Две молодые женщины смотрели друг на друга, и в глазах обоих читалась активная работа мысли: каждая увидела в другой нечто такое, что мог с первого взгляда определить лей-путешественник. Для леди Фейт дело было не в потертых туфлях и пыльной одежде молодой женщины, стоявшей на пороге, и не в ее любопытной манере говорить с той же неуклюжей интонацией, с какой говорили Кит и Вильгельмина, — это было скорее некое качество, отдававшее тайной. Казалось, что само совершённое перемещение как-то меняло ауру человека, и это могли ощутить другие путешественники.

Хейвен сразу поняла, что довольно неряшливое существо перед ней — ее коллега по прыжкам. Тем не менее, она пока не была готова оказать гостеприимство незнакомке.

— Прошу прощения за бестактность, но все же спрошу: откуда вы знаете моего дядю?

— Имя сэра Генри назвал мне мистер Брендан Ханно. Возможно, вы его знаете?

— Увы, я не имела чести быть представленной этому джентльмену, — ответила леди Фейт. — Я так понимаю, что мистер Ханно — друг сэра Генри?

— Насколько мне известно, они действительно хорошие друзья, — проговорила Касс, пытаясь приноровиться к более архаичному стилю речи. — Они оба являются членами Зететического общества. Я представляю это Общество, и у меня весьма важный вопрос.

— В самом деле? — Женщина еще раз оглядела Касс с ног до головы и что-то решила для себя. Во всяком случае она отстранила Вильерса и открыла дверь пошире. — Я Хейвен Фейт, племянница сэра Генри. Так сказать, хранительница дома в его отсутствие.

Касс едва держалась на ногах, и с последними словами Хейвен покачнулась, схватившись за дверь, чтобы не упасть.

— О, моя дорогая! — воскликнула Хейвен. — Я веду себя по-варварски. Я вижу, что вы долго пробыли в пути. Вы совершенно измотаны.

Касс кивнула.

— Вы очень любезны. Я действительно долго была в пути…

— Ну что же мы тогда стоим на пороге и болтаем, как торговки, — беспечно произнесла леди Фейт. — Входите и позвольте предложить вам помощь. — Повернувшись к Вильерсу, молча стоявшему рядом, она скомандовала: — К ужину накройте еще на одного человека, а сейчас принесите в библиотеку вино и сыр. — Забрав у Вильерса лампу, леди Фейт повернулась к своей гостье. — Прошу следовать за мной, Кассандра. Вам необходим отдых.

Леди Фейт провела Касс по коридору, погруженному в вечернюю тень, открыла дверь и пропустила Касс в комнату, уставленную книжными стеллажами от пола до потолка. Зажгла свечи на двух боковых столиках.

— Пожалуйста, садитесь, — сказала она, ставя лампу на большой стол неподалеку. Касс с благодарностью рухнула в большое кожаное кресло возле темного камина.

Леди Фейт проговорила с капризной ноткой в голосе:

— Здесь прохладно. Я вас оставлю на минуту и распоряжусь насчет камина.

Она исчезла, оставив Касс одну. Кресло оказалось удивительно удобным, оно словно приняло тело Касс в нежные объятия. Ничего удивительного, что она почти сразу уснула. Разбудила ее девочка-подросток с кастрюлей раскаленных углей. Она пришла разжечь камин. Касс задремала опять. На этот раз ее разбудили хозяйка и молодой человек.

— Не хотелось вас будить, — тихо сказал Хейвен, — но вам лучше выпить. Это восстановит ваши силы. Джайлз, ты как?

Молодой человек подошел к столику, на котором стоял серебряный поднос с графином и хрустальными бокалами. Он налил три бокала и предложил дамам.

— Представляю вам Джайлза Стэндфаста. — Леди Фейт церемонно кивнула.

Молодой человек низко поклонился.

— Джайлз, это Кассандра Кларк, знакомая сэра Генри. У них есть общий друг. — Обращаясь к Касс, она сказала: — Джайлз кучер и личный слуга сэра Генри.

— Да, миледи, — сказал Джайлз, кивнув. — Очень неприятное дело, вне всякого сомнения.

