– Что?

Джихван пытался сдержать шок и недоумение. Он за столько лет уже и забыл, как это – выглядеть неловко.

Он начал смотреть по сторонам, потом заглянул в окно. Сейчас там виднелся рабочий в дальнем углу. Ошибки быть не могло – Минджу смотрела и говорила именно с ним, с Джихваном. И чем дольше он строит из себя придурка, тем сложнее ему будет выкрутиться из очень странной ситуации. Каким образом детектив, несмотря на потерю зрительного контакта, заговорила с ним, он пока не понимал. Метания Джихвана продолжались не больше трех секунд, но и их хватило, чтобы поставить на него клеймо сумасшедшего. Он не придумал ничего умнее, чем прокашляться, поправить галстук и достать еще одну сигарету в надежде вернуть себе серьезный образ. Вот только отчего-то в темных глазах напротив застыли лишь недоверие и подозрительность. Джихван вспомнил, что он, в конце концов, жнец, а пара допущенных ошибок в мироздании решаются с помощью их системы защиты.

– Ты обозналась. – Он затянулся и сразу же выпустил дым, немного поднимая голову.

Вероятно, он случайно начал говорить или ляпнул приветствие. Такое случалось время от времени, поэтому она и смогла увидеть его.

– Я здесь совершенно случайно, и вообще, – Джихван сделал обеспокоенное выражение лица, зажав рот рукой, показал пальцем на другую сторону улицы: – что это?!

Этот трюк Джихван проделывал уже сотню раз. Люди реагировали и оборачивались, даже если он просто смотрел им за плечо. Любопытство сгубило не одного человека. Минджу, не меняя строгого выражения лица, развернулась в указанном направлении, и жнец тут же задрал в небо голову, разрывая их зрительный контакт и плотно сжимая губы, чтобы случайно опять что-то не ляпнуть. Тем временем Минджу развернулась обратно и уставилась ему на грудь. Джихван опустил голову, опять наклонился ближе, затянулся и, улыбаясь, выдохнул дым прямо ей в лицо. Его повеселила эта нелепая случайность. А вот то, что Минджу тут же выхватила у него сигарету, затушила и закашляла от дыма, совсем нет. Разрыв зрительного контакта и молчание не помогли. И теперь ему стало абсолютно плевать, как он выглядел перед ней. Только что он выдохнул едкий дым в лицо детективу, да еще с противной улыбочкой.

– Я не знаю, что вы курите за сигареты, но теперь вам придется сдать тест на наркотики, – строго сказала она.

– Да это просто шутка.

Он не знал, как к ней обратиться. Вроде она чуть старше него, но ему-то уже за сотню лет. С другой стороны, ему было плевать на современный этикет.

– Ты не можешь отправить меня сдавать тест на наркотики в наказание за шутку.

– Еще и сопротивление при аресте, как я замечу? Назовите свое имя. – Она достала удостоверение из плаща и показала ему. – Перед вами детектив по особо важным делам в подразделении сложных и опасных операций. Я точно видела вас в парке Намсан сегодня. Объясните, как вы попали на место преступления быстрее нас?

– Да телепортировался, как же еще. – Джихван понимал, что, говоря буквально правду, отводил от себя какие-либо подозрения.

Рассказать Минджу о своем уникальном статусе он не мог, да и не видел смысла. Он действительно телепортировался. И она никак не сможет это доказать или опровергнуть.

– Меня зовут Тенли, я приехал в Южную Корею недавно. Живу в этом районе, потому что дешево.

Она окинула его взглядом. Кажется, он сделал большую ошибку, забыв, кем работала Минджу.

– То есть вы считаете, я – глава отдела детективов – не смогу запомнить парня в черном, «похоронном», костюме среди толпы в праздничной одежде, в чьи руки я упала, сломав каблук? Как вы думаете, каков мой IQ? – Она говорила быстро, четко, а лицо Джихвана бледнело. Он и так был бледный как снег, а сейчас уже и снег позавидовал бы ему. – А еще, пожалуйста, назовите свое настоящее имя или покажите документы.

– Да откуда ты все знаешь?! – прошептал Джихван.

В разговоре сдетективом Минджу нужно хранить молчание. Он позабыл, что Минджу-полицейский и Минджу вне работы – это два разных человека. Ему вспомнился разговор Янчжэ и Юнсоль о том, что ей никак не удавалось найти себе пару.

