— Никогда не слышали о Магическом Дворе? {Магическим двором иногда называют теннисный корт Уимблдона.} — спросил Кит. — В самом деле?

— Я не особо увлекаюсь теннисом. Лучше баскетбол, — ответила Кассандра. — И вообще у меня нет интереса к профессиональному спорту.

— Аналогично, — ухмыльнулся Кит. — Только ничего общего с теннисом магический двор не имеет.

— Да и магией я тоже не увлекаюсь.

Вильгельмина и Джанни, сидевшие напротив них в карете, увлеченно беседовали, и Кит взял на себя роль экскурсовода. — А вы что-нибудь слышали о Безумном Рудольфе?

Касс покачала головой.

— В американских школах хромает образование.

— Соглашусь, — усмехнулась она. — И что же такого важного в этом волшебном дворе, профессор Ливингстон?

— Начнем с того, — ответил Кит тоном преподавателя, — что Магический Двор вообще не занимается магией. Император Рудольф ищет Философский камень…

— А-а, как же, помню, — сказал Касс. — Алхимия, да? Превращение свинца в золото.

— Отчасти и это тоже, — признал Кит. — Только здешние алхимики не занимаются золотом, они ищут формулу бессмертия. Император Рудольф собрал при дворе лучшие научные умы своего времени, он хочет разобраться с этим вопросом. — Заметив скептическое выражение на лице Касс, он рассмеялся, наслаждаясь тем редким случаем, когда действительно мог сообщить нечто полезное. — Я серьезно. Они все здесь суетятся ради этого, а император Рудольф оплачивает счета.

— Настоящие, живые алхимики, — размышляла Касс вслух, слегка покачивая головой. — Прямо как в сказке.

— Точно, — согласился Кит. — Только на дворе ведь сейчас как раз век сказок. Братья Гримм живут за ближайшим углом.

— В самом деле? — вытаращила глаза Касс, но тут же спохватилась. — Врете!

Карета проехала по мосту, отделявшему имперский квартал от нижнего города, и перед ней предстал дворец, показавшийся ей довольно скучным. Она ожидала увидеть грандиозное сооружение с зубцами, башнями, парапетами и арками, а увидела серое прямоугольное здание, на добрых триста лет предвосхитившее шедевры послевоенной брутальной архитектуры. Дворец императора Рудольфа и в самом деле представлял собой весьма унылое зрелище, лишенное даже привлекательности деревенского амбара.

Внутренний двор размером с соборную площадь и с прекрасным собором словно упал с какой-то более утонченной планеты с единственной целью — подчеркнуть недостатки уродливого здания напротив. От дворца веяло мрачным унынием, в то время как собор парил и сверкал, его тонкие, изящные шпили и медный купол отражали свет, падавший со всех сторон, и превращали его в золотой огонь, намекая на преобразование земной материи в небесную субстанцию.

Не успела Касс вникнуть в смысл этой наглядной притчи, как карета миновала ворота и остановилась; слуга в красной королевской ливрее распахнул дверь. Касс пропустила Мину и Джанни, вышла и обнаружила, что стоит перед фронтоном с изображением очень реалистичной скульптуры, изображающей Святого Георгия с драконом. Рыцарь попирал ногой шею чудовища, палаш занесен для удара, дракон когтил воздух и скрежетал зубами, признавая свое поражение от праведного Святого Георгия.

— Господи, — пробормотала она.

— Да, да, — скороговоркой заметила Мина. — Со мной было то же самое, когда я впервые это увидела.

— Мы собираемся встретиться с императором? — поинтересовалась Касс. — Или с кем-нибудь из членов королевской семьи?

— Не думаю, — ответила Мина. — Но все может быть. Рудольф, он всегда тут как тут, этакий призрак, бродящий по коридорам. Но с ним особо не пообщаешься.

— А вам приходилось?