— Простите? — Касс решила, что начались языковые сложности. — Не уверена, что поняла вас.

— Она же не знает, Джайлз, — сказала Хейвен, касаясь руки кучера, как будто удерживая его от дальнейших слов.

Джайлз опустил голову.

— Прошу прощения, миледи. Я поспешил. Я думал… — Он замолчал.

Хейвен сказала:

— Вы не могли бы объяснить свой интерес к сэру Генри?

— Мы ждали, что ваш дядя и мистер Ливингстон примут участие в недавнем собрании Зететического общества. Они не явились, и мы не можем установить контакт с ними. Члены Общества обеспокоены, не случилось ли с ними что-то нехорошее.

— Да, вы правы. — Леди Фейт погрустнела, а в голосе появились мрачные ноты. Она сделала паузу, затем вздохнула и сказала: — Я бы хотела найти какой-нибудь более приемлемый способ сообщить вам новости… — Она поколебалась, но все же решилась: — Мне очень грустно сообщить, что сэр Генри мертв и Козимо тоже. Оба пали от рук гнусного злодея во время путешествия в Египет. — Она опустила голову. — Это ужасный конец двух поистине благородных людей.

Леди Фейт выглядела олицетворением печали, но Касс почему-то почувствовала, что молодая женщина, стоящая перед ней, не совсем откровенна, создавалось такое впечатление, будто она старательно играет роль из какой-то пьесы. «Как тебе не стыдно, Касс, — сказала она себе. — Веди себя прилично».

— Я сожалею о вашей утрате, — проговорила она.

Хейвен подняла бокал.

— Давайте выпьем за их память.

Касс отпила; вино было очень резким и кислым, но возбуждало. Все трое какое-то время молча отдавали дань памяти. Джайлз передал Касс тарелку с сыром. Еда и питье действительно привели ее в чувство, и в следующий миг она была уже готова к дальнейшему.

— Не могли бы вы рассказать подробнее о том, что произошло? Я уверена, что общество захочет узнать все, что я могу от вас услышать.

Леди Фейт приступила к объяснению того, что произошло в Египте, но делала это как-то очень поверхностно, не вдаваясь в подробности. Она рассказала, как вместе с Китом и Джайлзом они прошли по следам Козимо и сэра Генри до вади, нашли место гробницы Верховного Жреца Анена, как сражались с людьми Берли, но проиграли, как их заключили в тюрьму вместе с Козимо и сэром Генри, которые к тому времени уже были тяжело больны.

— Должно быть, в воздухе гробницы содержались зловонные миазмы, и оба они надышались этой гадостью. Мы бы тоже заразились, но мы пробыли там намного меньше, чем они, — заключила Хейвен. — Собственно, при кончине сэра Генри присутствовал Джайлз, он с радостью ответит на любые ваши вопросы касательно трагических обстоятельств. — Она наклонила голову набок. — Что еще вы хотите знать?

Касс подумала.

— Леди Фейт, вы упомянули молодого человека — правнука Козимо Ливингстона, Кита? Но вы не сказали, что с ним случилось. Возможно, Джайлз расскажет, что с ним сталось.

— Да, миледи, — ответил Джайлз после небольшого колебания. Он посмотрел на леди Фейт, словно спрашивая ее разрешения. Касс уверилась, что между ними что-то произошло. — Мы были все вместе, когда нас взяли в плен, — просто сказал он. — Мистер Кит и я сумели сбежать.

— Он сейчас с вами? — спросила Касс. — Я бы хотела повидаться с ним.

Джайлз снова взглянул на леди Фейт, та кивнула, разрешая ему говорить. Губы кучера искривила гримаса.

— Те, кто убил сэра Генри и Козимо, снова нашли нас. Была погоня. Лорд Берли был верхом, и у него был пистолет. — Он помахал перевязанной рукой. — Он меня ранил, а мистер Кит сумел сбежать.

— Там была суматоха, — вставила Хейвен, — и Кит потерялся. Никто так и не узнал, куда он делся — по крайней мере, в настоящее время мы этого не знаем.

Брендан и миссис Пилстик предупреждали Касс о темных силах и таинственном лорде Берли, но сейчас она впервые убедилась, что это были не досужие разговоры.