– А я и не знала. – Она усмехнулась. – Вы сами только что подтвердили мои первичные догадки. Как правило, те, кто не показывает документы, – врут. Неопытные клюют на это легко и быстро. – Она усмехнулась, доставая из кармана плаща наручники.

– Но как… – прошептал Джихван.

Сегодня он уже говорил ей свое имя. Почему-то имя его она не запомнила, а внешний вид – да. И то, как показалось Джихвану, она словно… вспоминала его. Ему нужно поговорить с начальством об этом инциденте, так как он совсем запутался.

Пока он размышлял, Минджу открыла наручники и кивнула ему. Джихван стоял, как подросток, пойманный на краже. А ведь он жнец со стажем, выше ее на голову и сильнее… Его лицо так вытянулось, словно ему предлагали засунуть руки в капкан. Он не понимал, что произошло, но, если Минджу явится сейчас к своим сослуживцам с «воздухом» в цепях, ее явно понизят до сумасшедшей местного отдела полиции. Ему нужно как-то выкрутиться, используя все имеющиеся преимущества. До тех пор, пока он не получит четкие указания от начальства, любые самостоятельные решения и случайные вмешательства опасны.

Он улыбнулся и наклонил голову.

– Да, детектив, ты меня поймала с поличным. – Его выражение лица заставило Минджу насторожится еще больше. – Я приехал сюда на своем байке, минуя пробки, так как… шел за тобой, чтобы высказать, насколько ты красивее цветка, подаренного мной. Однако тебе понадобилось куда-то бежать, я лишь краем уха услышал адрес. – Джихван очень надеялся, что вся эта чепуха отвлечет Минджу и у него появится возможность сбежать. – Неудивительно, что полицейские приехали позже меня, я вожу байк уже целую вечность. Планировал дождаться, когда ты закончишь все свои дела. Как видишь, ветер и лента решили по-другому…

– Оу, – прошептала Минджу и нацепила ему наручник на левую руку. – Почти получилось, красавчик. – Она усмехнулась.

– Да ты что?! – Терпение Джихвана лопнуло, он перестал играть в обворожительного парня. Он слегка повысил голос и вырвал руку с наручниками, пока вторая была все еще на свободе. – «Почти получилось, красавчик». – Он передразнил ее и… бросился бежать.

В последний раз Джихван бегал так быстро от корейца еще на войне. Он, конечно, не в кроссовках, а в туфлях, но и Минджу в шлепках. Почти равные условия. Она закричала своим подчиненным, что ведет преследование подозреваемого в убийстве девушек, и жнец застонал от досады. Только он мог попасть в такую глупую ситуацию. Как назло, еще ни одного переулка ему на пути не попалось. Огромное промышленное здание все тянулось и тянулось, а Минджу не отставала.

Он и не рассчитывал уже разобраться с проблемой без лишнего шума. Повезло, что для всех остальных полицейских она преследовала воздух. По крайней мере, Джихван рассчитывал на этот эффект. Он уже боковым зрением видел на фасадах зданий красно-синий свет, слышал сирену. Они и понятия не имели, перед кем ему отчитываться за все это. Минджу-то выложит отчет на стол перед людьми в форме, расскажет, как чуть не схватила подозреваемого… а ему отчитываться перед высшими силами! Он сжал челюсть и постарался ускориться.

– Что же за день-то такой? – прошипел Джихван, забегая в первый же переулок.

Ему повезло – насколько можно назвать везением то, что здесь стоял мусорный контейнер ростом с него. Сегодня день вещей, которые Джихван делал впервые: дарил кому-то цветы, убегал от полицейского, прятался за контейнером для мусора. Он покраснел от вынужденного спринта и злости. Вряд ли Минджу даст хотя бы секунду на размышления, поэтому он без промедления ударил в кирпичную стену рядом с баком. Она пошла трещинами, через которые пробивался перламутровый свет. Джихван слышал обрывки фраз, но не стал оборачиваться и просто шагнул в портал.

Стоило последней трещине исчезнуть, Минджу затормозила рядом с баком. Она посмотрела вниз – там, на лепестке розы, виднелся отпечаток туфли, и больше никаких улик. Она цокнула раздраженно языком. Только через полминуты ее догнали Янчжэ и Юнсоль, побежали другие полицейские.

