Виктория

– Ори, неси мясо, – крикнул Марчелло, занимавшийся на улице установкой какого-то там приспособления для жарки мяса. Какого именно – я даже не вникала, так как не до того было, – и специи.

Чего орать-то? Слышу я, не глухая… Понять бы ещё, где тут специи, я пока только соль обнаружила.

– Лео, ты наверняка видел в кладовке какие-нибудь травы для мяса, – я умоляюще взглянула на номта, который занимался чрезвычайно важным делом: он красиво раскладывал на больших тарелках пирожки с хлоппи, не забывая иногда откусывать от самого большого, предусмотрительно отложенного в сторону на отдельном блюдце. – Мне некогда, принеси, пожалуйста. Ну или сам займись мясом, а я схожу в кладовку.

– Сейчас принесу, Ори, – с готовностью откликнулся номт, откусил солидный кусок пышного теста, слизнул вытекший ягодный сок и спрыгнул на пол. – Тебе нести или сразу капитану?

– Можно сразу ему, – подумав, решила я, – я всё равно за один раз не унесу, рук-то у меня всего две. А мяса много…

– Хорошо, – кивнул Лео и, весело махнув хвостом с кисточкой, исчез в коридоре. А я подумала, что мне просто невероятно повезло встретить хитрых, но в целом добродушных и симпатичных номтов. И Леонтий, и Кари, и Горга – так, как выяснилось, звали дедушку – оказались просто незаменимыми помощниками.

Собрав на большой поднос нарезанное на крупные – так распорядился Марчелло – куски мясо, я убедилась, что последней партии пирожков сидеть в печке ещё минут двадцать, не меньше, и отправилась к нашему главному по бурбитам.

Выйдя на крыльцо, я с удивлением увидела, что там собралась целая компания: помимо Марчелло во дворе обнаружился Кеша и какой-то совершенно незнакомый мне потрёпанный товарищ в живописных лохмотьях.

Я опустила поднос с кусками мяса на верхнюю ступеньку крыльца, так как держать его было, мягко говоря, тяжеловато, и попыталась разобраться в происходящем.

– Что случилось?

Все трое, прервав оживлённую беседу, повернулись ко мне, и я рассмотрела, что незнакомец ещё достаточно молод, во всяком случае, значительно моложе пирата. Он таращился на меня с очень странным выражением лица: так, словно я являлась воплощением его самой заветной мечты. Нет, мне, конечно, приятно… Но хотелось бы понять, кто он такой.

Оборванец между тем продолжал пожирать меня восторженным взглядом и молчал, явно не собираясь представляться. Эх, опять всё надо делать самой, что ж за жизнь-то такая, а?

– Здравствуйте, – улыбнулась я и сделала шаг вперёд, – кто вы и как тут оказались?

Капитан Марчелло задумчиво посмотрел на меня, потом на бродягу, потом снова на меня и едва заметно улыбнулся. Потом решительно обнял незнакомца за плечи и сказал:

– Это барон Даттон, и это, между прочим, его дом.

А вот это было неожиданно! И что мне теперь прикажете делать? Мне же просто некуда пока больше идти… Впрочем, как-то не похоже, чтобы этот домовладелец планировал выгонять меня на улицу: наверное, в этом случае он не улыбался бы. Хотя кто их, баронов, знает…

Глубоко вздохнув и постаравшись выглядеть как можно более беззащитно, я рассказала по-прежнему упорно молчащему барону, что заняла его дом временно и исключительно от безысходности. И, как только найду другое жильё, сразу освобожу захваченную жилплощадь.

Через пару минут я окончательно выдохлась, а оборванец, оказавшийся бароном как-то там, так и не проронил ни слова. Может, он немой? На всякий случай я поднапряглась и с помощью языка жестов повторила всё то же самое: не зря учила, вот как чувствовала!

– Не надо никуда уходить!

Значит, он всё-таки не немой, что не может не радовать, а то на практике язык жестов оказался несколько сложнее, чем я думала после изучения теории и аж трёх практических занятий. И он не собирается меня выгонять – это я успела понять.

– Спасибо! – воскликнула я совершенно искренне, чувствуя, впрочем, некоторую неловкость из-за пристального взгляда барона. – Господин барон…

– Мэтью, – решительно прервал он меня, – меня зовут Мэтью.

– Ори, у него есть ещё два имени, – доверительно шепнул Кеша так громко, что Марчелло демонстративно поковырялся в ухе. – А у меня всего два…

– Ты хочешь третье имя? – я непонимающе посмотрела на обезьяна. – Тебе двух мало?