— Этот лорд Берли и его люди, те, что преследовали вас, — вы уверены, что это были те же самые люди, которые убили сэра Генри и Козимо?

— Да, миледи. — Джайлз резко кивнул; теперь он говорил довольно раздраженно. — Они скрываются, и нападают на каждого, кто встает у них на пути. Они не боятся ни человека, ни Бога, не останавливаются ни перед чем, чтобы творить злую волю. Они убили сэра Генри и Козимо совершенно сознательно, это не ошибка.

В комнате воцарилось молчание.

— И что же теперь будет? — машинально спросила Касс, сделав очередной глоток из бокала.

— Мы что-нибудь решим, — ответила Хейвен. Она опять склонила голову набок и откровенно разглядывала Касс. — Могу я спросить, как вы сюда попали? — Заметив, что Касс решает, как ответить, она добавила: — Это обычный вопрос. Как вы добирались до нашего дома?

— В основном, пешком, — неопределенно ответила Касс.

Хейвен фыркнула.

— И откуда же вы шли?

— Из Дамаска. В Дамаске штаб-квартира Общества.

Тонкая улыбка тронула уголки губ Хейвена.

— А как вы познакомились с лордом Берли?

Касс нахмурилась.

— Я совсем его не знаю. Имя услышала от вас только что.

— И долго вы шли?

Касс снова задумалась. Ее что, допрашивают?

— Послушайте, — сказала она наконец, — я думаю, мы все знаем, как я сюда попала. Я путешествовала по Дорогам Призраков, как их называют, то есть по энергетическим тропам, по лей-линиям. Так их называл Брендан.

Леди Фейт и Джайлз переглянулись, и Джайлз кивнул.

— Конечно, она прыгала, — твердо сказал он.

— Согласна, — кивнула Хейвен. Касс же она сказала: — Прошу прощения за мой прямой вопрос. Но вы вполне можете служить Черному Графу, и вас послали сюда, чтобы заманить нас в ловушку.

— А Черный Граф… это кто? — спросила Касс, отставляя бокал.

— Все тот же лорд Берли, — ответила Хейвен. — Он носит титул графа Сазерленда, и он беззастенчивый махинатор. Его жадность превосходит только его высокомерие, а последнее очень велико. И, как верно сказал Джайлз, он ни перед чем не остановится, чтобы добиться своего, даже если для этого придется убить любого, кого он посчитает соперником.

Касс задумалась.

— Да, учитывая, черезо что вам пришлось пройти, ваше недоверие понятно. Я бы рада успокоить вас, но… — она развела руками, — вам придется придумать, как мне доказать свою невиновность.

— Ваше поведение говорит само за себя, — с ноткой высокомерия произнесла леди Фейт. — Но я бы хотела больше узнать об Обществе, которое вы упомянули. Давайте начнем с этого. — Она взглянула на Джайлза, который все еще стоял у стола. — Садись, послушай. Возможно, нам здесь придется задержаться, а я не хочу, чтобы ты напрасно утомлялся.

— Да, миледи, — ответил кучер. Он сказал это с поклоном, и Касс подумала, что перед ней образец классового неравенства, свойственный этому времени. — Но я лучше постою, с вашего позволения.

— Нет уж, — быстро возразила Хейвен. Она похлопала по подушке кресла рядом с собой. — Мы с тобой партнеры, мы не должны допускать, чтобы различия в нашем положении мешали нашим делам. Ты был ранен, тебе нужно восстанавливаться. Никому никакой пользы, если ты не будешь так же здоров, как раньше. — Садись. Ничего не хочу слушать!

Джайлз неохотно кивнул и сел. Этот маленький инцидент убедил Касс, что леди Фейт — женщина, привыкшая поступать по-своему, и ее видимый демократизм — обычное притворство, простое подтверждение главенства. Дождавшись, когда Джайлз сядет, она повернулась к Касс.