– Детектив Сон, что случилось? Вам удалось засечь убийцу? – спросила запыхавшаяся Юнсоль.

– Янчжэ, срочно запроси записи с ближайших камер, – оставила Минджу вопрос подчиненной без ответа.

– Сделал еще до того, как вы все побежали. – Он кивнул. – Также мы направили людей по параллельной улице для перехвата на случай, если подозреваемый решит сменить направление движения.

– Отличная работа. – Минджу кивнула ему и повернулась к Юнсоль. – Когда я пошла поднимать ленту, то увидела того парня из парка Намсан… на которого я упала, сломав каблук. Мне показалось подозрительным, что он и там был, и здесь быстрее нас появился. Короткий разговор с парой «крючков», и вот он убегает от меня. Не знаю, насколько он в курсе ситуации, но просто так люди не сбегают.

– Тот старик бегал с такой скорость? Это возможно? Он же чуть не развалился после вашего столкновения! – Юнсоль распахнула глаза и посмотрела на Янчжэ, потом на начальницу. – Детектив Сон, мы точно об одном человеке?

– Какой старик, Юнсоль? Ты чего, от нехватки кислорода все позабыла? – Минджу нахмурилась. – Парень высокий, примерно сто девяносто сантиметров роста, кореец по национальности, бледная кожа, одет в черный костюм-двойку и пальто, с галстуком, без часов, в туфлях, размер примерно двести семьдесят[16].

– Не знаю, о ком вы говорите. Я помню лишь старика ростом сантиметров сто пятьдесят, который чуть на вековую пыль не рассыпался при столкновении. – Юнсоль пожала плечами и покачала головой. – Ничего не помню.

– Вы меня за кого принимаете? – скривилась Минджу.

– Пришли данные по камерам, – прервал их Янчжэ и включил запись на планшете. – Повезло, и камеры снимали сразу с трех точек. – Он указал на несколько позиций. – Вот тут и тут. Но… – Он поднял глаза на Минджу. – Вы разговаривали с кем-то в окне, а потом срываетесь на бег. Вот тут вы бежите по тротуару и поворачиваете в этот переулок. Вот тут камеры параллельной улицы… Никто из переулка не выбегает. Он или, как Человек-паук, залез по стене, или спрессовался в контейнер с мусором.

– Ничего не понимаю… – прошептала Минджу. – Я же не сошла с ума? Я надела на него наручники… – Она достала эти самые наручники из кармана. – Кажется, это мне не хватает кислорода…

– Детектив Сон, вам стоит отдохнуть. – Юнсоль посмотрела строгим взглядом на полицейских, которые стояли рядом, отгоняя их подальше, а потом перевела глаза на Янчжэ. – Вы слишком переживаете за расследование. Мы с Янчжэ закончим тут. Я в курсе нашей теории и что нужно сделать. Мы пришлем вам отчет сегодня же. Отправляйтесь домой и отдохните…

– Хорошо… Ладно. Да, хорошо. – Она прикрыла глаза руками. – Да, дайте мне пять минут. Я огляжусь, приду в себя после преследования… Юнсоль, закажи мне такси.

– Есть, детектив Сон!

Подчиненные ушли, а Минджу осталась в одиночестве в переулке. Она была совершенно сбита с толку. Детектив приложила руку ко лбу, проверяя, нет ли у нее жара. Она видела странного парня, гналась за ним и… Минджу наклонилась и подобрала лепесток розы с его отпечатком. Все. Больше ничего не осталось. Ей послышалось, что кто-то в конце переулка стукнул каблуком. Она резко повернула голову, но там никого не нашлось. Минджу приоткрыла рот от удивления, когда в ее сознании вспыхнуло воспоминание в парке Намсан. Там странный парень назвал свое имя –Джихван. Его звали Шин Джихван. Но одно имя ей мало чего даст – однофамильцев в базах тысячи. Она опустила глаза на лепесток, и сле́да там уже не нашлось. Минджу выдохнула и позволила ветру забрать его.

* * *

– Насколько ты, Джихван, уверен в том, что случившееся – правда? – раздался голос сверху.

– Абсолютно точно.

Джихван понимал: произошедшее заслуживало внимания его непосредственного начальства. В такие истории он не влипал с момента смерти.