– Три лучше, – потупился Кеша и застенчиво пошаркал лапой по траве, – Ори придумает ещё?

– Да куда ж Ори денется, – вздохнула я, искренне надеясь, что хотя бы номты удовлетворятся уже имеющимися именами, а то мне никакой фантазии не хватит.

– Хорошо, – Кеша довольно оскалился, и барон нервно вздрогнул.

– Вы можете жить в моём доме столько, сколько потребуется, – наконец-то разродился хоть какой-то внятной фразой владелец недвижимости, – и если я могу чем-то помочь, вам стоит только сказать об этом, Ори. Я ведь верно расслышал ваше имя?

– Большое спасибо, – я с облегчением перевела дыхание, – просто так получилось, что мне пока больше некуда идти. Видите ли…

– Ори! Ори! Пирожки! – раздался из дома заполошный вопль кого-то из номтов, и я, подхватившись, рванула на кухню и как раз успела вытащить из духовки последнюю партию пирожков до того, как они превратились бы в несъедобные угольки.

Когда я переложила выпечку на очередное блюдо и обернулась, то увидела барона стоящим на пороге кухни и с искренним интересом разглядывающим убранство помещения.

– Интересно, я и не думал, что тут может быть так уютно, – улыбнулся он, и на его щеках появились очаровательные ямочки, заметные даже сквозь отросшую щетину.

– А разве что-то изменилось? – удивилась я, так как кроме букетика цветов, который я собрала во дворе и поставила в стакан, в кухне не появилось ничего нового.

– Не знаю, – барон обезоруживающе мне улыбнулся и пожал широкими плечами, – я тут никогда не бывал, в смысле – внутри здания.

– Как это?

– Ну, понимаете, – домовладелец задумчиво почесал в затылке, – я же живу в Гратенсторе, а сюда наведываюсь раз в пару лет, исключительно для того, чтобы проверить охранные заклинания. Мне никогда не было интересно, что там, внутри дома. Стоит себе и стоит, не мешает – и ладно.

– А Гратенстор – это…

Барон нахмурился и посмотрел на меня с некоторым подозрением. Оно и понятно: как можно не знать достаточно крупного, судя по всему, города, может, даже столицы.

– Видите ли, – осторожно начала я, – я плохо знаю здешние города, так как прибыла очень издалека. Вы даже не представляете, насколько ваш Гратенстор далеко от моего прежнего места жительства.

– Издалека и сразу в Ривенгольский лес? – с вполне объяснимым сомнением в голосе уточнил барон Мэтью. – Учитывая тот факт, что сюда не проложено ни одной, даже самой завалящей дороги, это очень странно, не находите?

– Меня принёс Кеша, – тут же оправдалась я, – сама я точно не нашла бы ваш дом.

– Принёс откуда?

Дотошность барона раздражала, хотя и была вполне объяснимой: должен же он понимать, кого пускает на постой в своё жилище. Другое дело, что я пока не уверена, что могу сказать ему правду.

– От обрыва возле широкой реки, – абсолютно честно ответила я.

– Хорошо, – помолчав, кивнул барон, – тогда у меня следующий вопрос. Как вы оказались на берегу Ривны? Это та самая река, о которой вы говорите, – добавил он, видимо, на всякий случай. Для особо одарённых…

– Это действительно так важно? – я посмотрела на барона и призналась. – Дело в том, что в правду вы просто не поверите, да я и не готова её вам открыть, а врать не хочется. И что делать?

– Хм…

Барон Мэтью задумался, а потом решительно кивнул.

– Допустим, этот вопрос мы отложим на потом, но как получилось, что вы понимаете язык животных? Это наследственный дар рода Даттон, а то, что вы к нему не принадлежите, не вызывает ни малейших сомнений. Родственницу я бы почувствовал, это несомненно…

– Сама не знаю, верите? Просто когда я познакомилась с Кешей, я сразу стала понимать, что он говорит. Я удивилась, конечно, но подумала, что, может, это на меня лес так повлиял?

– Исключено, – мужчина даже руками замахал, – иначе все понимали бы. Но ведь капитан Саватти не стал обладать такими способностями, не так ли? Значит, дело в чём-то другом.

– Наверное, – я пожала плечами, прекрасно понимая, что признаваться в своём иномирном происхождении всё равно придётся. – Но давайте обсудим всё это позже, ладно? А пока просто поверьте, что я не хочу ни вам, ни кому-либо ещё ничего дурного.

