— Он тебя видел? — спросила Мина, украдкой осматривая почти пустую площадь.

— Не оборачивайтесь, — предупредил Кит. — Держите головы наклоненными.

— Кто это был?

— Не знаю. По-моему, самый умный — Тав. В кофейню нельзя. Там они будут искать в первую очередь.

— Верно, — согласилась Вильгельмина. — А как насчет дома Касс?

— Хорошо. Медленно поворачиваемся и идем дальше.

— Надо известить Джанни, пусть идет туда же.

— Давайте я схожу, — вызвалась Касс. — Берлимены же меня не знают.

— Не стоит, — засомневался Кит. — Нам лучше не разлучаться. Можем послать кого-нибудь с запиской. — Он украдкой осмотрелся. — Так будет безопаснее.

Мина и Касс с тревогой наблюдали за его выражением.

— Вы заметили кого-то еще? — спросила Касс.

— Нет. Он один. Но где один, там и все остальные.

— Что он делает? — обеспокоенно спросила Мина. — Он нас заметил?

— Пока нет. Мне кажется, он наблюдает за кофейней. — Кит отвернулся и опустил голову. — Нам пора двигаться, но только не бегите. Мы же не хотим привлечь его внимание. — Кит взглянул на Касс и успокаивающе положил руку ей на плечо. — Все будет хорошо. Идемте. Что бы ни случилось, просто продолжайте двигаться.

Кофейня выходила на ту же сторону площади, что и церковь, поэтому все трое изменили курс, дошли до церкви, а затем неторопливо двинулись вдоль ряда зданий к Аптеке. Стараясь не шуметь, вошли, поднялись наверх в комнату Касс, и закрыли дверь.

— Я зажгу свечу, — предложила Касс.

— Подождите, — остановил ее Кит. — Не стоит показывать, что мы тут, близко.

— Слишком близко, — вздохнула Вильгельмина. — Терпеть не могу этих типов. Наверное, и Берли где-нибудь поблизости.

— Нельзя здесь оставаться, — заявил Кит, подходя к единственному окну; он тихо закрыл ставни и снова отошел. — Нужно выбираться из города — чем скорее, тем лучше.

— Эти люди Берли в самом деле так опасны? — спросила Касс.

— Более чем.

— Кит прав. Надо убираться отсюда, — сказала Мина.

— Но куда нам идти? — Касс перевела взгляд с Мины на бледного Кита.

— Хороший вопрос, — Кит отошел от окна. — Если мы хотим разобраться с лампами, может, стоит наведаться в Рим? Там мы, по крайней мере, сможем воспользоваться контактами Джанни. — Он взглянул на остальных. — Как считаете?

— Меня устраивает, — согласилась Касс. — Только перед этим мне обязательно нужно заглянуть в Зететическое общество — они ждут, пока я доложу о результатах своего похода. — Она кое-что вспомнила. — А еще у них есть все эти книги и рукописи — кто знает? Возможно, они помогут нам понять, что делать с символами на фотографиях.

— Верно, — поддержала ее Мина. — Тебе обязательно стоит отправиться туда.

— Разделяться… — Кит поджал губы и нахмурился. — Ну, не знаю.

— Так нас сложнее будет отследить. — Похоже, Мина уже все решила. — Касс — в Дамаск, я с Джанни — в Рим. Определим, что это за вещество, а когда закончим, встретимся с тобой в Дамаске.

— Согласна, — кивнула Касс.

— Ну вот, и Рим, и Дамаск, — проворчал Кит. — Вы уверены, что сможете найти дорогу обратно?

Касс вопрос не смутил.

— Брендан подробно меня проинструктировал. Вот только… — Она неуверенно пожала плечами. — Боюсь, придется ехать через Лондон — другого пути я не знаю. Но если вы сможете проводить нас туда…

— Без проблем, — махнул рукой Кит. — Уж куда-куда, а в Лондон я доберусь. Именно там все и начиналось.

— Хорошо, — сказала Мина. — Вы двое оставайтесь здесь. Я извещу Джанни. — Уже выходя из комнаты, она вспомнила: — Ах да, нам понадобятся деньги и еще кое-что…

Они остались одни. Кит неуверенно произнес:

— Не беспокойтесь. Раз Мина решила, все будет хорошо.

— Да я и не беспокоюсь особенно. Просто все еще привыкаю к нашим безумным возможностям. — Согласитесь, они немного ошеломляют.