Представления людей о высших силах не совсем совпадали с тем, что он наблюдал. Встреча с ними всегда являла собой что-то уникальное для каждого жнеца – это Джихван узнал, поговорив с коллегами. В его случае все происходило так: сам он стоял как будто в центре цирковой арены. В этом Джихван видел некий символизм – так ему намекали на его положение в мире мертвых. По факту его начальство – это несколько голосов и прожекторов: когда говорил один, загорался соответствующий ему свет. Понять, мужской голос или женский, было невозможно. Никто и никогда его не ругал и не хвалил. Он словно разговаривал сам с собой. Единственное, что Джихван заметил, – один из голосов, которому соответствовал прожектор с белым светом, говорил реже всего и, как правило, выносил вердикт.

– Сначала я подумал, что произошла случайность, которая осталась мной незамеченной, – начал Джихван. – Бывает, что тихо на автомате здороваешься или обращаешься к смертным. Это легко исправить. Но она упала мне в объятия до того, как я первый к ней обратился, и после разрыва зрительного контакта Минджу помнила обо мне. Перепроверка теории показала: она помнит меня даже после потери контакта, как вербального, так и невербального. – Джихван закусил губу. – Что это может значить?

Загорелся желтый свет, и противный голос, похожий на лязг металла, заполнил пространство:

– Джихван, ты уже не новичок, чтобы приходить к нам за прописными истинами. Люди видят жнецов только в двух случаях: когда он обращается к ним и когда человек умер или… – Голос взял паузу. – Близок к смерти.

– Боюсь, Джихван, тут все просто и понятно, – загорелся синий цвет. – Душа Минджу предчувствует смерть и готовится покинуть тело. Ты сказал, что имени твоего она не помнит, только внешний вид? Значит, смерть не наступит завтра, но ты знаешь… Она не опаздывает и с пустыми руками не уйдет.

– Я понимаю… – прошептал Джихван. – Но Минджу такая молодая. – Он осекся. – Нет, я знаю, что смерть приходит и к старикам, и к младенцам. Просто зачем вы постоянно приводите меня к этой девушке? Я видел души ее родителей и как она плакала. Я обещал им… Разве не жестоко позволять мне знать о ее неминуемой смерти?

– В этом деле мы не решаем, кто и когда придет за душой, Джихван. Тебе стоит смириться с тем, что ты узнал, – загорелся вновь желтый свет. – Столько лет прошло, а в тебе еще осталась человечность.

– Конечно, она осталась! – крикнул и сжал от злости кулаки Джихван. – Смысл оставаться в мире людей, если сам не хочешь быть человеком? Хотя бы быть с ними на расстоянии вытянутой руки. Я просто хотел задержаться подольше. – Он опустил плечи. – Я не желаю превращаться в куклу без капли сострадания… вот и все.

Джихван вдохнул и выдохнул. Свет вокруг него не загорался – начальство за занавесом что-то обсуждало.

Прошло семьдесят три года, и он действительно не растерял всю свою человечность. Даже тот факт, что он продолжал имитировать дыхание, время от времени моргал, курил и ел, говорил за него. И пусть сердце его не билось, оно еще помнило о тех чувствах, что наполняли его. Может, всему причиной Минджу? Перед глазами всплыли воспоминания с места преступления, где убили ее родителей. Убийцу так и не нашли. Это стало делом ее жизни. Конечно же, сейчас нет никакой надежды найти виновного, но сильная мотивация превратила Минджу в отличного детектива. Ему было банально жаль ее. Молодая, красивая, до сих пор не нашедшая себе вторую половинку, она так многого не успела. Но его начальство абсолютно право: смерть все равно наступит – рано или поздно. Не могла же Минджу жить вечно лишь потому, что Джихван этого хочет.

Загорелся зеленый свет, и, будто прочитав его мысли, ему ответили:

– Совершенно верно. Смерть наступит. Первый вдох может стать последним. Это неизбежно. Но Джихван… со смертью можно договориться.

Прищурившись, Джихван ответил:

– Что?! Что значит договориться? Это какой-то конкретный человек? Существо?

