Скайлар

Мистер Миллер быстро считает про себя студентов, присутствующих на занятии. Кажется, я почти слышу, как он думает через микрофон.

— Вы разделитесь на группы по три человека.

Я вижу, как студенты начинают шевелиться. Те, кто узнаёт друг друга, почти сразу объединяются. Другие остаются на местах. Я — одна из них.

— Не сразу, — пытается он унять суматоху. — Садитесь. У вас будет достаточно времени, чтобы сформировать группы позже. Или, кто знает, тема вашего итогового проекта сделает это за вас.

Я нахмуриваюсь. Мистер Миллер теперь держит наше полное внимание. За его спиной на слайде появляется список тем для изучения:

«Личность и идентичность: врождённое или приобретённое?»

«Зависимость»

«Психология и общество: внешний вид в восприятии других»

«Психология преступления: рождается ли человек убийцей?»

«Обсессивно-компульсивные неврозы: ОКР»

«Психопатология или мотивация?»

Я ещё не знаю, какую тему выберу, но мне не терпится начать.

* * *

Остаток дня я провожу в университетской библиотеке, размышляя над некоторыми темами, предложенными профессором Миллером.

«Психология преступления» будет самой популярной, это очевидно. Но все не смогут работать над одной и той же темой; кто-то будет разочарован. Я предпочитаю не рисковать.

«Психопатология или мотивация» — того же рода тема.

«Обсессивно-компульсивные неврозы»?

Я просматриваю разные книги в разделе «Психология и социология» университетской библиотеки, когда замечаю движение в периферийном зрении.

Я оборачиваюсь. Передо мной стоят две девушки, обе улыбаются.

— Ты Скайлар, да? — спрашивает одна из них.

Она словно сошла с кадра Disney: смуглая кожа, большие блестящие глаза, подведённые чёрным кохлом, и кольцо в носу. На ней чёрный платок, длинное бронзовое платье и кеды Converse.

Она красивая, но я остаюсь настороженной.

Скажем так, до этого момента мои социальные контакты были не слишком удачными.

— Да?

— Мы с тобой на психологии, — отвечает она.

На этот раз отвечает её подруга. У неё более низкий голос.

Она тоже красивая. Впечатляющие коричневые кудри с несколькими светлыми прядями обрамляют её лицо. А её фиолетовая помада идеально сочетается с чёрной кожей. На ней свободные рваные джинсы, платформенные Dr. Martens, и меня поражает логотип на сером свитере: Brazzers(название одного из канала порнохаба).

Оригинально.

Оригинальный дуэт.

Я просто киваю, переводя взгляд с одной на другую, пытаясь понять, чего они от меня ждут.

— Ох, эм… меня зовут Сара, — она показывает на подругу. — А это Келисс.

Я улыбаюсь им.

— Окей, приятно познакомиться.

— Мы хотели узнать, хочешь ли присоединиться к нам на курсе Миллера? Для группового проекта, понимаешь? Если, конечно, ты ещё не нашла себе группу. Но мы видели тебя одну, так что подумали…

Она говорит это так быстро, что мне даже трудно уловить английский. Её подруга мягко подталкивает её локтем в руку.

— Ты хочешь или нет?

Вот это уже прямее. Они не кажутся такими заносчивыми, как девушки, которых я встретила у арки Cobb Gate. Да и мне это избавляет от необходимости искать группу самой.

Я соглашаюсь.

— Да, почему бы и нет. Есть ли какая-то тема, которая вам интересна? — спрашиваю я, окончательно отворачиваясь от полок, которые просматривала.

Сара пожимает плечами, а Келисс предлагает выбрать тему «Психология и общество», или «Влияние внешности на восприятие другими».

Я улыбаюсь.

Похоже, мой выбор сделан.

* * *

Уже поздно, когда мы покидаем университетскую библиотеку. Мы пошли на риск — громкое слово — начав исследование по теме, в которой мы даже не уверены, что сможем работать.

В худшем случае мы потеряем время, но это хотя бы обогатит наш общий кругозор. В лучшем — мы немного опередим остальных.

Я оставляю комический дуэт у огромного эллиптического стеклянного купола библиотеки Mansueto — того самого, который стал декорацией для «Эрудитов» в экранизации «Дивергент» Вероники Рот.

Я ещё не осознаю, насколько мне повезло быть здесь, где я сейчас нахожусь.

Уже совсем темно, когда я иду по тротуару к своей студенческой резиденции с улыбкой на лице. Солнце начинает садиться раньше, в начале сентября, но всё ещё тепло. И когда я почти достигаю ворот, меня охватывает неприятное чувство; ощущение, что за мной кто-то следит. Наблюдает.

По спине пробегает дрожь, заставляя волосы на руках и затылке встать дыбом.

Хотя я находила вечернюю температуру довольно приятной, холод сжимает меня, словно зимний порыв ветра.

