Блядь.

Как же меня выматывает, когда Фёдор Сергеевич уезжает и всё ложится на мои плечи.

Этот подрядчик, который третью неделю не может привезти плитку.Этот юрист со своей «нужно уточнить формулировки».Эти инвесторы с их вечным «давайте пересчитаем».

Какого хрена никто не может просто работать нормально?

Я откидываюсь в кресле, провожу ладонью по лицу. Так. Спокойно. Контроль. Нужно кофе.

Я выхожу в общую зону и замираю.

Она стоит у стола и разговаривает с юристом.

Блядь. Что этот клоун делает рядом с ней?

Я вижу их уже не первый раз. Он слишком близко наклоняется, что-то ей объясняет. Она кивает.

Кнопка.

Маленькая, собранная, с этим своим спокойным выражением лица.

Сегодня в чёрных скинни и бежевом свитере в мелкий цветок. Ничего особенного. Всё закрыто. Скромно.

Но задница… зачётная.

Я стискиваю зубы.

Не беси.

Я подхожу.

Юрист поднимает глаза.

— Платон Олегович.

Я молча протягиваю ему документ.

— Переделать. Формулировку в третьем пункте.

Он начинает что-то говорить.

— Потом обсудим, — обрываю я.

Перевожу взгляд на неё.

— Виктория, за мной в кабинет.

Юрист замолкает.

Она спокойно кивает.

— Да.

И идёт за мной.

Кнопка.

Почему меня так бесит эта кнопка?

Мы заходим в кабинет.

Она закрывает дверь и смотрит на меня своим карим взглядом с лёгким прищуром.

Этот взгляд меня раздражает.

Будто она меня оценивает.

Я машинально перевожу взгляд выше — на её лоб.

И это тоже раздражает.

Что за хрень со мной?

— Вы что-то хотели? — спрашивает она спокойно.

Я стою. И понимаю, что… нет. Ничего я не хотел.

Я просто не хотел видеть её рядом с этим юристом.

Бред.

— Принесите мне кофе, — говорю я, первое, что приходит в голову.

Она чуть приподнимает бровь.

— Это можно было сказать по внутреннему телефону.

Тон ровный. Без вызова.

Но с иглой внутри.

И выходит.

Я остаюсь один.

С какого хрена она вообще так со мной разговаривает?

Через пару минут возвращается. Ставит чашку на стол.

— Ваш кофе, Платон Олегович. Надеюсь, температура соответствует внутреннему регламенту.

Голос спокойный. Чуть-чуть с сарказмом.

Я поднимаю взгляд.

И застреваю.

Чёрные джинсы подчёркивают бёдра. Свитер мягко ложится по фигуре. Ничего вызывающего. Всё закрыто.

Но взгляд не могу отвести.

В груди становится теснее.

И ниже — тоже.

Чёрт.

Я сжимаю челюсть.

Она замечает.

— Я, кажется, сказала лишнее. Извините.

— Виктория.

— Платон Олегович.

Пауза.

Я отвожу взгляд.

— Всё. Можете идти.

Она выходит. Дверь закрывается.

Я остаюсь один.

И пытаюсь понять.

Что это сейчас было? И почему она вообще мне не подчиняется?