– Знаете, почему-то я вам верю, – помолчав, ответил барон, – подобное поведение не слишком характерно для меня, но тем не менее это действительно так. Вы, главное, отсюда никуда не уходите…

– Да мне как-то и некуда, – невесело улыбнулась я, – так что буду пока здесь, за это можете не волноваться.

Барон хотел что-то сказать, но тут в окно заглянул Кеша и, вежливо кашлянув, сообщил:

– Ори, там пришли рибусы.

– Кто? – я взглянула на барона, но он только недоуменно пожал плечами. – И чего они хотят?

– Еды, – как о чём-то само собой разумеющемся, сказал обезьян. – Ори делает вкусную еду. Кеша всем рассказал. Ори хорошая.

– О Господи, – только и смогла выдохнуть я, выглянув в окно и увидев с той стороны забора, в аккурат напротив распахнутой калитки, штук пять зверюг, напоминающих привычных мне лис, только их рыжая шерсть была густо украшена коричневыми и чёрными пятнами.

– Рибусы принесли Ори плату. Еда стоит дорого. Кеша всем сказал.

– Ты всем сказал, что за еду надо платить? – изумилась я, поворачиваясь к внезапно оказавшемуся на удивление предприимчивым кубуте.

– Ори работает. Много еды. Ори нужно платить за еду.

Кеша довольно ухнул и стукнул себя в мохнатую грудь пудовым кулачищем.

– Ты не пойдёшь узнавать, что они принесли? – неожиданно заинтересовался барон, переходя на демократичное «ты». – Интересно же!

– Тебе интересно, а мне ещё готовить?! Я и так от плиты не отхожу! – я совершенно искренне возмутилась, но любопытство победило, и мы дружно направились к воротам.

Проходя мимо установленного вертела, на котором уже жарилось мясо, я чуть не подавилась слюной, а на барона так вообще было жалко смотреть. Казалось, что он сейчас схватит кусок мяса и слопает его прямо так, полусырым.

– Надо было тебе пирожков дать, – жалостливо вздохнула я, и тут снизу раздалось:

– Я принесу, Ори!

Я посмотрела и увидела Леонтия, который, задрав хвост, побежал к крыльцу, чтобы через минуту появиться снова с несколькими пирожками в лапках.

– Держи, – он протянул ошалевшему барону еду, – да бери же, мне неудобно держать. Кстати, меня зовут Леонтий, Ори зовёт меня Лео.

– Спасибо, Лео, – дрогнувшим голосом поблагодарил номта Мэтью и тут же впился крепкими белоснежными зубами в мягкий бок пирожка. На лохмотья, когда-то бывшие рубашкой, капнул ягодный сок, но счастливый барон этого даже не заметил. Впрочем, этой рубашке было уже абсолютно всё равно: она даже на тряпки не годилась.

Я хотела спросить, почему он выглядит так, словно его до нитки обобрали бандиты, но не успела: мы дошли до калитки, за которой нас ждали рибусы, вблизи ещё больше напоминавшие лис. Только раза в два больше. А какие там были хвосты! У любого меховщика случился бы инфаркт от восторга, это к бабке не ходи. Интересно, а можно потом будет такой шкуркой разжиться? Или тут холодов не бывает? Ладно, потом выясню…

– Здравствуйте, – вежливо поприветствовала я гостей, пусть и незваных.

– Ммм-ммм-м, – присоединился ко мне жующий барон.

– Ты Ори?

Переговоры взял на себя самый крупный рибус, видимо, являвшийся вожаком. Он пристально рассматривал меня яркими жёлтыми глазами и иногда бил великолепным хвостом по земле.

– Да, я Ори, – смысла отрицать очевидное не было, – я могу вам чем-то помочь?

– Еда, – коротко отозвался рибус, – вкусная. Много.

– А разве вы не едите то, что добываете охотой?

Я не вредничала, мне просто действительно было интересно. Всегда считала, что всякие лесные хищники с удовольствием лопают то, что совсем недавно бегало, прыгало и летало.

– В лесу есть не всё, – озадачил меня рибус.

– Мы любим молоко, яйца, иногда даже человеческую еду, – присоединился к вожаку другой зверь, помельче.

– И рыбу, – облизнулся третий. – Нам сказали, ты умеешь делать вкусную еду. Мы заплатим.

Сказав это, он лапой выдвинул вперёд небольшой, но явно тяжёлый сундучок, при виде которого барон закашлялся, подавившись пирожком.