— Да, я хотел бы поговорить с вами об этом. — Он подошел к окну и приложил глаз к щели в ставнях.

— И что там?

— Да ничего. Ребенок стоит, собака сидит.

В дверь тихо постучали. Вернулась Вильгельмина.

— Я послала маленького Ганса в кофейню с запиской для Джанни. Попросила через десять минут после ухода Ганса передать Этцелю, что нам срочно пришлось уехать на несколько дней. И чтобы сам Джанни шел к Ратуше. Мы тоже там будем.

— Рискованно, — усомнился Кит. У него в памяти мгновенно возникли воспоминания о предыдущей встрече с Берли. — По-моему, один из них вполне может следить за площадью. И за воротами тоже.

— Возьмем фургон, — возразила Мина. — Там нас не увидят. Попросим Этцеля отвезти нас за город.

— За Этцелем тоже могут следить. У тебя нет кого-нибудь еще на примете?

Мина задумалась.

— А, знаю. Фургон стоит в конюшне. Попрошу конюха Альберта нас отвезти.

Кит нахмурился, оценивая жизнеспособность этого наспех придуманного плана. — Хорошо, а что насчет Джанни?

— Альберт остановится и подберет Джанни — как будто он просил его подвезти, — ответила Мина. — Это должно сработать.

Через несколько минут они спустились вниз, там стоял Ганс, мальчик подручный аптекарши, с жестяной коробкой в руках. Вильгельмина взяла коробку и сказала пару слов; открыла коробку, достала блестящую монету и дала ему.

— Спасибо, — поблагодарила она мальчика, а затем повернулась к остальным. — О’кей. Сообщение доставлено. Деньги тоже есть. — Она погремела монетами в коробке. — Можем идти.

В задней части лавки Вильгельмина позвала аптекаршу. Они коротко переговорили, обнялись, и Мина повернулась к остальным.

— Если кто-нибудь заявится сюда и начнет вынюхивать, ничего не узнает. Анна об этом позаботится.

Они вышли через заднюю дверь и поспешили по темному переулку, заваленному мусором: пустыми ящиками и коробками, брошенной мебелью, кучами гниющих отходов и битого стекла. Они шли друг за другом, огибая препятствия, и таким образом добрались до площади. Изучили обстановку, убедились, что берлименов поблизости не видно и перешли в другой переулок. Конюшня располагалась в дальнем конце улицы, на краю Староместской площади.

Двери конюшни были заперты, в маленьком дворике было темно и тихо. Дом конюха стоял в глубине двора; единственное окно не светилось, но Вильгельмина подошла к двери, постучала и продолжала стучать, пока ей не ответили.

— Es tu mir leid, Альберт. Sie zu wecken, — сказала она. — Wir brauchen die Wagen—und Sie. {Извините, Альберт, но нам нужен фургон. И вы к нему впридачу. (нем.)}

— Jetzt? Es ist Nacht! {Сейчас? Ночь на дворе! (нем.)}

Кит вопросительно посмотрел на Касс, и та шепнула:

— Я не совсем уверена, но думаю, она извиняется за то, что разбудила, и говорит, что ей нужен фургон вместе с ним. — Она выслушала последующие фразы и добавила: — Мина говорит ему, что оплата тройная… и еще что-то. Но остальное я не поняла.

Кончилось тем, что Альберт пошел переодеваться и готовить фургон и лошадей.

— Он все сделает, — сообщила Мина, возвращаясь к Киту и Касс. — И он не из тех, кто задает вопросы.

Вскоре конюх вывел фургон Энгелберта — большой, квадратный, с высокими бортами, запряг двух мощных кобыл, хотя в этом на первый взгляд не было нужды. Вильгельмина объяснила:

— Стражники знают Альберта, и фургон знают. А если мы спрячемся впереди, а сзади набросаем соломы, они решат, что внутри пусто. Если вообще кто-то сунется проверять.

Они забросили в фургон свежей соломы. Кит прикрыл Вильгельмину и Касс, а сам притаился в другом углу. Фургон с грохотом выехал со двора на пустую улицу. Возле Ратхауса их уже ждал Джанни. Они послушали переговоры монаха с конюхом, после паузы поводья щелкнули и фургон покатил дальше.

Кит затаил дыхание, когда они встали возле ворот.