— Так я вас слушаю. Вы хотели рассказать о вашем Обществе…

— Ну что же, можно и с этого начать. — Касс рассказала о встрече с миссис Пилстик и Бренданом в Дамаске, в штаб-квартире Зететического общества, упомянула библиотеку, содержащую старые книги и малоизвестные рукописи, рассказала и о других членах, с которыми встречалась, и в общих чертах объяснила работу общества, как она ее понимала.

Хейвен и Джайлз внимательно слушали, время от времени кивая и обмениваясь взглядами. Хотя, наверное, рассказ Касс мог бы быть более последовательным, во всяком случае, можно было обойтись без лишних деталей: описания двора в Дамаске; книги Фортингалла Шихаллиона «Карты фейри»; рынка и привычки миссис Пилстик добавлять в чай листья мяты.

В завершение Касс еще раз посетовала на отсутствие сэра Генри и Козимо. Именно для выяснения их судьбы ее и отправили в Англию.

— Полагаю, свою задачу я выполнила, — заключила она. — Узнала то, за чем пришла.

Леди Фейт о чем-то глубоко задумалась, а потом вдруг встала.

— Прошу прощения, — сказала она и отозвала Джайлза. Они отошли в угол комнаты и, повернувшись спиной к Касс, провели короткие переговоры, в финале которых Джайлз решительно кивнул.

Хейвен вернулась на свое место, разгладила ладонями платье и сказала:

— Мы вас выслушали и считаем и вас, и ваш рассказ заслуживающим доверия. То есть мы убедились, что вы — та, за кого себя выдаете, и зла нам не желаете. — Она улыбнулась. — Вы уж простите нас за осторожность — имея дело с Черным Графом, лучше переоценить опасность, чем недооценить.

— Понимаю, — кивнула Касс; она и не особенно беспокоилась по этому поводу, но все равно было приятно знать, что ее приняли.

— Теперь, когда ваша миссия выполнена, что вы намерены делать? — спросил Джайлз, обращаясь напрямую к Касс.

— Вернусь и передам остальным то, что услышала, — ответила она. — Уверена, они с нетерпением ждут новостей. Ну а дальше будут планировать свою деятельность исходя из моей информации.

— Ты мог бы пойти туда и сам все рассказать, — предложила Хейвен. — А можете и вы пойти с нами. — Леди Фейт взглянула на Джайлза и сказала: — Мы со Стэндфастом хотели вернуться в Прагу. Там проще всего взять след, если мы хотим продолжать поиски.

— Там Кита видели в последний раз, — пояснил Джайлз. — И там есть люди, которые, возможно, помогут его найти.

— Право, не знаю, — проговорила Касс, чувствуя, что ее внимание скользит по словам леди Фейт, не проникая вглубь. Она слишком устала и голодна, чтобы принимать какие-то решения вообще. — Наверное, найти Кита важно, но в Обществе ждут от меня известий.

—Тогда я предлагаю отложить обсуждение на утро, — начала Хейвен, — а сейчас ужин. Думаю, он уже готов. Потом вам надо отдохнуть, а потом вернемся к этим вопросам. — Она тепло улыбнулась. — Одобряете такой план действий?

— Очень одобряю, миледи, — ответила Касс. Она не была уверена, что обратилась к племяннице сэра Генри правильно, и в смущении закусила губу.

Однако Хейвен, не моргнув глазом, протянула Касс руку.

— Идемте, надо подобрать для вас более подходящую одежду. Примите ванну, по-моему, она вам необходима после столь долгого путешествия.

— Спасибо, — сказала Касс, опираясь на руку хозяйки и опять сомневаясь, не нарушает ли она тем самым каких-то здешних установлений. — Ванна — это прекрасно!

Хейвен вывела ее из комнаты.

— Лей-прыжок — это всегда приключение, вы не находите, дорогая?

— У меня мало опыта, — призналась Касс. — Я начала свое путешествие всего несколько дней назад, да и то случайно. А кажется, прошло уже много лет.

— Вот именно! Начинаешь прыгать, и время перестает идти обычным путем, — ответила Хейвен. — Все тут же начинает путаться, верно, Джайлз?

— Совершенно верно, миледи, — сказал он. Погасив свечи, он закрыл дверь в кабинет и последовал за женщинами в коридор, добавив про себя: — Это изрядно сбивает с толку.