я их капитан. В моем звании дезертирство повлечет за собой смертельные последствия.

— Даже если мы уйдем всего на несколько дней?

— Боюсь, за несколько дней нам не вернуться.

Моё лицо поникает, слова звучат едва слышно: — Я не справлюсь без тебя…

Слова падают мягко, как снежинки на воду. Коул кусает губу, на челюсти гуляет желвак — он раздумывает. Вздох за вздохом, напряжение медленно уходит. Тишину наконец прерывает его тяжелый вздох. — Мне нужно время, чтобы что-то придумать. Но она не может оставаться здесь. Слишком много людей могут её увидеть. Нужно держать её подальше от лагеря.

— Ну и где же нам тогда быть, чтобы твой отряд нас не заметил?

Он качает головой и всё же решается протянуть руку, крепко сжимая мою ладонь. — Не «нам», Кэт. Ей. Мне нужно, чтобы ты осталась. Я уже терял тебя однажды… второй раз я этого не вынесу.

— Она еще ребенок, она не может себя защитить, — спорю я, глядя на неё, свернувшуюся у меня на коленях. В груди Дэйши рокочет мурлыканье, пока я ласкаю её под подбородком. — Если держать её здесь, в твоей комнате… разве мы не можем спрятать её в том сундуке? — Я указываю на стену.

— Нет, мы храним там кучу переписки. Если нагрянет инспекция или проверка, мою комнату обыщут первой. Держать её здесь еще опаснее, чем в лесу.

— Что ж, я её не брошу. Куда она, туда и я.

Он молча вглядывается в мои глаза несколько мгновений. Умоляет меня. Когда я не уступаю, он побежденно вздыхает. — Тогда нужно уходить сейчас. Пока народ не проснулся и не начал спрашивать, где я. Ты можешь побыть у озера, а я перераспределю патрули, чтобы они сосредоточились на лесе к северу от аванпоста.

Мы оба встаем. Я кутаюсь в плащ, помогаю Дэйше забраться мне за шею и прикрываю её волосами. Пока я собираю вещи, Коул идет к двери. Он приоткрывает её на дюйм, осматривается, и мы выходим, сворачивая налево к лесу за его домом. Мы проскальзываем в пролом в стене.

— Эй! — Сзади доносятся быстрые шаги.

Рука Коула сжимает мою, а затем он её отпускает. Мы попались.

Глава 13. ОШИБКА

— Кэп! Погоди…

Я оборачиваюсь на голос. Арчи бежит к нам; простая коричневая форма велика его худощавому телу на размер.

— Ты нам был нужен… Ой. А это кто? — Глаза Арчи расширяются, когда он встречается со мной взглядом. Дневной свет ловит пряди его песочно-светлых волос, создавая вокруг его головы некое подобие золотого нимба.

Коул вклинивается прежде, чем я успеваю ответить: — Это Кэт…

К нам подходит бородатый мужчина. Его обветренное лицо принимает подозрительное выражение; длинные светлые волосы аккуратно зачесаны набок. — Капитан, — мужчина кивает в знак приветствия и бросает на меня тяжелый взгляд. — Я не знал, что у нас гости.

Черт. Военным запрещено принимать посетителей. Вес Дэйши на плечах кажется невыносимым, я изо всех сил борюсь с желанием поправить плащ. Молю богов, чтобы она продолжала сидеть тихо. Понимаю, как сильно паникует Коул только потому, что знаю его много лет: едва заметная дрожь пробегает между его большим и указательным пальцами.

Но голос его звучит ровно, как течение воды: — Доброе утро, Карлайл. Познакомься с моей сестрой, Катериной. Она не гостья. Её наставник недавно скончался, и я подумал, что нам не помешают лишние руки.

Сестра? Надо же было такое придумать. Впрочем, возможно, мне не придется долго играть эту роль.

— И вы получили одобрение Генерала? — вызывающе спрашивает Карлайл. Я краем глаза замечаю, как на челюсти Коула дергается мускул.

— Нет. Пока нет. Я планировал включить запрос в отчет за этот месяц. Мардж отчаянно нужна помощь, и я полагаю, Генерал одобрит экстренную просьбу.

Карлайл наблюдает за мной прищурившись. Не уверена, купился он или нет. В ушах колотит сердце — я думаю о том, что будет со мной и Дэйшей, если нас прогонят. Если нам придется добираться до Земель драконов в одиночку, без помощи Коула.

Карлайл откашливается и переводит взгляд на Коула. — Полагаю, лишние лекари нам не помешают.