— Сидеть тихо, — предупредила Мина шепотом. Однако после обмена короткими фразами со стражником, они беспрепятственно выехали из города. Через некоторое время Кит рискнул выглянуть, но единственное, что открылось его глазам — городская стена, утесом возвышавшаяся с одной стороны. Дорога была пуста.

— Джанни, — тихо позвал он. — Не оборачивайся. Просто скажи, если увидишь кого-нибудь на дороге.

— Никого нет, друг мой, — последовал ответ. — Думаю, вам можно вылезать.

Все трое выбрались из своих укрытий, стряхивая солому с волос и одежды. Вильгельмина быстро огляделась, слежки не заметила и поблагодарила Альберта за то, что он благополучно вывез их из города, а затем обратилась к Джанни по-английски.

— Надеюсь, мы вас не напугали этой запиской. Так уж получилось. Я потом объясню.

— Все в порядке, — успокоил ее монах. — Мы хорошо знаем друг друга — если вы считаете, что стало опасно и надо спешить, я подчинюсь.

— Это по-королевски, Джанни, — сказала она ему и чмокнула в щеку.

Пассажиры устроились поудобнее, что в раскачивающемся фургоне оказалось не так просто. Спать никто не хотел. Взошла луна, озарив мир тонким водянистым светом. Вокруг лежали тихие поля. Путники немного поговорили, обдумывая стратегию и настороженно поглядывая по сторонам. Но никто из людей Берли не бежал к ним с холма, никто не мчался на лошади, чтобы перехватить их. К тому времени, как Альберт остановил лошадей, они уже были в нескольких милях от города.

Вильгельмина расплатилась с конюхом, предупредив его, чтобы не болтал о ночной поездке, подождала, пока он развернет фургон и тронет лошадей.

— Лей-линия за этим холмом, — сказала она. — Я нашла ее совсем недавно, она самая удобная на пути в Англию. Дорога до Лондона займет у вас не больше суток, если я не напутала с калибровкой.

В лунном свете четверо путников поднялись на холм и начали спускаться к пастбищам. Ночь была тихой и светлой, воздух прохладным, идти было легко. По словам Мины лей-линия находилась в лощине между двумя холмами и тянулась с востока на запад. Старый каменный колодец отмечал один ее конец, а другой располагался примерно в километре от него.

— Здесь? — спросил Кит.

— Здесь, — подтвердила Вильгельмина.

— Такое впечатление, — заметил Джанни, — что земля будто специально имеет здесь такую форму, чтобы вместить линию. — Он отошел на несколько шагов и встал на колени, уперев руки в землю. — А может, здесь не обошлось без людских рук. — Он прошел немного вперед, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Ладно. Мы здесь. И что дальше? — Кит посмотрел вдоль предполагаемой линии. — Показывай дорогу.

— Все просто. Начинай от колодца, отсчитай пятьдесят шагов и прыгай, — проинструктировала Мина. — Окажешься на лесной тропинке где-то на юге польской границы — в зависимости от того, какой год там будет. Но если правильно рассчитать время, значит, будет точно Польша. Затем идешь на юг, там будет равнина с фермами и небольшими домишками. К деревне Подбрды ведет дорога. Лей-линия проходит за деревней на западе — дорога некоторое время следует по ней. Не пропустишь. Лучшее время для прыжка — раннее утро, хотя и вечер тоже сгодится. Прыгать на тридцать третьем шаге. Окажешься как раз на Стейн-Уэй. — Она посмотрела на Кита и Касс. — Вопросы будут?

— А как ты нашла эту польскую линию? — ревниво спросил Кит.

— Да вот так и нашла, — она похлопала его по щеке, — именно там я оказалась, когда ты в первый раз пытался показать мне лей-прыжок. — Она улыбнулась коварной улыбкой. — Не забыл тот маленький инцидент?

— Забудешь тут… — проворчал Кит.

— А вы, куда вы направитесь? — спросила Касс.

— Мы прыгнем с другого конца лей-линии. Окажемся в южных Альпах. Оттуда наймем карету до Италии и доберемся до Рима.

Вильгельмина открыла жестяную коробку и разделила деньги, кладя монеты в протянутые руки.

— Вот, — сказала она, с щелчком закрывая крышку. — Не тратьте все сразу.

Кит позвенел мелочью и убедился, что у него в руке не такая уж мелочь: среди серебряных монет разных размеров попадалось немало золотых.