Я быстро осматриваю окрестности, ускоряя шаг.

В это позднее время здесь нет ни души, только фонари освещают путь. Ничто, кроме моих быстрых шагов, не нарушает тишину на Эллис-авеню.

Я пытаюсь рационализировать происходящее и списываю это ощущение на свою одиночество в этом новом городе, который я едва начала узнавать и в котором только начинаю обживаться.

Но когда я достаю ключи и магнитную карту у ворот, в периферии зрения замечаю черную массу.

Сердце пропускает удар, а затем начинает бешено колотиться в груди. Я вбегаю на территорию резиденции в последний момент и закрываю ворота, которые запираются как раз прежде, чем тень успевает проникнуть внутрь.

Рискую взглянуть через плечо, не останавливаясь; даже в темноте я без труда вижу толстые пальцы, обхватившие прутья ворот.

Я сдерживаю крик ужаса, готовый сорваться с горла, и не теряю времени, проходя через двор к зданию.

Возможно, я захлопнула дверь перед носом у какого-то жителя, но сейчас это последняя из моих забот. Я замедляю шаг, пытаясь успокоить адреналин и сердце, но не останавливаюсь.

Навстречу мне идет группа студентов, смеющихся по пути к выходу.

Я немного успокаиваюсь и вздыхаю. Еще раз прикладываю карту к считывателю, чтобы открыть дверь, и вхожу в холл. Готовясь закрыть за собой, я снова замечаю черную массу, устремившуюся ко мне, лицо скрыто под кепкой и капюшоном свитшота.

Брови поднимаются от удивления, я вздрагиваю, сердце снова колотится. Успеваю заметить группу студентов вдалеке, и понимаю, что именно они открыли ему ворота.

Я резко дергаю за дверь, прежде чем человек успевает меня догнать. Дверь тут же блокируется, когда он пытается её открыть. Без карты её невозможно разблокировать.

Его ладони со злостью бьют по стеклу, я вздрагиваю. На этот раз крик ужаса прорывается наружу. Я мчусь через холл к лестничной клетке, думая, что, возможно, он преследовал именно меня.

Хотя может быть, это всего лишь раздражённый житель, которому я дважды захлопнула дверь перед носом.

Я бы поняла.

Я избегаю лифта, чтобы не выдавать свой этаж на случай, если он всё-таки войдет. Дома я инстинктивно не включаю свет, чтобы окна не предали меня снаружи.

И я опираюсь на входную дверь, выдыхая, сердце колотится, а адреналин разливается по венам.

Чёрт.

И с первого же дня…

* * *

Регулярные звуки выводят меня из сна. Мои веки дрожат от яркости экрана телефона, когда я проверяю утреннее время. До звонка будильника остаётся около десяти минут.

Я ворчу. Я ненавижу это.

Я закрываю глаза в надежде украсть эти последние минуты сна, но события вчерашнего дня внезапно возвращаются в память. Я приподнимаю веки, полностью проснувшись. Я почти забыла. Почти.

Я начинаю уставиться на невидимую точку на потолке, с растущей тревогой, что снова встречу тень вчерашнего вечера, когда пойду на занятия этим утром.

Стук в дверь выводит меня из мыслей. Наверное, это и разбудило меня. Кому я могу понадобиться так рано?

Стук повторяется.

— Иду! — кричу я.

Но меня игнорируют и продолжают барабанить в дверь.

Я нахмуриваюсь и наспех надеваю пижамные штаны.

Чёрт, не горит же!

Или, может, всё-таки горит?

Я бегу к двери, собираясь открыть консьержу или соседу, которому срочно нужен молоко для хлопьев. Но когда я дотягиваюсь до ручки, всё останавливается.

И я замираю.

Только моё учащённое дыхание нарушает тишину перед входной дверью.

Я заглядываю в глазок, но с другой стороны абсолютно ничего не различаю.

Однако я вижу тень, отбрасываемую под дверью, и мой подъезд кажется полностью освещённым.

Человек — кто бы это ни был — намеренно закрывает глазок. И похоже, что это не консьерж, не сосед, спешащий позавтракать, и не пожар. Нет. Моё сердце снова бешено стучит, когда я вспоминаю мужчину вчерашнего вечера.

Я осторожно прижимаю ухо к деревянной двери и решаюсь спросить:

— Кто там?

Минута тишины проходит, прежде чем дверь начала дрожать прямо перед моим лицом. Я отскакиваю назад, удивлённая и испуганная мыслью, что она может поддаться этим ударам.

Страх и непонимание охватывают меня, ускоряя сердцебиение под моей влажной ладонью. Я оглядываюсь, ищу что-то, чем могла бы защититься и заставить этого человека прекратить этот шум. Но прежде чем я успеваю дотянуться до чего-либо, всё внезапно останавливается.

