В средневековой Европе катаров часто называли болгарами. И это является еще одним подтверждением того факта, что их религия появилась в Болгарии. Практически все современные исследователи придерживаются такого мнения, признавая, что у западноевропейского катаризма были прямые связи с восточноевропейским богомилизмом. Кроме того, для Средневековья было очевидным, что катаризм имеет манихейские корни. На протяжении многих лет этот постулат оставался неоспоримым, но недавно ряд ученых подвергли его сомнениям. Принимая во внимание, что катаризм и богомилизм возрождали традиции примитивного христианства, находившегося под влиянием гностицизма, общая философская основа этих религий и манихейства объясняется заложенными в ней универсальными гностическими идеями.
Такое мнение становится сегодня все более популярным. Отчасти оно подтверждается и тем, что писали о своей вере сами катары и их византийские предтечи. Они называли себя христианами и избегали термина «манихейство». Имеется одно небольшое, но существенное исключение: в 1043-1048 годах Ансельм, настоятель храма в Льеже, писал о группе поселенцев в епархии Шалоне.
Согласно Ансельму, эти люди ...исповедовали сатанинское учение манихеев и собирались на свои тайные мессы... они ошибочно утверждали, что Святой Дух передается посредством рукоположения... И упорствуя в своей ложной вере, заявляли, что Бог ниспослал Святой Дух пророку Мани, который есть не кто иной, как сам Святой Дух...
Это важное свидетельство доказывает, что в середине XI века среди европейских ересей встречались верования, связанные с манихейством. Позднее, когда ересь широко распространилась и была подвергнута преследованиям, еретики стали осторожнее. В период активного гонения со стороны официальной церкви одно упоминание о Мани означало бы смертный приговор. Неудивительно, что в таких условиях павликиане, мессалиане, богомилы и катары называли себя христианами, а не манихеями.
Когда катары провозглашали себя христианами, они сознательно избегали некоторых доктрин катаризма, которые лежали вне христианства. Также и манихеи считали себя истинными христианами, признавая в то же время, что их христианство было гностическим. Доктрины катаризма прошли длинный путь и сформировались под влиянием разных источников. Они опирались не только на Новый Завет (особенно Евангелие от Иоанна), но и в значительной степени на гностические идеи Мани.
Противники катаризма, в отличие от самих еретиков, свидетельствовали более определенно о настоящих корнях этой ереси. Они описывали катаров как современных манихеев. Например, доминиканский монах Бернард Гюи в 1323-1324 годах дал полное и точное описание вероисповедания катаров. Первая из его шести рукописей начинается со слов:
(1) О современных манихеях и их ложном учении
Еретики-манихеи и их сторонники утверждают, что есть два бога: бог добра и бог зла. Они учат, что весь видимый материальный мир сотворен не Богом Отцом Небесным, которого они называют богом добра, а дьяволом — богом зла... Таким образом, у них два создателя... и два мира: один — невидимый мир духа, и другой — видимый мир материи...
Ученые, придерживающиеся неманихейской теории происхождения катаризма, оспаривают свидетельства этого и других текстов, полагая, что духовенство православной греческой и Римской католической церквей использовало термин «манихейство» для обозначения любой дуалистической ереси. Утверждая это, они недооценивают деятельность агентов официальной церкви, которые располагали подробной информацией о манихействе и катаризме. Для успешной борьбы с дуализмом церковь должна была узнать как можно больше о своем противнике, чтобы впоследствии использовать полученные данные против еретиков.
Следует внимательно прислушаться к высказываниям средневековых священников о манихействе и катаризме. Имеется целый ряд достоверных источников. Лучшим из них считается писание святого Августина (конец IV века), который сам исповедовал манихейство в течение девяти лет. В настоящее время выявлено, что он писал о манихействе, опираясь на два источника оригинальных текстов, обнаруженных совсем недавно. Они были найдены в первой половине XX века: один в Турфанском оазисе в Китае, а другой в Фаюмском оазисе в Египте. Тексты содержат обширные сведения о манихействе и доказывают точность описаний святого Августина.