— Один раз. Он кажется приятным парнем — немного эксцентричным, но и вполовину не таким сумасшедшим, как думают люди. А вот доктора Базальгетта вполне можем встретить. Он — Верховный лорд-алхимик и, как вы понимаете, очень серьезно относится к своему положению. Если встретим, следует поклониться и сделать реверанс. А главное — не упоминать турков. Да, и обращаться к нему следует «герр Доктор». Он это любит.

Касс посмотрела на Кита, словно говоря: «Ущипни меня, я во сне», а Кит ответил взглядом, в котором легко читалось: «Это еще что! Тут и не такое увидишь!».

Из дворца вышел мужчина в плаще и бриджах из зеленого атласа, белых чулках и блестящих черных туфлях.

— Ich heisse Sie alle willkommen zu Ihnen alle, {Приветствую вас (нем.)} — сказал он с небрежным поклоном. — Kann ich Ihre Vorladung sehen? {Могу я взглянуть на ваше приглашение?}

Вильгельмина предъявила красивую бумагу, и ее сразу же провели через огромный вестибюль в Большой королевский зал. Они пересекли пространство, которое вполне могло бы служить муниципальным катком, а в дальнем конце зала их встретил еще один слуга. Мажордом что-то сказал лакею, и тот повел гостей вверх по широкой лестнице, затем еще по одной, через коридоры и длинные переходы, к заднему крылу дворца.

— Здесь тусуются алхимики, — объяснила Мина остальным.

Они остановились у двери с медными заклепками и кожаной обивкой. Лакей услужливо постучал в дверной косяк, в ответ изнутри послышался приглушенный голос:

— Einen Moment, bitte! {Момент. Пожалуйста! (нем.)}

Лакей ушел, дверь открылась и явила стройного молодого человека, одетого так, будто он присутствовал на костюмированной вечеринке в костюме Ученика Чародея, — на нем был отороченный мехом плащ темно-фиолетового цвета и бархатная шляпа в форме блина. Он широко распахнул дверь.

— Kommen Sie herein {Входите (нем.)}.

— Надеюсь, вы не возражаете, — сказала Мина по-английски. — Я тут привела с собой несколько человек. — Она быстро представила пришедших.

— Добро пожаловать в мою лабораторию, meine Freunde, — отвечает алхимик. — Простите мой плохой английский, я Густав Розенкрейц. К вашим услугам.

Вильгельмина объяснила:

— Герр Розенкрейц — главный помощник лорда-алхимика. — Она дружески похлопала алхимика по плечу. — Во дворце он второй после доктора Базальгетта, но сам по себе он — обычный гений.

Светловолосый молодой человек скромно склонил голову.

— Вы слишком добры. — Он улыбнулся и снял шляпу. — Begrüssen Sie, alle! {Добро пожаловать! (нем.)}

С этими словами он провел гостей в лабораторию. Касс вошла первой. От вида лаборатории и запаха, стоявшего там, у нее перехватило дыхание. В массивном камине в дальнем конце комнаты стоял на огне огромный черный котел; в кипящей жидкости варилась рогатая голова быка, ядовитые сернистые пары поражали обоняние сильным запахом тухлых яиц.

Сама комната напоминала кладовую Музея странностей. На полках стояли банки, коробки, кувшины и клетки, набитые самыми разнообразными предметами — от страусиных яиц до коконов тутового шелкопряда, сушеных ящериц и кусков угля. Были здесь и инструменты загадочной конструкции, назначение которых антрополог не угадывала даже отдаленно, а также мензурки и горшки, ступки и пестики, щипцы, зажимы, ножи и ложки всех размеров.

— Прошу, пройдите сюда, — предложил Густав, — здесь мы сможем поговорить относительно спокойно.

Он повел посетителей через лабораторию в заставленную книгами комнату. Если лаборатория была филиалом «Лавки древностей» {Лавка древностей (англ. Ye Olde Curiosity Shop — «магазин старых диковинок») — антикварный магазин в районе Центральной набережной в городе Сиэтл (штат Вашингтон). Основан в 1899 году. Название является архаизированной формой названия романа Чарльза Диккенса «Лавка древностей» (1841).}, то кабинет был хранилищем редких книг. Стеллажи от пола до потолка были битком набиты томами в кожаных переплетах всех размеров; в центре комнаты стоял стол, заваленный книгами, бумагами и свитками. У стола стояли три стула и скамья. Густав усадил на стулья Вильгельмину и Джанни; сам занял третий стул, предложив Киту и Касс устраиваться на скамье.