— Чувствую себя школьником, которому только что выдали деньги на обед…

— Тут хватит на много обедов, — сказала Мина. — На эти деньги можно объехать весь свет и вернуться обратно не с пустыми руками.

— Спасибо, Мина, — поблагодарила Касс, пряча свою долю в карман.

— Пустяки! — Мина спрятала коробку под камнем. — Теперь говори, как нам добраться до Дамаска. — Она повернулась и позвала: — Джанни, ты тоже послушай. Это важно.

Подошел монах, и все трое обсудили полученные указания.

— Хорошо, поняла, — сказала Вильгельмина. — Встретимся в Дамаске.

— Даст Бог, — добавил Джанни.

Вильгельмина заметила беспокойство на лице Касс.

— Не волнуйся. Если возникнут трудности, с тобой будет Кит. — Она приобняла Кассандру. — Все будет нормально. — Затем, повернувшись к Джанни, она сказала: — Нам пора. Отправная точка примерно в миле дальше по линии. — Она помахала Киту и Касс и, взяв Джанни за руку, пошла по расщелине между холмами.

— Увидимся, — сказал Кит им вдогонку. — На обратном пути захвати мешочек волшебной пыльцы пикси. {Пыльца Пикси, иначе Пыль фей, материал, остающийся на месте активности Пикси. Считается ценным алхимическим ингредиентом.}

— Удачи вам двоим.

— Vaya con Dios! — добавил Джанни. {Ступайте с Богом! (итал.)}

Кит и Касс смотрели, как в лунном свете две фигуры исчезают в ночи, а затем повернулись друг к другу.

— Надо поискать местечко поудобнее, — сказал Кит. — У нас еще несколько часов впереди.

— Вы как-то узнаете, когда лей-линия активна? — спросила Касс, потирая руки.

— Да, обычно я это чувствую — ну, такое покалывание на коже. Вам холодно? — Он подошел к камню и сел, похлопав ладонью по земле рядом с собой. — Садитесь, будем греть друг друга как в каменном веке.

Касс села рядом с ним. Кит обнял ее и притянул к себе.

— Если хотите, можете поспать. Я посторожу и разбужу вас, когда придет время.

— Я бы не уснула, даже если бы мне заплатили, — сказала она, прижимаясь к Киту. — Расскажите мне о людях каменного века. Я очень хотела бы повидаться с ними, когда… когда все это закончится. Вы обещали взять меня с собой. Помните?

— Ну, еще бы! Мы же заключили торжественную священную сделку.

— Священную торжественную сделку, — поправила она.

Сидя у основания колодца, они разговаривали, пока звезды не начали тускнеть. Когда восточный горизонт наконец окрасился в розовый цвет, Кит решил, что время наступило.

— Это недолго, — сказал он, поднимаясь на ноги. — Я отсчитаю шаги и отмечу точку, чтобы прыжок вышел поточнее. Мина сказала, что права на ошибку у нас нет.

Касс шла за Китом, считавшим шаги. На указанном месте она положила приметный камень, затем огляделась в поисках других камней. Ей почему-то захотелось сложить маленькую пирамидку.

Вернувшись к колодцу, она спросила:

— Вы что-нибудь ощущаете?

— Голод. Кажется, мы вчера пропустили ужин. Я бы не отказался позавтракать. А вы?

— Теперь, когда вы вспомнили о еде, мне тоже есть захотелось.

— Доберемся до Лондона, найдем что-нибудь. Я знаю одно замечательное местечко… Хотя нет, в это время там еще закрыто.

— В шесть утра?

— Ну, там 1666 год. Возможно, придется подождать три-четыре сотни лет.

Касс нахмурилась.

— Я столько не вытерплю.

— Ладно. Перехватим что-нибудь на улице. А потом доберемся до Кларимонд-хауса. Попросим Вильерса, чтобы повар приготовил полный английский завтрак — яйца, бекон, колбаса, грибы, тосты — и все. — У колодца Кит повернулся и протянул руку. — Лучше держитесь за меня. Однажды маленькая ошибка стоила мне моей девушки; я не хочу потерять еще одну.

Касс приняла протянутую руку.

— Надо ли понимать это так, что теперь вы назначаете меня очередной вашей девушкой?

Улыбаясь, Кит двинулся по лей-линии.

— Именно!