Я остаюсь недвижимой, руки дрожат, крепко сжимая единственную преграду между собой и опасностью. Тишина тянется долгие секунды, время от времени прерываемая моим прерывистым дыханием и стуком сердца, отдающимся в висках.

Вдруг сквозь глазок пробивается луч света, и я решаюсь бросить последний взгляд, осторожно приближаясь тихими шагами.

Его нет.

И тут мой будильник начинает звонить.

* * *

Я не смогла пойти на занятия этим утром.

Невозможно выйти из квартиры, не ощущая, как тревога скручивает мне внутренности. Я боюсь, что он прыгнет на меня, как только я ступлю за порог. И, возможно, он даже терпеливо ждёт, когда я выйду из своего укрытия, прячась за углом коридора.

Весь этот день я только и делала, что ходила по квартире туда-сюда, обдумывая произошедшее и пытаясь понять, был ли это тот самый мужчина, что вчера вечером.

А если это действительно он, как он смог раздобыть номер моей квартиры? Я же принимала меры предосторожности…

Не важно.

Я не могу позволить ему управлять мной или портить мой последний учебный год в университете, ведь ему лучше бы самому обратиться к психологу.

Мысль позвонить кому-нибудь — охране или консьержу — промелькнула у меня в голове, но я сразу же отогнала её. У меня нет никакого описания, чтобы им его дать, и вряд ли кто-то воспринял бы это всерьёз. Парень, устраивающий шум в коридорах студенческого общежития? Ерунда!

Я вздыхаю и принимаю решение подготовиться к занятиям во второй половине дня. Надеваю джинсы, кеды Converse и бордовый худи с символикой Университета Чикаго. Я не так нарядно одета, как обычно; лучше держаться в тени и слиться с толпой.

Я глубоко вздохнула, открывая дверь, чтобы проверить коридор. Когда путь оказался свободен, я рванула к лифту и лихорадочно нажала кнопки закрытия дверей и на этаж «грунд» (первый этаж).

Я поспешно выбежала из здания, окидывая взглядом двор. Перед входом всё ещё стоял тот чёрный мотоцикл, а несколько групп студентов беззаботно сидели на траве. Я ненадолго расслабилась, увидев столько людей, и пробежала глазами каждую фигуру, пытаясь найти ту тёмную массу, которая, похоже, преследует меня с вчерашнего дня.

Нервно вертя ключи от машины в руках, я даже на секунду подумала о том, чтобы поехать на занятия на автомобиле. Но мне потребовалось всего несколько секунд, чтобы убедить себя: моя безопасность важнее моего углеродного следа прямо сейчас.

И я быстрым шагом пересекла двор общежития, запрыгнула в машину и поспешно закрыла двери, прежде чем завести двигатель.

По дороге мой пульс воспроизводит саундтрек к боевику. Мне нужна всего одна минута, чтобы добраться до парковки на Лексингтон, расположенной между часовней Рокфеллера и факультетом психологии — это хоть немного успокаивает моё напряжение.

Я не теряю времени и иду прямо на лекцию по нейронауке.

В амфитеатре я замечаю Сару и Хелисс на заднем ряду. Я не решаюсь сама подойти, но когда вижу, как Сара машет мне, приглашая сесть рядом, я поднимаюсь по ступенькам и устраиваюсь рядом с ними. Сегодня на Саре ярко-синий платок. Он ей очень идёт.

— Тебя утром не было?

Я морщусь.

— Будильник не услышала, — вру я.

— Я могу тебе конспекты скинуть.

Я улыбаюсь Саре, молча благодаря её, и поворачиваюсь к презентации миссис Салливан.

Тревога поглощает меня сильнее, чем содержание её курса. Это моя первая лекция по нейронауке в этом году, а я не могу понять ни слова. Моё внимание приковано к размеренному звуку большой стрелки часов над доской. Я ловлю себя на том, что считаю минуты, приближающие меня к наступлению темноты — к тому моменту, когда последние студенты Грин Холла поспешат домой, и на улицах Хайд-парка не останется ни души.

Когда не останется никого, кто мог бы стать свидетелем моего преднамеренного убийства, если уж на то пошло.

Я побыстрее доберусь до своей машины, и если снова увижу его, просто наеду на него.

Легко сказать.

Я несколько раз подумываю рассказать девочкам обо всём, но каждый раз передумываю. Чем они мне помогут? Будут держать меня за руку, пока я не окажусь в безопасности в машине, а потом ещё и укроют меня одеялом в постели?

Я в очередной раз пытаюсь сосредоточиться на лекции, но безуспешно. Закрываю ноутбук с душераздирающим вздохом и ставлю локти на стол, уткнув лицо в ладони.

— Всё в порядке?

Глубокий голос Хелисс выводит меня из мрачных мыслей, и я поднимаю голову. Обе они смотрят на меня каким-то странным взглядом.

Я киваю.

— Да. Всё в порядке.

Я просто жду, когда придёт мой час.