— Густав, благодарю, что согласились нас принять. Мы постараемся не отнять у вас слишком много времени, — начала Мина.

— Пожалуйста, фройляйн Вильгельмина, все мое время в вашем распоряжении.

— Тогда к делу, — ответила она. — Вы помните те приборы, которые вы сделали для меня? Теневые лампы?

— Ну, конечно, — ответил молодой алхимик. Он наклонился ближе и с лукавой улыбкой прошептал: — Это ведь наша тайна, я никому не говорил.

— Боюсь, мне придется и дальше злоупотреблять вашим расположением, — сказала Мина. — Нам нужно еще несколько таких же.

— Точнее, шесть, — добавил Кит.

Густав с сомнением посмотрел на них.

— Зачем так много?

— У нас было приключение, — без тени смущения произнесла Мина. — Нечто необычное. — Далее она рассказала, что произошло, когда она, Кит и Джанни столкнулись с чрезвычайно мощным полем теллурической энергии. Настолько мощным, что лампы просто не выдержали. — Они стали настолько горячими, что почти расплавились у нас в руках.

Информация, судя по всему, заинтересовала алхимика.

— Как вы говорите? Нагрелись?

— Это бы еще ладно, — вставил Кит, — энергия исходила от огромного дерева. Лампы не выдержали. Они просто перегорели. Вот!

— Приборы сгорели? — не поверил алхимик.

— Насовсем. Теперь они мертвые, как камень, — заверил Кит. В доказательство своих слов он достал свою лампу и передал алхимику.

— Оба сгорели, — сказала Мина. — Окончательно.

Густав внимательно осмотрел устройство. Медный корпус теперь потускнел и деформировался от жара.

— Очень, очень интересно, — пробормотал он.

Касс с трудом подавила улыбку, очень уж забавный английский был у Густава.

— Я понятия не имела, что с ними может такое произойти, — призналась Мина.

— С вашей лампой случилось то же самое?

— У меня была другая версия, если вы помните, — сказала она, протягивая свою теневую лампу Густаву. — Но, как видите, она тоже не выдержала.

Густав повертел испорченное устройство, понюхал, встряхнул и прислушался, как внутри что-то перекатывается.

— Итак, теперь вы хотите, чтобы я делал больше таких устройств. — Он поднял глаза и спросил: — Вам нужно шесть, вы сказали?

— Шесть, — подтвердил Кит. — Я знаю, это много, но мы действительно могли бы… — Он замолчал, сообразив, что сам не располагает вообще никакими средствами.

Алхимик нахмурился.

— Что-то не так? — обеспокоилась Вильгельмина.

— Es tut mir leid {Мне жаль (нем.)}, — ответил Густав, кладя перед собой испорченный прибор. — Но я не могу. Мне не хватает материалов.

— Мы оплатим материалы, — быстро предложила Мина. — Любые, какие понадобятся.

— Нет. У меня всего хватает, — сказал Густав, — но нет самого главного. Того, что оживляет механизм.

— Что это за вещество? — спросил Джанни. — Возможно, мы сможем достать это для вас.

— Я не знаю, — грустно ответил алхимик, покачав головой. — В этом-то и проблема.

Путешественники переглянулись. Заговорил Кит:

— Значит, вы говорите, что нет самого важного компонента, и мы не знаем, что это такое и где его взять. Это проблема, конечно.

— Герр Берли всегда приносит специальные материалы с собой, — объяснил Густав. — Я использую то, что он приносит, изготавливаю ему устройства, а затем делаю копию из того, что удалось сэкономить. — Он слегка покраснел и признался: — Ну, я просто не говорю ему, сколько нужно, чтобы сделать такую лампу.

