Лана

6 Месяцев Спустя

То, что у нас было, не было квинтэссенцией любви. Наша любовь родилась во тьме, выковалась в хаосе и боли, разбилась вдребезги и была собрана заново со слезами и обещаниями.

Потеря Каллума была непохожа ни на одну боль, которую я когда-либо испытывала. Хуже, чем те мучения, которые я испытывала в той хижине много лет назад. Я любила Каллума с яростью, о которой и не подозревала. Я скучаю по нему. Я всегда скучаю по нему, но в некоторые дни с этой тоской намного легче справляться. В некоторые дни я могу скучать по нему, вспоминать хорошие воспоминания и просто быть в порядке. В другие дни это невыносимо, и боль наполняет пустоту, которую его отсутствие оставило внутри меня, и мне требуется вся моя сила, чтобы не сломаться.

Я сажусь в комнате, наполненной постоянными пищащими звуками, и прикасаюсь к голубю, который все еще висит у меня на шее. Мне нужна надежда.

Я смотрю на мужчину, мирно лежащего на больничной койке, подключенного к многочисленным аппаратам. Его обычно слегка загорелая кожа теперь приобрела бледность.

Я протягиваю руку и беру его за руку.

— Я так сильно скучаю по тебе, Каллум. Вернись ко мне, — шепчу я мужчине, которого люблю, мужчине, на моих глазах умирающему у меня на руках, мужчине, который последние 6 месяцев был в коме.

Я глубоко вздыхаю и начинаю убирать руку, когда внезапно чувствую, как пальцы слегка сжимают мои, и перевожу взгляд с наших рук на лицо Каллума.

Его глаза медленно открываются, он щурится и привыкает к свету. Эти прекрасные ледяные глаза, по которым я так скучала, встречаются с моими. Я чувствую слабость в коленях.

— Каллум, — выдыхаю я.

— Голубка, — с трудом произносит он.

Затем его взгляд падает на мой живот. Мой очень большой, круглый живот на седьмом месяце беременности. Каллум снова смотрит на меня, и на его лице начинает расплываться улыбка.