Святой Августин излагает свои основные идеи в работе «О ересях» и развивает их в некоторых других текстах, где он однозначно утверждает, что у катаризма было много общего с манихейством. Он передает не только их доктрины, но и описывает церковные обряды и структуры. Его писания, несомненно, были хорошо известны священникам, преследовавшим катаров.
Другим важным источником информации о манихейской ереси считается полемический трактат «Деяния Архелая». Виденгрен говорит, что трактат полон ненависти, искажающей суть учения Мани... Христианские нападки на Мани, однако, содержат много подлинной информации о нем. Протоколы, написанные в 325 году, являются самым ранним антиманихейским сводом. Весьма интересна история их многочисленных воспроизведений. Большое число копий было сделано во Франции начиная с IX века. Официальная церковь изучала протоколы наряду с писаниями святого Августина, что заставляет сделать вывод о преследовании ею еретиков-дуалистов. Мы не располагаем неоспоримыми фактами, но не исключаем вероятности того, что в IX-X веках дуалистические ереси проникли в Европу. Таким образом, можно предположить, что дуалистическая ересь была всплеском манихейства. Это наиболее вероятный вывод, поскольку манихейство было единственной дуалистической ересью, когда-либо широко распространенной на западе Европы.
Скорее всего, в VI веке религия Мани ушла в подполье и снова появилась только в IX веке. В XI веке европейское манихейство, вероятно, объединилось с христианской версией дуалистической религии, которая была принесена на Запад балканскими богомилами.
В XII веке новая манихейская религия завоевала в Западной Европе твердые позиции. В этот исторический период учение Мани все еще сохраняло свой принцип открытости для всех, который всегда способствовал его быстрому распространению. Однако именно открытость манихейства позволила официальной церкви получить о нем исчерпывающую информацию. К 1230 году, когда инквизиция приобрела официальный статус, священники уже долго боролись с манихеями и собрали о них много информации. Церковь часто превратно судила о катарах: трактат Гуи, к примеру, называют «Кондуит инквизиции о развращенности еретиков». Сведения о еретиках, изложенные Гуи, достоверны и точны. Сегодня общеизвестно, что инквизиция давала правильные трактовки. Церковь отвергала ересь, но не искажала ее догмы.
Наиболее ценная информация о катаризме изложена инквизиторами, которые ранее сами принадлежали к катарам. Таким примером является известный доминиканский священник XIII века Райнериус Саккони из Пьяченцы. Новообращенные христиане становились самыми фанатичными преследователями катаров, сообщая о тайных доктринах еретиков. Их важная информация считалась ценным вкладом в святое дело борьбы с ересью. Протоколы инквизиции сохранили эти сведения до сегодняшнего дня.
Инквизиторы могли узнать о доктринах катаризма и непосредственно из катарских писаний. Известно, что в Средние века они были общедоступны. Оригинальные тексты катаров оставались в обращении до XIV века, но к XV веку в результате гонений со стороны западноевропейской церкви эти книги исчезли. Многие из них были сожжены, оставшиеся надежно скрыты катарами от преследователей. Так, сокровищница разрушенного в 1244 году замка Монсегюр (рис. 1), скорее всего, представляет собой тайник ценных книг. Когда-нибудь тайник будет обнаружен, и сохранившиеся книги снова увидят свет. В настоящее время учеными XX века найдено в европейских библиотеках несколько тайных катарских писаний.
Наряду с этими писаниями и протоколами инквизиции, мы также располагаем непосредственными признаниями еретиков. За двести лет постоянных гонений было арестовано огромное число катаров, которые в ходе следствия отреклись от своей веры. Допросы были записаны, и их протоколы сохранились. Полученные признания, которые так скрупулезно регистрировались, интересны для нас, но наверняка не представляли собой ничего нового для инквизиторов. Вопросы задавались лишь с целью идентификации ереси и должны были подтвердить обвинения в катаризме, который и без того был хорошо известен инквизиции. Средневековая христианская церковь, прекрасно осведомленная и образованная, утверждала, что катаризм был основан на доктринах манихейства. Нам остается лишь уважать ее знание вопроса, даже если, на наш взгляд, она была чрезмерно жестока и безжалостна в гонении еретиков.