— У вас что-нибудь осталось от тех ламп, что вы сделали? — спросила Мина.

— Есть немного. — Густав встал и направился к двери. — Идемте, я вам покажу.

Он повел их обратно в лабораторию, достал деревянный контейнер размером с коробку для сигар и поставил на ближайший стол. Открыв коробку, он достал небольшую стеклянную бутылочку, содержащую зернистую серую субстанцию, похожую на тусклый металлический песок.

— Это уже после подготовки, — пояснил он. Достав вторую бутылку, немного большего размера, он сказал: — А вот в таком виде оно ко мне попало. — Внутри были маленькие шарики, похожие на грязно-коричневый мел. — Это необходимо нагреть и обработать химикатами. Только после этого можно использовать.

— Позвольте? — Кит взял банку с серым порошком, вытащил пробку и поднес ее к носу. — Пахнет, как… Ну, не знаю, как камни?

Он передал бутылку Касс, которая встряхнула ее и понюхала.

— Там есть тальк и, возможно, окисленный алюминий. — Она передала сосуд Джанни, который тоже внимательно принюхался.

— Запах определенно металлический, — заключил он, передавая бутылочку Мине.

Вильгельмина пожала плечами.

— Обычный минеральный запах. — Она вернула сосуд Густаву и спросила: — Как вы думаете, что это может быть?

— Понятия не имею, — признался алхимик. — Я с таким материалом дела не имел. Его всегда приносил граф вместе с чертежами. Но мои копии работают.

— Хорошо, — сказал Кит. — Значит, для начала нам нужно выяснить, что это за особый ингредиент. Если будем знать, поймем, где его взять. — Он посмотрел на остальных. — Есть идеи?

— Я знаю основные методы химического анализа, — сказала Касс. — Могу провести несколько опытов и посмотреть, что получится. — Она слегка постучала по бутылке. — Вдруг нам повезет?

— Я мог бы помочь, если хотите, — предложил Джанни.

— Или спросим самого Берли, — неожиданно предложила Вильгельмина.

Кит скептически взглянул на нее.

— Может, ты и могла бы его спросить, — язвительно начал он, — но, когда мы виделись в последний раз, его высочество предпочитал разговаривать с помощью пистолета.

— Я и не говорила, что это легко сделать, — пробормотала Мина.

Кит еще раз взглянул на нее и повернулся к алхимику в поисках более рационального союзника.

— И вообще, сколько этого добра нам нужно, Гас? Сколько этого порошка нужно для одной лампы?

— Двадцать драхм, — ответил алхимик, подумав немного. Он что-то подсчитал в уме. — Да, двадцать драхм — этого хватит.

— Около тридцати граммов, — перевела Мина. — Значит, всего 180 грамм.

— Если будет больше, тоже не беда, — решил Кит. Повернувшись к Касс и Джанни, он спросил: — Так как вы намерены проверять эту дрянь?

— Надо подумать, — ответила Касс, а Джанни добавил:

— Составим список нужного оборудования.

— Тогда решено, — заключила Вильгельмина. — Густав, если вы позволите взять образец материала, мы попробуем его определить. А если сможем определить, что это такое, наверное, сообразим, где это взять.

Алхимик быстро согласился.

— Я помогу вам, чем смогу. — Он почтительно поклонился, а затем добавил: — Однако, у меня есть одно э-э… Bedingung…

— Условие, — перевела Вильгельмина.

Густав кивнул.

— Да, я ставлю одно условие. Если мы справимся, я буду сопровождать вас в астральной экспедиции.

— Хотите прыгнуть вместе с нами?

— Да. — Алхимик с надеждой посмотрел на всех поочередно. — Это мое самое заветное желание.

— Что ж, — сказала Мина, — учитывая вашу прошлую помощь и нынешнее участие, я считаю это разумным. — Она взглянула на Кита, ища поддержки. — Да и как после всего, что вы для нас сделали, мы можем вам отказать?

— Ладно. Сделка, — сказал Кит. — С чего начнем?