– Смерть – это совокупность предыдущих событий, что привела тебя к ней, – пояснил зеленый свет. – Каждое наше действие имеет последствие. И их совокупность приводит нас к смерти. Если ты выпьешь бутылку пива перед тем, как сесть за руль, шансы погибнуть в автомобильной аварии больше, чем если ты решил остаться дома, – продолжил зеленый свет. – Понимание, какое событие станет причиной того или иного результата, позволяет дать тебе шанс повлиять на итог. Немного, но все же…

– И что я, по-вашему, должен сделать? Я же не могу вмешиваться в жизнь смертных. К примеру, я не могу оказать ей первую помощь после ранения или вызвать скорую. – Он состроил недовольное лицо. – У меня нет телефона.

– А он не очень умный, да? – спросил желтый свет.

– Будь снисходительней. В отличие от него, твой возраст исчисляется уже даже не трехзначной цифрой, – заступился синий свет. – Да. Ты не сможешь сделать все то, о чем говоришь. Однако ты можешь… привести к ней того, кто окажет ей первую помощь. Прямое взаимодействие полностью запрещено.

– Тогда…

– Мы делаем тебе исключительное предложение, – подхватил мягким голосом зеленый свет. –Мы вернем тебе сердце.

– Сердце? – Джихван положил руку на грудь.

– Да. Это значит, что мы вернем тебе человеческие чувства и избавим от работы или бо́льшей ее части, – продолжил зеленый свет. – Это позволит тебе оказать влияние на душу Минджу и ее путь. Ты должен понять: раз наше всеобщее начальство позволило ей увидеть тебя до своей смерти… значит, и ей, и тебе дали шанс вмешаться в череду событий. Такие у нас инструкции…

– Какие риски? – Джихван решил не очаровываться возможностью вмешаться.

– Смертные всё так же не могут видеть тебя, всё так же при потере контакта будут забывать… Однако последнее ты контролируешь. Если захочешь остаться в их памяти и помочь мирозданию вплести тебя в их жизнь, останешься. Тебе придется спать, есть, заботиться о себе, как делают это смертные, – пояснил зеленый свет.

– И это все? – Джихван испытывал странное чувство в груди. Оно не могло уместиться в слово «счастье».

– Ты цены на аренды жилья в Корее видел? Это то еще наказание, – проскрипел желтый свет. – Но тебе до сих пор нельзя напрямую влиять на жизнь людей. Спасать из-под машин или, наоборот, убивать, становиться под пули и все в таком роде. За нарушение мы заберем твое сердце, и уже…навсегда. Ты понял меня? Точнее, нас?

– Да… но, – начал он шепотом. – Как же быть? Я совсем ничего не понимаю в современном мире. Когда я умирал, пенициллин еще до аптек не дошел… Я не умею пользоваться социальными сетями людей. Я отлично взращиваю рис и стреляю… Это поможет спасти Минджу от смерти?

– Мы дали тебе возможность принимать решения, Джихван. – Зеленый свет говорил так мягко, что в его голосе слышалась улыбка. – Выбор за тобой. Но помни… времени осталось немного. Не больше нескольких недель.

– Я… – Он закусил губу. – Спасибо. А вы с жильем не поможете? Хотя бы с первым взносом? Мои карманы пусты! Мне же нужно что-то есть, иначе я не спасу Минджу, а сам опять погибну от голода!

– Для тебя мы – вообще бестелесные прожекторы на цирковой арене, – почти шепотом проговорил синий цвет. – Откуда у нас деньги?

– Но… – начал Джихван.

– Прекрати, – сказал белый свет.

И Джихван замолчал. Другие прожекторы перестали светить. Значит, близится финал их разговора. Шутки кончились.

– Разве ты думаешь, чтоему, нам, смерти есть дело до денег? Чувств? Желаний смертных? Твоя миссия имеет больше граней, чем ты пытаешься в ней усмотреть. Ты был жнецом семьдесят три года. Тебе предстоит вспомнить, что значит быть человеком, Джихван. Для этого мы возвращаем тебе сердце. А вот что первичное – спасти душу этой девушки от смерти или не изменить себе – решать тебе. И помни, твоя миссия больше, чем ты можешь вообразить. Это подарок, который раскроется именно в процессе пути. – Свет вокруг начал гаснуть. – Когда ты перестанешь слышать мой голос… ты услышишь…

Тук-тук-тук.

– Свое сердце, – прошептал Джихван, и его поглотила тьма.